The Devil Wears Gucci

Кёнсу не слышал ни «спасибо». Ни «хорошая работа» или «ты отлично постарался». Тот факт, что он прекрасно справился со своей задачей, одновременно разгребая хаотично возникающие команды своего босса в течение всех дней, остался совершенно незамеченным. Кёнсу мог только вздохнуть, прежде чем погрузиться в другую кучу работы, которая должна была быть закончена до благотворительного банкета. Кстати, об этом банкете, До никогда не видел, чтобы люди так усердно работали - даже за неделю до экзаменов в колледже, и это было невероятно. Каждые пять минут звонили дизайнеры, модные критики и представители журналов, подтверждая своё присутствие на важном событии, журналисты, требующие пропуска. Голова Кёнсу шла кругом, потому что только он и Сехун занимались всем этим дерьмом. Он ненавидел вставать с постели по утрам, потому что знал, что его ждёт на работе. Даже тот факт, что он мельком увидит Чонина, казалось, не мотивировал его. На босса действительно стоило взглянуть, но он всё ещё оставался мудаком, и в каких бы там фантазиях не витал До поначалу, главной эмоцией, которую он испытывал всякий раз, когда видел своего начальника в эти дни, был страх и кислый привкус во рту. Кёнсу не нравился ему, даже после всей этой эпопеи с приглашениями. Не понравился ни на йоту. Тем не менее, чем ближе становился день благотворительного банкета, тем больше Кёнсу стоило беспокоиться о куче вещей, например, убедиться, что среди других цветов в цветочных композициях были только красные розы, и что на торте были клубничные украшения и только они. Его босс и его дурацкие прихоти. - ...но как насчёт шоколада- - Нет, сэр. Мне очень жаль за причинённые неудобства, но мистер Ким, похоже, передумал. - Вы понимаете, что это значит? У нас меньше 24 часов до- - Я знаю, сэр. Я действительно очень сожалею, что уведомил вас в такой короткий срок. - Кёнсу чувствовал себя плохо. Ему было жаль тех, кто когда-либо работал на Ким Чонина, и тех, кто когда-либо будет работать. - Но ведь это можно сделать, верно? - Можно, но это значительно поднимет цену! - Деньги не проблема, - уверенно сказал До. Единственная вещь, которую он понял для себя, у этих людей из мира моды были деньги. Слишком много денег, чтобы тратить их на такие глупые вещи, как торты, по размерам больше, чем половина его гостиной, и аренда музея для своих дурацких балов. Как пафосно. - Хорошо. - Человек на линии звучал слегка раздражённо, и Кёнсу полностью понял, что он чувствовал. - Значит, клубника? Что-нибудь ещё? - Нет. Просто клубника. Какой бы дизайн вы ни выбрали, просто используйте клубнику. Очень много. Он искренне надеялся, что Чонин подавится одной из них. - Хорошо. Время доставки остаётся прежним, верно? - Да. - Младший помощник выдохнул, как только дверь в кабинет открылась и в ней появился Сехун, пытаясь удержать около пяти коробок и поднос с кофе одновременно. Кёнсу вздрогнул из-за того, как опасно его коллега пошатывался. - Хорошо. Мы сделаем это к тому времени. - Замечательно. Увидимся завтра. И снова спасибо! Кёнсу был почти уверен, что услышал смешок, а затем звонок завершился. До не мог винить этого человека и просто вздохнул и наклонился, чтобы вычеркнуть ещё одно задание из своего бесконечного списка. Он собирался забрать папки с некоторыми набросками, которые должен был доставить дизайнерам, когда голос Сехуна остановил его. - У тебя есть костюм? - Хм? - младший помощник посмотрел на О, который, наконец, сгрузил все эти вещи на свой стол. Его волосы всё ещё были идеально уложены, и он всё ещё был очень похож на модель, несмотря на то, что целый день бегал по поручениям. В некотором роде Кёнсу восхищался этим. - А что? - Банкет, - коротко ответил Сехун. - Нужна официальная одежда. - Ох. Что? Я должен идти? - от острого взгляда первого помощника Кёнсу только прокашлялся. - Я имею в виду, мне тоже нужно идти? - Конечно, ты пойдёшь. Мы нужны