Мечта забитого дьяволёнка

      Новостные каналы, заголовки газет и журналов и все людские разговоры сейчас были сосредоточенны на событии, которое обещает стать самым масштабным в современной истории — взрыв луны. Семьдесят процентов ее бесследно исчезло, остался лишь идеальный полумесяц. Кем, как и зачем был взорван земной спутник и чем это грозит человечеству, если вообще грозит, самые широкие темы для обсуждения сейчас. Но только не в «Е» классе. В смысле, по началу, встречаясь на станции, постепенно собираясь в группки и шагая до горы вместе — да, луна занимала большую часть их разговоров, но не когда начался, а точнее не начался их первый урок.       Учительница Юкимура, которая никогда не опаздывавшая, а порой даже ночевавшая в старом корпусе, не пришла. На звонки и сообщения учеников она не отвечала и ребята всерьез начали волноваться за нее. Было принято решение подождать до начала второго урока, если же учительница не появляется, старосты спускаются в главный корпус, это было разрешено только в крайних случаях, и докладывают об этом директору. Так и произошло. К слову, старостой был выбран Исогаи, единогласно, и, уже менее охотно, Катаока, которая, хоть и была так же на правах старосты, по факту просто являлась замом.       Если бы директору было не безразлично, то он бы послал их классу другого учителя на замену или оставил их на самообучении, как это было в прошлой школе Рио, но директору безразлично, они же «Е» класс, как-никак, поэтому всех отправляют по домам.       На следующее утро, прямо перед тем, как выйти в школу, на телефон Накамуры приходит сообщение из общего чата класса. Исогаи пишет о том, что на сегодня уроки опять отменяются.       В воскресенье директор отдает приказ старостам и те тут же оповещают весь класс о том, что с понедельника уроки возобновляются. Все еще непонятно, что же с учительницей Юкимурой, поэтому им послали нового классного руководителя.       То, что в такие кратчайшие сроки нашли нового учителя для «Е» класса звучит не очень правдоподобно, скорее всего одного из учителей главного корпуса отправили насильно, поэтому хорошего отношения ждать не стоит.       Рио надеялась на лучшее, а готовилась к худшему и под какой критерий лучше подойдет ситуация, в которой они оказались она не знала. Чего угодно можно было ожидать, но не трехметрового желтого осьминога, с широкой улыбкой, огромной скоростью, взрывной силой и мечтой умереть от чьих-то рук иначе земля через год повторит судьбу луны. Это существо по какой-то причине захотело быть их классным руководителем и его мечту министерство обороны Японии пришлось доверить их классу.       — Судьба человечества в ваших руках, — говорит один из сотрудников, пока остальные вносят ящики с оружием, действующим только на него.       Само собой информация конфиденциальна, как и о существовании монстра, так и о миссии данное им правительством — убить. Само это слово будоражило рассудок и пусть их цель выглядела как персонаж из какого-нибудь мультика и казался не очень реальным, но мысль об убийстве какого-то кто имеет собственное сознание ужасала. Рио уверена, большинство из них с трудом смогут зарезать хомячка, даже если от этого зависит судьба человечества и за вознаграждение в десять миллиардов йен, а тут существо приближенное менталитетом и интеллектом к человеку.       Первый день попыток убийства никто не предпринимал, все боялись его и присматривались к нему. На удивление осьминог вел себя дружелюбно, поддерживал любой разговор, давал советы, хвалил, когда ответ был правильный, объяснял заново, когда был не правильный и к концу дня он уже не воспринимался учениками как угроза.       Во-вторник один из учеников решил напасть на него, размахнулся и ударил ножом. Конечно, у него ничего не получилось, учитель просто остановил его руку щупальцем, однако похвалил за то, что первым осмелился напасть на него. С этого дня все и началось и каждый день учитель уворачивался от по меньшей мере десятка нападений и класс дал ему прозвище, неубиваемый учитель — Коро-сенсей.       Рио хватило одного выстрела в спину Коро-сенсея чтобы понять, прямое покушение — не вариант, только ловушки и засады. Учитель больше не хвалил их за обычные удары и выстрелы, а советовал проявлять больше изобретательности и она собиралась воспользоваться этим советом.       