L'etoile de Paris

🌸🌸🌸

Скрипя зубами, Чонгук сжимает пальцами одеяло и шумно дышит через нос. Из губ вырывается хриплый стон боли, потому что очередной спазм внизу живота вызывает помутнение перед глазами. Горячий лоб омеги покрылся испариной, свободная майка прилипла к телу из-за пота. Чонгук не думал, что течка начнётся раньше устоявшегося цикла и застанет его в последние дни пребывания в Париже, ведь по расчётам она должна была наступить только в середине сентября. Тяжело дыша, Чонгук тянется рукой к телефону и смотрит на время. Час ночи. Он не хочет никого тревожить, но французские лекарства ему совсем не помогают. Ещё немного, и он загнётся от боли. Быстро набрав номер Джина, Чонгук закрыл глаза и облизал пересохшие губы, с которых срывалось тихое поскуливание. — Чонгук? — сонно шепчет Джин. — Х-хён, — сглотнув вязкую слюну, омега открывает глаза, но ничего не видит перед собой: зрачки давно заволокла мутная пелена. — Что с тобой? Тебе плохо? — взволнованно спрашивает омега. — У меня течка, а таблетки не помогают, — на выдохе говорит Чонгук, а после опять скулит от боли. — О боже, потерпи немного, — быстро говорит Джин и сбрасывает вызов. Откинув телефон в сторону, Чонгук массирует закрытые веки, чтобы привести зрение в порядок, но ничего не помогает. Неприятная скользкая влага, что пропитала всю кровать, отдаёт холодом на коже, стоит откинуть одеяло в сторону и хоть немного пошевелиться. Омега не знает, сколько времени он мечется на кровати, пытаясь найти удобное положение, и мучается от боли, пока не раздаётся тихий стук в дверь. И невнятное: «Чонгук, это я». Медленно встав, омега идёт в сторону двери, держится одной рукой за живот, а второй — опирается о стену, чтобы не потерять равновесие и не упасть. Повернув ключ в замке, Чонгук открывает дверь и падает в руки… Тэхёна. — Цветочек… — шепчет альфа, успевая поймать омегу. — Ты весь горишь! Уверенно держа себя в руках, альфа поднимает Чонгука на руки, шуршит пакетом, который висит на запястье, и заходит в номер. Зацепив дверь ногой, он её захлопывает и идёт прямо к кровати. Чонгук крепко хватается за шею альфы, прислоняется к ней кончиком носа и глубоко вдыхает запах океана. Запах помогает унять возбуждение, и ему становится значительно легче, но не настолько, чтобы омега перестал скулить. Альфа опускает омегу на кровать и смотрит тому в глаза. Зрачки Чонгука расширены, дыхание сбито, и колени он прижал к груди, словно маленький ребёнок. Нет, Тэхён не в силах держать себя в руках. Он снимает с руки раздражающий пакет и откидывает в сторону. Наклонившись к Чонгуку, который продолжал отчаянно держаться за его шею и тихо скулить, Тэхён целует его в щёку и линию челюсти, медленно переходя поцелуями на шею. Через нос вдыхает гардению и, кажется, сходит с ума. Альфа чувствует, как Чонгук в порыве боли царапает короткими ногтями кожу на его загривке и плече, как зарывается рукой в волосы и сжимает их у корней, а после пропускает между пальцев. — Тэхён… — с мольбой шепчет Чонгук. Он мысленно благодарен Джину за то, что он прислал сюда именно Тэхёна. Потому что ему нужен альфа. Нужен Тэхён. — Потерпи, цветочек, — ласково просит альфа и облизывает губы, задевая языком влажную от пота шею омеги. Тэхён немного приподнимается и мажет языком по губам Чонгука, а после — целует. Со всей страстью, желанием, нежностью. Чонгук едва может думать о том, насколько жалко сейчас выглядит. Тэхён же очарован тем, как омега скованно и испуганно себя ведёт, но от этого он не перестал быть менее сексуальным, особенно когда набрался смелости стянуть с Тэхёна кофту и провести подушечками пальцев от груди к низу живота. Проведя языком по ровному ряду зубов омеги, альфа проникает руками под свободную, но полностью мокрую майку омеги. Он чувствует, насколько сильно вспотел Чонгук от поднявшейся из-за течки температуры, но это нормально для омег, и ему нисколько не противно. Слабо прикусив и оттянув нижнюю