Сказка про весну

Всю ночь на улице мело. Драгоций только приехал в этот Богом забытый город, а уже успел соскучиться по крымскому теплу, по своему родному городу. И что его потянуло летом приехать в самый холодный город Земли? Кажется на этот вопрос ответа не знает даже Фэш… За окном белым бело, когда Фэшиар заходит в какой-то гостевой дом, где придёться прожить целую неделю. Этого времени должно хватить для написания статьи о необычном городе, где круглый год зима. Он подходит к ресепшену и устало начинает говорить: — Номер на семь дней, пожалуйста. Женщина, что сидела за высоким белым столом, поднимает на него удивлённый взгляд через толстые линзы очков. Потом пробегается глазами по доске с ключами на стене и медленно протягивает к одной из них полную руку. — И что вас затащило в Оймякон в июле? — она достаёт какой-то бланк и протягивает вместе со связкой под номером «7». — Работа. — сухо отвечает парень и начинает заполнять документы. — Поскорее заканчивайте здесь: наш город чужаков не любит. — заключает она, принимая из жилистых рук Драгоция листок с несколькими купюрами. Фэшиар поднимается по заветным ступеням на второй этаж. Открывает дверь своей комнаты и сразу ложится спать, не забыв по ривычке подвесить любимый брелок с фонариком к ключик от его нового скромного жилища, на котором написано самое родное слово — Крым. *** Снится Драгоцию девушка. С рыжими волосами. Весёлая такая. Он её знает. И даже очень. Но никогда не видел. Парень несёт ей полевые цветы, чтобы она поскорее узнала то, что пока известно только ему одному… *** Проснувшись морозным утром и глянув на снег, валящий с неба, Фэшу расхотелось всё на свете. Но долг зовёт, и юноша с трудом поднимается. Как всегда, заваривает пакетный бысторастворимый кофе и садиться за небольшой стол, что стоит у стены, открывая свой «походный» блокнот. Фэш медленно перелистывает страницы и в толще справочника находит свежий календарь с обведённым сегодняшним числом. Выйдя из гостиницы, Фэшиар сразу замечает дворника: обычный маленький таджик, кружащийся по двору с лопатой. До ушей Драгоция долелают его несуразные слова и какие-то маты на языке Хаяма. — Здравствуйте. — бодро произносит журналист. — Здрасте, здрасте! — недовольная физиономия дворника меняется на приветливую улыбку. — Первый раз за этот месяц вижу кого-то в этом городе кроме наших. Фэш удивляется его идеальному произношение русских слов, но вида не подаёт: — Да, я сам удивлён. — парень немного расслабляется, но вспоминает о работе. — Не могли бы вы мне немного помочь? Дело в том, что я журналист из Крыма. Приехал за материалом для статьи про Оймякон. Милый старичок подумал немного и серьёзно ответил: — Тебе парень лучше не искать подводных камней… Но могу рассказать, что несколько десятилетий назад все праздники в нашем краю отменили, словно прошлогоднее кино. Никто уже и не помнит, почему. — Спасибо. — Драгоций что-то записывает в блокнот и идёт по направлению к ближайшей автобусной остановке. По дороге он замечает, что как только вышел на улицу, снег сразу прекратился, а за ним выглянуло яркое солнце. Садясь в пустой автобус, Фешиар заглядывается на белоснежные сугробы, что мелькают белым отсветом, и невольно кутает нос в тёплый шарф. Включается радио, и общественный транспорт постепенно заполняется пассажирами. Прогноз погоды никого уже не удивляет: сплошной снегопад. Уже через пятнадцать минут начинается час пик, и машины тонут в заторах улиц. Автомобили становятся похожи на разноцветные сугробы с выхлопными трубами и навязчивым гудением. После завершения новостей, диктор объявляет начало эфира. Из FM-приёмников доносится голос непобедимого Бони М, чья песня напоминает Драгоцию горечо любимый морской прибой. Фэш выходит из автобуса и подходит к главному музею города с звучным названием «История Республики Саха». Внутри всё как-то нереально: драпированые шторы из дорогих тканей, золотые люстры времён Петра Великого и большое количество застеклённых экспонатов. Пока Драгоций осматривался, он заметил, что посетителей совсем нет. Возможно, никому не охото идти приобщаться к высокому искусству утром в понедельник, но хотя бы кто-то из людей должен же быть здесь! И тут на счастье Фэша, ему на глаза попадается молодая блондинка. Она была очень красива собой: с приятными формами, средним ростом и длинными светлыми волосами, что были убраны в «небрежный» пучёк по последним трендам. На её изящных ножках