Торжество одержимости

      Голова идёт кругом. Тело то знобит, то кидает в жар. Грелля грубо тащили по улицам Лондона, не церемонясь, как непослушного ребёнка. Всё это словно кошмар, от которого хочется проснуться, но не получается. Сознание отчаянно пытается замедлить события, оттянуть восприятие, чтобы страшный миг не наступал, как можно дольше.       И вот из-за многочисленных зданий показался городской дом Фантомхайва. Дом, который, при всей своей роскоши не сулил ничего хорошего. Тяжёлая дверь открывается и как только демон вталкивает жнеца во внутрь, захлопывается.       Жнеца грубо толкают на кровать, затылок ударяется о спинку. Дворецкий угрожающе приближается, снимая с себя галстук и пиджак. Демон в предвкушении. Сейчас-то он отыграется за всё. Грелль прямо перед ним, беззащитный и до смерти напуганный. Без этой отвратительной самодовольной маски и оскала. Искренний, чистый. Это правда завораживало. Такой Грелль нравился Себастьяну.       Сатклифф тем временем пытался нормально дышать. Глотка сжалась в тугой узел от ужаса, когда демон навис над ним и сорвал с него одежду. Ледяные руки сжали шею и начали душить. Твёрдо, решительно. Его хотят всё-таки убить? Алый пытается вывернуться из рук дворецкого, но получается лишь изогнуться в спине. Грелль беспомощно хватается за руки брюнета, жалко впиваясь ногтями в белую ткань рубашки. Сатклифф пытался молить о пощаде, но вместо слов слышались только ничтожные хрипы. Разум начал уплывать, в глазах потемнело и только в этот момент хватка с шеи исчезает. Лёгкие наполняются воздухом, по телу проносится эйфория. Желание сопротивляться ушло. Оно не вернулось и тогда, когда с жнеца сорвали остатки одежды и широко расставили ноги.       Внутрь тела проскользнули два пальца и начали подготавливать его. Как "любезно" со стороны Себастьяна. Скорее всего этот жест предусмотрен для самого дворецкого, а не для жнеца. Эти подозрения укрепились тем, что долго его не разрабатывали. Демон скинул с себя одежду и бесцеремонно ворвался в тело Алого, причинив ужасную боль. Грелль начал вырываться и кричать. За эти нелепые попытки ему дали по лицу и приказным тоном сказали лежать смирно. Оставалось лишь рыдать и ждать когда это закончится. Себастьян же наслаждался этим. Он менял позы, не давая передышки Греллю. Впивался зубами в кожу, оставляя ужасные следы. С удовольствием слушал плач и мольбы остановиться. Не остановила его даже кровь, пропитывающая простыни.

***

      Это длилось почти час. Грелль лежал на кровати, свернувшись калачиком. На его теле не осталось живого следа от истязаний. Жнец отключился, как только всё закончилось. Теперь это тело спит, нервно вздрагивая. Себастьян оделся и выдохнул.       Демон ждал, что испытает удовлетворение после процесса, но это было совсем не то. Очередной комок чувств, которые по идее вообще не должны тревожить демона. Дикая злость, раздражение. Почему-то горько, тревожно и стыдно? Дворецкий с ужасом понял, что жалеет о совершённом. Но лишь отчасти. Его тёмная сущность наслаждалась видом такого Грелля. Грелля, который принадлежит ему. Хотелось привязать его к этой кровати цепью. Приучить говорить только одно имя. Забыть об "Уилли". Не те, не другие мысли Михаэлису не нравились. Перед ним лежит адская бестия, которая не знает, что такое личное пространство и не знакомо с понятием границы дозволенного. Что могло зацепить в этом надоедливом создании?       Пока Себастьян терзался мыслями, Грелль дёрнулся особо сильно. Казалось бы, что тут такого? Но из-за того, что Алый двинулся, с его плеч упали волосы, ранее закрывавшие часть шеи. На шее были какие-то странные точки. Брюнет прищурился, это были не синяки. Они больше напоминали разводы не засохших чернил, по которым нечаянно провели рукой. Под очередные тревожные вдохи, дворецкий провёл пальцами по коже. Эти отметины остались на своём месте. Почему-то это встревожило демона.

