Мерзавка навсегда

Сириус Зельеварение. Это занятие мне нравилось, так как не особо я тратил энергию на приготовление снадобий и зелий, которые у меня сами легко выходили. Может быть я и развил в себе этот талант, да только… признаюсь честно, что этим увлекаются такие как хмыреныш Нюниус, заучка как Эванс и Лунатик, ну или главная сука Хогвартса — Риган. А соприкасаться статусами с этими персонажами, хоть как-то мне нихуя не хотелось. Кстати, о суках… С тех пор, как я повстречал Мракс в подземельях, то прошла неделя. И с этих пор никак не мог с ней поговорить. Неуловимая слизеринка всегда была с кем-то, а одной я ее просто не успевал застать. Она знала больше, чем показывала. И с тех пор взгляд изумрудных глаз ни разу не был обращен на меня. Полный игнор. Но мне надо было с ней поговорить, и узнать, — что же Мракс скрывает. — Сохатый, харе колдовать над котлом Эванс. Цветы оттуда не вырастут, так как Лили — крутой зельевар, а ты всего-то комнатный олень крутого зельевара, — с издевкой протянул я, закатывая рукава рубашки. — Мне скучно, — капризно ответил Джеймс, окидывая меня веселым прищуром карих глаз из-под очков. — А есть предложение, как сделать этот ботанический ужас раем приличного мародера? Я загадочно улыбнулся, кивнув на Северуса и Риган, готовящих свое зелье. Их движения были сосредоточенными и слаженными. Если у Нюнчика получалось более профессионально и выучено, то у девушки эстетично и красиво (не думал, что у кого так получается, но Риган — это оказалось подвластным). Это было каким-то гребаным видом искусства смотреть, как изящные белые ручки смешивают варево, как зеленые глаза сверяют текст и дозы сока слизней, или как непослушные иссиня черные кудри пытаются залезть девушке в глаза и рот, а она их непринужденно откидывает взмахом головы назад. Настоящая ведьма. — Смотри. — Я пихнул друга локтем и достал палочку, прошептал заклятие левитации. Неведомая сила подхватила с моих рук драконью чешуйку и медленно опустила ее в котел слизеринской парочки отличников-зельеваров. Те были так увлечены, что не заметили этой маленькой оплошности. И как только Снейп что-то кинул туда, как котел забурлил фиолетовым и начал кидаться брызгами в студентов, которые тут же начали чесаться. Риган успела быстро спрятаться за стол, когда еще котел начал бурлить, в отличие от своего дружка, который уже начал чесоточную деятельность. Мы с Джеймсом так и повалились от беззвучного хохота на пол, когда все слизеринцы начали чесаться и ругаться бранью на Нюниуса. А вот на Мракс никто не посмел ругаться. Даже мне было ясно, что не многие смогут вступить в открытый бой с брюнеткой. Кишка тонка. — Что здесь происходит? — вскричал взбешенный мистер Слизнорт, прекращая попытки котла всех перевести в клуб чесоточников. — Что вы туда, студенты, бросили? — Все по рецепту, профессор, — в недоумении проговорила Риган, вставая из-за стола и протягивая книгу с рецептом учителю и тетрадь с записями, проведенной работы над зельем. Тот быстро пробежался глазами по книге, а затем и по тетрадке. — Действительно… все верно. Но может вы случайно туда что-то кинули? — Исключено, — в два голоса заявили Мракс и Снейп. Две идеальные зазнайки. — Ладно. Студенты, заразившиеся чесоткой в лазарет за мной. А вы, мисс Мракс, уберите за вашим зельем, пока оно во что-то еще не эволюционировало! Девушка одним взмахом палочки заставила испариться беспорядок, возникший из-за снадобья. А я то ожидал, что она возьмет тряпку и ведро, и начнет гробить свой маникюр. Хотя, это же Риган. Но в принципе, она довольно разумно поступила, решив не касаться этого беспорядка. Зато, как я и ожидал, слизеринка сразу начала темным и проницательным взглядом осматривать студентов, понимая, что зелье не просто взбунтовалось, а значит кто-то помог ему испортиться. Темно-зеленые глаза вдруг резко вперились в меня. Да, она и к счастью и к сожалению — не дура. Я