Чонину там. Эх, планы До о спокойном вечере пошли коту под хвост. - Э-э… ​​у меня есть один. Остался со свадьбы моего брата несколько лет назад. Полагаю, что всё ещё влезу в него. Сехун выглядел весьма расстроенным, но не очень удивлённым, когда схватил трубку и начал набирать номер, всё ещё не сводя глаз с младшего помощника. - Бэкхён?... Да, как я и думал. Можешь подойти в офис на минутку?.... Хорошо. О положил трубку с грохотом спустя всего мгновение. Кёнсу открыл рот и указал на папку с набросками, но Сехун поднял руку, жестом затыкая его, прежде чем тот даже начал говорить, и протянул руку, чтобы схватить папку. - Я позабочусь об этом. - Но- - Я сказал, что позабочусь об этом. - Сехун на мгновение закрыл глаза, выдохнув. Он провёл рукой по своим прекрасным волосам, затем снова уставился на Кёнсу. - Ты пойдёшь с Бэкхёном, и, надеюсь, он сможет найти то, что тебе подойдёт. - Я-... что?! - Костюм, - рассеянно ответил парень, проскальзывая за свой стол. - Он найдёт тебе костюм. - Но у меня есть- - Подходящий костюм. До почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он уже начал привыкать к неодобрительным взглядам, но это был совершенно новый уровень грубости. Разве нет? Он собирался возразить, но дверь кабинета снова открылась, и в помещение штормом ворвался Чонин, так что Кёнсу пришлось быстро отступить, чтобы его не задело. Он наткнулся на свой стол, тихо выдохнув, когда босс исчез в своем кабинете, сильно прижимая телефон к уху. Ублюдок. Только когда он соскрёб себя от стола, он заметил, что за боссом последовал другой человек - миниатюрней, с золотыми волосами и золотыми очками, с огромной футболкой и самодовольной усмешкой на лице. - Бэкхён, - произнёс Сехун в знак приветствия, не поднимая глаз от своего ноутбука. - Сделай что-то. - Уже бегу! До почувствовал удивительно крепкую хватку, когда Бён схватил его за руку и потянул за собой. Он был слишком полон энтузиазма, как для того, кто скорее всего не спал сегодня ночью из-за завала на работе. - Эй! - Кёнсу едва попытался вырваться, не совсем наслаждаясь тем, что его тащили по коридорам здания. - Эй, отпусти! Я уже сказал Сехуну, у меня есть костюм! - Какой? - Не знаю? Чёрный? - Кто дизайнер? Какого года? Кёнсу выдохнул, когда, наконец, пальцы Бэкхёна разжались и перестали сжимать его предплечье, но моргнул, увидев, что вместо этого мужчина обхватил его под локоть, утаскивая за собой по коридорам, и прижимаясь к нему, словно они были школьниками. - Без понятия? Это не дизайнерский костюм. Я купил его в 2012. Я не знаю. - Мой друг, тебе жизненно необходим новый. - Да, хорошо, тогда я могу пойти купить его сам. - Не смеши меня. Где ты найдёшь портного, который сделает весь костюм всего за один день? - Например, в магазине. По тому, как Бэкхён бросил на него взгляд, младший помощник понял, что тот смертельно обижен. - Да ладно, Кёнсу. Ты собираешься посетить одно из крупнейших модных событий года и хочешь появиться в старом костюме, который, скорее всего, уже не подходит тебе по размеру? Перед всеми репортёрами и камерами, перед всеми важными людьми, которые придут? Кёнсу собирался ответить, сказать, что ему всё равно. Что ему вообще было фиолетово на всех репортёров с их камерами и этих важных шишек. Если все они были как Сехун и Чонин, судили по его внешнему виду, то ему было всё равно. А Бэкхён? Бэкхён был крутой, хоть и тоже судил по внешнему виду. Но даже так он был добрым, весёлым и милым. Тем не менее, До сомневался, что в этой отрасли было много таких людей, как он. - И ты работаешь в журнале мод, знаешь ли. Разбудить в тебе хоть немного интереса к моде не так уж и плохо. - Сказал мужчина с отливающими золотом волосами, прежде чем пожать плечами. - Но что я знаю? Я всего лишь дизайнер и редактор. Настала очередь Кёнсу бросить взгляд на другого человека, который снова подарил ему одну из своих ярких улыбок, продолжая тащить его вперёд.

