why wont you love me

Гарри не может перестать думать о губах Луи, когда чуть позже лежит в своей спальне. Музыка в наушниках играет слишком громко, чтобы перекричать мысли. Он представляет кого-то другого, но перед глазами всегда всплывает расслабленное лицо Томлинсона, когда Гарри касался своими ладонями его гладкой кожи. Он знает, что должен что-то сделать с этим, потому что теперь он точно сойдёт с ума, если будет видеть Луи каждый день в квартире, и понимать, что к нему нельзя прикоснуться. Мозг Гарри кричит «Беги, беги, беги», но он не хочет. Это единственное, что Стайлс делал всю свою жизнь. Бежал от проблем, чувств и своих мыслей. Но теперь он не хочет. Спустя столько времени до него наконец доходит, что он имеет на самом деле. Семья. Настоящая семья с Луи. Ощущение, словно Гарри только сейчас понимает, что у них действительно есть ребёнок. И что-то сжимается у него в груди, потому что всё и правда могло быть иначе; если бы в ту ночь он был чуть умнее, а его мозг не затуманен алкоголем. Может быть, он бы собрался и поехал к Луи. Может быть, у него бы наконец-то хватило смелости признаться в чувствах. Себе и ему. Может быть, он должен сделать это прямо сейчас. Он стучится в дверь спальни и думает о том, как они пришли к этому. Почему они вообще спят в разных спальнях? Почему они всегда запирают двери? Почему они больше не говорят? Но Гарри знает ответ. В спальне тихо, и это настораживает. Он стучит снова. — Лу, — Гарри не говорит громко, потому что не знает спит ли Оливия, — Пожалуйста, нам нужно поговорить. Тишина давящая, такая, что заставляет кровь Гарри закипать. Он надавливает на ручку, когда дверь поддаётся ему, но в комнате никого нет. Гарри издаёт нервный смешок, потому что, конечно. Конечно, Луи сбежал. Он садится на кровать, цепляясь пальцами за кудри. Луи ушёл. Вещи в шкафу всё ещё на месте, так что его сердце начинает биться чуть спокойнее. Гарри старается не быть параноиком, потому что на улице только начинает смеркаться, и они просто могли пойти гулять. В голове сразу всплывает Лиам, обнимающий Луи, оставляющий поцелуи на его лбу и щеках. Его Луи. И даже если после всего, что сделал Гарри, он не имеет ни малейшего права на то, чтобы претендовать на Луи.. Плевать. Через час их всё ещё нет, и Гарри не собирается мириться с этим. Он ищет в своих контактах номер Лиама, потому что Луи игнорирует звонки. Номера нет, и это наводит панику. Единственное, что придумает Гарри, это набрать Зейну. — У тебя есть номер Пейна? — Первое, что говорит Гарри, когда слышит звонкое приветствие друга. Зейн хрипло смеётся в трубку, и Гарри слышит шуршание простыней. Может быть, он совсем не вовремя. Плевать. — Луи снова сбежал к своему спасителю? Гарри хочет ударит его в лицо. Это не смешно, абсолютно. Он рычит «Отправь мне его номер» и сбрасывает трубку, потому что не может держать себя в руках. Когда сообщение от Малика приходит на его телефон, он громко выдыхает, чтобы успокоиться. Гудки слишком долгие, и это нервирует. — Да? — Голос Лиама настороженный, но ощущение, словно он не знает, что это звонит Стайлс. — Это кто? Гарри откашливается, когда понимает, что молчит слишком долго. — Это..Это Гарри. Луи с Оливией у тебя? — Что? — Он слышит какой-то грохот. — Что ты ему сделал? Клянусь, я собираюсь оторвать твою голову прямо сейчас. — Завались, Лиам. Ты должен знать где он, потому что ты первый, кому он звонит. Не делай, блять, из меня идиота, потому что- Входная дверь хлопает, и Гарри замирает. — Гарри? Он сбрасывает трубку, несмотря на то, что на том конце провода Лиам продолжает на него кричать. Они вернулись. Прошло пару часов, но ощущение, словно их не было несколько дней. — Где вы были? — Он давится воздухом, смотря на Луи, который выглядит так, будто его загнали в угол. Парень молчит, всё ещё стоя на пороге своей спальни. — Пожалуйста, скажи мне. — Мы просто гуляли. Почему ты звонил Лиаму? Гарри не говорит, что думал, что они ушли. Он будет выглядеть как королева драмы, а ему это не нужно. — Слишком поздно, чтобы гулять, Луи. Оливия почему-то издаёт громкий звук, похожий на смех, и они оба замирают, уставившись друг на друга. — Ты тоже не довольна тем, что папочка ругает нас, детка? Я тоже. — Сердце Гарри бьется быстрее, когда он слышит это. Он даже пропускает мимо уже то, с какой пропитанной недовольством интонацией это звучало. Луи держит малышку на руках, когда подходит к Гарри, сидящему на его кровати. Руки Стайлса сразу же тянутся к ней, и Луи не сопротивляется. Он смотрит, как парень нежно проводит кончиком носа по её виску, и тоже хочет быть на её месте. Он