губу Чонгука, Тэхён ведёт руками вниз по тонкой талии, проникает ладонями под ткань боксеров, чтобы сжать ягодицы и вызвать тихий стон. Пальцы у альфы холодные, что вызывает приятные мурашки и лёгкую дрожь во всём теле. Стоит им пройтись по влажной промежности, как Чонгук напрягается, но не отстраняется. Он дико смущён, щёки красные, словно спелый помидор. Ладошки влажные и горячие, но он позволит этому случиться сегодня ночью. Тэхён всё прекрасно понимает, но не акцентирует на этом внимание. Снимает с омеги мокрое нижнее бельё, а после отстраняется от губ. Майка Чонгука задралась почти до подбородка, поэтому её Тэхён тоже помогает снять, чтобы не мешала. Окинув красивое тело омеги изучающим жадным взглядом, альфа наклоняется к груди и обхватывает влажными губами набухший от возбуждения сосок. Мягко сминает губами, чтобы после оттянуть зубами и сорвать с уст Чонгука первый полноценный стон наслаждения. Тэхён устраивается между ног омеги удобнее, когда Чонгук сам их сгибает и приглашающе разводит, преодолевая свою скованность и смущение. — Как же ты вкусно пахнешь, цветочек, — шепчет альфа и цепляет другую бусину зубами. Его пальцы оглаживают и надавливают на истекающий смазкой вход, немного проникая внутрь и стимулируя омегу рефлекторно двигать бёдрами. Альфа беспрепятственно вводит один палец, отчего Чонгук немного прогибается в спине и сладко стонет имя Тэхёна. Жмурит глаза и сжимает волосы альфы на затылке. Оставив соски омеги в покое, Тэхён возвращается к приоткрытым влажным губам Чонгука. Целует страстно и грубо, но с неприкрытой нежностью. Ловит ртом новые стоны, когда добавляет второй палец и растягивает эластичные от обилия смазки стенки. Чонгук старается не зажиматься, ведь знает, что сделает хуже. Ему больно, но уже не так, как прежде. Немного неприятно и непривычно. Спазм в животе постепенно отпускает, а где-то внизу нарастает приятный узел возбуждения. Опустив одну руку, Чонгук обхватывает пальцами свой член, но рука альфы её убирает под тихое возмущённое мычание в губы. Разорвав мокрый поцелуй, Тэхён смотрит на соединяющую их нить слюны, которая разрывается и падает каплями на подбородок Чонгука. Улыбнувшись уголком губ, альфа заводится сильнее, когда видит прикрытые веки, дрожащие ресницы и растрёпанные волосы. Губы у омеги распухли, покраснели сильнее, они красиво блестят от смешанной слюны в тусклом свете ночных улиц. Тэхёну хочется вновь примкнуть к ним, но одними поцелуями здесь не поможешь. Опускаясь цепочкой поцелуев от шеи к груди и низу живота, Тэхён ловит влажными губами головку члена омеги и очищает её языком от сладкой смазки, и спускается ниже. Чонгук из-за вновь охватившего смущения ничего не говорит. Он опускает ослабевшие ноги на плечи альфы и только слабо дёргается, когда чувствует игривый укус на внутренней стороне бедра. Это очень приятно, но Чонгук вскрикивает и захлёбывается новым стоном, когда альфа добавляет третий палец. Боль пронзает всю нижнюю часть тела, но омега терпит и потихоньку расслабляется, ёрзая на кровати и сжимая пальцами покрывало. Ощущать Тэхёна там внизу дико смущает, но приносит неизведанно прекрасное и тянущее чувство возбуждения. От этого сочетания чувств и природных запахов кружится голова, Чонгук тихо стонет. Тэхён ведёт языком по влажной коже, пробует смазку омеги со своих пальцев и прикрывает глаза. С каждым движением пальцев из Чонгука выделяется всё больше смазки, запах которой приятно дурманит голову. Тэхён понимает, что это первый раз Чонгука, поэтому не спешит, делает всё аккуратно, хоть и не сдерживает себя, когда желает оставить свои следы и укусить бархатную влажную кожу. Тэхён снимает со своих плеч закинутые на них ноги, садится между ними и быстрее двигает рукой, трахая стонущего омегу пальцами и выбивая из него весь разум. Тэхён обхватывает пальцами второй руки влажный член омеги, сжимает и водит по нему вверх-вниз. Когда Чонгук закусывает губу, дрожа всем телом, он