мило улыбнувшись, кончиками пальцев игриво ей помахал, наблюдая за тем как холодеет взгляд болотных глаз, превращаясь в зеленый лед, а лицо темнеет от бешенства. Забавно. Риган теперь знает, кто не дал получить ей высший балл, а заодно сделал её уборщицей, что значит — вскоре предстоит встреча года. На то и был расчет. Гордячка не выдержит и нанесет удар, если не ради мести, то ради развлечения. Осталось только подождать. — Тебе хана, — проговорил Джеймс, стараясь не встречаться взглядом с Мракс. Хоть друг и терпеть ее не мог, но даже он никогда не осмелится над ней подшутить или тем более бороться с ней. Есть люди, которым даже армия не нужна, чтобы выиграть войну. Северус хоть и был необщительным и хмурым типом, способным на гадкие штучки, но он не способен сделать то, на что способна Риган. — Пф-ф-ф, буду я ещё бояться всяких слизеринских сук! — презрительно воскликнул. Я специально громко сказал, чтобы Риган услышала. Так как мне надо поговорить с ней сегодня. Риган чуть наклонила голову на бок, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. Обычно такой взгляд у палача, решающего, что первым отрезать тупыми ножницами. Я бы отрезал голову. — Ты что бессмертный, Бродяга? — прошипел Поттер, глядя как девушка начала, что-то выводить в тетради. — Нет, просто… — Я не успел договорить, как почувствовал страшное жжение в районе шеи, и, которое вмиг прошло. Потрогав обожженный участок, я увидел у себя на пальцах кровавые следы и зло посмотрел на ржущего Джима. — Что? — сердито рыкнул я. Вместо ответа друг трансфигурировал тетрадь в небольшое зеркало. Я посмотрел на шею и… Убью эту стерву лично! На всей шеи была выведена надпись крупными буквами: «Блохи или ПМС, Блэк? Во втором случае поздравляю». — Поздравляю, Сириус. — Джеймс хлопнул меня по плечу и серьезно посмотрел в глаза. — Сегодня ты стал мужиком. Каковы ощущения? — Да пошел ты, чудовище парнокопытное, — огрызнулся я, глядя как Джеймс посмеивается и близкие ребята, увидевшие надпись тоже. А Лили и Марлин о чем-то переговариваясь даже посмели кинуть одобрительные взгляды на эту змею. Предательницы. А тем временем, паршивка довольно хихикнув, быстро мне подмигнула и вышла за дверь, так как урок был закончен. Ну ничего… Я просто возьму придушу эту стерву!

***

Риган — Как самочувствие, милый? — пропела я, садясь на краешек больничной койки к Северусу. Тот окинул меня раздраженным взглядом, отложив книгу. — Чего тебе? — мрачно выдохнул он, складывая руки на груди. Он был бледнее, чем обычно. — И как ты сюда пробралась? Сейчас же время отбоя. — Для меня — нет преград, — обаятельно улыбнулась я. Но Снейп подозрительно на меня посмотрел. — Нужен совет. — Да неужели? — едко протянул парень. — Чтобы Риган Мракс сама попросила совета у кого-то… Это ж сколько в лесу медведей сдохло? Я заливисто рассмеялась. — С каких пор тебя интересует медвежья популяция, а? Ладно. Сейчас не об этом. — Я протянула ему письмо, которое мне прислал сегодня мистер Лестрейндж. Снейп с недоумением взял письмо и прочитал его, а потом удивленно на меня посмотрел. — Лестрейндж и есть тот тип, что присылал тебе подарки и цветы на протяжении прошлого года? — Сама удивлена. И в прошлый раз, когда я вышла в Хогсмид могло случиться кое-что непоправимое… Мне пришлось притвориться, что я согласна на высочайшее предложение стать его любовницей и даже пришлось проявить инициативу. — Я не выдержав, скривила губы, вспоминая тот вечер. — И он хочет завтра встречи с тобой, — закончил Снейп. — Откажись, и все дела. — Не могу, — прохладно отозвалась я, покачивая головой. — До моего совершеннолетия остался месяц и тогда мой банковский счет мне будет доступен. И я смогу забрать моего брата, пока ему не испортили жизнь мои родственники и отравой о моем Темнейшем дяде, и мы уедем из Англии. А Рудольфус сказал, что может и уничтожить меня. — У тебя же нет брата, — вдруг заметил Северус. Я