Блудная дочь блудного отца

Док протянул Наат коктейль, кокетливо украсив высокий цилиндрический бокал зонтиком и каким-то фруктом. От пойла несло крепким алкоголем и цветами. Пожав плечами, Наат в мгновение влила в себя содержимое бокала и посмотрела на Киру, которая минутой ранее проделала ту же процедуру. Джедайка уже раскраснелась, глаза блестели, а язык слегка заплетался. - Сегодня наш медик лечит не тела, а души! – хихикнула рыжая и потянулась за добавкой. – Давай, Наат, за Императора, чтоб его. - О, нет, дорогая, за ЭТО я не пью! Давай уж за Дромунд Каас. Там природа красивая. - А знаете что прекрасней природы Дромунд Кааса, девочки? – вклинился в пьяный разговор Док. –Вы, мои великолепные собутыльницы! Наат расхохоталась и бросила в усатого коктейльный зонтик, предварительно слизав с него капли алкоголя. - Знаешь что, Док? Ответь мне, ты постоянен? – пробормотала твилечка, заглядывая в карие глаза медика. Парень задумчиво потёр подбородок и чуть качнул головой. - Смотря, о чём речь, дорогая. Если ты про смену поз… - Так, так! Прекратите вот это вот! – прикрикнула строго Кира, грозно помахивая указательным пальцем, – Упс, меня тошнит. Девушка выползла из-за столика и медленно потащилась в сторону туалета. На «Сонном параличе» редко бывают гости - Наат не любила, когда кто-то посещал её логово, но сейчас твилечка сделала исключение для двух едва знакомых людей. Наверное, после пережитого ей просто нужна была компания. Кира и Док, оба молодые и веселые, без вопросов согласились пойти и подчистить личный бар контрабандистки, когда та выдвинула это предложение. Слушать заунывные речи джедая и фантастические планы Скорджа надоело всем, тем более, даже спасителям Галактики необходимо иногда развлекаться. - Ну так, красотка, к чему был вопрос? – вывел Наат из раздумий голос Дока. - Не к тому, что ты там ответил, но ответ засчитан. – краснокожая игриво дёрнула правым лекку и улыбнулась. Док потёр усы с видом матёрого ловеласа и наполнил бокалы очередной порцией алкоголя. Напитки в баре Наат были весьма разнообразные – от банального корелианского виски до изысканных вин вроде Тарала. И сейчас её коллекция таяла, словно снег на солнце. Пригубив бокал, девушка поморщилась – Док добрался до пыльного сока. - Так, мне, пожалуй, хватит. Только Дару ни слова о том, что я набралась. Вы не представляете, что такое занудный бойфренд-джедай. «Где твоя ответственность, Кира! Повзрослей, Кира! Будь серьёзней, Кира! Кира, ты не видела, куда я вчера кинул свой нагрудник?» - пошатывающаяся Кира скривила лицо, пародируя Дар-сина и поморщилась, – Задолбал! - Пошли, покажу, где ты можешь лечь. Меддроид, если что, прямо по коридору и направо – с похмельем он бороться умеет, поверь. – твилечка подмигнула новоиспечённой подруге и повела в запасную каюту. Гостевой Наат её не называла – гости на «Параличе» желанными почти не бывали, - Спокойной ночи. Покинув Киру, краснокожая, слегка покачиваясь, направилась обратно в конференц-зал. Именно так она называла кухню, на которой располагалось всё необходимое для приготовления еды и её поглощения. Там же была барная стойка, небольшой столик, бар и длинный стол для совещаний, который использовался как подставка под гору оружия – команде из двух дроидов и одного тви’лекка собираться было незачем. В каюте лежал ковёр ядовито розового цвета с длинным ворсом и пара кресел-подушек. Внизу, на полке у самого пола, стояли медикаменты, способные избавить от тошноты и головной боли – всё самое необходимое после попойки. Док сидел всё так же за столиком и задумчиво вертел в руках медальон. - Где ты???? – ошарашенно