Близкий друг

Ей казалось, что она умирает в мерзком холоде и тьме. И не верилось, что Гарри успеет, что авроры смогут ее спасти. Она хотела лишь одного, чтобы этих похитителей схватили, а кем они окажутся, ее не волновало. И все же, она почувствовала… тепло рук, она была почти уверена, что услышала такое родное прозвище, которое не мог произнести ее спаситель. Она много раз пыталась открыть глаза, но каждый раз падала во тьму, которая будто не желала ее отпускать. Но там, в палате всегда были ее друзья… — Только приди в себя, и я тебе устрою. — Джинни без конца всхлипывала и сильно сжимала ее руку. — Никаких больше пеших прогулок! Ей хотелось обнять подругу и пообещать, что такого больше не повторится. Она должна была ее успокоить, но открыть глаза было так тяжело… — Ты нам нужна, Гермиона. — слышала она тихий голос Гарри. — Не оставляй нас. Он вновь винил себя, как же хотелось его встряхнуть и объяснить, что не мог он предугадать такой исход. — Прости, — шепот Рона. Это было так странно слышать от него. Он слишком редко извинялся, даже когда был чертовски неправ, и так легко извинился сейчас, хотя совсем не виноват. И все же она не смогла бы объяснить, но было ощущение, что в комнате всегда есть кто-то, кто молчит. Может это все ей лишь казалось? Именно так она решила, когда, наконец, смогла прийти в себя, а в палате никого не было. И не могло быть, ведь было всего восемь утра и за окном только-только начинался рассвет. Но когда открылась дверь, вошел вовсе не колдомедик, а Уизли. Она удивленно смотрела на одного из близнецов. Точно так же как и он сам, замерев на мгновенье, чтобы уже в следующее подбежать к ней, приседая на край кровати и беря ее руки в свои. — Как ты себя чувствуешь? Голова не болит? Ноги? Тебе не больно? Эти уроды тебе почти до кости дошли, — парень так тараторил, что девушка растерялась. Спрашивать, что он тут делал после такого ей казалось совсем бестактно. Почему он так переживал за нее? В Норе на ужинах он почти не замечал ее присутствия. Они даже с Джорджем больше общались, чем с Фредом. — Все хорошо, Фред. — постаралась его успокоить Гермиона. — Но думаю… тебе стоит позвать колдомедика, если переживаешь. То, как он выдохнул от облегчения, ей совсем не понравилось. Что же тут происходит? Может быть, ее друзья попали в беду и поэтому тут он? — Где Гарри и Джинни? — теперь уже она сжала его руки, и впилась в него взглядом, чтобы он даже не думал уйти от ответа. — Где Рон? Кажется, ему совсем не понравились ее вопросы. Он хмуро оглядывал ее, в то время, как она еще больше заволновалась от его молчания. С ними точно что-то произошло, а он не хочет ей говорить! — Они дома, спят, — наконец, произнес он. — Тогда… — как спросить его, чтобы не обидеть? Она нахмурилась, совершенно не понимая ситуацию. Как здесь мог оказаться Фред Уизли? Он пострадал? Незаметно, если только, это не последний день перед выпиской… — Я был тут с тобой. — проговорил он довольно неохотно, и после неожиданно быстро выпалил. — Джинни попросила. И после этих слов она улыбнулась. Только вот он вместо этого лишь более хмуро на нее посмотрел. Но решив, что у него вполне могло быть плохое настроение, она не придала этому значения. — Спасибо. — она погладила его по руке и оглядела тумбочки. — А мою палочку…? — Нашли лишь обломки, — ответил он, перебивая ее. — А телефон? О, ты, возможно, не знаешь что это, черная такая… — Нашли. — хмыкнул Фред. — Он у Гарри. Она грустно вздохнула, понимая, что не сможет написать своему другу. И возможно успокоить его после молчания. — А зачем тебе телефон? — осторожно спросил Фред. — Мне надо написать кое-кому… — нахмурившись, прошептала Гермиона. Только сейчас она поняла, что парень даже не думает кому-то сообщать о том, что она пришла в себя. Почему? Зачем он продолжает сидеть на ее кровати, если может спокойно сесть на стул рядом? Все это было странно, как и сам Фред, которого она и не думала когда-нибудь увидеть таким переживающим и серьезным. Тем более в своей палате, где даже никто из ее друзей не решился переночевать! Гермиона вновь сжала его руку, вспомнив, что парень недавно бросил семью, исчезнув