Мерзавка навсегда

Снейп хмуро наблюдал за тем, как я растираю бузину для зелья и попутно веду записи в блокнот о составе данной жидкости. Парень, не говоря ни слова, просто пришёл после занятий в туалет Плаксы Миртл и наблюдал за моими попытками создать сдерживающее зелье. — Ты уверена, что именно эти ингредиенты тебе помогут создать зелье? — спросил всё же Северус, когда я сделал надрез на запястье и сжала руку в кулак, чтобы кровь интенсивнее потекла обсидиановым ручейком в медный котелок. Пять, четыре, три, два… Хватит. Убрав руку от котла, я, стараясь не отвлекаться от помешивания зелья, пустила перламутровую чешуйку с хвоста сирены. Варево забурлило, приобретая неоново-синий оттенок, из которого потянулись щупальцы тьмы, но завывающее пение морских созданий заставило тьму отступить… Нет, не отступить, а усыпить. — Да, — ответила я, вставая с плиток, которые пришлось нагреть, так как я просидела всю ночь и день здесь, готовя зелье. На занятии не пошла, попросив нашедшего меня рано утром Снейпа, сказать, что я не могу встать с постели из-за простуды и взять что-нибудь у мадам Помфри от болезни, для достоверности истории. Слизеринец с любопытством посмотрел на моё творение и протянул: — По крайней мере, я ничего подобного не видел. Да и выглядит это довольно… убедительно. Только почему палочкой ты мешала зелье? Разминая затёкшие конечности, я медленно делала небольшие шажки к стене, чувствуя, что за эти двадцать часов настолько отсидела себе ноги, что те не могут нормально функционировать. Да и мой зад стал железным. — Попробуй засунуть карандаш, — проворчала я, начиная мять себе онемевшую поясницу. Косточки скрипели от каждого моего движения, а я же чувствовала себя столетней старухой. Северус чуть помешал карандашом варево и вытащил его из зелья. Спустя полторы секунды стремительно покрылся толстой коркой льда. Парень от неожиданности выронил его. — Ты собираешься стать ледяной статуей, Мракс? — проговорил Снейп, пиная осколки льда в разные стороны. — Это была бы красивая и даже несколько поэтичная смерть, но нет, — улыбнулась я, садясь на колени перед котлом. — В зелье есть малюсенький осколочек вечного льда из легендарного Затерянного Города. И как выяснилось — он не был подделкой. Для внешнего мира — это зелье просто делает лёд, но, если человек примет это зелье, то таящаяся энергия в вечном льде заморозит либо наиболее прогрессирующее чувство, либо же то, что растёт в геометрической прогрессии… — Например, тёмную силу. И как только она начнёт выбиваться из ледяной магии… — …то вступит магия сирен, которая приманит тьму обратно в эту ледяную тюрьму, — с улыбкой закончила я. — Только пить придётся из котла. Можешь направить на мою голову согревающее заклинание, пока я буду его пить? — Ты — ненормальная, Риган, — вздохнул Снейп, смотря на меня задумчивым взглядом. — Но всё же гениальность тебе не чужда. Северус со вздохом сел рядом, доставая палочку из кармана. Ухватившись руками за котёл, я макнула лицо в зелье, сразу же ощущая невероятный холод, охвативший всё мое лицо, рот и горло, когда я начала быстро пить зелье. Быстро откатившись от котла, я начала вытирать лицо мантией, хотя уже чувствовала, как ресницы покрылись инеем. — Ну как? Подействовало? — спросил Северус, когда заклинанием отогрел моё лицо. Прислушавшись к ощущениям, я поняла, что вроде кровь перестала пульсировать в висках, а шум исчез. Я стала себя чувствовать более… естественно и даже замёрзла. Подняв неуверенный взгляд на Снейпа, я взяла с пола ножик. Проткнув кончиком лезвия палец, я чуть надавила на пораненный участок. На мягкой подушечке пальца выступила красная округлая капелька. Красная! Чтобы убедиться в успехе своего зелья, я подбежала к зеркалу и убрала с шеи волосы. Ничего! Совершенно чистая гладкая кожа, без намёка на татуировку! — Получилось, — неверяще прошептала я. Судорожный вздох сорвался с губ, наравне с несколько истеричным смешком. — Великий Мерлин, у меня получилось! — воскликнула радостно я, поворачиваясь в слизеринцу. — И чувствую я себя… не так, будто бомба замедленного действия. — Что будешь делать с оставшимся зельем? Я подошла к котелку и наколдовала плотную крышку. Собрав все ингредиенты и инструменты в рюкзак, я надела рюкзак на плечи, а котелок взяла за дужку. — Спрячу. Отныне мне нельзя много употреблять магии. Только на предметах. И то, сложные стараться избегать. Колдовство тянется к колдовству же, то есть с каждым использованием защитный слой будет изнашиваться. Немного или же значительно, а значит приём зелья — необходим, — ответила я, заправляя чёрные растрёпанные кудри за ухо. — Пошли отсюда. Я устала очень и хочу спать.