крикнула твилечка, отбирая у любопытного мужчины украшение, – Не смей шариться в моих вещах! И тем более трогать это! - Да я не шарился, он лежал тут. Прямо вот тут, посреди стола! – Док посмотрел девушке в глаза, - Честно. Я не имею привычки лезть человеку в душу, когда того не просят. И в личные вещи. - Ну да. Лезешь ты только в трусики! – огрызнулась контрабандистка, сжимая в ладони медальон с выгравированным пламенем свечи, - Прости. Наверное, сама забыла тут. Знаешь… Он принадлежал моей матери. Видишь, - Наат щёлкнула скрытым механизмом и медальон раскрылся. Внутри лежала небольшая кучка пепла, плотно защищённая невидимым гравитационным полем, а на откинувшейся крышке в танце вертелась голограмма. Длинные лекку подпрыгивали, словно невесомые, тело извивалось змеёй, аккуратное лицо, улыбка на лице. Казалось, маленькая фигурка живая – секунда и она соскочит с медальона и закружится в своём великолепном танце по столу. – Моя мать. Девушка посмотрела на голограмму ещё с секунду, а потом резко захлопнула крышку и отвернулась. На глазах проступили слёзы. Точно, в прошлый раз она случайно открыла медальон, разревелась и нажралась, как последний гаморреанец. Скорее всего, тогда она и оставила украшение на столе, а сейчас его нашёл Док. - Вы похожи. – прошептал медик, отводя взгляд, - Ты меня прости, я не хотел лезть не в своё дело. - Заткнись! – почти крикнула Наат’Рен и, зачем-то, надела медальон себе на шею. Девушка резко, не отдавая себе отчёт, подалась вперёд и обхватила ладонями лицо Дока. Животным рывком она приблизила к себе губы медика и вцепилась в них отчаянным поцелуем, лишённым нежности. Это был животный порыв, эмоции, рвущиеся наружу. Не желание близости, нет,, а желание утопить свою боль, забыться. Не страсть двигала твилечкой, а отчаяние. Док, по началу замерший, словно в шоке, ответил на поцелуй. Губы их сплелись в грязном танце, словно в пляске шаманов у костра – безумие, экстаз, борьба. Наат, не отрываясь от губ мужчины, залезла на стол и начала стягивать с себя одежду. Слёзы текли по щекам, но внимания на них краснокожая бунтарка не обращала. Руки скользнули под жилет дока, нащупывая гладкую грудь. - Стой-стой-стой! – прошептал Док, задыхаясь от желания и нехватки воздуха, - Я не могу, неправильно… - Заткнись! – повторила твилечка, грубо стягивая с мужчины жилет. Медик простонал что-то в ответ, но отталкивать девушку не стал. Он словно чувствовал – Наат необходимо было получить сейчас хоть что-то, кроме боли. Пара мгновений возни с одеждой, и они оказались на розовом ковре. Док что-то шептал, нежно касаясь тела девушки, но сейчас не это было нужно. Движения её были резкими, безумными, почти животными. Всё было настолько первобытно, что вместо стонов и придыханий в комнате раздавались рыки, взвизгивания и рёв. Наат острыми зубами чуть прикусила губу Дока и вздрогнула всем телом. Её ноги обвивали торс мужчины, а руки лежали на его напряжённых ягодицах. Ногти впивались в светлую кожу доктора, некоторые царапины едва заметно кровоточили. Док яростно сжимал правой рукой грудь твилечки, а левой упирался о пол, вгоняя пальцы в ворс ковра. Рывок, рывок, движение обезумевших тел и по паре прошла дрожь, словно их пронзила молния. Док вскрикнул, Наат громко выдохнула что-то нечленораздельное, кажется, на языке ситхов, и любовники резко обмякли. Док, не откидываясь, упал прямо на девушку и прижался носом к её шее, обжигая красную кожу сбившимся дыханием. Наат закрыла глаза с её губ сорвался стон. - Ты не плох! – прошептала девушка. – Ночь длинна, так что одним разом ты не отделаешься. Я слишком давно не