глубоко вздохнула. — Мой отец оказался настолько ублюдком, что на годовщине смерти моей мамы, он восемь лет назад изнасиловал мою тетю Вильгельму, младшую сестру моей мамы, которой только исполнилось тогда пятнадцать. А спустя девять месяцев появился мой брат Генри. Затем через год умерла тетя Вильгельма. — Мой взгляд тупо уткнулся в стену. — Ты даже не представляешь, какой удивительно светлый и не испорченный этот ребенок, Северус. — Улыбка против воли расползлась по губам. — А за это время мне надо продержаться в Хогвартсе и не умереть. — Я тут же себя одернула, понимая, что при Снейпе слишком уж разоткровенничалась. — Ты никогда об этом не говорила, — сказал Сев. В черных глазах парня мелькнула жалость. Проклятье! — Давай без жалости, а? Она способна опустить даже героя в сияющих доспехах, а о тебе вообще молчу, — презрительно фыркнула я, скидывая невидимые пылинки с юбки. — Я знаю, что у тебя есть яд, который маг не может почувствовать и… — Не выйдет. В еде или в напитке он быстро его запалит, — усмехнулся Снейп. Я почувствовала, как руки сами собой начали опускаться. Но я не хочу спать с Рудольфусом! Такого моя гордость не переживет… — Но если ты его нанесешь на кожу, к которой он будет прикасаться ртом, то затея выйдет, Мракс. — И что с ним будет? — лениво полюбопытствовала я, скрывая свое ликование. — Достаточно того, что ты избежишь позорной участи быть шлюхой Лестрейнджа, — сухо ответил Северус. — Яд завтра будет у тебя. — Спасибо, Снейп, — сдержанно поблагодарила я. — А теперь проваливай, иначе у нас опять будут проблемы, если тебя здесь увидят, — прозрачно намекнул Снейп, что мне пора уходить. Я встав поправила короткую кожаную юбку, цвета спелой сливы и шелковую бежевую рубашку, с сексуальным вырезом. — До завтра, Северус, — кинула я, выходя из палаты. Каблуки ботильонов громко стучали по каменному полу, пока я шла в своему общежитию, преодолевая препятствие в виде спящего Аргуса Филча. Миссис Норрис не было. Похоже кошка и была той, кто относилась ответственно к своему делу, гоняя наплевателей на комендантский час. Я спустилась на один пролет вниз. Глаз быстро заметил летящее в меня заклинание, а рука с палочкой молниеносно отразила удар. — Так значит ПМС? — прошипел Сириус. Он медленно вышел из-за угла, прожигая меня ненавидящим взглядом. Черные волосы, как и у меня были всклокочены, а серые глаза кидались молниями. Ай, как страшно! Нет. — Неужели ты притащился обсудить мою верную шутку, Блэк? — полюбопытствовала я, покрепче перехватывая палочку. — Да, еще и при том напал на меня из-за этого?! — мой голос зазвенел от ярости. Терпеть не могла, когда на меня пытались напасть исподтишка. — Предположим, — протянул засранец. Врет. При том нагло и неумело. Надо научить его говорить правду. — Что ж… тогда мне скучно, если это так, — сладко улыбнулась я, и прежде чем он среагировал, направила на него палочку. — Круцио! Парня скрючило от боли. Он упал на колени и начал отплевываться от крови и бешено мотать головой. Да, это дико больно. Сама отлично знаю. Я не отпуская палочки подошла к нему и под его взглядом кинула блэковскую палочку в лестничный пролет. Затем опустилась на корточки и жестко потребовала: — Правду, Блэк. Я не хочу тебя мучать, но терпеть не могу, когда на меня нападают или что-то недоговаривают. Сириус зло посмотрел на меня, но новый приступ боли заставил его скорчиться на полу. Раздался хруст костей. — Чтобы это заклинание подействовало, надо хоть чуть-чуть испытывать наслаждения от боли, которую причиняешь человеку. Что, Мракс, уже кончаешь оттого, что я здесь под твоими ногами, да? — ядовито поинтересовался он. По лицу Блэка прошлась судорога полная мучений. — Правильно дозированная боль — это некая форма изысканного наслаждения, — усмехнулась я, рваным движением прекращая действие непростительного. — Перестань меня преследовать, Блэк, — прошипела я, резко поднимаясь. За