***

Зевая во весь рот, я всеми силами старалась не уснуть, уткнувшись лбом в низкий столик. На сегодня осталось ещё одно занятие и желанная встреча с постелью состоится. На кружок ворожбы — сегодня не пойду точно. Кто бы мог подумать, что мне поздно ночью приспичит заняться домашним заданием. Вот как скажите мне можно увидеть историю эпохи на трещинках старой пыльной вазы? Не античной, а просто старой, которую склеили тупо наспех! И зачем я решила только ходить Прорицание? — Вы что-нибудь видите, мисс Мракс? — спросила безумная, но довольная милая и наивная Трелони, резко смотря мне в глаза. Я чуть не завизжала от испуга, так как женщина появилась чересчур неожиданно, а я как раз так уютно устроилась, положив голову на скрещенные руки. — Да, конечно… Вижу… Очень чётко и ясно… что-то там, — пробормотала я. — Что? — словно специально громко сказала профессор, чтобы все ученики посмотрели на нас. При том у всех были такие вредные выражения лиц, будто говорящие: «ну скажи нам, Мракс, что ты увидела». — Ну, мне нужно сконцентрироваться и… — Я дотронулась до вазы пальцем, как та… просто рассыпалась осколками на столик. — Упс. Да уж, неловко как-то вышло. Зато преподавательница потеряла тут же ко мне интерес, пробурчав, что у меня есть потенциал, который я ленюсь развивать. Остальные же, лишь гадко похихикав в кулаки, вернулись к своим делам: то есть к совершенно любым, только не слушать профессора Трелони. — По-моему, порча исторических предметов — это вандализм, — протянул сзади ироничный голос. Проклятье. Не хватало теперь, чтобы бестолочь Блэк стебал меня. Да, я настолько в себе уверена, что с лёгкостью признаю — я гораздо способнее Сириуса, хотя тот тоже не обделён гибким умом и кое-какими талантами. — Это просто старая битая ваза, — прошипела я. Парень перебрался ко мне за столик и протянул фляжку, безбашенно заявив: — Именно это мне и помогает столь глубоко постигать науку предсказаний и прорицаний. Я взяла из длинных пальцев металлическую фляжку и принюхалась к его содержимому. Чёрт, так и думала. — Здесь огневиски. — А то я не знаю, — закатил серебристые глаза Сириус. — Здесь трезвым ничего и не предскажешь, знаешь ли. Но меня довольно забавляет, что профессор считает меня уникальным, среди всех вас, недалеких и нечутких чурбанов. Прыснув от смеха в кулачок, я покачала головой. Только Сириус Блэк может, как последняя свинья наплевать на все школьные правила и этику, но при том быть героем не только среди учеников, но и учителей. — Даже не верится, что кто-то может купиться на твоё обаяние, ведь ты тот ещё мудак, — ответила я, беря крупные фарфоровые осколки и пытаясь собрать вазу. — Кстати, о моём обаянии: ты не пришла на встречу позавчера, — вкрадчиво проговорил Сириус, наклоняясь к моему лицу. Понаблюдав за тем, как я нервно пытаюсь собрать вазу, он, перехватив моё плечо, повернул меня к себе лицом. — Да оставь этот хлам, Риган. Всё равно только на помойку. — Я всё равно попытаюсь исправить, — упрямо ответила я, надеясь, что меня не призовут к ответу и мне не придётся врать. — Риган, я задал вопрос, — твёрдо ответил парень, небрежно смахивая с глаз эбеновые длинные прядки. — Почему ты не пришла? Вздохнув, я, осторожно подбирая слова, произнесла: — Я забыла, Сириус. Да и к тому времени мне стало дурно. — Вот тут я не соврала, так как действительно позабыла о Сириусе, нашей встречи и мне было плохо. — И, если ты не забыл, я весь день вчера пролежала в кровати, так как заболела простудой. Блэк не спускал с меня пристального взгляда тёмно-серых глаз. Я же не отвела взгляда, так как стыдиться мне нечего было. Да, я скрыла правду, но она не касалась парня, да и намеренно я не хотела его заставлять там ждать. — Предположим, что