С помощью маминой старой машинки для маникюра, розовые пули, данные министерством обороны были стерты в порошок и на следующий день, когда Коро-сенсей улетел в другую страну, что он делал каждый день во время обеда, Накамура зашла в учительскую, посмотреть, на чем она может использовать раскрошенные пули. Несмотря на то, что на столе лежало куча разной еды, Рио не нашла ничего лучше, как наполовину выпитую бутылку колы. В отличии от многих продуктов, лежащих на столе, она уже распечатана и благодаря темно коричневому цвету светло розовая пыль не будет видна на дне бутылки. Рио проверила не оставила ли она следов на горлышке бутылки и тихонько вышла, прикрыв за собой дверь.       В том что план сработает она ой как сомневалась. Ей было неизвестно сработают ли материал в таком маленьком количестве и оказывает ли он такой же эффект на стенки его желудка, гортани или что там у него за место этого. И вообще, как-то слабо верилось, что план, который Рио придумала практически на ходу сработает. Не могла поверить, что что-то подобное может убить Коро-сенсея, как и не могла придумать как он может заметить ее ловушку. Возможно, он чательно осматривает каждую вещь, оставленную им без присмотра, ведь как ни как на него охота ведется, но заметить что-то настолько маленькое как частицы пыли в темной жидкости, достаточно проблематично, хотя он вполне может иметь и другие способности, помимо скорости о которых неизвестно даже правительству. К примеру, зум, встроенный в крошечные глазки на пару с микроскопом.       Рио понимает, что уловка не сработала, когда перед следующим уроком Коро хвалит ее за проявленную смекалку.       — Размельчить пули и добавить их в колу было очень хорошим решением Накамура, но зайдя в учительскую я сразу почувствовал твой запах, — говоря это, он щупальцем гладил ее по голове.       — От меня чем-то пахнет, — спрашивает Рио рядом сидящих Нагису и Каяно.        — Нет, вроде, — говорит девушка, обнюхивая Накамуру. — Должно быть у него потрясающий нюх, — говорит Нагиса.       Если это так, то поставить ловушку становится в разы сложнее. В учительскую заходят только учитель и двое старост, остальные же, по ненадобности заходят изредка в крайних случаях. В таком случае готовить какие-либо ловушки в учительской ей бессмысленно. Лучше всего для не прямых покушений подходят места, где был весь класс, в идеале одновременно, но вот незадача, в классной комнате Коро никогда не оставляет свои вещи без присмотра. Можно под каким-нибудь предлогом ввести весь класс в учительскую, ну или хотя бы человек десять и пока его отвлекают повторить действия. Однако большинство из ее одноклассников плохие актеры и учитель может догадаться что что-то не так, по их поведению, а значит будет за каждым пристально следить. Плюс, раз уж он определил, что Накамура готовила ловушку именно с бутылкой, значит его нюх настолько острый, что он определил от какого предмета исходит ее запах, а значит, кто бы, чего не трогал, он учует.       Решив временно отложить план, Рио высыпает остатки пыли в песочницу, где любит копаться Коро-сенсей и перемешивает ее с песком. Это чтоб жизнь медом не казалась.       В пятницу, в ходе того, что пару человек в классе во главе Исогаи решили напасть на учителя с ножами, перед этим надев на лица дружелюбные улыбки, из клумбы были вырваны тюльпаны самим Коро-сенсеем и благодаря этому необдуманному поступку и слезам пару девочек, сейчас он висел на ветке дерева, связанны, а в него тыкали ножи и стреляли. Сам он быстро уворачивался и даже успевал насмехаться над своими учениками. Рио стояла в сторонке и наблюдала за этим.       Просто тыкать и стрелять в него казалось ей затеей очень глупой, как и план Исогаи, в который, кстати Катаока звала ее поучаствовать. Боковым зрением Рио видит, как из-за угла выбегает Каяно, а за ней выходит один из членов министерства обороны, тот самый, который и представил им Коро-сенсея — Карасума, кажется. Видя безрезультатные попытки убийства, он что-то говорит и, кажется, у него начинает дергаться глаз. Рио переводит взгляд обратно на цель и думает, как можно помочь ситуации. Возможно, если забраться на ствол дерева, переползти на ветку и, спустившись по веревке, сесть на Коро-сенсея это увеличит шанс попадания. Вот только ветка не выдержит еще одного человека. Кстати, как она вообще его выдерживает?       Словно услышав ее мысли, ветка хрустнула и разломалась пополам, а Коро-сенсей повалился на землю. Небольшая пауза и все с криками бросаются на учителя. Тот в истерике распутывается и сбегает на крышу, крича что-то про двойную домашку.