звонко стонет, изливается в ладонь альфы и получает очередную волну наслаждения. Тэхён извлекает пальцы из расслабленного тела и очищает их от вязкой горячей смазки. Перевернув омегу на живот, альфа снимает с себя штаны с боксерами, мягко сжимает пальцами упругие ягодицы и разводит их в стороны, любуясь тем, как напрягается Чонгук, и из растянутой дырочки стекает вниз, на кровать, новая порция смазки. Альфа не может удержаться и проникает в неё большими пальцами обеих рук, раскрывая омегу для себя и оставляя на ягодицах влажный след смазки, которая, кажется, уже впиталась в кожу Тэхёна. Альфа собрал ладонью стекающую смазку между ягодиц и размазал её по своему члену. Просунув руку под грудью омеги, Тэхён помог ему поднять бёдра и встать на колени, а спиной прижаться к своей груди. Поцеловав Чонгука в шею, Тэхён обнял его за талию одной рукой, а второй — подразнил головкой члена сжимающийся сфинктер и стал медленно проникать на всю длину. Прикрыв глаза, Тэхён зарычал и несдержанно толкнулся глубоко в анус, из-за чего омега откинул голову на плечо альфы и гортанно простонал. Ощущать в себе член альфы, не пальцы, а член с набухшими венками, такой горячий и большой, который заполняет тебя изнутри — непередаваемо. Чонгук с трудом глотает слюну и заводит руки назад, находит ими бёдра альфы и надавливает, прижимая ближе к себе. Он привыкает к заполненности быстро, но не рискует двигаться сам, потому что всё тело до сих пор горит из-за смущения, и он боится сделать что-то не так. Это его первый раз, имеет право. Тэхён начинает двигаться в нём мягко, медленно. Он водит руками по животу и груди омеги, прижимает его к себе в ответ, несильно сжимает пальцами горло, задевает соски и играет с ними. Опускает руки ниже и прижимает член омеги к животу, размазывает по нему предэякулят, оставляет влажные поцелуи и укусы на шее и плечах. Чонгук пахнет Тэхёном, а Тэхён — Чонгуком. Их запахи сплелись в один, образуя невероятно приятное сочетание. — Je t'aime, — шепчет альфа на французском, а у Чонгука голова кругом. Он не вникает в смысл слов, не пытается понять, что за знакомая фраза. В голове только низкий голос Тэхёна и горячее дыхание альфы на взмокшей коже. Альфа быстрее входит в обволакивающую тесноту и сильно давит на низ живота омеги, отчего тот невольно сжимает в себе твёрдый член. Тэхён рычит и стонет громче, обхватывая пальцами член омеги, и начинает быстро двигать рукой. Мягко повернув голову омеги к себе через плечо, он жадно целует его в губы и доводит до галактик перед глазами. Чонгук громко стонет, скулит, когда кончает на светлые покрывала, и пальцы альфы, которые не перестают двигаться, пока омега получает долгожданную разрядку, выжимают его до последней капли спермы. Чонгук скулит по новой, когда Тэхён начинает вбиваться грубее и резче, разнося по комнате звонкие шлепки разгорячённых тел. Омега инстинктивно сжимается, не желая выпускать из себя член альфы, ведь внутри разливается огонь предвкушения того, что в любой момент Тэхён может кончить и повязать его с узлом. Вопреки неозвученным желаниям омеги Тэхён успевает выйти и, проведя пальцами по своему члену, обильно кончает на спину дрожащего омеги. Тяжело дыша, он отрывается от сладких губ Чонгука и прикрывает глаза. Омега тяжело дышит, его грудь быстро поднимается и опускается. Через силу улыбнувшись, он валится на кровать. Энергия покидает тело. — Цветочек, — хрипло говорит Тэхён и ложится рядом. Он обнимает уставшего омегу обеими руками за талию и прижимает как можно ближе к себе, целуя плечи и шею. — Ты самое прекрасное, что есть в моей жизни, — шепчет альфа, смотря на разморенного омегу, который быстро засыпает под едва слышимый шёпот его низкого голоса. Тэхён оставляет поцелуй на влажном виске и тоже закрывает глаза, накрывая их обоих лёгким чистым одеялом. Он и до этого не хотел отпускать Чонгука никуда, но теперь точно уверен, что не позволит омеге вернуться в Сеул одному.

