Монстр в твоей голове

И так неспокойный сон прерывается криком, от которого мальчик резко подрывается, и сон уходит восвояси. Прямо перед глазами на стене висят часы, показывая 3:28 ночи. Секундная стрелка обычно противно отсчитывает время, но в эту ночь он даже не замечает того, что в комнате тихо. Сердце готово выскочить из грудной клетки и своими ударами заглушает это гнетущее отсутствие звуков. Крик. Он повторяется снова, и мурашки начинают ползти от пяток противной змеей, а во рту становится сухо. Если минуту назад он мог списать этот вопль на то, что ему просто что-то приснилось, то сейчас детский, полный ужаса крик, доносящийся с улицы, он услышал на самом деле. В голову даже не пришла идея позвать маму, ведь она строго настрого сказала, что он уже взрослый, и темнота совсем не страшная, нужно быть смелее. А что делать сейчас? Если до этого жуткие образы, беззвучно появляющиеся в тёмных углах, были самым страшным в его жизни, то сейчас живой, человеческий голос взывал на помощь. Да и мама точно-точно проснулась от такого громкого звука, и тоже сейчас, наверное, сидит и боится. А он должен быть сильным. Укутавшись до макушки в тёплый плед и ногами с третьей попытки попав в тапочки, он собирается с силами и подходит к окну, боязливо окидывая взглядом двор в поиске источника звука. Самый обычный двор, который наблюдаешь каждый день, просто высунувшись в окно. Ничего примечательного: лавочки, на которых сидят старики по вечерам, скрипучая железная качеля, на которой он получил свой первый шрам, клумба с цветами, которые они сажали всем домом летом, чёрная фигура, песоч... Взгляд останавливается и не смеет сдвинуться назад, молясь о том, что это просто фантазия. Холодный липкий пот выступает на спине, а колени упрямо хотят подломиться. Горло будто окольцовывает что-то, сдавливая, не давая вдохнуть, не то чтобы закричать. Сердце пропускает удар, но после начинает биться, как никогда быстро. "Я сильный, я должен защитить маму, это просто моя голова придумала". Взгляд медленно возвращается на фигуру в чёрном и сразу же застревает на глазах. Нет, это даже не глаза, а две дыры, чёрные и непроглядные, в которых смешались все страхи, кошмары, приснившиеся когда-либо, объединились сгустками чёрной массы и теперь из глазниц направлены прямо на мальчика, так не вовремя проснувшегося. И смотреть невыносимо, а отвести взгляд ещё страшнее, будто если потерять эту тонкую нить, связывающую с обездвиженной фигурой, то произойдёт что-то ужасное. Только стук сердца, не прекращающий бить по ушам, напоминает о том, где он находится и кем является. Вдруг он слышит какой-то шум из соседней комнаты. "Мама, она проснулась, она спасёт меня, нужно её подождать, главное, чтобы монстр стоял и не подходил ближе". Определив для себя, что это его миссия - взглядом останавливать монстра - он, слушая удары сердца, не моргая следит за существом, как будто остановившемся во времени. Звуки за стеной снова появляются, а это значит, что совсем скоро это закончится. Не разрывая зрительный контакт, он пытается разглядеть монстра внимательнее. С него будто стекает смола, со всех сторон, чёрная и вязкая. Не видно даже, есть ли у него руки или ноги, но мальчик уверен, что это существо мужского пола. Похоже скорее на выросшую из странной жидкости фигуру. С глазами. В них нет какой-то одной эмоции, но они пугают и завораживают своей кошмарностью одновременно. Окно соседней комнаты распахивается. "Вот, сейчас, мы прогоним его, вместе. Я сильный, моя мама тоже сильная, мы спасём всех от монстра". Но почему-то он ничего не слышит. Только своё сердце. А спустя пару секунд звук уже внизу. Треск чего-то и тяжёлый шлепок от падения. "Что это? Мне нельзя не смотреть на него, мама, что же мне делать" А фигура растекается чёрной кашицей, и последнее, что он слышит перед тем, как закроются его глаза: "это только твоя вина" . Свет. Глаза резко открываются, и сразу приходится их прикрыть из-за слишком яркого солнца, бьющего из окна. Прикрыв ладонью лицо, Тэ берёт в руки телефон, и сквозь пальцы смотрит на экран. 12:36. Не стоило работать всю ночь, опять на те же грабли. Откинув руку с телефоном на спинку дивана, он прикрывает глаза и восстанавливает дыхание. Снова этот кошмар. Он снится с завидной стабильностью раз в год. Именно в этот день. Этот странный сон, заставляющий переживать события, даже отдалённо не происходившие с ним. Причём сон он видит со стороны, не от лица пацанёнка, а будто откуда-то из угла комнаты, но от этих чёрных глаз он не может оторвать своего взгляда. Он слышит все мысли мальчика, он слышит все это, и он чувствует его страх. Такой наивный, но в то же время самый сильный. Потому что он природный. Это не страх за сломанную машину, или какие-то материальные вещи. Даже не страх потеряться или умереть. Это что-то другое, иное, заставляющее тебя поедать себя изнутри. Жуткое, но такое неизведанное и абсолютно непонятное чувство. Скинув ноги на пол и еле подняв тело, чтобы сесть, он отбрасывает телефон и хватается руками за голову. Уже семь лет. Семь чёртовых лет этот сон заставляет его, уже взрослого парня, переживать всю эту чертовщину. Тогда, двенадцатилетнему мальчику, подскочившему с криком в холодном поту, это показалось худшим, что он переживал в своей жизни. Пускай и переживал не от своего лица. Да и сейчас ничего не изменилось, только вот человек привыкает ко всему. Тогда рассказать о том, что он кошмара испугался, было стыдно, через год это списали на слишком бурную фантазию, а в третий раз Тэхена обвинили в том, что он слишком явно привлекает к себе внимание, а в его возрасте это уже неприемлемо. К психологу нельзя, как же, отец спит и видит, чтобы отдать Тэ в психушку или куда-нибудь подальше, он же всё узнает, все дороги перед ним открыты. Доверить друзьям, коих всего двое, да и то, друзья они с натяжкой, потому что даже богатство семьи не может переплюнуть его странности и своеобразности, мало кто их "терпит", нельзя. Точнее, можно, но им просто все равно, ну, в лучшем случае они посмеются и посоветуют смотреть меньше триллеров на ночь. Да и рядом они просто потому что. Как факт. Повелись на привилегии, в виде тусовок в красивом доме и статусной фамилии, открывающей многие двери. А ему все равно, есть они или нет их. Защиты от матери просить? Нет, он не опустится до такого. Желудок призывно урчит, отвлекая от размышлений, и ничего не остаётся, как подняться и пойти на кухню в поиске чего-нибудь съедобного. Всё ещё погруженный в свои мысли, он проходит мимо своего стола, заваленного кипой газет, различных бумаг и прочего, не замечая, что остановившиеся той самой ночью 7 лет назад часы, оставленные на память как антикварные, показывают правильное время, секундной стрелкой отбивая такт.