неизвестно где. — Фредерик Уизли, — строго заговорила она, — Или ты сейчас же говоришь, что с тобой происходит, или клянусь, я из тебя душу выбью без магии. Он лишь улыбнулся. Да и как можно было не улыбаться, когда она так смешно злилась? Он сам не понял, как его рука потянулась к ней и заправила ее прядь за ухо. Но вот для нее это было как гром среди ясного неба. — Все хорошо, Гермиона. — вздохнул он, вставая с кровати. — Мы поговорим с тобой позже… Я пойду сообщу всем. И все равно он замер у двери и вновь оглянулся на нее, но она уже не смотрела на него, наслаждаясь рассветом. Ему безумно не хотелось никому говорить, чтобы провести с ней еще хоть немного времени вместе. Но все так переживали, и он чувствовал себя эгоистом. Да еще эти удивленные взгляды на него ему и вовсе не понравились. Когда он отправил патронуса к Джинни, он отправился к посту, чтобы сообщить хорошие вести и колдомедикам. — То есть как ты не хочешь ей говорить?! — Джордж не знал, стоит ли ударить своего близнеца или нет? Три дня грифиндорка лежала в постели без сознания, и все это время Фред был рядом с ней круглые сутки. Мерлин, да ему пришлось просить Анджелину один раз приготовить ему обед! И он даже уже думал, что когда девушка очнется, она тут же получит его братца на блюдечке. Джордж даже мог приготовить салфеточку. Тем более в Рождество. Да ее пробуждение было почти чудом! Но вместо такого этот тугодум заявился к нему утром в магазин, и сообщил, что с Грейнджер покончено. — Она смотрела на меня, как на идиота, — прошептал Фред, даже не смотря на брата. — Учитывая, что ты творишь, я с ней полностью согласен. — фыркнул Джордж, и воздел руки к небу. — Мерлин, ты мне хоть одного нормального брата дал вообще? — Чарли. — тут же ответил парень. — О, да. Любовь исключительно к драконам у нас нормальна. Особенно когда их любишь больше, чем людей. — хмыкнул парень, и вздохнул. — Ты тему не переводи. Почему ты не сказал ей, что это ты? — Потому что она не захочет этого. — прошептал Фред. — Ты не видел, как она смотрела на меня, Джордж. Будто я самый последний человек в мире, которого она хотела видеть рядом. — А ты, будь на ее месте, что сделал? — Я всегда к ней хорошо относился. — сощурился парень, глянув на брата. — Можно отлично относиться к героине войны и не торчать в ее палате сутками. — лишь фыркнул Джордж, махнув рукой. — Я бы вот точно удивился, увидев Грейнджер в своей палате. — Она спросила про Рона… — начал было Фред, но и тут Джордж его перебил. — О, и мы устроили ревность на пустом месте. Она спросила только про него? — Нет. — Ну, и к чему тогда ты устроил этот цирк?! — не выдержал Джордж, вставая с кресла и начав ходить кругами по комнате. — Нет, ну, надо же! Сначала мы рвем и мечем, что не можем найти свою чайку недоделанную… — Она не чайка! — возмутился Фред, но он был не услышан. -… А стоило нам спасти ее из лап пожирателей, мы даже не думаем отходить от нее ни на шаг! Ты хоть в курсе, что думает мама? — Джордж резко развернулся к брату, и видя, что он не понимает, он закатил глаза, прежде чем продолжить. — Она вяжет пинетки, чертов ты идиот! Пинетки, Фред! Она даже с нашей свадьбы не брала в руки спицы и ни слова не говорит о внуках, а увидев тебя возле ее кровати, она вяжет пинетки всех цветов радуги! Мерлин, да она трижды уточняла у колдомедиков не в положении ли Грейнджер! Фред удивленно сглотнул, такое поведение от мамы он точно не ожидал. Да и заходила она к Гермионе лишь дважды, только чтобы принести ему еды и навестить девушку. Он даже не подумал, как его нахождение в Мунго могла расценить женщина. — А ты хочешь загробить мечты бедной женщины исключительно потому, что твоя Грейнджер не сумела прочитать твои мысли и кинуться тебе в объятья?! — Мерлин, Джордж. Это же Гермиона, понимаешь? — пытался достучаться до брата Фред. — Самая лучшая ученица Хогвартса, героиня войны, в конце концов… И посмотри на меня! Да ты вспомни, как она гоняла меня, пока мы учились. Стоит ей сказать, что это я ей писал… И она возненавидит каждое мое сообщение… От кого: Птичка Доброе утро. Я надеюсь ты не забыл про меня? У меня были некоторые проблемы с телефоном… Прошу