Прожгу душу до края

А иногда не очень… Я возвращалась домой, когда поняла, что эта жизнь вовсе не жизнь. Отличные оценки, а взамен опустошенность, улыбка, а в противовес — гниль. Это всё настолько осточертело, что у меня больше не было сил, и по возвращению домой, я… вначале передумала накладывать на себя руки, ведь у меня была младшая сестра, которую я любила до безумия, а потом снова вернулась к этой мысли. «Я здесь лишняя, — пронеслось в моей голове». Мой отец погиб в автокатастрофе шесть лет тому назад, и теперь я живу в чужой семье, где для меня нет места. Мать родила от отчима сестрёнку, и моё присутствие явно стало невмоготу. Они улыбаются, так искренне и радостно, а во мне горит пожар обиды и ряд вопросов, на которые никто бы не смог ответить: почему умер именно папа? Отчего моя мать горевала всего год, а затем вышла замуж без тени сомнений? Кроме меня кто-нибудь любил отца? Кто-нибудь его ещё помнит? Если излагаться короче, да, я наложила на себя руки и простилась с жизнью, но как оказалось, я всего лишь променяла её на иную. Я попала в мир, полный чудес два года тому назад. Теперь моей обителью стал небольшой двухэтажный дом в тихой деревушке, а покровителем — молодая женщина — Камуи. Мне казалось, что я попала в рай. Камуи возомнила, что я её дочь и относилась ко мне с непритворной любовью. Голос моей липовой матери до сих пор звучит в ушах, точно так же, как и её рваные крики. Всего четыре дня назад я поняла, что рая нет. Я попала в самый что ни на есть настоящий ад. Это случилось пару дней назад, когда на улице верещал дождь, а солнце светило, но вовсе не грело. Я выбежала на улицу, дабы собрать стираное белье, а приёмная мать сидела на втором этаже нашего дома, попивая чай. В груди что-то предательски сжалось, когда я обернулась и застала у калитки совершенно незнакомого мне парня. Он кинул на меня полный презрения взгляд и молча двинулся к входной двери нашего дома. Я откинула тазик с постельным бельем куда подальше и бросилась в сторону брюнета, дабы поинтересоваться, кто он есть такой, и что ему надо. Это было моей первой ошибкой. Но суть не в этом. — Что Вам надо? — довольно бесцеремонно вырвалось из моих губ. Я смутилась, когда незнакомец кинул на меня ещё один взгляд — предупреждающий. — Мама отдыхает, поэтому можете передать послание через меня. — Мама? — надменно повторил алоглазый и двинулся вперёд, проигнорировав мои слова. Я нахмурилась, но пройти за юношей не осмелилась. Под рёбрами что-то болезненно щемило, и уже тогда я поняла, что этот парень — потенциальная угроза. Подобрав таз с бельем, я уселась на крыльцо и тяжело вздохнула. Дождь всё никак не унимался, поэтому тоска нагонялась моментально. Послышались крики. Я резко вскочила с деревянного крыльца и поймала себя на мысли, что моё подсознание приказывает мне бежать. Колени задрожали, но отринув прочь смутное чувство страха, я вошла в дом. На тот момент с лестницы спускался незнакомец, и к моему горлу подступил комок, который я силилась проглотить. В руках брюнета красовалась голова моей матушки, которая отчего-то рассыпалась по кускам. Я отчетливо видела, как шевелится пасть убитой, но мне такие явления были в новинку, а потому я просто замерла в ожидании чуда. По телу снова прокатилась дрожь, и я инстинктивно попятилась назад, глубоко вдыхая влажный воздух. Красные глаза впились в моё испуганное лицо, и теперь я была готова умереть. Но не от страха, а от его руки. — Ты идёшь со мной, — голос парня так и сквозил безразличием. Моё сердце пропустило удар, прежде чем я прослезилась. Осознание произошедшего медленно укладывалось в голове, и я прикусила губу, сдерживая поток слёз. Юноша двинулся в сторону выхода, проходя прямо мимо меня. Я затаила дыхание, и от передоза трусости, лишилась чувств…