уделяла времени плотским утехам. Док усмехнулся, едва заметно кивнул, и поднялся. На ватных ногах мужчина двинулся в душ. Тёплая вода согревала тело и смывала не только чувство усталости, но и последние остатки хмеля. Что-то подсказывало Доку, что пьянка бурным сексом не закончилась, это был так, антракт. Руками парень опёрся о стену и, наклонив голову, наблюдал за струями воды, быстро ползущими по ногам. По спине прошёл лёгкий холодок, и на плечи легли мягкие руки. Медик почувствовал лёгкие прикосновения губ между лопаток, руки скользнули ниже, обвивая грудь. - Прости. Это было грубо. – прошептала Наат. - Я выгляжу недовольным? Или обиженным? – с усмешкой спросил Док и повернулся к девушке. Не удержавшись, мужчина обхватил красное лицо твилечки и прижался губами к её бордовым губам. Наат ответила на поцелуй, а потом со смехом оторвалась от усатого и нырнула под душ. Смыв следы недавнего любовного порыва, девушка выскочила из душевой кабины и завернулась в полотенце, свисающее с крючка на стене. - Моя каюта прямо через две двери. Мы с бутылочкой альдераанского вина будем ждать тебя там. – объявила наёмница и виляющей походкой направилась в бар. Проснулась Наат, обвивая руками спящего Дока. Чуть поморщилась от рези в глазах и стуке в висках, аккуратно поднялась и, накинув лёгкую тунику, придерживая руками за стену, направилась в сторону медотсека. Там уже сидела Кира, постанывая, джедайка глотала раствор, помогающий снять похмелье. Поздоровавшись кивком, твилечка пальцем указала дроиду на голову и уселась на кушетку, ожидая свою порцию лечебной смеси. - Что мы пили? – охрипшим голосом поинтересовалась Карсен, сдувая падающую на глаз прядь. - Всё. – шумно глотая лекарство, ответила Наат’Рен. - И даже больше! – раздался вялый голос Дока из коридора. Медик, щурясь на свет, вошёл в каюту. Выглядел он забавно – торчащие волосы, синяки под глазами, обмотанный по грудь одеялом. Кира, уже чувствуя некое облегчение, удивлённо округлила глаза. - Док! Ты охренел? – рыкнула зверем джедайка, - Я только завела подругу, чёртов ты килик! - Брось! – фыркнула Наат, - Нам пора вернуться к папеньке и Дар-сину. Я должна вам всем кое-что рассказать. Команда столпилась у голотерминала. Скордж сурово скрестил руки и смотрел на дочь, словно она не взрослая самостоятельная контрабандистка и наёмница, а подросток, напившийся тайком от родителей. Дар-син смотрел на Киру примерно таким же взглядом. Один Док весело насвистывал и, в целом, пребывал в весьма неплохом расположении духа. То и дело мужчина бросал быстрые взгляды на твилечку и загадочно улыбался. Сержант Раск же выглядел суровым всегда, так что на него никто особенно внимания не обращал. - Он вас несёт. – проскрипел джедай, – Ну да ладно, в чём вопрос? Наат снова окинула присутствующих взглядом и виновато поёжилась. Конечно, они ей никто, но то, что девушка собиралась сообщить как минимум расстроит команду джедая. - Я соврала вам. Я не искала отца. Ну, не совсем… - девушка замялась и, сложив руки лодочкой, прижала их ко рту. Выдохнула. – Меня послал Дарт Дарвинус, ситх. В мою задачу входило проследить за Скорджем и выяснить, что он планирует делать. Док пожал плечами и хмыкнул. Он, казалось, совершенно не удивлён. Да и вообще никто из присутствующих не удивился и не напрягся. - Это было понятно, Натирса. – негромко произнёс бархатный голос Лорда Скорджа, - Я всех предупредил заранее, что, вполне возможно, ты шпион. Поэтому никаких конкретных данных о наших планах ты не услышала. И не услышишь. Почему ты решила сообщить, дочь? - Я не собираюсь докладывать этому красномордому мудаку