отгоняет эти мысли, как только они забираются в его голову. — Я поговорил с мамой о переезде. — Гарри застывает, когда слышит это. Нетнетнет. — Пока я поживу у неё, а потом сниму квартиру. — Луи- — Нет, послушай. Послушай меня и не перебивай. — Голос Луи уставший. — Я не могу так, Гарри. Твоё присутствие давит на меня, неужели ты не понимаешь? Я не могу находиться всю жизнь в квартире с человеком, которого ненавижу. Ненавидит. Луи ненавидит его. — Вы не можете переехать, — Гарри всё ещё держит на руках Оливию, — Луи, пожалуйста. Он хочет сказать «Я люблю тебя, пожалуйста, останься», но только смотрит на него не отводя взгляда. Что-то внутри Луи ломается, когда он видит его глаза. Он не хочет верить им, но что-то в них говорит ему об искренности Гарри. — Луи. Он протягивает одну руку парню, когда тот поддаётся. Их пальцы соприкасаются, но это не чувствуется чем-то странным. Луи садится на пол около кровати, всё ещё держа руку Гарри в своей, но молчит. Напряжение в комнате постепенно спадает, когда Гарри шепчет: — Останься. Слёзы, которые выливаются из глаз Томлинсона, должны были остаться незамеченными. Поэтому он утыкается лицом в бедро Гарри, чувствуя тёплую ладонь в своих волосах. — Зачем ты вообще появился в моей жизни? — Он тихо всхлипывает, боясь напугать Оливию. — Почему ты не мог просто исчезнуть? Но Гарри не знает ответа. Луи чувствует, как парень кладёт на кровать малышку, а затем поднимает его за плечи. Томлинсон оказывается сидящим рядом с Гарри. — Прости. — Его большой палец вытирает мокрые щёки Луи. — Не оставляй меня, Лу. Я не знаю как без тебя жить. Луи думает о том, что ему нужно дышать. Глубже. Но слёзы, которые снова текут из глаз, не дают ему этого сделать. Гарри тянет его к себе, и он не сопротивляется. Через несколько минут они всё ещё лежат втроём на одной кровати, но за всё это время никто не проронил ни слова. Гарри целует лоб Луи, а потом маленькие ладошки Олив, которая за это время успела заснуть. Он не хочет терять то, что только что обрёл. Ему понадобилось так много времени, чтобы осознать, что Луи — это тот, кто ему нужен..Поэтому теперь он должен постараться всё исправить. Луи смотрит в потолок всё это время, потому что он не знает, что сказать. Гарри ведёт себя не так, как обычно, и он не знает, должен ли верить ему. Это чувствуется так хорошо, когда они втроём лежат на одной кровати, их руки всё время находят друг друга, а тихое сопение Оливии только успокаивает. — Ты хочешь есть? — Луи не знает, почему это первое, что он говорит, но его желудок начинает урчать, когда он думает о еде. — Да, было бы хорошо. — Гарри притягивает его к себе одной рукой и целует в нос. Луи отстраняется от него резче, чем планировал, но что есть, то есть. — Я позову тебя, когда всё будет готово. — Он встает с кровати, поправляя футболку. — Посмотри за Олив. Когда паста почти готова, Луи слышит шаги Гарри, направляющиеся к кухне. Он оборачивается, видя как парень держит проснувшуюся малышку на руках. У неё уже лучше получается самой держать головку, и это хорошо, думает Луи. Но она так быстро растёт. Гарри садится на стул и что-то шепчет Оливии на ухо. Её выражение лица очень серьёзное, словно она действительно понимает, что он ей говорит, и Луи не может сдержать смешок. — Ты чего? — Гарри поднимает на него непонимающий взгляд, но улыбается. — Оливия выглядит очень сосредоточенной. — Малышка издаёт какие-то странные звуки, как будто в ответ на его слова, и они оба смеются. — Извини, дорогая. Это легко, когда они сидят за одним столом, а рядом лежит Олив в её специальном креслице. Она — их связующее звено, потому что они перекидываются фразами, которые так или иначе с ней связаны. Но они действительно смеются вместе в первый раз за такое длительное время. Это легко, они могли бы к этому привыкнуть. Гарри вызывается помыть посуду, и челюсть Луи почти что встречается с полом. — Какая честь, сам Гарри Стайлс, — Это не звучит грубо, и никто из них почти не обращает внимание на то, что это звучит игриво, — Неужели вы теперь моете посуду? Гарри смеётся и брызгает на него водой. Луи только прищуривается, и забрав Оливию, старается быстрее уйти в спальню. Гарри не нужно видеть его улыбку, от которой уже болят щеки. Они не спят в одной кровати или что-то вроде этого, но когда позже Луи выходит из душа, его прижимают к стене и сцеловывают холодные капли с его плеч. Это чувствуется странно, но хорошо. Он не сопротивляется, когда губы Гарри ловят его губы, и тихо скулит в поцелуй. — Спокойной ночи, Лу. Луи всё ещё улыбается как идиот, когда Гарри уходит в свою спальню.