я тебе поверил, — в итоге медленно сказал гриффиндорец. — Но раз встреча сорвалась, то теперь я назначаю время и выбираю место. Рассмеявшись, я хитро прищурила глаза и поддалась вперёд к лицу парня, с вкрадчивым любопытством поинтересовавшись: — А с чего ты взял, что я соглашусь? Сириус состроил задумчивую моську, с небрежностью играя кончиком моих волос. Я несильно шлёпнула парня по руке, так как терпеть не могла, когда моё личное пространство нарушали, хоть мне даже нравилось, что это делал он. Кстати, у нас у обоих были почти одинакового оттенка волосы, было в этом нечто роднящее нас. — Наверное, потому что ты продинамила меня, когда я прождал тебя два часа и очень сильно замёрз… — Это так печально, Блэк, что ты не умеешь пользоваться согревающими чарами, — сочувственно проговорила я, прикладывая руку к сердцу. — Тебе стоит бы поучить бытовые заклинания, раз ты так любишь бродить в ночи девушками… ну или же с парнями. — Я чуть поиграла двусмысленно бровями, отчего парень лишь закатил глаза. — Я из не осуждающих, знаешь ли. Гриффиндорец взмахнул пафосно рукой, рассекая ребром ладони воздух, а затем гордой манерой какого-то расфуфыренного принца заявил: — Как бы там ни было, но вина на вас, мисс Мракс. Долг можете отплатить своим появлением сегодня вечером в девять у Тёмного Леса. — Слушай, если ты хочешь меня там прикопать, то хотя бы приглашал не при такой куче свидетелей или хотя бы не тогда, когда я могу взять с собой очень тяжёлую палку… Хотя, маленькую всё же, а то опасаюсь, что последние зачатки разума могут быстротечно покинуть тебя, — не могла не съязвить я, вставая с места, так как прозвенел звонок. — Мерзавка, — хмыкнул парень. — Всегда и навечно, балбес, — парировала я, уже начина карабкаться наверх по лестнице. Когда ученики собрали свои принадлежности, то мы неспешным потоком вышли из кабинета. Я сумела стремительно скрыться от Блэка, решив всё же оставить последнее слово за собой. Что ж, а теперь отвечаю себе прямо и без отговорок. Иду ли я навстречу с Блэком? Да, с ним мне по крайней мере весело. Стоит ли опасаться того, что парень с враждующего факультета зовёт тебя прогуляться ночью в лес? Эм… зато не на кладбище позвал, тем более я люблю мрак и тьму, а вот света опасаюсь, ибо он не постоянен. Значит, стоит сделать домашние задания, привести себя в порядок и пойти. Решено. Неожиданно в моё плечо кто-то с силой вмазался, что книги в моих руках выпали на каменный пол. Твою же мать! Уже собравшись выматерить и проклясть несчастного, что посмел нарушить столь бесцеремонно моё личное пространство, я внезапно для себя услышала приветливое: — Привет, Риган. Яркие голубые глаза задорной гриффиндорки весело смотрели на меня. Я на секунду опешила от подобного. — При…вет, — вымолвила из себя напряженное я, присаживаясь на корточки и начиная собирать книги и выпавшие листки с моими стихами. Марлин, ойкнув, тоже присела рядом и начала помогать собирать листки, попутно говоря: — Извини, что так «наехала» на тебя, но… в общем, была в своих мыслях и всё такое. Понимаешь? — Она протянула мне собранные листки бумаги, даже не делая попыток заглянуть в их содержимое, что меня порадовало. — Да ничего страшного. Я сама была в своих размышлениях и тоже не заметила тебя, — ответила я с лёгкой полуулыбкой на губах. — Кстати, как сама? У вас в Слизерине принято тусоваться за тонной книг, как и в Когтевране или же просто ты такая? — поинтересовалась она, кивнув на мою кипу книг в руках. Мы отошли к окну и пытающихся выйти на свободу студентов, которые значительно повеселели, поняв, что пару дней у них есть передышка от надоевших занятий и зубрёжки. — Нет, — улыбнулась я, усаживаясь на подоконник, — обычно с понедельника