ничего. Ничего правдивого. – спокойно ответила Наат, - Я скажу, что вы тут по мелким делам, вроде усмирения бежавших пленников. А мой отец просто решил стать джедаем и сейчас он твой, Дар, ученик. Это будет выглядеть правдоподобно. Но ситхи будут рыть, уж поверьте. Надеюсь, меня не грохнут. - Ты не останешься? – удивлённо спросил Док. - Нет, зачем? – не менее удивлённо ответила твилечка, - В Галактике полно дел и, знаете ли, бегать и искать смерти можно куда веселее, чем это делаете вы. - Но тебя могут убить! – возмутился Док, - Ты должна остаться, Наат! Девушка рассмеялась и отодвинула воротник кофты, демонстрируя шрам на шее. - Это мне пытались отрубить голову. Один из ситхов, конечно же. А тут, - твилечка указала на круглый шрам на плече, - выстрел бластера республиканского солдафона. Вот этот, на животе – меня лет в шестнадцать пытались изнасиловать на Нар-Шаддаа какие-то садисты из дуросов. Тут на бедре – след электропосоха, получила его вместе со своей свободой, дома, на Дромунд Каасе. Я ходячая карта шрамов. И видела многое. И всё это многое я пережила. Поэтому отвали, усатый извращенец. Пара разъярённых красных меня не пугает. Скордж едва заметно скривился. Он молча подошёл к дочери и резко положил руку в тяжёлой перчатке ей на плечо. - Ты выросла достойным воином, Натирса. – произнёс ситх и вышел из зала, лишь на мгновение задержавшись в проходе и бросив, как обычно через плечо, - Я горжусь тобой, хоть и не причастен к твоему успеху. Помни, что я всегда приду на помощь. По коридору раздались глухие шаги. В комнате нависла неловкая тишина, которую покашливание прервал Раск: - Ещё один предатель на корабле? - Знаешь, синий, как мы, наёмники, вас называем? – злобно повернулась к чагрианину твилечка, - Имперцы, Республиканцы – вы, солдаты, одинаковы. Консервные банки. А вот это – открывашка. Девушка крутанула в руке световой меч и ловким движением выставила перед собой трещащие лезвие, точно просчитав, чтоб его конец упирался солдату прямо в горло. Мгновение – и Раск мёртв. - Так, успокойся, Наат! – медленно произнесла Кира, подняв руки, - Не убивай никого, пожалуйста. Дар-син, метнувшись словно молния, выставил вперёд зелёный луч светового меча и уставился прямо на девушку. Наат отвела взгляд от чагрианина, ни один мускул которого не дрогнул, несмотря на угрозу смерти, и посмотрела в глаза джедаю. - Держи своих людей в узде. – рявкнула твилечка и убрала световой меч, - И не стоило. Если бы я хотела, этот республиканский пёс уже бы был нашинкован на рагу. - Ты строишь из себя крутую, но в тебе слишком много эмоций. Ты боишься. – спокойно произнёс светловолосый джедай и убрал меч, - Лорд Скордж предложил тебе выход – стань учеником. Не обязательно моим, Совет может назначить тебе учителя, который прошёл тот же путь, что и ты. - Нахрен джедаев. Кира, на связи если что. Нужна будет помощь – обращайся. Дар, если в вашем деле появится место перевозчику чего-нибудь – к твоим услугам. У меня лишь одно условие – никакой работы с работорговцами. Рабство претит мне. За надёжность не переживай – ваши частенько пользуются услугами контрабандистов, например, как-то я перевозила партию наркоты для самого члена Совета, Мастера Си… - Шучу, не скажу для кого, анонимность – наше всё. И солдат ваших пленных спасала с Зиоста, кстати. Синенький ты мой, - твилечка игриво обратилась к Раску, - Я имперцев убила больше, чем ты за всю свою службу. Так что не нужно этой необоснованной ненависти. Я не с вами, но и не против вас. Мне плевать, Империя, Республика – и те, и другие мне гадили прилично. Но вот Кира мне нравится. Милая, если с этим