последнюю неделю я видела Сириуса столько, сколько не видела за последний год. Что значит — парень меня с какой-то целью преследовал. Я круто развернулась на каблуках и сделала два шага в направлении к лестницам. На третьем шаге, кто-то схватил меня за ногу и с силой дернул на себя. Я громко грохнулась на колени, которые тут же запульсировали от боли, а ладони засаднили. Не успела я и сообразить, как кто-то резко подтащил меня за ногу и рывком перевернул на спину, подминая под тяжелым телом. — Ты что делаешь?! — в гневе прорычала я, глядя в серебристо-серые глаза ублюдка, который посмел сделать такое со мной. Твою мать! — Отпусти, придурок! — зло потребовала я, пытаясь вырваться из-под тела Блэка. — Знаешь, я думал, что в тебе даже есть что-то хорошее, но ты в очередной раз доказала, что таящееся в тебе зло — непобедимо, — холодно протянул Сириус, окидывая меня насмешливым взглядом. — И тем не менее, сейчас ты прижимаешь своей тушей злобную фурию, как я, а не идешь трахать очередную добрую милашку, имя которой ты забудешь уже через час, — парировала я. — Это даже интересно. Тебе же нравится моя тьма и зло, верно? Блэк опустил глаза на мои губы и яростно процедил: — Никогда. — Похоже он себя утешает. — Да ну? — ухмыльнулась я, переставая вырываться. — Остальных то зло, что таится во мне — ввергает в благоговейный страх, так как кишка тонка, стать такой как я. Но тебя она заводит. И я это вижу. Мы с тобой похожи. — Я слегка коснулась пальцем его кончика носа, и резко попыталась оттолкнуть его, так как все что надо — сказала. — У нас нет ничего общего, Мракс, — отрезал Сириус, перехватывая мои руки и заводя мне их за голову. Сердце оглушенно забилось в груди, а теплая волна пробежалась по телу. — Если бы это было так, то ты убил меня за применения Круциатуса к тебе, а не прижимал к каменному полу, — обольстительно улыбнулась я краешком губ. — Тебе хочется этого. Хочется почувствовать насколько моё зло может быть прекрасным. — Я увидела, как зрачки парня начали пульсировать. — Сладким. — Взгляд потемневших глаз перебазировался на мою шею. — Обволакивающим. — Теперь серые глаза двинулись вниз к моим ключицам. — Неудержимым. — Твою мать! — прошипел Блэк, когда он встретился взглядом со мной. Он зло подался ко мне. Мягкие губы со всей ненавистью к моей сущности впились в мои губы, сминая в жестком поцелуе. Его губы стремительно и болезненно атаковали мои, не щадя их, из-за чего мои губы начали зудеть. Но то была такая приятная боль. Он отпустил мои запястья. Широкая ладонь заскользила по моей ноге вверх, стремясь под юбку. Тем временем жаркие губы начали спускаться по шее вниз, прикусывая нежную кожу, пока вторая рука нетерпеливо забралась в вырез, сжимая и лаская грудь через ткань кружевного лифчика. По телу бегали мурашки, которые вызывали целую бурю ощущений в животе, заставляя трепетать от каждого прикосновения парня. Черт. Надо остановиться. Не хочу, чтобы Сириус знал, что я девственница, когда весь Хогвартс убежден в обратном. Мерлин, но так не хочется останавливаться. — Хватит. — Я резко села и оттолкнула от себя гриффиндорца. Щеки горели от смущения. — Этому не бывать, Блэк. — Риган, ты сама это начала, — вкрадчиво сказал Сириус тоже приподнимаясь. Я встала и окинула его высокомерным взглядом, на что мне ответили только насмешливым взглядом. Он понял, что мне понравилось. Блять. Этого мне еще на хватало. — То были всего лишь слова, Блэк. А так — не в этой жизни, не с тобой и не здесь. Уж извини, принц. Подобрав палочку и поправив одежду, я быстро пошла к лестнице, но вслед мне донеслось: — Что бы ты не говорила, но тебе понравилось, Риган. В принципе, как и мне чувствовать тебя под собой. А значит, в скором времени — ты придешь и попросишь трахнуть тебя. Мне стоит только подождать. Во мне все всколыхнулось от бешенства. Никогда больше не позволю себе подобной слабины. — Иди к чёрту, Блэк!