***

      В понедельник, поймав Рио у ворот школы, Катаока говорит:       — Карасума станет нашим учителем физкультуры и будет учить нас драться, — как-то скептически говорит она, ее лицо сильно хмурится.       — Так это круто!       — Ну да, но зачем нам уметь драться? В смысле, я понимаю зачем это нужно настоящему наемному убийце, но даже сам Карасума не смог попасть в Коро, у нас, всего за год обучения нет ни малейшего шанса, — грустно вздыхает она.       — И это говорит та, которая пару дней назад пыталась напасть на него, — смеется Рио, но рассуждение подруги заставило ее задуматься. В министерстве обороны не могут работать одни идиоты, так? — Может расчет идет на то, что в результате тренировок может улучшится наша реакция. На напасть со спины будет гораздо быстрее. Ведь когда Карасума за спиной, Коро будет автоматически напрягаться, а когда сзади него ученик, то он не так напряжен и, если мы окружим его толпой, он может и не обратить внимания. — Улучшится реакция, значит… — задумалась Мегу. — Может, — продолжала свою мысль Рио. Она приложила палец к губам, нахмурилась и опустила глаза на лестницу, продолжая идти, — может это позволит нам лучше планировать убийства и совершать очень быстро и незаметно какие-либо действия, например незаметно подсыпать что-нибудь в напиток или может… — в голову Накамуры резко пришла пугающая мысль. А вдруг они не оставляли его убийства только детям? Вдруг они лишь приманка для Коро-сенсея, а убивать его будут профессиональные наемники, используя для этого класс? А обучают их драться чтоб дать шанс защититься.       Нет, это глупо. Зачем тогда им вообще обучать их драться, это только создаст проблем. Рио мотает отрицательно мотает головой, решив отбросить эту мысль.       — Думаю это только начало подготовки. Карасума в принципе будет стараться улучшить наши физические способности и хорошим началом для этого, будут боевые искусства. Уверенна, в конце концов мы дойдем и до стрельбы, возможно, нас научат работать со взрывчаткой и всему остальному, чем пользуются наёмники, — закончила пояснять Рио.       — Наверное ты права, — соглашается Катаока.

***

      Наблюдая за тем, как Карасума разговаривает с Коро, Рио разминала запястье правой руки, после первой тренировки. Она оказалась на удивление легкой, практически никто не задыхался и не жаловался. Конечно, дальше — больше, а пока Карасума решил сделать упор на точность и скорость ударов ножом, нежели на силе, как предполагало большинство.       К ней подошла Катаока и Рио хотела было что-то сказать, но замерла. По какой-то причине разговоры за ее спиной замолкли, а двое учителей смотрят куда-то ей за спину.       Накамура оборачивается.       Конечно! Акабанэ! Как она могла забыть? Прошло ровно три недели с начала учебного года и вот, его отстранение закончилось. Но почему он пришел так поздно, неужели он и дальше собирается показывать свою натуру и прогуливать занятия? Неужели не собирается втираться в доверие, потому что Рио думала, что подобное в его репертуаре.       Скорее всего ему уже рассказали о Коро и о их миссии, потому что Карма быстро с широкой улыбкой, ничуть не боясь шагает к осьминогу, готовому его поприветствовать. Толпа покладисто расступается перед ним и Накамура, посмотрев в его глаза, направленные на нового учителя и совсем не замечавшие других людей, так же отступилась, уступая ему дорогу.       Щупальце Коро взрывается, как только рука Акабанэ касается его. Учитель, видимо не ожидав такого, отлетает на несколько метров от ученика и шокировано смотрит на щупальце. Толпа ахает, а Карма с ухмылкой на лице подходит к Коро. Он язвит и издевается над ним, а учитель злиться от безысходности. Акабанэ удаляется, чувствуя себя победителем, а одноклассники начинают перешептываться.       — Признаю, это было круто и это сработало. Но зачем он это сделал? Ну…для чего? — запинаясь, говорит Катаока, не зная, как выразить свои мысли.       