Истории у костра

— Кожа на её лице была мертвенно-бледной, а зубы жёлтыми, как пташка Пруссии. При виде этого чудовища… Эй! Может, хватит?! — воскликнул Америка, сделав замечание перешёптывающимся Англии с Францией. — Прости, Альфред, ты рассказывай-рассказывай, мы тебя очень внимательно слушаем, — с усмешкой заявил Артур. Наклонившись к уху Франции, он шепотом добавил. — Нам очень интересно послушать про очередную жену Джокера. Тихонько хихикнув, Франциск с таким же азартом добавил: — Я в своей жизни встречал женщин и пострашнее этой. Взять хотя бы Ангелу Меркель, — поймав на себе сразу два недовольных взгляда, Франция прикусил язык и вернулся в исходное положение. Всё же посидеть большой дружной компанией у костра и потравить различные страшные истории было не такой уж плохой идеей, ведь она в кои-то веки сплотила Франциска с Артуром. Эти страны за долгое время проживания по соседству имели честь быть не только врагами, но и друзьями. Надув щёки, обиженно скрестив руки на груди, Америка опустился на своё место и замолчал, не желая продолжать свою начатую историю как и общаться со столь неблагодарной публикой. Он тут старается, пыхтит, и зачем, спрашивается? Его всё равно никто не слушает. Когда в кругу костра воцарилась тишина, Германия, как и всегда приняв на себя роль старшего из этих пятнадцати детишек, огласил: — Америка закончил свою историю. Кто следующий? — пробежавшись взглядом по кругу и не найдя желающего, Людвиг перефразировал свой вопрос. — Кто ещё не рассказывал? — Я! — поднял руку Артур. — Враньё! — по слогам пропел Франциск. — Твоя история о жизни капитана Крюка нисколечко не правдоподобна. — Как и твоя про несчастного принца, — огрызнулся Англия, сверля неприятеля гневным взглядом, — который скакал по бабам, пока одна проститутка не отрезала ему хозяйство, после чего он стал девушкой, но с блядством не завязал. Стараясь избежать потасовки, Германия принялся успокаивать расшумевшиеся стран, наперёд зная, что это бесполезно. Если эти двое разойдутся, их уже никто не остановит. Исключением был лишь кран Брагинского. — Братик, это просто ужасно, — высказалась Беларусь, плотнее прижавшись к плечу России. — Беларусь, может, ты поделишься с нами своей историей? — поинтересовался Германия, повернув к ней голову. Франция с Англией заметно поутихли, прекрасно зная, что Россия не позволит им перебивать свою сестру. Да и получить краном по голове или же ножом под рёбра мало кому хотелось. — С радостью! — воодушёвленно воскликнула Наташа, принимая предложение Людвига. — Одна девушка очень хотела выйти замуж, но её молодой человек постоянно ей отказывал. В итоге она пошла и сбросилась со скалы. — Это точно страшная история? — непонимающе моргнул Америка, не успев прочувствовать за эти десять секунд рассказа ни единой крупицы страха. — Ну естественно, дубина ты стоеросовая! — возмутилась Беларусь на замечание Альфреда. — Бедняжка не может выйти замуж! Это просто ужасно! — Ну ладно, — кашлянул Людвиг, призывая стран к порядку. — Россия, теперь твоя очередь. Все разом шумно сглотнули, прекрасно зная натуру Ивана, а последнего же зрелище напуганных стран, точно маленькие дети, заметно веселила. Вот только виснувшая на плече Беларусь несколько мешала наслаждаться царящей картиной всемирного ужаса. Все взгляды были обращены на Россию за исключением Италии, который жарил пастилу на костре, и Америки, который решил погреть озябшие ладони, вытянув их по направлению к огню. Беларуси было откровенно наплевать на всех присутствующих здесь стран, но когда речь зашла о любимом брате, она отпустила плечо Ивана и подняла на него свои голубые глаза в ожидании, когда тот заговорит. Пауза затянулась, призывая всех стран без исключения обратить внимание на рассказчика. — Эта история… — начал свой долгожданный рассказ Россия, но его тут же перебили. — Т-только не о чудовищах в шкафу! — молил Америка, скрестив пальцы на обеих руках. — Нет в твоём шкафу никаких чудовищ! — рявкнул Англия, раздражённо вздыхая. — Это просто твоя детская фантазия и ничего больше. — Нет, есть! Я их видел! — стоял на своём Америка, заметно подрагивая всем телом. — У меня есть замечательная история о том, как одного парня никогда не