🌸🌸🌸

Вдыхая аромат капучино, Чонгук поджимает губы и до мерзкого скрипа сжимает пальцами новый глянцевый журнал. На улице уже довольно прохладно, но Чонгук по собственной ошибке забыл в фотостудии кофту. Пройдя в уже привычное четырёхэтажное здание, он идёт мимо выученных наизусть картин, преодолевает холл и заходит в помещение, откуда доносятся отзвуки спокойной тихой речи. Идти ему тяжело, ведь прошлые три дня и ночи дались ему нелегко. Тело приятно ноет, а сердце волнительно бьётся, стоит вспомнить все поцелуи и нежные касания Тэхёна. Натянув на лицо улыбку, Чонгук кивком головы здоровается с Намджуном и Сокджином, которых не было в фотостудии десятью минутами ранее. Они сидели на мягком диване напротив Тэхёна и о чём-то с ним разговаривали, рассматривая последние снимки на столе. — Ваш капучино, — тихо говорит Чонгук и протягивает альфе горячий стаканчик. Он сдерживает шумный вздох, когда Тэхён специально обхватывает его пальцы и принимает напиток. — А также свежий выпуск новостного журнала. Положив журнал на деревянный столик, омега встал за спиной альфы и опустил руки тому на плечи. За почти две недели нахождения здесь Чонгук запомнил всё, что любит Тэхён: капучино, журнал, массаж. Альфе уже не нужно ничего ему говорить. — Думаю, вот это фото подойдёт идеально для обложки, — взяв в руки одну из фотографий, где Тэхён был в серой водолазке с перекинутым через плечо красным пиджаком, Намджун показал её другу. — Да, она понравилась госпоже Со, — сделав глоток капучино, Тэхён улыбнулся. — Именно это фото сделал малыш Чонгук-и, — Тэхён чувствует, как пальцы омеги сильно сжимают кожу на его плечах от смущения. — У Чонгука хорошо получается. Ему нужно стать фотографом, — говорит Джин и тоже улыбается, когда видит красные щёки омеги. — Конечно, — протянув руку к новостному журналу, Тэхён замялся на долю секунды, когда увидел на обложке себя и Чонгука. — Журналисты не дремлют. Суют свои носы в чужую личную жизнь. Вздохнув, альфа быстро пролистал первые страницы, а после закрыл журнал. — Цветочек, выкинь это, — спокойно сказал Тэхён. — Не стоит обращать внимания на такие вещи. Этим клопам только повод дай. — Я помню, когда нас впервые увидели с Намджуном, то на главных страницах было написано, что я не первый месяц скрываю беременность, и у нас брак по расчёту. Боже, эти журналисты, — Джин тихо смеётся и поглаживает ладонью свой живот. — Смешит то, что кольцо на пальце появилось у меня только спустя два года, а живот — спустя ещё год замужней жизни. Чонгук только смущённо опускает взгляд и, выкинув журнал, возвращает руки на плечи Тэхёна, мягко сминая и массируя. Он смущён тем, что друзья Тэхёна считают, что они состоят в отношениях. Но это звучит до ужаса смешно. Их история не похожа на историю Намджуна с Джином. Чонгук улетает уже завтра, как и Тэхён. У их истории нет продолжения, это просто короткое увлечение. Холодная ладонь легла на напряжённые пальцы Чонгука и убрала с плеч. Выйдя из мира мыслей и раздумий, Чонгук поднял голову и увидел, что Джин с Намджуном собрались уходить. — Чонгук, хватит, — тихо говорит Тэхён и, продолжая держать омегу за руку, встаёт с мягкого кресла. — Уже поздно, и мы расходимся. Альфа смотрит на Чонгука тяжёлым взглядом, в котором плещутся различные чувства, разобрать которые омеге никак не под силу. Чонгуку хочется обнять альфу и не отпускать больше никогда, но он не