по пятницу мы читаем перед сном Библию Сатаны, изучаем всю мощь тёмной магии и мучаем маленьких детей, а вот в выходные старшие курсы устраивают роскошную кровавую оргию, с помощью которой возрастают в себе тёмный источник. — Вау. А можно посмотреть? — с наигранной драматичностью отозвалась Марлин. — Попасть можно, но только с пропуском нашего падшего факультета, но вот выбраться только в горизонтальном состоянии, — рассмеялась я. — А вообще это просто я — злобный ботаник. А ты как? — В целом неплохо, но… Внезапно лицо девушки начало стремительно покрываться красными вулканическими прыщами. У меня непроизвольно расширились сами глаза, так как в следующую секунду мои волосы стали… фиолетовыми! И если бы только это! Так как в следующую секунду я начала чихать так, будто от сильной пыли. — Апч… Твою мать! Апчхи! — чихала я, ища в кармане рюкзака платок. — Что, МакКиннон, передаёшь свой опыт? — сладко поинтересовалась Дива Смит, крашенная гриффиндорская блондинка с мозгами тупой коровы. Сзади этой сучки стояли её две, так же не отличающиеся умом, подружки с разных уже факультетов. — Да пошла ты, подстилка гнойного гоблина! — возопила в бешенстве Марлин, спрыгивая и собираясь навалять ухмыляющейся Диве, которая тут же начала отступать за свои протеже. — Я тебе сейчас так разукрашу твоё маленькое личико, что никто не посмотрит на тебя, крыса крашен… Я, не отпуская носового платка, спрыгнула поспешно с подоконник и перехватила девушку за талию, не давая ей совершить подобную глупость. — Она хотела сказать, что… апчхи!.. не понимает причин почему вы… апчхи!.. так поступили! — еле из себя выдавила я, чувствуя, что платок стал насквозь мокрым, а слёзы не переставая шли из глаз. — Знаешь, Мракс, от тебя я не ожидала, что ты раздвинешь ножки перед Блэком, но, похоже, ни известной принципиальности, как и ума — у тебя нет, — прошипела Смит, окидывая нас презрительным взглядом. — Кто бы мог подумать, что суку Мракс и дешёвку МакКиннон — объединяет один хер. — Как грубо с твоей стороны, — сладким голосом сказала я, стараясь не чихать. — Пошли, девочки, от этих неудачниц, — едко проговорила Дива, понимая, что мой тон ей точно ничего хорошего не сулит. Проводив их долгим взглядом, я достала палочку. Как только они скрылись, я взмахнула палочкой, сказав: — Ренитеро нритек. В следующую секунду красные прыщи исчезли с лица красной от злости гриффиндорки, а я перестала чихать. Да, заклинание возврата — неплохое, правда недоработанное, так как мои волосы всё так же были фиолетовыми. — Почему ты не дала с ними разобраться? — хмуро спросила она. — И? — Я вскинула на неё вопросительный взгляд. — Да, ты бы разбила ей лицо. Да, ей было бы стыдно ходить. Да, тебя бы наказали, но назвали бы ещё психически неуравновешенной, а она бы осталась пострадавшей стороной, которая не чувствует совершенно вины. Меня такой расклад не устраивает. В глазах девушки мелькнуло понимание. — Что ты предлагаешь? — Наша примадонна, похоже, до сих пор не отошла от разрыва с Блэком, так? До сих пор жаждет любви и понимания? — улыбнулась я. — А мы ей этого дадим сполна, — закончила с такой же гнусавой улыбкой на полных губах гриффиндорка. — У меня есть кое-какие сладости, которые дадут незабываемый эффект. Вот только кто искушает их? Есть кандидаты? — Конечно. Для утонченного вкуса Дивы есть лишь один кавалер в Хогвартсе, который скоро запылает огнём страсти, но стоит приманить её, — хихикнула я, быстро доставая чёрную матовую бумагу и золотые чернила. Я сделала две карточки с любовным посланием для двух людей. Подло похихикав, мы быстро разбрелись по своим комнатам, чтобы лишь встретиться через десять минут на том же месте, так кое-что нужно было доставить немедля!