***

      Первые дни Алый дрожал от каждого шороха, опасаясь повторного изнасилования. Но шли дни, а его не трогали. Вместо этого его заставили работать. Мыть посуду, мыть полы, чистить ковры и так далее. Жнецу даже выдали одежду в виде рубашки, которая висела на хрупком теле, как мешок, видимо она принадлежала ранее Себастьяну и брюк, предусмотрительно ушитых. Видимо любезность демона на них закончилась.       Хотя Сатклиффу не на что жаловаться. Грелль быстро оправился от пережитого. Изнасилования не редкость для его работы, к сожалению. Учишься заживлять душевные раны. Те, кто не способен двигаться дальше, уходят из департамента уже после первого месяца работы. И Грелль бы ушёл, если бы не его упрямство. Однако если он начнёт убеждать себя или кого-то ещё, что та ночь с Себастьяном не наложила свой отпечаток, то он солжёт. Алый знал, кто прячется под сияющим лицом обворожительного молодого мужчины, но он не ожидал, что демон будет таким... Наверное, спокойным — промелькнуло в мыслях. Не сказать, что холодный, не сказать что безразличный. Это именно тихое и безмятежное спокойствие. В какой-то степени это очаровательно. Эти мысли вызывали только широкую усмешку. Даже после случившегося Грелль считает Себастьяна очаровательным. Это нездоровая любовь. С самого начала это было понятно. Поэтому Сатклифф пытался в какой-то мере отказаться от неё. Позволять себе шалости, любуясь демоном, но не рассчитывать на ответ с его стороны.       Всё было идеально до тех пор, пока не появился этот чёртов Дан. Ещё месяц назад, он спокойно работал, волнуясь только о том, что приходится работать сверхурочно, о документах и о прочем бардаке. А сейчас сама его жизнь превращается в один сплошной бардак. Невольно вспомнились слова того демона-зверёныша, Ноа вроде как. Грелль нужен Дану для чего-то важного? До него пропадали жнецы? Может какое-то жертвоприношение или ритуал?       Грелль чешет шею. Она начала часто зудеть, что немного напрягало шинигами. Но мысли быстро уплывали в другое русло. Он тяжко вздохнул и макнул тряпку в ледяную воду. Сейчас Алый занят тем, что драит полы, как Золушка. Только петь и звать птичек на бэк-вокал что-то не хочется. И фею крёстную не видать. Хотя принц-садист имеется.       Кстати, о нём. Грелль остановился и повернулся в сторону закрытой двери. Судя по запаху, Себастьян стоял за ней. До сих пор. Уже полтора часа. На самом деле, кроме недоумения, поведение демона, ничего не вызывало. Он целыми днями молчит, изредка давая указания Греллю. Смотрит в окна и следует по пятам за жнецом. Когда Алый отворачивается, сверлит ему спину взглядом. Это настолько напрягает, что жнец начал закрывать за собой двери. Помогло лишь отчасти. Его взгляд теперь ощущается на бесчувственном куске древесины.       Сатклифф пытался заговорить с ним, но дворецкий не идёт на контакт. Такое ощущение, что это его изнасиловали и теперь дворецкий страдает от посттравматического синдрома. Ох, как же часто Грелль подобное наблюдал. Стресс и переживания и не такое делает с людьми. Впрочем мысленный поток уже делает четвёртое сальто с подвыподвертом за этот час. Почему бы не попытаться вывести на контакт чувствительного насильника, который уже чёрт знает сколько времени пытается прожечь дырку в двери?       Жнец встаёт с пола, с размаху кидая тряпку в воду и тянется.        — Се-себастьян. Меня тут едят и убивают. Спасите-помогите? — руки в бока и ожидающий взор в сторону "спасителя". Ни звука. — Чёрт. Тебе не надоело? Мне вот да.       Алый открывает дверь. Стоит красавец, прислонившись к стене и делает вид, что не причём. Или это жнецу так кажется. Грелль улыбается и его глаза наливаются дьявольскими искрами.        — Ах, милый. Ты вообще на меня не реагируешь? — плавными движениями, Алый пританцовывает и приближается прямиком к брюнету. Опирается ему на грудь руками, проводит ладонями по ней. Там пусто и холодно. — Тогда ты не против, если я верну должок и немного пошалю? — с этими словами жнец тянется за поцелуем. Его тут же схватили за челюсть и с силой оттолкнули.       