Блудная дочь блудного отца

      Небольшой шар с писком взлетел в воздух, секунду повертелся на одном месте и начал стрелять миниатюрными бластерными выстрелами, которые едва указывали кожу, не принося ни малейшего вреда. Наат умело отбивала искры мечом, непринуждённо и лениво отрабатывая точные движения кисти. Сейчас она поставила себе непростое условие – не двигаться. Лишь вооружённая световым мечом рука, точнее, её кисть, слегка проворачивалась в суставе, отражая очередной мини-выстрел тренировочного дроида. Наат и сама не знала, зачем она начала тренировку – всё, чему мог её научить робот, она и так умела. Поэтому и решила усложнить себе задание. Вдоволь натерпевшись болезненных уколов пропущенных выстрелов, девушка убрала меч и деактивировала дроида. Последнее время её одолевала тревожность, как и многих чувствительных к Силе.       С детства Наат, закрывая глаза, чувствовала Силу вокруг себя. Тёмных Ситхов она «видела» красным, даже алым, пятном. Кто-то светлее, кто-то темнее. Эти пятна пульсировали, словно сердца, вынутые из грудных клеток, расплескивая вокруг себя пятная крови-тьмы. «Сердце» отца Натирсы было алым лишь в центре, ближе к краю становясь почти голубым, светлым. А Император возвышался над небольшим Дромунд-Каасом чёрным взрывом, отправляющим этой тьмой всё вокруг. Те немногие «светлые», которых твилечка встречала на своём пути были, словно небесно-голубой цветок, озаряющий всё вокруг нежным светом. Но вот себя Наат в детстве разглядеть не могла – теряла в буйстве красок мира. Лишь став взрослее и, наверное, рассудительней и внимательней, Натирса увидела, что ей «сердце» поражено тьмой, куда большей чем у её отца. Центр пылающего огненного всполоха, коим она была в Силе, казался чёрным, пугающим. И лишь по краям виднелись голубоватые просветы. Сейчас, проведя довольно много времени в кругу команды Дар-сина, Натирса начала замечать, что в её тёмной душе начали разрастаться голубые просветы. Кира, её единственная подруга, делала её лучше. Даже когда она смеясь завалилась на «Сонный паралич» и потащила контрабандистку на Татуин вылавливать какого-то невероятно милого и безумно нужного джедайке хомяка, Наат не разозлилась, а очень весело провела время, прыгая по пустынным барханам. Именно с тех пор, как Натирса связалась с Кирой, её начали посещать мысли о Силе, Свете и Тьме. О Ситхах и Джедаях, делящих сферы влияния через кровь сыновей и слёзы матерей. Благодаря Дар-сину и Кире Наат поняла, что не все джедаи высокомерные типы, плюющие на обычных людей.       Но главным было не это. Уже давно Наат чувствовала, как нечто тёмное, страшное, несущее смерть, поднимается из-за горизонта. Тьма, охватывающая разумы, настолько беспросветная, что даже Император не мог с ней сравниться. Это была не просто Тёмная сторона Силы, как у большинства ситхов, нет. Что-то иное надвигалось, неся Галактике погибель. И лишь совсем недавно отец вышел на связь с Наат, чтобы сообщить, что их главный враг считавшийся погибшим Реван, тот самый джедай, на рассказах о котором Скордж растил свою дочь. Жажда Ревана уничтожить Вишейта в конце концов погубила его самого, сделав его главной угрозой всему сущему.       «Сонный паралич» плавно летел в сторону планеты Риши, место, где собиралось всё отребье галактики – контрабандисты, охотники за головами, пираты. Особенно последние. Планета Наат нравилась – щебет птиц и шум прибоя успокаивали бушующие внутри твилечки эмоции. Сейчас на планете девушку ждал Терон. Контрабандистка сама не знала, зачем согласилась на встречу, но в глубине души чувствовала, что должна это сделать. Наверное, слова Сатель засели где-то внутри. Из вредности краснокожая не направилась на встречу сразу же, а решила немного «поморозить» Шана, растянув часовое путешествие на пол дня.       