может этого сделать. Это просто игра, которая сильно затянулась. Напряжение из-за скорой разлуки витает в воздухе, ясно ощущается всеми, даже Намджуном с Джином, которые коротко переглянулись, но решили промолчать. Потому что это не их жизнь. Выключив свет в фотостудии, Тэхён обнимает омегу за плечи и выходит на улицу. — Чонгук, — мягко зовёт омегу Джин, и, когда тот оборачивается, он его крепко обнимает. — Ты мне очень понравился, — шепчет он на ушко, чтобы его слова мог слышать только застывший омега. — Ты намного лучше всех зазнавшихся моделей, которые строят из себя не пойми кого. И Тэхёну ты, к слову, тоже очень нравишься, я вижу. — Надеюсь, что Вы напишете мне, когда это солнышко появится на свет, — улыбается Чонгук и трётся носом о плечо омеги. — Я буду скучать. — Какой же ты сладкий ребёнок, — улыбается Джин и сильнее сжимает Чонгука в своих руках, а после отпускает. — Хорошей дороги тебе. — Спасибо, — с грустью улыбается Чонгук и делает шаг назад, сразу попадая в крепкие руки Тэхёна. Проводив Намджуна с Джином взглядом, Тэхён достал ключи от Феррари и снял блокировку. Открыв дверцу с пассажирской стороны, он мягко посадил Чонгука и поднял голову, прикрывая глаза. Постояв так несколько секунд, пытаясь привести беспорядочные мысли в порядок, Тэхён сел на водительское сиденье. Всю дорогу до отеля Чонгук смотрел в окно и нервно сжимал подол своей рубашки. Он понимал, что вылет уже завтра, но так хотелось его отсрочить и подольше остаться здесь. Только сколько бы Чонгук ни думал об этом городе, себя рядом с Тэхёном он не видит. Он не сможет жить среди этой фэшн-индустрии, среди модно одетых людей. Чонгук простой, он ранимый и чрезмерно чувствительный. А нелепые статьи, которые за неделю проели весь мозг и душу, больно ранят. Пусть Тэхён говорит, что это ерунда, что так происходит со всеми известными людьми, но для Чонгука это не ерунда. Это его личность, которую смеют оскорблять на публичном уровне. Он такой, какой есть. Маленький, наивный, но влюблённый. Всё же Чонгук счастлив быть здесь, но даже этому счастью приходит конец. Тихо вздохнув, омега смотрит на двери отеля, а после поворачивается к альфе. — Спасибо Вам. Я бы никогда не подумал, что смогу так здорово провести время, — Чонгук широко улыбается и пытается не заплакать. — Эй, цветочек, — мягко взяв омегу за подбородок, Тэхён целует его в губы. Только поцелуй даётся слишком тяжело. Чонгук закрывает глаза и неумело сдерживает подступающие слёзы, ведь нос, как и веки, краснеет и неприятно покалывает изнутри. Отстранившись от губ альфы с чмоком, Чонгук облизывается, а после быстро покидает спорткар, чтобы Тэхён не увидел его слёз. Всё-таки Чонгук ещё наивный ребёнок. Вытерев рукавом рубашки влагу с щёк, омега прикусывает нижнюю губу. Открыв дверь, он хочет зайти в отель, но резкая крепкая хватка на запястье тянет назад, вынуждая вскрикнуть. Тэхён прижимает омегу к себе, зарывается носом в волосы и боится отпустить. — Полетишь со мной в Италию, Чонгук? — отчаянно шепчет Тэхён, потому что по-другому не может. — Пожалуйста, будь со мной, цветочек, — продолжает шептать альфа, а у Чонгука сердце ухает куда-то в пятки и больно разбивается об асфальт. Чонгук хотел услышать эти слова, но знал, что согласиться на них всё равно не сможет. Не сможет, потому что не хочет быть постоянным объектом для камер и издёвок: ему не место рядом с известной моделью.

