Застрявшие в прошлом

— … В общем, я прошу у тебя помощи в воспитании моего крестника. — Сириус поклонился своей матери.       Для Вальбурги такое зрелище было удивительным и сильно выбивало из колеи. Её сын всегда был бунтарем и не признавал своей любви к собственной семье, почему-то он постоянно называл их семьей Аддамсов. Но удивило Вальбургу другое — он хочет, чтобы крестник воспитывался в соответствии со стандартами рода Блэк, чьё воспитание он никогда не признавал. Всегда сбегал… — Почему именно так ты хочешь воспитать мальчика?       Сириус долго молчал, но потом тихо признался, опустив голову вниз, чтобы мать не увидела его смущенного лица: — Если бы не моя принадлежность к роду Блэк, меня бы без разбирательства посадили в Азкабан за то, что я не совершал. Я убедился на деле в твоих словах — в этом жестоком мире нужно либо играть по правилам, либо подстроить правила под себя… Именно поэтому я хочу, чтобы Гарри вырос достойным человеком, относящимся ко второй категории!       «Наконец-то он повзрослел.» — улыбнулась Вальбурга. Её мальчик всегда хотел делать всё по своему. Это качество она поощряла, но при этом он всё делал не подумав о последствиях. Сейчас же, воспринимая себя настоящим опекуном, он думает о будущем Гарри.       «Как жаль — для того, чтобы повзрослеть ему пришлось пройти через трупы друзей.» — Я помогу тебе. — произнесла она. — Но поклянись, что будешь следовать моим указаниям! — строго добавила она.       Теперь то она возьмет ситуацию в свои руки, нельзя, чтобы Гарри тоже прошел через ненависть магической аристократии, которой был подвержен Сириус. — Я, Сириус Блэк III, рожденный в благородном роду Блэк, и на данный момент являющийся его единственным кровным наследником, торжественно клянусь, что воспитаю своего крестника, Гарри Джеймс Поттера, наследника рода Поттер, в соответствии с кодексом чистокровного аристократа. Да будет Магия мне судьёй…       Его тело озарило свечение и сама магия подтвердила клятву.

* * *

— … Знаешь. — произнес гость — Мистер Гринграсс.       Первое что посоветовала мать — это наладить отношения с остальными дворянами. Одно из важнейших правил аристократа, умей «нравиться». Никто не будет иметь с тобой дело, будь ты самим собой. Аристократия слишком жестока к таким людям, как Сириус.       «Это твой первый урок.» — вспомнились ему слова матери. Именно поэтому он решил начать с Гринграсса. У них не было плохих отношений, и с Волан-Де-Мортом он не был связан. — Что? — Не дает мне покоя решение Сам-Знаешь-Кого… — задумчиво произнес он. — В смысле? — Ну сам пойми — почему он полез именно к Поттерам? Было же много семей, которые оказывали ему сопротивление, а он пошел атаковать именно их. К тому же, зачем-то пытался убить их годовалого ребенка. Он, конечно, сумасшедший, но не дурак. Знает же, что плата за покушение на единственного наследника высока. Не стал бы он так рисковать…       И тут Блэк задумался. Действительно, всё казалось слишком странным. Если таким способом он хотел уничтожить Орден, то почему не послал своих ПСов. И нападение на наследника тоже необоснованно, каждый чистокровный знал — наследников родов до 11 лет защищала Священная магия рода, попытка убить ребенка, фактически, означала Кровавую месть. Умный человек не стал бы рисковать. И почему именно Поттеры? Не Уизли, не Лонгботтомы, а именно Поттеры?       В этой истории действительно кое-что не сходится…

* * *

      Сириус явился в Министерство с ребенком на руках. Разговор с Гринграссом не давал ему покоя. Должно же быть что-то, что привлекло личное внимание Темного Лорда.       Он поднялся на 4 этаж — этаж Невыразимцев. Данный отдел работал как отдельный организм, никому не подчинялся. — Приветствую Лорда Блэка. — поздоровался сотрудник. — Именем рода Поттер, Я, Сириус Орион Блэк III, магический опекун Гарри Джеймса Поттера, прошу отдел тайн поведать о возможных опасностях моего крестника, руководствуясь законом Магических Прав Волшебника 3 пункт 3 — при возможности исчезновения рода, Министерство предоставит «гадалку» или раскроет тайны, способные спасти род от вымирания.       Сотрудник очень долго молчал, не отрывая напряженного взгляда. Было видно, что он не хотел выполнять обязанности возложенные на него законом. Но он дал клятву Магии. Тяжело вздохнул и произнес: — Я, работник отдела Тайн, провожу вас в зал с предсказаниями.       Сириус вздрогнул. У него были некоторые подозрения, но как же он хотел, чтобы они таковыми и оставались. Он пошёл следом за ним. Остановившись у дверей, работник попросил дать клятву. — Клянетесь ли вы держать в тайне то, что услышите сейчас в зале и воспользуетесь данным знанием только для защиты рода Поттер? — Клянусь своей магией. — Проходите.        Помещение было темным и прохладным. Сириус даже подумал, может зря он взял с собой Гарри, вдруг простудится. Всё было окружено стеллажами со стеклянными шарами.       Его проводили к ближнему стеллажу, где лежал новый шарик, даже запылиться не успел. — Надо, чтобы ребенок коснулся шара. И держите его крепче.       На свой страх и риск, Сириус поудобнее ухватил крестника и положил ему в руки предмет. Мальчик обрадовался игрушке и стал всячески её вертеть, радостно причмокивая губами. Вокруг них образовался туман и Сириус услышал знакомый голос: — Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…       И резко всё прекратилось. Сириус запаниковал: — Но Гарри ведь победил Темного Лорда! Ведь так?       Невразимец печально покачал головой. — Учитывая обстоятельства, Гарри Поттера защитила магия рода, что не является показателем его силы. И шар должен был уничтожиться после осуществления пророчества, поэтому вынужден вас огорчить… — … Кто-нибудь ещё знает? — Могли услышать те, кто находился с госпожой Трелони рядом в данный момент. Но уверяем вас, что мы держим в секрете Пророчества и раскрываем их только в крайних случаях.       «Он не сдох.» — со страхом подумал Сириус, прижимая к себе Гарри.