***

Очнулась я в весьма хорошем состоянии. Словно никакого парня не было, и всё произошедшее — глупый сон. Открыв глаза, я столкнулась лицом к лицу с моськой маленькой девочки. Я хотела резко вскочить, но в итоге мы с ребёнком ударились лбами. Пока я тихо шипела, потирая расшибленный лоб ладонью, девочка разревелась, ухудшая всю ситуацию. Не обращая внимания на детские рыдания, я приподнялась с постели и оглянулась вокруг. Высокие потолки, роскошная мебель, и шум за окном наталкивали на мысль, что я где-то в городе. — Ты кто? — довольно грубо выдала я, глядя на ревущего ребенка. Конечно, я уже успела пропитаться к девочке жалостью, но успокаивать её никто не собирался. — Где я? — Плохая тетя! — выпалила плакса. Я смутилась. — Я позову маму и она тебя отругает! — Валяй, — монотонно ответила я и двинулась в сторону окна. Действительно, за окном красовался ярко освещённый город. За прошедшее время я отвыкла от благ цивилизации, поэтому свет в ночное время казался мне тем ещё очарованием. Распахнув настежь окна, я даже не желала разбираться во всем происходящем. Хаотичные мысли и так слишком упорно атаковали мой разум, а потому я просто решила сбежать отсюда. Это было моей второй ошибкой. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я устремила взволнованный взгляд за спину, откуда стали доноситься мерные, невесть чьи шаги. Высота этого дома навряд ли подразумевала мой полет, но я надеялась, что выживу и вернусь… домой? Я быстро поднялась на подоконник, и развернувшись спиной, просто спрыгнула с рамы. Господи, я просто не понимаю, чем я тогда думала. От адреналина, который врезался в мою голову, я не различала запахи адекватности и норм. Спина совсем не по-человечески хрустнула, и я почувствовала адскую боль. У меня создалось такое впечатление, что меня размазали по стенке, а затем снова привели в чувство. Казалось, будто мои ребра проткнули лёгкие и они налились огнём. Дышать стало невозможно, и я вздрогнула всем телом, словно на предсмертной одре. С невероятным усилием, я попыталась понять, куда именно приземлилась, и каково было мое удивление, когда я поняла, что свалилась на капот чьей-то роскошной машины. Вероятно, он прогнулся прямо под очертания моего тела, повторяя его изгибы. Почувствовав свое тело, я попыталась перевернуться на живот и слезть с авто, превозмогая адскую боль. Дополнением к этой странной ситуации стало лицо того самого незнакомца, при виде которого я просто умерла. Душевно, разумеется. Судя по всему, мой новый знакомый приехал домой и припарковался здесь, у своего окна. На его капот неожиданно свалился «сюрприз» и теперь мы сидели оба в непонятках, глядя друг на друга. Произошел обмен взглядами. Мой испуганный с его убийственным. Я внутренне обмерла и теперь даже дышала с опаской. Стекло, которое разделяло меня и брюнета, казалось мне самой хрупкой преградой на свете. Она даже не сдерживала холодного взгляда парня, из-за которого я была готова испустить дух. Очнулась я тогда, когда красноглазый покинул салон машины и, схватив меня за руку, силком стащил с автомобиля. Я пыталась отбиваться, забыв про несусветную боль, но мои порывы даже не воспринимались всерьёз. — Да кто Вы такой?! — возмутилась я, замечая, как моя схваченная рука синеет. — У меня рука сейчас ампутируется! — Замолчи, — грубо процедил юноша. Через пару минут, меня швырнули на твердый пол той самой комнаты, из которой я сбежала. К парню подлетела невероятно красивая женщина, и тот влепил шатенке пощечину. Волна страха вновь охватила меня, и я, едва дыша, поднялась на ноги. — Она спрыгнула с окна, — пробубнила кареглазая, кинув на меня жалобный взгляд. — Не важно, — раздраженно кинул брюнет, оглядывая меня прожигающим взглядом. — Тц, — тихо прошипела я. — Зачем меня похитили? — Прекрати задавать вопросы, — брюнет как будто обозлился. Уже тогда я заметила за ним поведение подобное нарциссизму. — Похищение? Ты изначально принадлежала мне, поэтому подбирай слова тщательнее. — Что? — я будто провалилась в туман. — Ты убедишься в этом сама, когда проклятие развеется. А оно ведь действительно вскоре развеялось… Мое тело — некая субстанция, которая не поддается ни анализу, ни моим собственным догадкам. Моя новая мать — Камуи, оказывается, была демоном — гипнотизером. Я росла в деревушке, которая не являлась таковой на самом деле. Наше уютное жилище — отнюдь не двухэтажный дом, а некое подобие развалин. Воспоминания приходили в мою голову плавно, тягучей, тёплой жидкостью, которые меня добивали окончательно. Моё тело восстанавливается в мгновение ока, но я не демон, да и не человек вовсе. Я снова оказалась здесь лишней, снова со мной что-то не так. Поверить в демонов — проще простого, раз во вселенной есть такая сила, способная переместить человека после смерти в иной мир, но… Как верить в то, что человек, который протянул руку помощи в трудную минуту — демон. И не абы какой, а самый кровожадный, хитрый демон. Как оказалось, Камуи внедрила своей магией крови в мой мозг такие установки: 1. Я должна была верить, что она человек; 2. Я должна была игнорировать свою быструю регенерацию; 3. Она стирала мою память всякий раз, когда жрала меня. В прямом смысле я была её обедом, завтраком и ужином, а затем восстанавливалась. Демон, который меня похитил — Мудзан Кибуцуджи, и он уповает на мысль, что я помогу ему излечиться, а каким образом — мне неизвестно. Моя жизнь снова перевернулась с ног на голову, и теперь я не понимала, что мне делать. Наложить на себя руки уже не получится, ведь теперь я бессмертна…