Мерзавка навсегда

— Можно поосторожней, а? — прошипела Риган, повиснув на левом плече Блэка. Тот тоже был далек от миролюбивого состояния. Они спускались сначала по лестнице почти час, а теперь безумно медленно шли, и весь этот путь слизеринка изводила его язвительными замечаниями и шуточками. — Я хотел взять тебя на руки, и тогда мы бы с тобой уже давно распрощались, — отозвался Блэк, сморщившись, когда острый каблук сапога Риган снова пронзил его ногу. И как девушки хотят на этих гвоздях? — Черта с два, Блэк! Уж лучше, я буду прыгать на одной ноге, но не запрыгну к тебе на ручки, — ядовито протянула Риган. — Тогда сними эти гребаные ноголомы! — Да меня весь состав учителей Хогвартса не смог заставить снять каблуки. Так что и тебе это не под силу, — усмехнулась Риган. — У тебя перекур? — В смысле? — не понял Сириус. — Тогда какого дохлого дракона мы остановились? — язвительно осведомилась Риган. — Нет, я конечно, понимаю что старость не радость, но… — Мля! Всё достала! — взбешенно прошипел Сириус, скидывая с себя Риган. Та, ахнув, от пронзившей ногу острой боли, упала в горстку сухих листьев. Темно-изумрудные глаза девушки зло всматривались в удаляющуюся спину Блэка. Но тот вдруг, остановился как вкопанный, а затем развернувшись собирался было пойти обратно, но не успел среагировать на вспышку оглушающего заклинания… Красные губы девушки растянулись холодной насмешке. — И тебя рада видеть, Крауч. Высокий бледный парень, убирая палочку, вышел из-за дерева и направился к сидевшей на земле Риган. — Риган, милая, Темному Лорду не понравится, что ты якшаешься со всякими вроде Блэка, — презрительно процедил Барти, оглядывая алчным взглядом слизеринку, помогая встать. — О, а ты нанялся быть моим телохранителем? — полюбопытствовала Риган. — И как это было благородно нападать из-за спины, — усмехнулась девушка, смотря на то как покрылся злыми пятнами слизеринец. — Не парься. Кто я такая, чтобы посметь кого-либо осуждать? — Мракс! — окликнул её Снейп, торопливо идя к сокурсникам и с удивлением смотря на валявшегося без сознания Сириуса. — Что здесь происходит? — холодно спросил Северус, понимая, что такое сочетание как Мракс, Крауч и Блэк — не то что плохое, ужасное. — Ничего такого, просто я подвернула весьма неудачно ногу, а Блэк просто хотел мне помочь, — сухо сказала Риган. — А затем Крауч его оглушил. Северус присел над ней и вынув палочку прошептал заклинание на устранение ушибов. Через минуту Риган смогла спокойно встать. — Спасибо, Северус, — поблагодарила слизеринка, присаживаясь на корточки перед лежащим Сириусом. Риган задумчиво выудила сухой лист из темных волос Бродяги и щуря зеленые глаза всматривалась в надменное лицо гриффиндорца. — Что будем с ним делать? — тем временем протянул Барти. — У меня с этим ублюдком есть кое-какие счёты, как и у тебя, Северус. Предлага… — Тут парень охнул от резкого жжения в щеке и почувствовал, как привкус железа начал заполнять рот. — Ты что творишь, Мракс?! — прошипел Крауч, хватая больно за локоть слизеринку, посмевшую его ударить! — Руки убрал, — холодно сказала Риган, глядя в темные глаза волшебника. — Для начала: мы не имеем права использовать какую-либо темную магию, Барти. Запомни. Если директор, хоть что-то заподозрит, то нас вышвырнут из Хогвартса, а настоящее число приспешников моего Темнейшего дяди — станет известно, что не желал бы он. И тогда от его гнева вас ничто не спасёт. — А ты? — уставился в упор Барти на девушку. Северус подавил ехидную улыбку. Крауч иногда был непроходимо туп. — А что я? — по-змеиному улыбнулась Риган. — Первое: я не в рядах Пожирателей Смерти и никогда не буду и второе: Темный Лорд — не потерпит меня рядом, зная, что ничем ему по силе не уступаю. То что я буду согласна его воле — для него достаточно. — Тут Риган поморщилась. Она отлично знала, что рано или поздно она начнёт мешать Темному Лорду и тогда от неё безжалостно избавятся. — И последнее: если ты хочешь сделать с Блэком что-то то давай вперёд, но когда он будет в сознание. Я тебе тогда мешать не буду. — Риган права, Бартемиус, — усмехнулся Северус. — Тем более туповатые дружки Блэка поймут, что его изувечил кто-либо из нас. — Риган улыбнулась, приятно, что Северус принял её сторону. — Хорошо, на