Сатклифф упал на пятую точку и стукнулся многострадальным затылком.        — Вы хотите повтора нашего времяпрепровождения? — наконец-то заговорил Себастьян, грозно нависая над Греллем.       Жнец закатывает глаза и поправляет очки.       — Я просто пытаюсь вывести тебя на разговор. Твоё поведение... напрягает. — начинает Грелль. — Может обсудим это? Я даже кривляться не буду, только давай поговорим.       Себастьян вскидывает брови, хватает Алого за волосы и под возмущённые возгласы тащит его в одну из комнат.       — Ай! Да хватит меня швырять, как куклу. — обращается он к брюнету, который закрывал шторы на окнах. — Себастьян, если ты меня так охраняешь, то не очень-то хорошая стратегия. Я, вроде как, приманка. Меня нужно оставлять одного. — дворецкий раздражённо выдохнул. — Или погоди. Ты злишься на меня из-за шалостей? Милый, я иногда нарушал твои личные границы, но сутками я тебя не преследовал...       — Да заткнись ты уже. — холодно отчеканил Михаэлис. Ох, лучше бы он закричал и то было бы спокойней. Дворецкий повернулся к Греллю лицом и начал медленно и угрожающе приближаться. — Ты всегда такой. Болтливый, шумный, капризный. Ты невероятно раздражаешь.       Было страшно, но отползать или пасовать Сатклифф не собирался. Он поднялся на ноги, не отводя глаз от дворецкого.        — Ты всё время повторяешь мне, какой я неправильный. А сам-то... Даже в ту ночь... — брюнет остановился. — Никакого отвращения я не видел. Ты бы меня с потрохами сожрал, если бы мог. И сейчас, ты говоришь мне, как я тебя раздражаю, но каким-то образом у тебя находятся силы находиться со мной двадцать четыре часа в сутки. Как это работает, дорогой?       Себастьян шумно втягивает воздух сквозь зубы, а затем медленно выдыхает. Садится на диван, развалившись на нём, снимает галстук и кидает его в сторону. Затем он врывается пальцами в волосы и откидывает голову на спинку.        — Себастьян? — немного нервничая спрашивает Грелль.       — Ко мне.        — Что?        — Я сказал, ко мне.       Алый сглатывает скопившуюся во рту слюну и подходит к дворецкому.       — Садись.       — Если ты думаешь, что я боюсь повтора, то ты ошибаешься . — Грелль сел.        — О чём ты? Я тебе не сделаю больно. — лучезарно улыбнулся брюнет. Жнец стукнул себя по лбу.       — Знаешь что? Я пожалуй вернусь к уборке. — Алый встал с дивана, намереваясь покинуть комнату.       — Ты вроде бы не хотел убираться. — послышалось в спину. Дверь резко захлопнулась, прямо перед носом Грелля. Вся комната потемнела, наполнилась кровавыми оттенками и пронзающим карканьем ворон.       Сатклифф вздыхает и поворачивается к полностью обратившемуся Себастьяну.       — Что ты хочешь сделать со мной? Достать своей слащавостью? Попытаться очаровать меня? Изнасиловать? Убить?       — Как всегда много разных догадок. — усмехается демон и делает плавный жест рукой. Тушка Грелля тут же прилетает обратно на диван. Дворецкий заставил Алого сесть себе на колени и положил руки на талию.       Себастьян вернулся к своему повседневному облику и всё так же широко улыбался. Жнец снова закатил глаза.       — Ты не ответил на мой вопрос. Ни на один не ответил. — добавил Сатклифф.       — И какие ответы ты хочешь получить?       — Почему ты следишь за мной 24/7?        — Я волнуюсь за тебя.        — Ты говорил, что я раздражаю тебя.       — Так и было.        — И что изменилось сейчас?        — Многое.       — Почему ты так себя странно ведёшь?        — Как я себя веду?       — Пусти меня. — Грелль выкрутился из рук Себастьяна. — Слушай, давай без кривляний, ладно? Ты мне таким не нравишься.        — Я тебе до сих пор нравлюсь? После всего? — в тоне дворецкого послышалось удивление.       — Нравишься. Но не обольщайся. Это лишь значит, что после того, как вся эта возня с Даном закончится, я буду приходить в поместье, как и раньше. Ничего между нами не изменится, как бы сильно я тебя не обожал.       Оба замолкли.       — Просто подожди ночи. — вскинул голову Себастьян. Жнец вздохнул.       — Так и знал. Ты что-то задумал.       — А как иначе?