***

Несмотря на его нытьё и жалобы, и несмотря на то, что сначала его друзья поступили как полные придурки, прежде чем фактически заверить его, что он выглядел потрясающе в этом новом роскошном костюме, Кёнсу понял, что ему определённо понравилось видеть удивлённую дрожь густых бровей Сехуна, когда тот его увидел. Мягкое выражение застыло на его лице на несколько секунд. Итак, О действительно знал, как улыбаться. Принято к сведению. - Хорошо выглядишь, - сказал старший помощник после того, как его лицо опять застыло каменной статуей, и сдвинулся вбок на сидении, освобождая место для Кёнсу, чтобы тот сел рядом. - Ты сам укладывал волосы? Рука До неосознанно потянулась к его волосам, откинутым назад, открывая его лицо. - Ох, нет. Мой друг помог мне. Чанёль был полон энтузиазма, когда Кёнсу попросил его о помощи, и в итоге До почти ощутил себя куклой, на которой экспериментировали, когда Пак выудил впечатляющую коллекцию своих средств по уходу за волосами. Чёрт, он думал, что у Чанёля нет даже расчёски. - Ну, это выглядит хорошо. Кёнсу опустил голову, чтобы скрыть свою неловкую улыбку. Два комплимента всего за одну минуту. И от О Сехуна? Это действительно было что-то. - Ты тоже. Выглядишь великолепно. - Он чувствовал необходимость сделать ему комплимент в ответ. И не то, чтобы это было не так, парень всегда выглядел хорошо. - Я знаю. Младший помощник едва сдержал желание закатить глаза, но вместо этого обнаружил, что снова улыбается. Было ли странно, что самоуверенность Сехуна настолько обезоруживала? - Итак, - сказал О, и Кёнсу узнал его деловой голос. - Чонин собирается прибыть позже. До тех пор мы должны убедиться, что всё просто идеально, ясно? Торт, украшения, списки гостей, сервировка стола. Нам нужно убедиться, что у оркестра есть программа и он находится на своём месте, и нам нужно убедиться, что- - Сехун? Я понял. Нам нужно обо всём позаботиться. - Младший помощник выдохнул. - На прошлой неделе мы только это и делали. - Хорошо. Тогда ты сделаешь что-нибудь полезное. Кёнсу выдохнул и покачал головой. Невероятно. Он не мог поверить, что начал привыкать к этому. - Теперь слушай меня очень внимательно. На этом мероприятии будет полно действительно важных людей, поэтому жизненно необходимо, чтобы всё прошло гладко. Любые проблемы, любые вопросы, которые у тебя могут возникнуть, не беспокой ими Чонина, у него и так много дел сегодня вечером. Просто найди меня, и мы придумаем способ справиться с этим, хорошо? До кивнул. Не беспокоить Чонина, просто держаться рядом и слушать его команды. Ничего нового. - Что за важные люди? - Абсолютно все, - промурлыкал Сехун. - Редакторы, режиссёры. Дизайнеры, модели, писатели, бизнес- - Писатели? Какие писатели? Сехун снова метнул на него взгляд, его брови слегка приподнялись, когда он едва заметно усмехнулся. - Какой же ты задрот. Кёнсу обнаружил, что смотрит в окно с лёгкой улыбкой на губах, наблюдая мелькающие улицы в центре города, красоту старых зданий, когда они приближались к музею. В некотором роде он был взволнован. Взволнован, привлекателен, и, наконец, достоин всех этих людей. Это было захватывающе. Но также заставляло нервничать. Он не мог дождаться.