этот раз ему повезло, — прошипел разъяренной змеёй Крауч, сплевывая кровь и идя к замку. — Пошли? — спросил Северус. — Подожди, — сказала Риган, смотря на лежащего на земле Сириуса. Кругом был лес и девушку начала грызть совесть. Она не могла оставить просто так человека, который не оставил её и помог. Нет, ей было глубоко наплевать на парня, но она отлично понимала, что в выходной многое количество слизеринцев гуляет и захочет расквитаться с ненавистным Блэком, не говоря уже о холоде и тех тварях, что обитают в лесу. — Надо его как-то заставить проснуться. — Он пролежит так час, — сухо сказал Северус. — Я остаюсь, по крайней мере пускай это будет своего рода благодарность, — усмехнулась Риган, присаживаясь на корточки. А затем свистнула. Через две минуты послышалось хлопанье крыльев и на землю упала её палочка. Черный огромный ворон сел на плечо девушки и довольно гаркнул. — Я тоже рада тебя видеть, Натан, — тепло улыбнулась Риган, пока тем временем ворон выудил сухой лист из волос девушки и откинув его в сторону прижался головкой к щеке девушки. — Только данную птицу ты и любишь, Мракс, — усмехнулся Северус. — В принципе и птица — это единственное существо, которое любит тебя. — Если ты хотел намекнуть, что меня никто не любит и никогда не полюбит, то я в курсе, Снейп, — колко сказала Риган, чувствуя как внутри начало всё выворачиваться. Одна против всего мира. Это про неё. Но она настолько сильна, что даже мир по сравнению с ней — падок и низок. Ну, и пускай! — Но и ты никогда не получишь то, что больше всего желаешь, Северус. Только ты не получишь грязнокровку Эванс, потому что сам всё испортил, а я всегда была такой тварью, которой никто не нужен. — Не смей говорить о ней в таком тоне! — прошипел Снейп, замахиваясь палочкой. От первой вспышки Риган увернулась и теперь улыбаясь продолжила: — Ты трус, Снейп. Может и правда тебе не место с ней? Подумай, Поттер — симпатичный самоуверенный туповатый простофиля, но обаятельный, пока тем временем ты — осерчавший на весь мир талантливый зельевар-маг, но… О, Мерлин! Гордый настолько, что упустил того, кого больше всего любил. Так значит любовь — это не то, что нужно, а? — расхохоталась слизеринка, снова уворачиваясь от вспышки заклинания. — Что ж ты тогда с Блэком нянчишься? — прошипел Северус. — Я могу его оставить, но… — Но что? — ехидно спросил Северус. — Только не смей говорить, что из-за того, что он помог тебе. Я в это не поверю. Чтобы сама Риган Мракс заботилась о каком-то гриффиндорце… — Заткнись, Снейп, — прошипела Риган. — Я ему должна… — отвела глаза стыдливо слизеринка, так как это была правда. Летом, этот парень спас её жизнь. Но Северус понял что-то совершенно не то, как показалось Мракс. — Мерлин, Мракс. Неужели ты способна чувствовать что-то? — иронично усмехнулся Снейп. — Пошел к Дьяволу, Снейп, — ответила зло Риган. — Мерлинова Борода! — воскликнул Снейп, глядя на красную и бешеную Риган. — Ты втюрилась в Блэка. — А потом поняв, что сказал, Северус беззлобно расхохоталась. Самая отпетая злобная сука Мракс втюрилась в… мятежного Блэка. Который уж точно ни-ко-гда не ответит, такой как она, взаимностью. — Заглохни! — прошипела Риган. — И только посмей, хоть кому-нибудь это сказать, Сева, и ты узнаешь, какую охоту на тебя устрою я. — Как я могу смеяться над единственным теплым чувством, что в тебе возникло? — хохотнул слизеринец. — Неужели в твоей мразотной душе осталось что-то не сгнившее, а? — Сама удивляюсь, — прошептала Риган, садясь на землю. — Я слышала разговор отца и Темного Лорда, и знаю, что за судьба уготована мне. Когда Темному Лорду понадобится силы, то меня используют как энергетический источник, в процессе которого… я умру. Я знала, что умру с девяти лет, Снейп. И знаю, что после выпуска — погибну. Снейп удивленно уставился на Риган. Сердце вдруг сжалось от жалости к девушке. Она никогда не показывала свою сломленность или боль. А тут… тут перед ним была девушка, с уже поломанной судьбой. — Так вот почему ты так разозлилась, на то что мы чуть не убили ту гриффиндорку. — Мне нельзя, чтобы меня вышвырнули из Хогвартса. Мне осталось жить — пять месяцев и три дня, — тихо сказала Риган. А потом неожиданно для себя произнесла: — Я не хочу умирать…