Рио кивает, понимая, что хочет сказать подруга. Любой из них мог догадаться сделать что-то подобное, но не делал, по простой причине — его это не убьёт. Да, покалечит, но зачем, если он моментально восстановится? Очевидно, это мог сделать только Карма. Если бы это сделал кто-нибудь из них, то что бы было потом? Кто-то бы отшутился, кто-то бы накричал на него, кто-то бы попытался съязвить, но Коро не почувствовал бы такого урона, какой нанес ему Акабанэ. Как ей и говорили, у Кармы очень острый язык, он знает куда надавить и что сказать, чтобы вызвать у человека определенную реакцию и Коро не исключение. Коро-сенсей делает все чтобы оставаться в глазах учеников примером того какой должен быть учитель, что делает его чуть менее всемогущим и дает ему больше ограничений, через которые он не может переступить. И Карма это видит и нагло использует, пытаясь задеть его за живое, провокациями вынуждая пересечь все границы. Способ хороший, но почему раньше до него никто не додумался?       Рио понимает почему, когда видит разбитое лицо, если его можно так назвать, Коро-сенсея, который во второй раз за день попался на провокацию Кармы и лишился еще одного щупальца, а Акабанэ посмеиваясь выходил из кабинета.       Коро-сенсей попросту не заслуживает такого обращения. Вот почему никто из них так и не додумался сделать что-то подобное. Слишком жестоко, так издеваться над ним, и большая часть класса это понимали. Коро действительно был хорошим учителем и во многом им помогал. Он может поддержать диалог с каждым из них, дает полезные советы, интересуется их увлечениями, личной жизнью и проблемами. Может Карма еще не знает его? Не понимает, поэтому так с ним обращается? Но с незнакомыми людьми таким образом тоже себя не ведут. Подобные издевки над кем-либо человек осуществляет в порыве гнева, в плохом настроении или когда недолюбливает того, над кем издевается. В других случаях становится стыдно, неудобно и неловко просто так психологически давить на кого-то и на Коро тоже. Если Акабанэ никогда раньше не видел Коро, а он точно в отличии от Агури не захаживал к нему в гости, это понятно по их диалогу, значит Карма был чем-то раздражен, но его лицо говорило об обратном и когда он перебросился парочкой слов с Нагисой ничего не выдавало его гнева. Неужели он настолько потрясающе скрывает свои эмоции? Но тогда за те тридцать минут, которые были между покушениями, разве он не должен был успокоиться за это время? Возможно ли, что Карма просто такой человек, который может менять свое поведение и выплескивать скопившуюся ненависть на окружающих выборочно? Рио посчастливилось взглянуть в глаза Акабанэ, когда тот размазывал мороженное, используемое для приманки, по форме Коро и бросал его на пол. Эта злобная ухмылка и кровожадный взгляд какие описывают в книге у психопатов, маньяков и садистов.       — Сколько же в нем злобы? — шепчет Рио, спускаясь вниз со склона с одноклассниками.       — Что? — переспрашивает Катаока.       Накамура отмахивается.       Тогда чем было спасение того паренька? Просто еще одной возможностью выместить свой гнев? Но ведь в его голосе так четко прослеживалось беспокойство, когда он спросил их двоих, все ли в порядке. Рио не знает каким фактам верить и никак не могла понять, что же он за человек. Это слишком сложно. Не может же он быть настолько злобным.       Впрочем, на следующее утро Накамура уже сомневалась, когда, придя раньше обычного, через пару минут увидела Карму, с пакетом в руках, в котором что-то шевелилось. Рио и еще три человека в классе стали наблюдать за его действиями. Из пакета, прямо на учительский стол Акабанэ вытряс полу живого, настоящего осьминога, который слабо, на последних издыханьях шевелил щупальцами. Со всего размаху, Карма воткнул в него штык, примерно чуть ниже его глаз. Рио вздрогнула. Акабанэ повернулся лицом к классу и с совершенно невозмутимым лицом спросил:       — Кто-нибудь знает во-сколько приходит осьминог? — имея ввиду их учителя, говорит Карма.       — Он, — начал кто-то с задней парты, его голос очень хрипел, поэтому он откашлялся и продолжил, — он как правило приходит ровно к началу урока.       — Ясно, — немного расстроенно отвечает Карма, — Жаль, он умрет раньше, чем Коро его увидит.       Карма пожимает плечами и направляется в конец класса к своей парте. Когда он проходил мимо нее, Рио почувствовала, как внутри все сжимается от страха. Она вцепилась руками в юбку и зажмурилась.       Акабанэ вызывал в ней смешанные эмоции. Восхищение, интерес, восторг и…страх. От него исходила просто убийственная аура и каждая клеточка ее мозга кричала ей бежать, находясь рядом с ним. Насколько бы интересен он ей не был, пришлось признать факт. Она его боится. И этот страх, эта эмоция сильнее других.