***

Из-за кучи вещей, что Кёнсу нужно было сделать, он даже не обращал внимание на постоянные вспышки камер и вопросы, которые возникали со всех сторон. Он был без понятия, почему они фотографировали его. Почему они задавали ему вопросы. На что он обратил внимание - так это на Чонина. С того момента, как он появился в разгар банкета, когда оркестр играл, а все эти модели, дизайнеры, бизнесмены, редакторы, писатели, певцы и люди из элиты общались между собой, Кёнсу не мог обратить внимание ни на что другое. Потому что Ким Чонин, который прибыл, не ворвался, как это было всегда в офисе. Он не просто с головой нырнул в работу, и не просто одаривал людей односложными ответами и острыми взглядами. Ким Чонин, который пришёл сегодня вечером, был совершенно другим. Он шёл медленно и разговаривал с людьми, и Кёнсу мог слышать его тёплый голос, когда держался с Сехуном позади него. И он улыбался. И, божечки, улыбка Ким Чонина была ослепительна. До даже не обратил внимания на то, что на боссе было надето (несомненно, что-то супер дорогое), не обратил внимания на его слова. Он потерялся в этой улыбке и в том, как эти прекрасные миндалевидные глаза превращались в полумесяцы, когда Чонин смеялся со своими гостями. И когда До целый день следовал за ним и видел, как люди тепло и радостно приветствовали его, он понял одну вещь. Это была работа Ким Чонина. Прямо здесь. Не бесконечные часы в офисе, не тонны бумажной работы, не наряды, которые он должен был подобрать для журнала, и не просмотр статей для следующего выпуска. Его работа включала намного больше. Его работой были люди. И хотя Кёнсу ещё мало, что знал о мире моды, он был уверен, что Ким Чонин определённо делает что-то абсолютно правильное. От его очаровательной улыбки, его искреннего смеха и теплоты, которая от него исходила сегодня вечером, до того, как он называл имя каждого гостя, как он пожимал им руки и говорил с ними - этот Ким Чонин отличался от всего, что Кёнсу видел от своего босса. Этот Ким Чонин был тем, кто ему действительно нравился. Удивительно, насколько разным может быть человек - подумал он, когда они продолжали ходить. И это продолжалось часами. Иногда ему и Сехуну приходилось поочерёдно делать перерывы, чтобы немного отдохнуть, посидеть, выпить вина и размять ноги. Чонин же перерывов не делал. И даже издалека, со стола, за которым он сидел, он с любопытством наблюдал за своим боссом, который выглядел абсолютно захватывающе с этой причёской и великолепной улыбкой, в красивом костюме и с идеальной осанкой. До мог пялиться на него часами и просто удивляться. - Веселишься? Брови Кёнсу поднялись, прежде чем он успел даже повернуть голову. Бэкхён улыбнулся ему, и он выглядел так же великолепно, как и все остальные на этом мероприятии. Его волосы были идеально уложены, а рядом с ним была женщина, которая держала его под руку. - Поднимись, дай мне взглянуть! - настоял Бэкхён, потягиваясь за младшим помощником свободной рукой. То, как он бесстыдно рассматривал его с ног до головы, заставило щёки Кёнсу вспыхнуть жаром. Бён улыбнулся. - Ты выглядишь совершенно потрясающе, дорогой. В конце концов, я гений. Стоящая рядом с ним женщина слегка хихикнула, и До тоже не смог удержаться от маленькой ухмылки. Возможно, Бэкхён действительно был гением. Как ему удалось найти то, что так идеально подошло Кёнсу, сам До не знал. Но в этом было что-то совершенно правильное, особенно когда люди кивали и фотографировали его. - Так, - младший помощник откашлялся, подняв бокал с шампанским со стола, и остановил взгляд на женщине. - Кажется, с вами мы ещё не знакомы. Это ваше свидание? Кёнсу не знал, чей смех был громче - Бэкхёна или женщины, они оба выглядели искренне впечатлённые его вопросом. - Свидание? У меня нет некоторых обязательных атрибутов, чтобы быть сегодня парой Бэкхёна. Но даже если он и единственный мужчина, с которым я вижу свою дальнейшую жизнь, к сожалению, (за исключением одной ночи в колледже, но мы тогда были смертельно пьяные), он играет за другую команду. Кёнсу едва не подавился шампанским, которое пил, а Бэкхён только рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать женщину в щёку. - Мм, прискорбно. Это было не в колледже, а во время стажировки в L'Officiel, и это было абсолютно прекрасно. - Бён внезапно