скажи, что ты всё ещё готов слать мне свои сообщения размером с книги, сейчас они мне очень нужны. Фред тяжело вздохнул и убрал телефон, ничего не ответив на сообщение. Но когда он поднял взгляд на брата, то сморщился. Джордж, скрестив руки на груди, выжидающе смотрел на него, даже не думая быть понимающим, как делал обычно. Что-то ему подсказывало, что если его близнец сейчас совершит эту чудовищную ошибку, отличную невестку он явно потеряет. И не факт, что другая невестка вообще появится. — Ты серьезно? — сощурился Джордж. — Девушка в Мунго, в четырех стенах. А ты не скрашиваешь ее одиночество? — Джордж, — начал было Фред, но Джордж сегодня как никогда не давал ему закончить свои мысли. — О, не надо мне тут делать скорбную мину. Ты подумай вот о чем, ты готов побывать на ее свадьбе? — Что? — растерянно спросил Фред, не понимая, как их разговор мог дойти до такого. — То! Думаешь тебе не придет приглашение? Ты Уизли, тебе по фамилии назначат одно из лучших мест, чтобы получше можно было разглядывать, как она будет целовать жениха… — Прекрати, — прошипел парень, совсем не желая такое представлять, но его брат лишь фыркнул. — А потом на Рождество она будет приводить своих детей в Нору, принося подарки. И они будут тебя обожать, но вот только они не твои. Но знаешь, что ужаснее всего? — он замолчал, смотря как с каждым его словом брат меняется в лице, и с грустью произнес: — Она не будет тебе писать. Она прекратит даже раньше, чем найдет себе парня. Потому что ты будешь игнорировать ее, а она не станет долго бегать за тобой. Фред молчал и зло смотрел на брата. Хуже всего было понимать, что он прав. Но как же страшно сказать ей правду. Он так и видел ее разочарованное лицо от такой новости… От кого: Кофеман Я знаю, что случилось, птичка. Береги себя. И почаще пользуйся трансгрессией. — Молодец, хороший мальчик. — Джордж потрепал его за волосы, и Фред фыркнул, тряхнув головой, сбрасывая его руку. — А теперь возвращайся в Мунго и сообщи ей радостную новость. Он, не сказав больше ни слова, встал и ушел из магазина. Но сказать было куда легче, чем сделать. Оказавшись перед ее палатой, он так и не смог открыть дверь. От кого: Птичка То есть ты знал? Ты маг? От кого: Птичка Что значит береги себя? Прошу ответь на звонок. От кого: Птичка Неужели после всего ты хочешь оборвать со мной связь, только потому, что я ведьма? Или… Потому что я это я? Он смотрел на ее последнее сообщение и ненавидел себя за то, что отклонял ее звонки. Неужели она сомневается в себе? И из-за кого! Из-за такого, как он? Мерлин, он просто трус. И делая вызов, он нахмурился от того, как сильно билось сердце и в ожидании, и от страха. — Фред? — воскликнула она в трубку, а он растерянно замер. — Ты где? — Это будет сложно объяснить, — вновь нахмурился он после недолгого молчания, понимая, что ей не стоит говорить. Вдруг она решит сейчас трансгрессировать? Этого нельзя было допустить. — Нам надо поговорить, — если бы ее голос не дрожал, она точно говорила с ним весьма повелительным тоном. Он с грустью улыбнулся. Эта девчонка и раньше могла их приструнить, а теперь у нее прямо все бразды правления. — Или… Я была права? — ее дрожь в голосе усиливалась и улыбка с его губ сразу слетела. — Ты… разочарован? — Я сейчас вернусь в Мунго. — быстро ответил он, уже беря палочку в руки. — Только ни о чем не думай, хорошо? — Что? — Зная тебя, ты будешь думать слишком много, а это не очень хорошо. — тараторил он, выходя из дома. -Подожди немного, Гермиона! Он быстро бежал в ее палату. Пусть думает о нем что угодно, но только не унижает себя. Ему было противно от такого поворота. И он хотел скорее ее успокоить, даже не думая о том, что до звонка ни за что бы не согласился оказаться здесь сегодня вновь. Ворвавшись в ее палату, он, запыхавшись, рухнул на стул рядом с ее кроватью. Девушка выжидающе на него смотрела. И хотя она старалась придавать лицу строгое выражение, он сразу заметил, что это лишь маска. Она была напугана и то, как она раз за разом останавливала себя от покусывания губы лишь подтверждало его догадку. — Когда ты узнал? — спросила она, прекратив ждать, пока он переведет