прекрасно сидели высокие шпильки чёрного цвета, а стан был облачён в короткую кремовую юбку и белую рубашку с большим вырезом, что прикрывался лишь пиджаком в цвет юбочки. Журналист стримительными шагами подошёл к прекрасной даме и уверенно заговорил: — Здравствуйте, я Фэш Драгоций. Журналист из Крыма. Вам ведь сообщали, что я приеду? Лёгкий разворот корпуса и загадочная дама бросает взгляд своих жгучих очей на прибывшего молодого человека. Зрачки невольно расширяются при виде его чуть усталого вида и доброго лица. — Вы приехали! Какое счастье! — та почти прыгает от восторга. — Без вас тут был такой кошмар! Фэшиар смотрит с непониманием. — Да не берите в голову, это я о своём. Меня зовут Маришка и я заведующая этим замечательным местом. — произнесла она своим звонки голосом и гордо вскинула подбородок. — Мне очень приятно с вами познакомиться. Давайте перейдём к делу: я хотел бы расспросить вас о городе, о людях… — издалека начал парень. — Да конечно, всё что угодно. Без посетителей тут такой кошмар! — повторилась она и театрально взялась за голову. Парень достаёт из портфеля цвета хакки свой любимый блокнот с примотаной на скотч ручкой и раскрывает на нужной странице со списком заготовленных вопросов: — Как долго вы здесь живёте и застали ли вы те времена, когда здесь было тепло? — Ой, я тут родилась! Сколько себя помню всегда было так холодно: мы постоянно с подругами ходим по магазинам выбирать новые тёплые вещи! — Кто у вас считается самым старшим в городе? Кто больше всего осведомлён о происходящем? — Это мой папочка! Он мер города и всегда всё знает! — смотрительница мило захихикала. Фэш нацарапал что-то и перешёл к следующему вопросу: — Есть ли какие-нибудь легенды, связанные с появлением холода? Блондинка задумалась, но вскоре ответила: — Я точно не знаю, да мне и не интересно. Холодно и холодно! Папушя что-то рассказывал про какого-то там старика-мага, но это всё обычные сказки на ночь. Вы задаёте такие неинтересны вопросы, что просто кошмар! Напишите лучше про мой замечательный музей! — Маришка благородно улыбнулась. — Вы правы, пожалуй я так и сделаю! — наиграно залыбился журналист. — Пойдёмте, может, ко мне в кабинет. Я вам исторические фотографии покажу… — девушка чуть шагнул к журналисту и легонько отодвинула края пиджака, томно задышав, от чего её грудь начала вздыматься сильнее, почти открывая заветные прелести. Но крымского парня так просто не проведёшь! Он деликатно отодвинулся от собеседницы и добродушно заговорил: — Это было бы неплохо, но я хотел бы один прогуляться по вашему замечательному музею, а фотографии… Давайте вы принесёте их сюда в другой раз? — Да, хорошо. — обиженно растянула она. — Но они долго у меня не пролежат — их забирают через два дня в архив. Позвоните мне в ближайшее время, как надумаете. — хлопнув длинными ресницами, она аккуратно положила небольшой листочек в кармашек брюк Драгоция, проведя перед этим изящными пальчиками по мужской груди, после чего незамедлительно удалилась куда-то в глубину своего кабинета. После небольшого разговора с белокурой дамой Драгоций сразу почему-то подумал о тех нелепых блондинках из популярных анекдотов. «Обычная глупая, расфуренная баба с мыслями о мужиках» — заключил он, после чего отправился исследовать музей самостоятельно. Среди большого количества стеклянных банок, ширм, картинных рам, обилия коридоров можно было бы и потеряться, что, собственно, и случилось с бедным журналистом через некоторое время хождения по лабиринта этого здания: прошло совсем немного времени, а Фэш уже забыл, откуда пришёл! Заглянув в последний зал, он решил возвращаться назад, по памяти востанавливая маршрут, но тут его внимание привлекло величиственное зеркало в огромной тёмной раме на всю стену. Оно было настолько большим, что вся семья Фэшиара до седьмого колена спокойно бы поместилась на стеклянной глади. Почему-то оно манило к себе и заставляло прикоснуться. Драгоций медленно подошёл к почти зеркальной стене и легонько провёл кончиками пальцев по резному ободу. Руки скользили по раме, просто исследуя поверхность, но тут наткнулись на одну интересную деталь: резной лепесток почему-то слишком сильно не вписывался в остальной узор. Журналист быстро провёл анологию с кнопками на пульте от телевизора и, не думая, нажал. Листочек спокойно продавился в раму, ведя за собой тихий скрежет опускающегося стекла. В темноте открывшегося прохода молодой человек видит лестницу…