Сходив в душ, Натирса нанесла макияж – толстые чёрные полосы по всему лицу, этакая боевая раскраска, и уселась в кресло пилота. Настало время посадить корабль, который уже дрейфовал на орбите планеты Риши. Зелёно-голубой шарик казался совсем небольшим с высоты, но Наат знала, что планета полна опасностей: джунгли, где обитают хищные животные, доки, в которых кишат пираты, а самое главное – Реваниты, буквально заполонившие планету. С тех пор, как стало известно о возвращении Ревана, его поклонники, ненормальные культисты, повылезали из тех щелей, в которых сидели, забившись, годами. Именно они развязали войну между Республикой и Империей, которая, к счастью, продлилась недолго. И сейчас Натирса направлялась на встречу с Тероном, который обещал познакомить девушку с представителем Империи в их небольшом отряде, неким ситхом.       Усадив корабль на деревянную круглую платформу, Наат покинула «Паралич». Оделась девушка, как обычно, в полную экипировку – метательные ножи, небольшие гранаты, наборы для лечения, бластер и бессменный световой меч. Шан должен был ждать её в кантине, куда твилечка и направилась. Путь лежал через рынок, галдёж которого был слышен за сотню метров. Пара местных здоровенных птицеподобных гуманоидов, раса которых носила то же название, что и родная планета – Риши, торговались с представителем Нова-клинков за коробку странных на вид и запах фруктов, мрачный контрабандист из под полы доставал дурь для очередного торчка, джедай и ситх переговаривались в углу, словно и не принадлежат двум воюющим фракциям. Но Наат рыночная суета не интересовала, девушка спешила в кантину, из которой доносилась рвущая барабанные перепонки музыка. Войдя в питейное заведение, твилечка удовлетворённо хмыкнула. Местная кантина ей нравилась – довольно уютная, большая, с чистым подвальным помещением.       Терона, точнее его красную куртку, Наат заметила сразу же. Парень сидел у барной стойки и о чём-то оживлённо болтал с блондинкой, сидящей рядом с ним. Контрабандистка сделала несколько шагов в сторону агента и замерла – от блондинки веяло тьмой, Тёмной стороной Силы. «Так вот значит что за ситха он хотел мне представить!» - подумала краснокожая, с недовольством оглядывая блондинку. Светлая кожа, безвкусное громоздкое одеяние, грубоватый голос… Фыркнув, твилечка направилась к парочке и бесцеремонно уселась рядом с агентом, оттесняя девушку. - Ну здравствуй, Шан! – с усмешкой произнесла Натирса и покосилась на блондинку. – А Вы, я полагаю, тот самый ситх, с которым Терон последнее время проводит подозрительно много времени. - Это Лана. Лана Бенико. – представил блондинку Терон. – Наат. - Дочь Гнева Императора. – проявила свою осведомлённость Бенико. - Бывшего Гнева! – яростно поправила Наат, отбирая у Терона стопку с местным пойлом и резко опрокидывая алкоголь в себя. - Да, верно. – кивнула ситх. – Терон, я должна кое-что уладить. Лана встала и неторопливо пошла к выходу. Натирса проследила взглядом за девушкой и скривилась. Ситхов она недолюбливала – было за что. И доверия Бенико у твилечки не вызывала, ведь доверять тому, кто служил Императору, довольно сложно. - Зачем она нам? – резко повернулась контрабандистка к Терону. - Ревнуешь? – усмехнулся парень и, прищурившись, уставился на Наат. Натирса пропустила колкость от парня и огляделась. Что-то ей не нравилось, но что, девушка понять не могла. Словно кто-то посторонний стоял рядом и наблюдал, не сводил глаз, прислушивался и отмечал каждую деталь. И это липкое ощущение не покидало контрабандистку с тех пор, как она приземлилась на Риши. - Что-то не так, – констатировала девушка, - за нами наблюдают. - Знаю. – прошептал Шан и взглядом показал на невзрачного парня в углу, потягивающего коктейль. – Пусть думает, что у нас свидание. Наат уже собралась расхохотаться, как Терон обхватил лицо девушки ладонями и поцеловал. Губы мужчины требовательно прижались к губам Наат. От неожиданности твилечка замерла на мгновение, а затем попыталась оттолкнуть агента. - Не дёргайся. – прошипел шпион сквозь зубы, отрываясь от девушки на пару мгновений. – Это просто работа. - Убью. – пообещала краснокожая, прекращая сопротивляться. Даже себе девушка не хотела признаваться, что впервые за всю её жизнь поцелуй для неё значил что-то. Внизу живота появилось приятное щекочущее ощущение. - Шан… - пробормотала твилечка, переставая контролировать руки, которые, помимо воли хозяйки, обхватили затылок агента, пальцы взъерошили и без того торчащие волосы. Дыхание сбилось. Усилием воли девушка заставила