***

— Придёт? — шёпотом спросила Марлин, глядя на Диву в милом розовом платье. Девушка нервно поправила прическу и посмотрела томным взглядом на арку, откуда должен появится наш «прынц». — Если твой десерт подействует, то да, — ответила я, затем сморщилась недовольно. — Блин, даже не верится, что я чуть ли не валяюсь на земле, пачкая шмотки, которые стоят как весь этот замок. Марлин лишь закатила глаза и мы снова приподнялись, наблюдая за задним двориком, где мы устроили свидание для Дивы и загадочного мистера Х. Вообще, я писала ей послание почерком Сириуса, но сомневаюсь, что они с Блэком занимались каллиграфией. — Идёт! — возбуждённо прошептала МакКиннон, указывая на неспешно идущую тень с правой стороны. Мы стремительно поползли в другую сторону, уже видя профиль нашего клиента. Взмахнув одновременно палочками, мы увидели, как зажглись развешенные фонарики на статуе, заиграла скрипка в углу и посыпались лепестки роз с неба. Дива широко улыбнулась и закрыла глаза, когда поняла, что пришёл её тайный воздыхатель. С каждым звуком тяжелого шага, она всё сильнее расплывалась в глупой улыбке, а когда поняла, что поклонник подошёл достаточно быстро, дрожащим нежным голосом заговорила: — Пожалуйста, не говори ничего. Я знаю, что между нами были разлады, но… но теперь, увидев всё это, я поняла, милый, что ты действительно любишь меня. — Нас с гриффиндоркой одинаково перекосило. — Обними меня, я хочу услышать, что мы с тобой теперь никогда не расстанемся. Мужчина присел, прижал её к своей худосочной груди, припадая нежно губами к тонкой девичьей шее и прохрипел своим брюзжащим голосом: — Рыбонька моя, я весь горю и жажду… утолить все твои желания. Глаза девушки вытаращились, а повернувшись она увидела довольное, розовощёкое и с задорным оскалом кривых зубов… лицо завхоза Филча! Тот был в плебейской белой рубашке, расстёгнутая до половины и обнажающая заросшую темной волосней грудь. Надо же, приоделся и даже слипшуюся волосню причесал. Я сильно недооценивала силу любви. — А-а-а-а-а! — завизжала Дива, пытаясь высвободиться из кольца рук Филча, который отчаянно пытался припасть к губам своей возлюбленной. И в какой-то момент ему удалось! Вау, а наш завхоз — мужик опытный. Даже язык смог протолкнуть в рот Диве, надеюсь, не сдохнет от её яда. Мы так и повалились от хохота, не переставая снимать всё на камеру. Какой скандал! Разврат! Но любви все возрасты же покорны, так ведь? Тем более Дива, наконец, получила достойного мужчину себе, а Филча по-человечески жалко. Но девушке всё же удалось высвободиться из лап коварного и ненасытного Филча, визжа, словно ненормальная. Но наш завхоз тоже проявил, как мужик упёртый, и побежал вслед за ней, с криком: — Гусыня ты глупая, куда побежала?! От счастья своего неча бежать! Минут десять мы так и не могли отойти от истерического хохота. Я никогда так не смеялась и мне было даже не жалко испачкать свою одежду. В принципе, одежду можно и заклинанием очистить. Когда мы вдоволь насмеялись, то я встала, начиная поправлять свою одежду. Так как времени заходить второй раз переодеваться у меня уже не было, я сразу приоделась для леса. Выбрала: чёрные мартинсы, такого же цвета джинсы и короткое серое пальто, но довольно тёплое. — Знаешь, это даже лучше, чем ей врезать… Тем более на жертв как-то глупо обижаться, — хихикнула Марлин. — Кстати, твои волосы до сих пор фиолетовые. — Да, неделю или две прохожу. Магия плохо влияет на структуру волос, поэтому не буду рисковать. Тем более этот цвет мне идёт. Подберу классный наряд под фиолетовый, макияж и введу в моду этот цвет, словно так и надо, — сказала я, поправляя волосы. Посмотрев на часы, что были у меня в кармане, я проговорила: — Слушай, мне пора. Есть кое-какое… дело. Девушка неожиданно печально опустила голову, сжимая ручки в кулачки, а затем со вздохом спросила: — Ты с Сириусом идёшь, да? Я прикусила нижнюю губу. Мне бы не хотелось расстраивать эту девушку, так как я видела их общение. Она действительно подходила Блэку. Гриффиндорцы, смелые и храбрые, привлекающие к себе таких же людей. Но… а как же я? И хоть это эгоистично прозвучит: но люди, которым доставалось внимание Сириуса, они были не такими, как я, — они могли себе позволить вести простую, полную радостей жизнь, мечтать о большой семье и карьере. А я и так разбита, у меня практически ничего нет. Хотя, может мне и стоит всегда оставаться в тени, как грязный секрет. — Да, — кивнула я. — Мы просто… друзья. — А Блэк об этом в курсе? — хмыкнула скептично девушка. — Я к тому, что… чёрт, с такими, как ты, парни редко дружат, Риган. И если заинтересовываются, то серьёзно. В общем, я пошла. Скажи, когда точно будешь уверена. — Я уверена, МакКиннон! — крикнула я в удаляющуюся женскую фигурку. — Не думаю, — долетело до меня.