🌸🌸🌸

Смотря пустым взглядом в окно, Чонгук жуёт нижнюю губу и чувствует, как все мысли испаряются из головы. Вибрация телефона отвлекает омегу от гипнотизирования ночи за окном и сообщает о входящем звонке. — Хён? — хриплым голосом спрашивает Чонгук. — Ты, ребёнок бесстыжий! Я всю неделю не могу до тебя дозвониться, ты чем занимался там?! — с волнением в голосе истерит Чимин, но Чонгук только шмыгает носом и закрывает глаза. — Хён… — шепчет омега и прикусывает дрожащую губу. — Гук-и, малыш, что с тобой? Неужели ты… О боже, Чонгук… — Он мне так нравится, хён, — голос предательски срывается, и Чонгук не может сдержать рыданий, которые большим потоком боли и слёз рвутся наружу. — Тогда оставайся, Чонгук. Останься с ним. — Он улетает завтра, — шепчет Чонгук и опускает взгляд на тот самый журнал, который он не выкинул, а положил в свою сумку. «Знаменитая модель Ким Тэхён отдыхает в обществе неизвестного омеги…» «…Неужели Ким Тэхёна связывает со столь юным и неизвестным омегой нечто большее, чем просто прогулки?» «…По проверенным источникам, омега две недели назад проявил агрессивное поведение в сторону модели Ким Тэхёна и сбил его с ног, когда он вышел из бутика…» «…Связь «серой мышки» и известной модели…» — Чонгук-и, — тянет Чимин. — Всё образуется, вот увидишь. — Хён, он пригласил меня с собой в Италию. — Он сделал что?! — вскрикнул Чимин. — Если ты уверен в своих чувствах, то соглашайся! — Но я ведь… Я ничем не примечательный парень, я не на том уровне, чтобы встречаться с таким, как он… — Эй, ребёнок! Ах да, ты уже не ребёнок. Ты, засранец, возьми себя в руки. Забей орган, что болтается между твоих ног, на журналистов. Им лишь бы всколыхнуть «жёлтую прессу». СМИ раздувают скандалы и никогда не думают о последствиях, за что я называю их «паразитами». Они не знают личных границ. Если ты счастлив, то какое тебе до них дело? Разве тебе не всё равно на груду макулатуры с никчёмным текстом? СМИ не имеют права диктовать, кто с кем может быть, а кто не может. Это личная жизнь каждого. — Хё-ён, — тянет омега и вытирает сопливый нос уголком рубашки. — Я тебя так люблю. — Жду приглашения на свадьбу! — смеётся Чимин. — Это всё так нереально. Такой человек, как Тэхён, обратил своё внимание на меня, — прикусив губу, Чонгук сжал пальцами журнал, смял глянцевые страницы, а после скинул с кровати. — Ну, будь я альфой, то тоже бы обратил внимание на маленького омегу, который сбил меня с ног, как нечего делать! — А-а-а, хён! — взвыл Чонгук и откинулся на кровать. — Всё, иди заполучи этого француза целиком и полностью!

🌸🌸🌸

Тихо вздыхая, Тэхён смотрит на информационное табло с рейсами. До регистрации остаётся жалких пять минут. Чонгука нигде нет, он не приехал утром в студию. Не приехал даже попрощаться. Комок боли сдавливает лёгкие изнутри, но Тэхён стоически сдерживает себя от крика. Он бросил хмурый взгляд на Намджуна, который разговаривал по телефону с Джином. Тэхёну от такого стало грустно, но он не подавал виду. Он понимал, что Чонгук мог испугаться, ведь если он будет рядом с известной моделью, то ему придётся всегда быть готовым к шквалу грязи в интернете и печатных изданиях. Тэхён понимал, что Чонгук ещё кроха для этого всего, что он нежный и милый. То, что он знает приёмы тхэквондо, совершенно ничего не меняет. Когда диспетчер объявляет посадку на рейс, Тэхён сжимает пальцами два билета. Он до последнего надеялся, что омега полетит с ним. Хотя… Надеется даже сейчас, когда идёт на регистрацию. Опустив голову, альфа прикусил губу и посмотрел на билеты в своих руках. Сжав пальцами ручки дорогой сумки, Тэхён бросает взгляд на Намджуна, а после замечает на лице друга улыбку. Альфа неуверенно поворачивается и в эту же секунду попадает в крепкие объятия Чонгука. Омега тяжело дышит, сильно сжимает талию альфы и тихо всхлипывает. — Я… Я думал… Думал, что опоздал, — бормочет Чонгук, смачивая рубашку Тэхёна своими слезами. — Водитель не туда свернул, и я задержался. — Цветочек, — растерянно, но с таким облегчением в голосе, шепчет альфа, а после обнимает омегу в ответ. — Ты приехал, — прислоняясь щекой к мягким волосам Чонгука, Тэхён прикрывает глаза и улыбается. — Я полечу с тобой, Тэхён. Пусть это дико, необдуманно. Но я буду с тобой, потому что ты мой француз, — подняв голову, Чонгук смотрит в глаза альфы и широко улыбается. Нос и веки омеги немного опухли и покраснели, словно он плакал долгое время, а на деле — ругался на водителя за его ошибку и готов был разреветься в такси, потому что боялся опоздать. — Je t'aime, — тихо говорит Тэхён в губы омеги, и, кажется, его сердце впервые пропускает удар и замирает в ожидании ответа. — Moi aussi, — на кривом французском говорит в ответ омега и сам нежно целует альфу в губы.

🌸🌸🌸