***

      Грелль ложился спать раздумывая о произошедшем сегодня днём. После того разговора Себастьян сам взялся за уборку и вычистил весь дом. К ужину подал еду и ушёл.       Сейчас уже почти полночь, из-за чего немного волнительно. Алый вздыхает и надевает очередную сорочку, которую ему выдали. Какой же всё-таки демон обидчивый. Жнец забирается под одеяло, выключает свет и пытается заснуть. Ключевое слово пытается. Он просто лёг и уставился в одну точку, ожидая хоть чего-то. Тихих шагов за дверью, внезапного рыка, удара. Хоть чего-то. Но время шло. Часы громко тикали. Мысли не отпускали, а сон не шёл.       Грелль встал с кровати, решив спуститься на кухню и налить чашку тёплого молока, чтобы успокоиться. Подходя к двери, жнец уже ожидал чего угодно: что дверь взорвётся или будет заперта. Но ничего не произошло. Идя по дому, казалось что, что-то не так. Ничего не происходило, однако, какое-то ощущение чужеродности всё равно присутствовало. Вот и кухня. Только переступив порог до Грелля наконец дошло, что не так и это проняло его до мурашек. Запаха Себастьяна не было. Он настолько привык к нему, что не заметил, как тот исчез.        —Нет... не может быть... — прошептал Алый и бросился искать дворецкого. Он звал его по имени, ища по всем комнатам, но нигде Себастьяна не было. Запах улетучивался с каждой минутой. Демона здесь не было.       Сатклифф прислонился к стене и сполз по ней. Вот значит как. Он расторг их соглашение. Вот так сюрприз. Ничего не скажешь. И даже жаловаться не на что, Грелль сам довёл демона до ручки. Хотя можно было бы и предупредить о решении бросить его на произвол судьбы против целой шайки демонов. Хорошо хоть коса смерти есть и она лежит в одном из сундуков. В горле встал ком из глаз потекли слёзы. И на что ты обижаешься, дурак? Неужели всё-таки позволил себе обнадёжиться? Горестно подумал Сатклифф и заревел ещё сильнее. Он теперь совсем один.