замечали и не слушали. В конечном итоге их ждало страшное возмездие за своё упущение, — обиженно пробурчал Канада, но его никто не заметил, лишь Франция удивлённо повернул голову в его сторону, с улыбкой скользнув ладонью по плечу. — Эта история об одном красивом статном мужчине, который хотел завоевать мир, поэтому заключил контракт с демоном и получил всемирное могущество! — начал свой рассказ Россия под удивлённые взгляды пятнадцати стран. Это была такая ностальгия, что Иван едва не прослезился, вспомнив Советский Союз. — А-а-а! Страшно! — Америка с криком бросился на шею Англии. — Можно я сегодня посплю у тебя? — Да вот ещё! Не маленький уже, — фыркнул Артур, отцепляя от себя прилипалу. — Бедняжка, — пожалел его Франциск, — можешь переночевать в моих роскошных апартаментах. — Сгинь, бородач! Нечего пускать слюни на мою колонию, — зло прорычал Англия. Родись он псом, уже бы давно с рычанием кинулся на Франциска, впиваясь зубами в глотку. Под визг и всхлипы Америки слушая страшные истории на самый разный манер, страны и не заметили, как наступила полночь. Конечно, рассказывать истории, от которых только Америка испытывает чувство страха, было весело. Второго шанса напугать такую могучую сверхдержаву может и не выпасть, но страны уже заметно подустали от всего этого. — На сегодня с историями достаточно, — объявил Германия, собравшись идти в палатку. — Пора спать. — Людвиг, а что насчет тебя? — остановил его Италия, который пришёл сюда только ради того, чтобы услышать его долгожданную историю. — Расскажи нам и ты свою историю. — У меня нет никаких историй, — как всегда серьёзно проговорил Людвиг, но на место всё же вернулся. — Как жаль, — улыбнулся Иван, на коленках которого лежала задремавшая Наталья. — Я бы с удовольствием послушал твою историю. — Да-да, Германия! Пожалуйста, — растянув гласные, молил Италия, — хоть попытайся. Железная выдержка Людвига всё же сумела прогнуться под напором стран, каждый из которых рассказал бессмысленную, выдуманную, однако милую историю со скрытым смыслом, некоторые из которых были взяты из жизни. Перешагнув через себя, Людвиг в быстром темпе стал на ходу сочинять историю. — Ну, у меня есть на примете одна история об офицере, который влюбился в рус… в простого солдата! — смущённо замямлил Германия, стараясь смотреть куда угодно, только не на заинтересованные физиономии стран. — Ты хотел сказать в русского солдата? — уточнил Америка, пугаясь от одного только произношения слова «русский». — Ого! Это и правда страшно! Германия не стал ничего уточнять и просто продолжил свой рассказ, не обращая внимания на очередные перешёптывания Франции с Англией. — Они столкнулись на поле брани с диким желанием в глазах убить друг друга, как бы на их месте поступил любой другой солдат, увидев врага. Но удача была на стороне офицера, и тот всадил ему пулю в грудь. Но солдат не умер, он просто упал и… — Германия запутался, не зная, как правильней преподнести эту историю, взятую из жизни. — Солдат стал зомби? — в этот раз огонёк страха мелькнул в изумрудных глазах Англии. — А-а-а! Солдат-зомби, это куда страшнее монстра в шкафу! — верещал Америка. — Которого я два дня назад забыл покормить, а теперь боюсь домой возвращаться. — Дай мне еды, — отойдя по нужде в кустики и вернувшись обратно, Кумадзиро по рассеянности перепутал хозяина с его братом-близнецом. — А-а-а! Монстр из шкафа, он пришёл за мной! — завопил Альфред, чем разбудил спящую Наталью. — А? — девушка растерянно осмотрела стран, остановив взгляд на брате. — Ванечка, пойдём спать. — Да, идём, — согласился Иван, вставая с бревна. Вместе с Россией поднялись и все остальные страны, зашагав в свои палатки, Германия так и не сумел должным образом завершить начатую историю, но при этом остался доволен. Потому что у него вряд ли хватило бы фантазии для выдумки банального и неинтересного финала, а посвящать стран в реальный итог этой встречи ему отчего-то не хотелось. Этой ночью все страны за исключением Америки и России спали спокойно. Альфред боялся снова увидеть монстра из шкафа, а вот Иван долго не мог уснуть, потому что анализировал историю Людвига, сравнивая её с реальными событиями, которые произошли с ним в сорок четвёртом.