себя отстраниться и резко отвернулась, закусив губу. Наат поднесла трясущиеся руки к лицу выдохнула в ладони. Не дожидаясь, пока Терон что-то скажет, девушка резко рванулась к выходу, не слыша звуков музыки или разговоров посетителей кантины. В ушах стояли гулкие удары собственного пульса – бум, бум, бум, - часто, громко, словно целая армия барабанов атаковала слух Натирсы. Выбежав из кантины, твилечка свернула за угол и понеслась прочь, не оглядываясь и не извиняясь перед теми, кого толкала плечом. Оббежав рынок, обогнув пару зданий и проскочив мимо толпы обсуждавших что-то пиратов, Наат оказалась за периметром порта. Местность практически дикая – казалось бы, в паре шагов от цивилизации не может быть джунглей, но Риши жила по своим правилам. Заплетающимися ногами Наат сделала несколько шагов и упала на колени у высокой развесистой пальмы. Упёрлась руками о землю и попыталась отдышаться. Не будь её кожа красной, девушка залилась бы сейчас румянцем.       - Да что со мной? - прошептала контрабандистка, наблюдая как капли слёз опускаются на молодую траву.       Голотерминал запищал. Наат даже не взглянула на устройство – ей было не до разговоров. Слёзы лились из глаз твилечки, а дрожь в теле не унималась. Стук в ушах стих, но ушёл до конца.       Прошло уже прилично времени, час, может два, но Наат всё стояла на коленях у пальмы и пыталась успокоить бурю непонятных эмоций, захлестнувших её. Голотерминал продолжал разрываться от звонков, но отвечать контрабандистка не хотела. Тем более, звонить мог Терон – последний человек во Вселенной, которого она хотела бы сейчас видеть.       Сзади раздался шорох и послышались шаги. Кто-то сел по левую руку от Наат.       - Что с тобой? – произнёс Терон тихо.       - Пошёл в жопу, Шан. – ответила твилечка и повалилась на землю, почувствовав боль в затёкших руках. Наат перевернулась на спину и уставилась на розовеющее от заката небо.       - Наат, - едва слышно начал агент, - я был один всю жизнь. Пользовался людьми, ради СИС я мог и убить, мог поступить как мразь, как тогда, с тобой… Думаешь, ты одна пострадала от моей бесчеловечности? Далеко не все выбирались. За мной гора трупов, горы мёртвых людей. Хороших людей. Я думал, что Республика стоит этих жертв, что смерть одного ничто перед смертью миллионов… Тьма не только в тебе, Наат. Во мне её не меньше. Натирса не отвечала, она смотрела на первую звезду, едва виднеющуюся в розовом безоблачном месте. С океана доносился шум прибоя и крики морских птиц. Где-то в глубине джунглей ревели дикие звери. А звезда горела, ей плевать было на то, что происходило на крохотной планетке Риши, плевать было, что происходило в душе контрабандистки, чей отец был правой рукой Императора, плевать было на слова сына Магистра Ордена джедаев.       - Ты не знаешь, сколько во мне Тьмы. – усмехнулась краснокожая. – Иначе не говорил бы так.       - Ты рискуешь собой ради других. Спасаешь посторонних тебе людей, кинулась вытаскивать детей и мою мать, хотя я чуть было тебя не убил… - Шан усмехнулся. – Ты гораздо лучше, чем хочешь казаться.       - Это не так.       Наат поднялась с земли и с трудом заставила себя взглянуть на Терона. Парень сидел, опираясь на руки и вытянув ноги перед собой. Его карие глаза, в которых плескалась вечная усмешка, следили за контрабандисткой.       - Я никогда не сближался ни с кем. Знаешь, просто не умею… - Шан неловко улыбнулся. – Но мне кажется, что я хочу сблизиться с тобой.       Натирса закусила губу и чуть качнула головой. Лекку краснокожей напряжённо задрожали. Девушка открыла было рот, желая что-то сказать, но тут же закрыла и отвернулась.       - Я работаю одна. Без напарников. – отрезала Наат’Рен.       - Чёрт, Наат! – простонал агент и встал.       Парень подошёл к твилечке и резким движение развернул её к себе.       - Я не умею… - начал Терон, но замолчал.       Шан осторожно провёл пальцем по красной щеке твилечки и притянул девушку к себе. Не дожидаясь согласия или отказа, Терон поцеловал контрабандистку лёгким, едва уловимым поцелуем, не как тогда, в кантине.       - Я тоже не умею, - прошептала Наат, - я умею убивать, умею находить того, с кем можно потрахаться, и забыть. Но я не умею вот это всё. Заботиться, быть вместе, встречаться… Я никогда… - Так давай попробуем научиться вместе? – Терон взял краснокожую за руку, не отрывая взгляда от её жёлтых глаз. – Я хочу попробовать. Ты ворвалась в мою жизнь бешеным красным вихрем, сбила меня с ног и хочешь, чтобы я просто забил на это? Ни за что! Нечего было кулаки тогда распускать.       - Думаешь, весь разум отбила? – улыбнулась сквозь слёзы охотница за головами.       - Как минимум, его часть. – ответил агент СИС. - Иначе я бы не стал использовать крайне неумелого шпиона Реванитов, как повод поцеловать тебя.       - Я тоже хочу попробовать. – прошептала девушка и приподнялась на носочках, чтобы заглянуть Терону в глаза. – Хочу.       А на небе, тем временем, загорались звёзды, знаменуя начало ночи. Крики животных в джунглях стали громче – вылезли ночные обитатели тропического леса. Наат огляделась.       - Знаешь, у меня на корабле есть немного выпивки и еды – не хочешь присоединиться к скромному ужину? – предложила девушка.       Парень лишь кивнул в ответ, и они направились назад, в порт. Несмотря на наступление ночи, жизнь на рынке не утихала – торговля шла. Обезьяны-ящерицы, излюбленные питомцы пиратов, сновали туда-сюда, передавая небольшие посылки от одного торговца другому. Терон молча следовал за твилечкой, Наат тоже молчала. Поднимаясь на борт «Паралича», контрабандистка обернулась и, с неловкой улыбкой, указала рукой на вход. Агент кивнул и вошёл внутрь.       - Что предпочитаешь? – хриплым голосом спросила Натирса, направляясь в сторону бара.       - На твой вкус. – пожал плечами Терон.       Неловкость повисла в воздухе. В тишине каждый шаг разносился гулом по всему кораблю. Наат выудила из холодильника бутылку виски и наполнила два стакана доверху, протянула один Терону и, стараясь не смотреть мужчине в глаза, уселась за стойку.       - Виренское… - пробормотал Шан, делая глоток. – А ты на алкоголь не скупишься.       - Если травиться, то травиться вкусно и красиво! – усмехнулась твилечка. – Я много пью.       - Заметил. – вздохнул мужчина. – Почему? Пьют либо слишком счастливые, либо слишком несчастные..       Наат повертела стакан в руке, любуясь янтарными переливами напитка, и сделала глоток. Древесный вкус тут же наполнил рот и ухнул куда-то ниже, в горло, обжигая пищевод. Приятное тепло разлилось по телу.       - Я не знаю. Просто пью. Когда весело, когда грустно, скучно… Просто так. С тех пор, как попала на Нар-Шаддаа.       - Я не хочу показаться парнем, который лезет не в своё дело, но, может, притормозишь? – осторожно выпалил Терон.       - Если не хочешь, то просто не лезь не в своё дело. – парировала Натирса, демонстративно выпивая весь стакан. – Я пью, как пират. Курю. Убиваю. Перевожу контрабанду и, о ужас, занимаюсь охотой за головами. А ещё ворую. И дружу с джедаями. А ещё мой папаша ситх. Если тебе что-то не нравится – выход с корабля ты найдёшь. Не пытайся меня переделать, Шан. Если в своих розовых мечтах ты представляешь, что я буду бегать за тобой с дебильной улыбкой и отвечать на любое предложение «да, дорогой» - иди в жопу. Я такая, какая есть.       - Не заводись, - улыбнулся агент и взял девушку за руку, - я не хочу, чтобы ты была другой. Да, ты слегка чокнутая, злобная и жестокая. Но с тобой легко, и, чёрт бы тебя побрал, Наат, я думаю о тебе с тех пор, как ты чуть не сломала мне челюсть на Каррике. Твилечка подняла взгляд на мужчину. Терон смотрел Натирсе в глаза и мягко улыбался, чуть поглаживая её ладонь большим пальцем. Наат, словно дикий зверь, оскалившийся, притихший, испуганный, но изголодавшийся по теплу. А он, Терон, - юный, неопытный укротитель, который едва заметными шажками приближается к этому зверю.       - Шан… - начала девушка, но продолжить ей республиканец не позволил – его губы осторожно, но требовательно прижались к её губам. И снова на Натирсу нахлынуло это щекочущее живот чувство, она словно взлетела над полом. Впервые в жизни твилечка хотела от другого человека не просто одноразового секса, кратковременной интрижки, а чего-то большего. Она смахнула стаканы со столешницы, и, не обращая на шум бьющегося стекла, залезла на стойку. Усилием воли краснокожая заставила себя оторваться от мужчины. – Пошли.       