занудой разойдёшься – дай знать. Наат послала рыжей воздушный поцелуй и пошла прочь из корабля. Больше тут делать нечего, совесть свою она успокоила, а значит можно заняться своими делами. И, наконец, выбить ещё немного денег с Дарвинуса. За спиной послышались быстрые шаги, но краснокожая, не оглядываясь, шагнула прочь с корабля. - Стой, Наат! – Док схватил девушку за руку. – Ты чего это удумала? - В смысле? – твилечка вскинула кожные отростки на подбородке от удивления. - Ну… Ты должна остаться. Ты… Я… - Стоп-стоп! – контрабандистка вскинула руку и прижала кончики пальцев к губам Дока. Убрав руку, девушка быстро прижалась к мужчине и поцеловала его долгим, страстным поцелуем. – Ты милый, Док. Но между нами был просто секс. Отличный секс, между прочим. Повторим при встрече, если хочешь. Но если ты решил, что ты типа пара или у нас типа что-то наклеивается – прости. Я не из таких. От стены отделилась массивная фигура и вышла на свет. - Ты ищешь смерти, доктор? – тихо спросил Скордж. - О, Сила… - взвыла Наат. – если ты собираешься разбираться с каждым, с кем я трахалась, папенька, то тебе будет не до Императора – список слишком длинный. Тебе распечатанный вариант или по голонету послать? - Натирса, не лезь. – отрезал бывший Гнев Императора. – Мне повторить вопрос, медик? - Эм… - Док невольно замялся. - Отец! – твилечка в бешенстве встала перед грозной фигурой ситского воина. – Ты снова лезешь туда, где тебе нет места. Нужно было заботиться обо мне тогда, когда мне было это необходимо. Где ты был, когда меня пытали наёмники? Когда меня пытались убить? Изнасиловать? Почему им ты не угрожал? И, скажи мне, нахрен ты лезешь к человеку, с которым я просто трахалась? Пошли, лучше, отойдём и поговорим. Скордж обречённо вздохнул и опустил клинок, деактивировав лезвие. Наат махнула рукой Доку и отошла к стене, туда, где их никто бы не услышал. Скорд встал перед дочерью и выжидающе посмотрел на хрупкую твилечку. Рядом с великаном-отцом она выглядела совсем маленькой, прямо как мать. - Натирса… - начал ситх, - Я хочу сказа… - Не нужно. Я слышала достаточно. И теперь настала моя очередь говорить. – Наат шумно сглотнула и продолжила, - Я прощаю тебя. Ради матери, ради себя. Не ради тебя, нет. Только ради нас с мамой – она бы не хотела вот этого. Она любила тебя. Девушка стянула медальон с шеи и активировала механизм. На ладони Наат’Рен заплясала в ритуальном тви’леккском танце крохотная фигурка Вейлы’Рен. - А теперь взгляни на неё. Взгляни в её глаза. И ответь мне, отец, прощаешь ли ты себя? Скордж нахмурился и прикусил нижнюю губу. Глаза ситха заметно потемнели, а скулы напряглись. - Как я смею? – хриплым голосом, полным боли, ответил он. – Как могу я простить себя за то, что сотворил со своей семьёй? Тем, кто мне дорог, я причинил только страдания. Три сотни лет я жил, не привязываясь ни к кому. Жил, выжидая момент, когда смогу избавить Галактику от безумца, которому я служу. И никого не пускал в свою жизнь. Никого. Пока не встретил её. Она ворвалась в моё сердце порывом ветра, снесла там всё и оставила хаос. Ты и твоя мать были для меня всем, ради вас я стал искать Избранного с большим рвением. Чтобы, наконец, быть свободным от бремени, что взвалил на себя сотни лет назад. И из-за меня погибла та, которую я любил. Из-за меня пострадало моё дитя, моя кровь и плоть. Наат подошла к отцу и обняла его. Простым, но до боли непривычным движением. Движением, что было естественным для неё многие годы назад. - Я отомстила за мать, отец. – прошептала девушка. – Гордись мною, ведь я твоя дочь. Я Натирса, дочь Лорда Скорджа, Гнева Императора.