повернулся к нему. - Кёнсу, познакомься с единственной женщиной в моей жизни, Вэнди. Вэнди, познакомься с новейшей жертвой Чонина, Кёнсу. До снова чуть не подавился шампанским. - Вэнди? То есть... Сон Вэнди? - Единственная и неповторимая. - О мой-… О мой Бог! - выдохнул младший помощник, прежде чем смог остановить себя. - Я такой большой поклонник вашего творчества! То есть, я так-… о Боже. Очень, очень приятно с вами познакомиться. Он почувствовал, как его сердце бешено забилось, когда он пожал руку девушке, которая приподняла губы в самой мягкой из всех улыбок. - Правда? - спросила она. - Здесь не так много людей, которые читают что-то кроме статей о моде. Что очень плохо. - Не вини меня, дорогая, - пожал плечами Бэкхён. - Я просто создаю искусство. - Ты создаёшь головную боль. Боже ты мой. Кёнсу был на седьмом небе от счастья. Встретить одну из писательниц, на которых он равнялся, и узнать, что она сама по себе прекрасный человек. Ему несказанно повезло. - Так ты новый помощник Чонина, да? Мальчик, о котором все говорили? - Ну, кажется? - Так что тогда такой парень, как ты, работает в журнале мод? Хороший вопрос, мозг До даже немного подвис. Ему нужны были рекомендации, чтобы когда-нибудь оказаться там, где была Вэнди Сон. - Я, эм… я хотел стать писателем. Я изучал журналистику. - Ох? Ты обязательно должен прислать мне свои работы! - Что, правда? - Абсолютно! Позволь мне просто-... чёрт возьми! У меня нет моей визитки, но Бэкхён сможет дать мою электронку в понедельник! - Да? - спросил До, даже не пытаясь скрыть волнение. - Эй! Никаких разговоров о работе. Мы на вечеринке. - Вечеринка? Ещё пять секунд и я усну из-за этой музыки. Кёнсу внимательно слушал их споры, пока не почувствовал жужжание в кармане и вытащил свой телефон, чтобы увидеть два слова, мигающие на экране. От кого: Сехун Сцена!!! Сейчас!!!!!!!!!! - Ох, чёрт. - Он тихо выдохнул. - Мне действительно очень жаль, но боюсь, что мне нужно бежать. - Чонин? - спросил Бэкхён, и младший помощник вздохнул. - Он самый. До увидел, как Вэнди и Бэкхён посмотрели друг на друга, прежде чем понимающе улыбнуться. Девушка пожала плечами. - Чонин. - Было действительно приятно встретиться с вами! - повторил Кёнсу, уже пятясь. - Я действительно, действительно- Вэнди приостановила его бессвязный поток доброй улыбкой. - Я буду ждать, когда ты пришлёшь мне свои работы, и до встречи. Наслаждайся оставшимся вечером, Кёнсу! Ещё одна неловкая улыбка и поклон, очередное жужжание в кармане, и он бросился прочь. И вдруг полюбил свою работу.

***

Из-за позднего времени движения на улице почти не было, в их машине было ужасно тихо. В ушах Кёнсу отдавал безумный гул сердца, когда он сидел на задних сиденьях лимузина прямо перед Чонином. Ким тоже ничего не говорил. Как только мероприятие закончилось, он сел в машину и тут же скинул свой пиджак, а сейчас быстро развязывал узел галстука, оставляя его болтаться на шее, одновременно пристально разглядывая До с ног до головы. Младшему помощнику почти пришлось ущипнуть себя, чтобы не пялиться в ответ на абсолютную красоту мужчины перед собой. Улыбка Чонина исчезла, её сменило усталое выражение, опухшие веки и... о Боже? Он надуто оттопырил нижнюю губу? Сердце Кёнсу снова начало бешено биться о грудную клетку. Чонин выглядел как медвежонок в этот момент. Со своим сонным взглядом, сутулой фигурой и мягкими губами он выглядел поразительно милым. - Ты хорошо справился сегодня вечером. Вы оба. Кёнсу поднял глаза в то же время, что и Сехун. Слышать эту фразу, произнесённую тихим медовым голосом было странно, и судя по удивлённому изгибу бровей старшего помощника, для него это тоже было необычно. Он не знал, с чего это вдруг Чонин расщедрился на одобрение. Может быть, босс просто сонный, может быть, он под впечатлением от такого восхитительного события, возможно, он был немного пьян из-за всего, что выпил, но это было в новинку. Не претензии. Не требования. Комплименты. Сехун выглядел так, будто готов был расплакаться, когда Кёнсу бросил взгляд в его сторону. Возможно, До и сам так выглядел. Он просто глянул в окно, пытаясь скрыть своё лицо и лёгкую улыбку, в которой расплылись его губы, несмотря на усталость в каждой клеточке тела. Так что, может быть, просто может, Ким Чонин был не так плох, как Кёнсу думал.

