"Запах отчаянья и болеутоляющего"

      Многие воспринимали сатаниста по-разному. Нудл, к примеру, он заменил отца. Да, старик не славный пример для подражания, но он же считал как раз-таки наоборот. Тем не менее, свою задачу он выполнил; вырастил девчулю. Для многих созревших женщин он был магнитом, пародией на ловеласа. Для коллег он мог сравниться со строгим начальником, в комбинации с ворчливым дедулей. Ненавидели и любили одновременно. Но несмотря на все эти мнения, для многих он был просто напросто тираном, особенно для Туди. Поначалу лидер чувствовал к нему лишь ненависть, но вскоре начал понимать, что появилось ещё какое-то чувство внутри него, а именно... привязанность.

***

Шло утро. Стю со своей комнатушки всё не выбирается. Нудл и Рассел оба махнули рукой, мол : "Может песню сочиняет или мелодию для нового трека. Нужен покой". Мёрдока не покидало какое-то волнение и будто нехорошее предчувствие. —Ты сам не свой Мэдс, что на тебя нашло? Ходишь туда-сюда, как призрак неупокоенный, на дверь Ди поглядываешь, куришь больше, чем обычно.— Заметил Расс. —Ай, прекрасно всё со мной, Расс,валите давайте, куда должны были. Не мозольте мне глаза, чёрт побери. — Мёрдок нервничал и ни на что не обращал внимание, пока входная дверь не захлопнулась.       И вот они остались дома вдвоём. Черноглазый солист и сатанист. Прошло ещё какое-то время, прежде чем Мёрдок подошёл к двери парня и попытался её открыть. Заперто. —Туди,открой. —С долей раздражённости и волнения кратко рявкнул басист, вновь дёрнув ручку. Тишина. Дверь всё так же заперта.— Открой, я тебе сказал, придурок!— он уже хотел продолжить покрывать парнишу всеми известными ему оскорблениями, как вдруг услышал какие-то звуки, похожие на жалкий скулёж.        Он не стал ждать, пока ему откроют и приветливо выбил дверь ногой с размаху. Перед его взором разложилась такая картина: фронтмен валяется беспомощно, почти у края кровати, побледневший, рядом на полу опустошённая баночка сильного обезболивающего. Туди дрожит, его густые брови задрались к верху будто подчёркивая то, как ему плохо от сотворённой глупости. Сердце Мердока болезненно сжалось, дышать стало весьма тяжело. Он кинулся к фронтмену и сжал его холодную, дрожащую ладонь. —И зачем ты столько их выпил, придурка кусок? —Умереть хотелось...— прохрипел он, всхлипывая. —Какого дьявола?!— Мёрдок вытер слёзы на щеках и под глазами туди, хотя у самого сейчас глаза на мокром месте. —Слава и популярность - не то, чего я хотел.— он глубоко вздохнул, выдержав паузу и собираясь с мыслями. —Да и чувства... мои чувства к тебе... всё равно не взаимны. Я так долго сопротивлялся им, пересилить пытался, но чёрт, Мёрдок, я любил тебя всё это время.— Почти что прошептал Ди, улыбнувшись из последних сил.       Никкалс тихо рассмеялся. Стю окинул его вопросительно-грустным взглядом. Хоть его глаза от гемофилии стали чёрными, но всё же в них можно было кое-что прочитать . — Ты идиот, Туди...— такому человеку, как Мёрдок было трудно проявлять свои чувства и он совсем не умел это делать. Однако сейчас жизнь его друга под угрозой... и если не сейчас, он не признается больше никогда. —Я не хочу тебя потерять, прошу, останься со мной...— молил он дрожащим голосом.        Никкалс крепко обнял Туди, прижимая его к сердцу и прошептал на ухо "Я слишком... тебя люблю. Ты мне нужен". Ди счастливо заплакал. И, хоть он натерпелся многого от этого человека, простил и был готов дать ему шанс. Сатанист, спустя не шибко много времени поставил парня на ноги, был рядом на протяжении всего лечения. Со временем, Мёрдок стал привыкать к Стю, научился быть с ним нежным и терпимым к его выходкам. Когда Туди полностью поправился, они решили больше быть рядом и время от времени коротать время за вечерним просмотром фильмов.       Порой очень полезно остаться вот так с кем-то дома... Мало ли чего можно узнать .