Спрыгнув со стойки, и, по пути стягивая с себя вещи и отшвыривая их в разные стороны, девушка медленно направилась в спальню. Терон последовал её примеру. У кровати они оказались практически обнажёнными – оба стояли в нижнем белье. Наат хотела расстегнуть лиф, но агент потянулся первым, неловко расстёгивая небольшую молнию между грудями краснокожей контрабандистки, парень не отводил взгляда карих глаз с её лица.       - Испытывать смущение… странно.. – пробормотал Шан, откидывая расстёгнутый, наконец, лиф, парень и опустил взгляд в низ. Чуть вздрогнул, заметив шрам на животе, но затем опустился на колени и нежно поцеловал рубец. Натирса едва заметно выдохнула, но ничего не сказала – она и сама испытывала почти забытое, несвойственное ей чувство – робость. Тёплые пальцы Терона скользнули по бёдрам краснокожей. Девушка осторожно прикоснулась к волосам мужчины, запустила пальцы в густую, чуть липкую от геля, шевелюру. Лёгким движением Шан стянул с Наат трусики и, поднявшись с колен, подхватил контрабандистку на руки. Мужчина аккуратно положил девушку на кровать и прижался лбом к её лбу. Лекку Наат задрожали, а ноги стали невесомыми. Страха перед сексом она до этого никогда не испытывала.       - Я хочу большего, Шан. – прошептала Наат, глядя Терону в глаза. – Не просто пару раз перепихнуться и разбежаться. Я хочу большего с тобой.       - Как и я. – ответил с едва заметной дрожью в голосе парень.       - Твоя мать сказала мне не оставлять тебя. – призналась твилечка, обвивая шею агента руками. – Сказала, что мы нужны друг другу. Поняла это раньше меня. И я долго думала над её словами. Думала, что глупость всё. Но когда увидела тебя рядом с этой Ланой…       Терон неожиданно расхохотался и весело посмотрел в янтарные глаза твилечки.       - Так ты действительно меня к Лане приревновала? – спросил он.       - Иди в жопу, Шан. – фыркнула Натирса, рывком скидывая агента с себя. Ловко, словно дикая нексу, твилечка прыгнула, оказываясь сверху. Посмотрела на хохочущего мужчину, и сама улыбнулась.       Дыхание девушки участилось, когда ладони Терона скользнули по её спине, нежно опускаясь к талии. Наат приблизила своё лицо к Шану и поцеловала мужчину, чуть прикусила его губу острыми зубами, провела языком и отстранилась, чтобы отдышаться. Терон громко выдохнул, когда Натирса начала плавные движения, начиная проникновение. Темп чуть ускорился, грудь девушки подпрыгивала прямо перед лицом агента и тот, не удержавшись, приподнял голову и обхватил сосок губами. С губ Натирсы сорвался стон и тело девушки задрожало. Не в силах больше шевелиться, твилечка упала на Шана, позволяя тому взять лидерство. Терон нежно, но крепко обнял контрабандистку, опустив одну руку на ягодицы девушки. Наат казалось, этот момент летит со сверхсветовой скоростью и тянется веками одновременно. Удовольствие, словно патока, растеклось по всему телу, а низ живота пульсировал, разгоняя его дальше и дальше, словно сердце кровь. Терон ускорился, сделал несколько резких толчков и тело его содрогнулось. Мужчина, тяжело дыша, откинулся на подушку и закрыл глаза, поглаживая рукой спину Наат. Ничего не говоря, Натирса изогнулась и быстро поцеловала парня, выскальзывая из его объятий. Движением руки она поманила Шана и направилась в душ, чувствуя, как по внутренней стороне бедра стекает вязкая сперма. За спиной послышался смешок и чуть скрипнула кровать – Терон последовал за ней. Юркнув в душ, парочка встала под тёплую воду и Наат, преодолевая опять навалившееся на неё смущение, прижалась лбом к мускулистой груди агента, чувствуя глухие быстрые удары его сердца. А вода, быстрыми миниатюрными ручейками стекала по её спине, огибая шрамы и стекая в ложбинку в полу. В груди Натирсы зарождалось что-то светлое, приятное, важное. Она не могла объяснить, что, но, закрывая глаза, видела себя не просто красно-чёрным беспросветным пятном. Она видела, как в центре ужасающей черноты зарождалась едва различимая голубоватая искорка, готовая в любой момент разгореться светом, изгоняющим любую тьму.