***

До считал, что после благотворительного банкета у них не будет столько работы, как во время подготовки к нему. И если бы он только знал, как ошибался. Ибо это было очевидно, что мероприятие предполагало общение, а общение - новые контакты. И новые контакты означали новые партнерские отношения, предложения и сделки, и то, что поприветствовало его утром в понедельник, было кучей документов и усталый вздох от уже работающего Сехуна в качестве приветствия. Только в обеденный перерыв он наконец откинулся на спинку стула, закончив большую часть писем и документов. Мысль о круассане с кофе из кафе вдруг показалась ему самой привлекательной. Однако дверь кабинета распахнулась, и в помещение во всей своей красе вошёл Чонин. Кёнсу сразу выпрямился в кресле, когда его босс начал снимать пальто. - Фото на обложку, которые мне показали, были просто отвратительны. Сделай новую фотосессию и принеси мне эти фото к пятнице. Кёнсу почти выдохнул от разочарования. Он не знал, почему ожидал увидеть эту ослепительную улыбку снова. Почему ожидал каких-то изменений в поведении Чонина после банкета. Может быть, он просто придумал себе маловероятный сценарий и мечтал, чтобы он сбылся. Ким, однако, ничем не отличался от себя в любой другой день с его стоическим выражением лица и творческим беспорядком на голове, одетый в чёрную рубашку, бесстыдно натянувшуюся на его грудной клетке, когда он снял пальто и бросил его на стол Кёнсу. Это было его персональное задание - убрать пальто в большой шкаф, пока Сехун яростно делал записи. Кажется, это была иерархия. - Отмени моё расписание с-… неважно, какой журнал должен был брать у меня интервью, я больше не вижу в этом необходимости. Позвони Сухо и скажи ему, что мы выбрасываем раздел о вегетарианском образе жизни со следующего номера, а затем зайди ко мне в офис, мне нужна твоя помощь с некоторыми документами. - Хорошо, - ответил Сехун, заходя за стол. Кёнсу чуть не подпрыгнул, когда почувствовал, как взгляд Чонина переместился к нему, пока мужчина поправлял часы на своём запястье. - Забери мою химчистку, мне нужен тот костюм немедленно. А потом принеси мне холодный зелёный чай с молоком. Ким исчез в своем кабинете, когда младший помощник мысленно повторил, что он должен был сделать, прежде чем Сехун одними губами яростно выпалил «да, блять, шевелись уже». Кёнсу намёк понял и схватил свою куртку, задумчиво вздыхая из-за мысли об очередном упущенном обеде.