***

      Когда слёзы кончились и плакать стало нечем, Грелль взял один из плащей Себастьяна, которые он оставил у себя в комнате. Так же тёплые штаны, рубашку и начал ушивать их. К утру у него была одежда на выход. Местами небрежная, но хоть что-то. Решение было принято. Он собирался добежать до вокзала, сесть на поезд и покинуть Лондон. Это единственный способ уцелеть. Насколько придётся уехать он не знал. Возможно навсегда. Он больше никогда не увидит Уильяма, Рональда... Себастьяна. Да, его тоже и это совсем не радовало. Грелль безнадёжен в этом плане и он сам это знал. Не важно сколько его будут мучить, если он влюблён не только во внешность, то он будет любить не смотря ни на что. А черты, которые могли бы заинтересовать жнеца обычно принадлежат не самым хорошим... персонам. И вчера он в этом убедился. В очередной раз.       Алый оделся и вышел из дома. Теперь нужно было воплотить свой план в жизнь. Направившись в сторону вокзала, Грелль постоянно втягивал воздух носом, выискивая знакомый запах скверны. К счастью, пока демонов не наблюдалось. Опасаться было чего. На улице среди огромной толпы народу услышать запах демона крайне трудно, пока он совсем близко не подойдёт. Скорее всего за ним уже следят.       Добравшись до вокзала, Сатклифф приметил поезд, который шёл чуть ли не до Саутенд-он-Си. То, что надо. Заходя во внутрь вагона, в нос ударил тот самый запах. Двое. Средний ранг. Не настолько страшно, как высокий, но всё равно проблемно. Поезд тронулся.       Грелль рванул и закрылся в одно из купе. Демоны скептично переглянулись и открыли дверь. Внутри было пусто. Окно на распашку, а по крыше слышны стуки. Преследователи забрались на крышу следом. Жнец бежал по направлению к первому вагону. Поезд тем временем покидал город и выезжал на лесистую местность. Грелль дёрнул стартер бензопилы, готовясь к бою, когда был услышан ещё один запах, на сей раз высокорангового демона. Знакомый к сожалению. Раздался гогот и на крышу с размаху приземлился Ноа.       — Ну, привет-привет!!! — засмеялся он. Его смех перерос в какой-то ненормальный рёв. — Как же от тебя несёт им!       — Прекрасно. Тебя только не хватало. — Алый закатил глаза и начал медленно отступать.        — Лучше бы мы напали на тот дом. Он ведь изнасиловал тебя, верно? — Вальвьерн наклонил голову в бок.       — Какая разница?       — Ты принадлежишь только господину. Никто не смеет тебя трогать там, где не нужно.       — Ну, офигеть-не встать. Меня уже присвоили. — простонал Сатклифф.       На него кинулось сразу три демона. Первым нёсся блондин и он же первым получил удар косой. Вся его челюсть и часть шеи отлетели в сторону, окропив всё кровью. Ноа швырнули вниз с вагона. Блондин успел вцепиться в сталь пальцами. Второму демону повезло меньше. Грелль лишил его головы. Упал замертво. Третий же смог увернуться и дал бой.       Ноа время не терял. Блондин подполз к трупу недавно убитого "товарища". Из горла и из остатков рта показались огромные зубы, которые начали поглощать плоть обезглавленного прямо в одежде, почти глотая. От этого зрелища кидало в холодный пот. Тело начало исчезать в огромной зубастой пасти. Уже не видна торса, а вот уже исчезают ноги. Тело Ноа лишь на секунду деформировалось вмещая в себя погибшего, а затем стало таким же худым и долговязым, каким было до этого. Челюсть отросла обратно.       Третий демон упал замертво от удара в грудь. Теперь остались только они вдвоём.       — Ты отвратителен. — сморщился Сатклифф вспоминая увиденное мгновением назад.       Вальвьерн лишь снова загоготал и бросил в бой. Но его прервал Себастьян. Дворецкий появился из неоткуда и раздавил голову блондину. Грелль шокировано уставился на него. Брюнет не обратил на него внимания, подошёл к дёргающемуся телу Ноа и присел перед ним на корточки.       — Да. Пожалуй, ты отвратителен. — покивал Себастьян и пробил тому грудную клетку голой рукой. Он перестал дёргаться. Дворецкий отряхнулся от крови противника и смахнул его тело с крыши.       — Себастьян? — Дворецкий повернулся на голос, широко улыбаясь. — Что ты... разве ты не разорвал наше соглашение?        — Я ничего такого не говорил. Вы сами сделали такой вывод. — покачал головой тот.        — Но ты оставил меня, что я должен был думать? — возмущённо восклицает Грелль. Себастьян оказывается ближе.        — Мне было интересно, что вы сделаете, если я вдруг исчезну. Увиденное меня порадовало. — брюнет снял с себя окровавленную перчатку. Жнец почувствовал, как краснеет до ушей. — Ах, эти горькие слёзы. Не забуду этого момента. — Себастьян берёт Алого за подбородок.        — Ублюдок. Ты за это ответишь. — Грелль смахнул руку обидчика и снял очки.        — И как же вы меня накажите за это? — пропел довольный Михаэлис.       — Самым страшным образом на свете. — прежде чем демон успел что-то ответить, Сатклифф прильнул к его губам и крепко обнял ублюдка за шею. Немного погодя на его поцелуй ответили, а вокруг талии обвились сильные руки.       Они отпустили друг друга спустя почти минуту. Грелль облизал губы и отстранился.       — Мне понравилось это наказание. — ухмыльнулся Себастьян.       — Рад за тебя. — бросил жнец, прикусывая нижнюю губу.       — А теперь, пожалуй вернёмся в Лондон. — Внезапно раздался звук бензопилы и Себастьяна пронзают косой. Брюнет лишь ахнул. Грелль надел обратно очки и приблизился к дворецкому.       — Пожалуй, я пас. Наше соглашение официально расторгнуто. — Алый скинул демона с поезда.