дыхание. — Когда ты пропала. — ответил он, скривившись, вспомнив ее лежащую на полу. — Рон показал твой номер у себя в телефоне. Она кивнула и отвернулась, задумавшись. — Гермиона, я не разочарован. — он подался вперед, пытаясь обратить ее внимание на себя. — Тогда почему ты не сказал? Почему сбежал? Почему, Фред? Она не хотела кричать на него и зажмурилась, чтобы не сорваться. Такая истерика была на нее не похожа и она лишь скомкала в руках одеяло, сдерживая слезы. Когда он написал сообщение, она почти сразу поняла, что это он. Никто другой быть не мог. Его сообщения, его шутки… Она лишь удивлялась, как сразу не поняла. Ведь у них с Джинни такие похожие номера, наверняка потому что девушка сразу покупала и ему телефон. Но он ушел, стоило ей прийти в себя, как он почти сразу сбежал из больницы. — Гермиона, — он пересел к ней на кровать и накрыл ее сжатую ладонь своей, — Ты самая удивительная девушка, которую я встречал. И это никак не связано с нашей перепиской. Нет, — он покачал головой, когда она осторожно повернулась к нему, — Даже если бы не наше общение в этот месяц. Я бы сказал тебе то же самое. Ты самая храбрая, умная, и даже слегка сумасшедшая. Ты поражаешь меня просто тем, какая ты есть. Ее нахмуренное лицо заставило его улыбнуться. Мерлин, она сомневалась в его словах! Явно думает, что это всего лишь шутка. Возможно, даже решила, что он знал изначально. Он, вздохнув, погладил ее по щеке, с затаенной радостью отмечая, как в этот раз она на мгновенье прикрыла глаза от его ласки. — Твое недоверие меня обижает, знаешь ли. — произнес он с улыбкой. — Будешь готовить мне кофе до конца своих дней. — Можно один раз тебе подсыпать какое-то ваше зелье, и ты передумаешь. — немного неуверенно пожала она плечами, улыбаясь, а он ахнул. — Общение со мной тебе явно на пользу! — рассмеялся он. — Ещё годик и ты будешь создавать с нами батончики. — Скорее лечить твоих подопытных кроликов. — уже расслабившись, ответила Гермиона. — О, я уверен тебе пойдет лимонный халат, — ухмыльнулся Фред, оглядывая ее. И в следующую минуту он удивлённо поднял брови, когда Гермиона наклонилась к нему и, обхватывая его лицо, поцеловала в губы. Он видел ее закрытые глаза и не мог поверить, что она первой сделала это! Аккуратно обнимая ее, он с ликованием думал о том, какое чудо само попало ему в руки. Он ни за что бы себе не простил, если упустил его. — Моя храбрая птичка, — чуть ли не мурлыча ей в волосы, проговорил Фред, стоило им прекратить поцелуй. Но отпустить объятья он не смог, зарываясь в волосы лицом. И чертовски надеясь, что ни один колдомедик сейчас не зайдет к ним. — Я была уверена, что ты ещё долго будешь ходить вокруг да около… — прошептала Гермиона. — С чего ты решила? — хмыкнул парень, отодвинувшись от нее, чтобы заглянуть ей в глаза. — Милая, да я теперь от тебя не отстану… — Нет, постой. — уперев руки ему в плечи, неожиданно остановила она его. Фред удивлённо глянул на нее, только что сама первой поцеловала, а теперь не позволяет ему того же? — Ты больше не будешь игнорировать меня. — она сощурилась, ожидая от него ответа, и он с ухмылкой кивнул. — И больше не бросишь без прощания в палате. Он, прищурившись, смотрел на нее, думая, какая же она оказалась хитрюгой. Да такими темпами Гермиона из него веревки будет вить, если он уже на все согласен из-за одного поцелуя. Надо бы держать лицо. — А прощания будут с поцелуями? — поинтересовался он довольно серьезным тоном. — Фред! — она старательно делала возмущенное лицо, но слишком тяжело было сдерживать улыбку. — Ни за что без поцелуя не оставлю. — пообещал он и в подтверждение чмокнул ее в губы. — Это все условия для отношений с тобой или мне надо ещё победить дракона и прочитать историю Хогвартса? — Историю детям читать будешь. — улыбнулась в ответ Гермиона. — А о списке условий я ещё подумаю, спасибо за идею. И стоящие в дверях Джинни с Гарри были вновь не замечены. И пока жена не успела себя выдать, Поттер осторожно закрыл дверь. По коридору разнесся смех Уизли. И Гарри с улыбкой отметил, что слишком давно не видел такой счастливой подруги. Надеясь, что теперь будет видеть ее такой всегда.