***

Одежда, которую он перекинул через плечо, была тяжелой, и он едва удерживал вешалки пальцами. Он не знал, какой костюм Чонин имел в виду, поэтому сейчас сгибался под весом около пяти разных комплектов. Лёд в чае почти отморозил его руку, пока он спешил к офису. Сехун поднял взгляд от своего ноутбука, когда увидел входящего Кёнсу, и вскочил, чтобы взять одежду из его рук. Старший помощник был хорошим парнем. Иногда. До сбросил вешалки в руки О, прежде чем развернуться и отнести напиток Чонину. Или, по крайней мере, разворачиваясь с намерением принести его. Ибо в тот момент, когда он резко обернулся, его рука ударилась об что-то - кого-то - и затем он врезался во что-то - кого-то - и, прежде чем до него дошло, кубики льда с напитка разлетелись вокруг, а по груди потекло что-то холодное. Его глаза смешно расширились, когда он понял, что пролил чай. И едва не вылезли из орбит, когда он понял, что пролил чай на Чонина. Ну всё, пиздец. Казалось, что время замедлилось на следующие несколько мгновений. Он почувствовал, как ледяной напиток стекает по его руками и впитывается в его футболку, когда отшатнулся. Кажется, всё замерло вокруг, когда он встретился глазами с Чонином. На его лице было написано удивление: брови высоко подняты, когда он зашипел от неожиданно холодной жидкости, впитывающейся в его собственную чёрную рубашку. Кёнсу мысленно трижды проклял себя, задаваясь вопросом, сколько ему придётся заплатить за это - ведь по-любому не хватит и зарплаты. А потом в его мозгу начал мигать красный сигнал. Он пролил чай на Чонина. Он пролил. Чай. На Чонина. Он не должен был беспокоиться о том, чтобы купить ему новую рубашку. Его должно было заботить, получит ли он зарплату вообще. - Господи Иисусе. - Это была первая осознанная мысль, которая пришла ему в голову, когда его выкинуло в реальность, и он увидел, как челюсть Чонина сжимается, а он сам поднимает руки, чтобы стряхнуть капли с пальцев, и убирает прилипшую к себе ткань рубашки, в которую впитывались потёки взбитых сливок и матчи. А потом он поднял голову и Кёнсу увидел красноречивые эмоции в его глазах. Ага. До не только уволят. Его ещё и прикончат на месте. - Мне очень жаль, я не думал, что вы будете позади меня, я думал, что вы-… - Ты думал? - прервал его Чонин пугающе низким голосом, прошипев сквозь зубы, и отпустил рубашку, которая опять прилипла к его груди. - Ты думал? Если бы ты думал хотя бы мгновение, если бы в твоём мозгу были хотя бы зачатки мыслей, ты бы знал, как удержать стакан, чтобы не уронить его. Чонин винил его в произошедшем. Горящий взгляд Сехуна предупреждал его не открывать рот. У Кёнсу перехватило дыхание. Он вздрогнул, когда Чонин щёлкнул языком. - Ну и чего ты застыл? - прозвучал его резкий голос, совсем не похожий на красивый, мелодичный и сладкий, который Кёнсу слышал на мероприятии, и До задрожал от ледяного тона. - Сделай что-нибудь полезное хотя бы один ёбаный раз и убери это. И исчезни с глаз моих, я не хочу видеть тебя сегодня. Кёнсу выдохнул, когда Чонин бросил на него последний испепеляющий взгляд, прежде чем уйти. - Сехун, принеси мне чистую рубашку! - Да! - Сейчас же! До всё ещё стоял на своем месте, когда Сехун пробежал мимо него к шкафу в углу. Ледяная жидкость всё ещё стекала по его коже, всё глубже и глубже проникая в его одежду. Он выдохнул через рот и почувствовал, как его пальцы на пластиковом стакане сжались. Он был идиотом, обманывающим себя. Чонин на мероприятии был не тем, кого он знал, не тем, с кем можно было бы подружиться. Сам Кёнсу не был ни одним из партнеров Чонина, ни одним из его дизайнеров, моделей, редакторов или друзей. Он был его помощником. Его вторым помощником. На что он вообще рассчитывал. - Быстрее! - прошипел Сехун, проносясь мимо него с тремя разными рубашками в руках, чтобы Чонин мог выбрать. - Убери это! - Я уволен? - Пока нет, но если не уберёшь, то точно попрощаешься с работой. Превозмогая щемящую боль в груди, он схватил три салфетки и вытер жидкость, после этого приземлившись на белую плитку офиса. А потом почувствовал липкость на своей коже и невыносимое желание заплакать. Сехун сбежал из кабинета Чонина с чёрной рубашкой в ​​одной руке и ещё