Застрявшие в прошлом

<i>… — Наша страна не единственное волшебное государство. Найдем невесту и в других… — Когда? Тебе ли не знать, что у меня нету времени. — Не прикрывайся им всё время! — разозлилась она, Волан де Морт был его любимой отмазкой — чуть, что его не устраивает, сразу прикрывался им. А Сириус и потакал ему!       «Глупый сын! Совсем разбаловал его.» — Когда мне налаживать отношения с другими странами, если из школы выпускают только на каникулы?       Сириус в лепешку расшибется, но не даст перевести крестника в другую школу. Его единственной возможностью были светские приемы. А это уже было проблемой — легче всего судить о человеке в периоде совместного проживания, а учитывая, что он намерен сразу найти себе супругу, то это почти единственный способ! Ему сейчас выпала такая удобная возможность — когда он ещё сможет посмотреть на других со стороны? — Тебе будет тяжело с ней. — не отступала Вальбурга. — У вас разные культуры, мировоззрение, я уже не говорю об осуждающих взглядах… — Уж не им, купившим свои титулы во время переселения, тыкать мне чистотой крови. — хмыкнул Гарри.       Вальбурга тяжело вздохнула. Это грязный метод, но она пойдет на все ради счастья внука: — Я не дам тебе своего благословения. — и исчезла.       Сказанное очень задело Гарри — мало того, что его лишили детства, так и будущего хотят лишить! Не отдавая себе отчет, он схватил метлу, тайно отправленную крестным и побежал на Астрономическую башню.       «Пусть карта Мародеров не лежит без дела, говорил крестный. Не будет!»       Он совершал полеты вокруг острова, надеясь, что в окружении мощных вихрей, в стремительном полете найдет успокоение. Тщетно! Чувствую себя, как сорвавшийся с цепи пес, который сам не рад своей свободе.       Как только пелена гнева слетела с глаз, я решил спуститься. Возвращаясь к башне, едва не сметаю с площадки. На меня накинулась какая-то шавка во время приземления, что я аж поморщился от боли. — Какого черта ты тут делаешь? — кричу я, ещё обуреваемый гневом. — Я пришел к тебе, так как чувствую, как магия волнуется. Ты теряешь контроль, Сохатик, тебе нужно стабилизироваться! — Сириус хотел успокаивающе положить руку на плечо. — Чего я меньше всего хочу сейчас, так это успокоиться. Мне нужен враг, Волан де Морт, чтобы изрубить, растерзать, измучить! И забыть про это бремя.       От гнева его так распирает, что теряет свой телесный облик, не переходя в магию, но и не соблюдая границ физического тела. В таком состоянии с ним никто не рискнул бы связываться. И Сириус тоже его сейчас опасался. Сейчас Гарри был неуравновешен. Будучи постоянно неудовлетворенным собственными испытаниями, он молча терпел — это его долг. Для страны, для людей, ради будущего всего магического мира! Но он всё-таки ребенок, которому свойственно чего-то желать. — Говорили про моё гребаное благополучие, а сами даже не даете право выбора!       Сириус сочувствующе посмотрел на него. Он знал, что разговор пройдет плохо: Гарри надеялся на бабушкину любовь, думая, что примет его выбор, но эта любовь обернулась против него. — Гарри, не всегда первый выбор является правильным… — Не ты ли рассказывал, что мой отец влюбился в маму, как только увидел её в поезде? Это тоже неправильный выбор? И я его результат?!       Магия заискрила вокруг него приобретая молниеносный характер. Сириус уже и не знал, что делать, он паниковал: Гарри может навредить самому себе! — Мы найдем выход! — он сам так не считал, но ему надо было успокоить мальчика. — Ты же говорил, что у неё фамилия Грейнджер? Может родители её сквибы!       Эта фраза заставила его задуматься. Не по существу, конечно; по существу это тоже была чушь: таких совпадений не бывает. Но появилась надежда. Было немало случаев, особенно во время войны, когда сквибы уходили в магловский мир, в чём их сложно упрекнуть, постоянные репрессии кого угодно доконают. И если Гермиона даже не являлась родственницей Гектора Дагворт-Грейнджера, то почему бы им просто не воспользоваться. Можно сблефовать, сыграть на её фамилии.       Но теперь появилась другая проблема: зачем зельевару, который известен не только своим выдающимся талантом, но и явной социопатией, даже хуже, чем у Снейпа, признавать её своей родственницей? Это только усложнило ситуацию. — Но это шанс. — произнес Гарри вслух. — Что? — Сириус нервничал. Пусть крестник и успокоился, но он стал волноваться ещё больше: в его глазах появился ненормальный огонек. Он этот огонек ещё с детства помнит — все проделки Джеймса и Сириуса проходили только после него. Но Джеймс был нормальным ребенком! От него можно было ждать только шалость. А вот, что выкинет Гарри. Интуитивно Сириус уже почувствовал головную боль…