двумя на вешалках в другой, а потом посмотрел на него с жалостью во взгляде. - Слушай, - начал О шепотом, приближаясь к Кёнсу. - Иди домой. Я напишу тебе, когда он успокоится, хорошо? - Да… Да, конечно, - сказал До, пытаясь не моргать, чтобы слёзы не потекли. Он не знал, почему ему хотелось плакать. Может быть, от злости. Да. Он был зол. Он был пиздецки зол. Зол, что таким придуркам, как Чонин, может сойти с рук всё, потому что у них есть деньги и власть. Потому, что они могут просто раздавать окружающим приказы и обвинять их в собственных ошибках. Потому, что они могут играть с другими. Он развернулся, схватил свою сумку и почти выбежал из помещения с низко опущенной головой. Во всём этом здании был только один человек, единственный, кто, возможно, поймёт его (или хотя бы попытается). Бэкхён поднял взгляд от разложенной перед ним бахромы, только когда Кёнсу остановился возле его стола. До видел, как искажалось его лицо - яркая улыбка, с которой Бён был готов его встретить, медленно испарялась, и вместо этого его брови нахмурились, когда он снял очки и встал. - Что с тобой случилось?! Кёнсу только сильно прикусил нижнюю губу. Весь этот гнев и боль ещё сильнее на него нахлынули из-за обеспокоенного вопроса без пяти минут друга. - О Боже, ты плачешь?... Я бы обнял тебя, но ты в чём-то измазан, и я не хочу этого касаться. До просто опустил голову, пытаясь скрыть лицо. Он не знал, о чём думал, из всех людей направившись к Бэкхёну. Бён был другом Чонина. Он был одним из его самых важных редакторов и дизайнеров. Кёнсу чувствовал себя полным идиотом. - Эй, - снова произнёс Бэкхён, и, несмотря на то, что тот сказал всего минуту назад, До почувствовал две руки на своих плечах. - Что случилось? Жалкий. Жалкий, жалкий, жалкий. Отреагировать так на очередную вспышку его дурацкого босса. Он чувствовал себя таким жалким, едва набираясь сил, чтобы заговорить. - Он ненавидит меня. - Чонин? - тихо спросил Бэкхён, и Кёнсу почувствовал, как его зубы глубже впиваются в нижнюю губу. - Что он сейчас сделал? - Не-… не только сейчас. И не только он. Все здесь... - Младший помощник глубоко вздохнул, пытаясь остановить дрожь в своём голосе. - Я не вписываюсь сюда. Я не должен быть здесь. Все смотрят на меня свысока, но сначала я подумал, что это только из-за моей уродливой одежды, но-... но теперь я чувствую, что они просто смотрят свысока-... на меня. Его голос сломался, но хватка Бэкхёна на его плечах только усилилась. - Позволь мне рассказать тебе один секрет о модной индустрии. Всё дело в уверенности, - начал дизайнер мягким голосом, и До собирался прервать его, сказать, что ему действительно наплевать на индустрию, но Бён был быстрее. - Речь идёт о том, как ты в первую очередь воспринимаешь себя, Кёнсу. Ты должен сначала принять себя, прежде чем ожидать, что другие тоже это сделают. - Но я принимаю себя! - ребячески выпалил он дрожащим голосом. Бэкхён нежно улыбнулся. - Тот факт, что ты здесь, в моём кабинете, на грани истерики, доказывает, что на самом деле это не так. - Кёнсу почти заскулил, чувствуя, как его плечи снова опускаются. Парень, однако, слегка потряс его. - Давай. Всё будет отлично. Я знаю, что Чонин иногда может быть грубым, даже страшным. Мы все прошли через то же, что и ты. Чёрт, я через это прошёл. - Правда? - Ммм. Я знаю, что он может быть мудаком. Но рано или поздно... в конечном итоге он перестал им быть. Кёнсу сжал губы, ему было трудно поверить. Воспоминания об этой ослепительной улыбке вспыхнули в его голове, и он поинтересовался. - Как долго ты его знаешь? - Семь лет. - А когда он… перестал быть мудаком? - Примерно в прошлом месяце. - До поднял глаза, и Бэкхён засмеялся, слегка толкая его. - Да я шучу. Неужели ты не улыбнёшься? До покачал головой, выдохнув через рот, и крепче сжал руку на лямке своей сумки. - Что мне делать, Бэкхён? - Во-первых, ты должен помыться, потому что вся эта липкость теперь на мне. - Сообщил дизайнер, убирая руки и пожимая плечами. Он взял свои очки и поместил их на переносице. - Кроме того, я уже говорил тебе. Ради всего святого, ты работаешь в модном журнале. - И? - И, - опять улыбнулся Бэкхён с дьявольским блеском в глазах. - Воспользуйся этим.