Терма

-Эй! Эй, мужики! Вы чего вздумали?! – быстро перевернулся мужчина, которого пнул старикан – Вы… вы совершаете очень большую ошибку! – сказал он, пытаясь убедить нас в этом своим испуганным видом – Вы даже не знаете того, с кем вы связались! – мужчина быстро перебирал руками и ногами, пытаясь подняться, но части тела вступили в конфликт и не давали ему такой возможности, а Нейман был уже близко и смотрел настолько озлобленными глазами, что мне самому было страшно. -Девочка, слушай, ты отвернись, пожалуйста… не думаю что тебе будет приятно наблюдать подобное – сказал Нейман снимая со спины сумку и открывая её - … сейчас я буду действовать очень жестко, но наверняка! – Краска, решив послушать коллегу-механика, отвернулась и уставилась в зал. Она наблюдала за тем, как многие продолжали готовить не смотря ни на что. Этому она была приятно удивлена и уже приметила тех, кто слишком часто косится на происходящее за её спиной и так было до того момента, пока не раздались душераздирающие крики. -Да что ж у вас там творится?! – спустя несколько минут прокричала Краска, которая смотрела в толпу и старалась абстрагироваться от звуков – Вы не убейте его! Пригодится! – внутри у девушки все сжималось и я мог это понять по одной только позе в которой она стояла: ноги были плотно собраны, плечи приподняты и словно старались закрыть уши, таким образом избавив свою хозяйку от крайне не приятных звуков, принявших форму криков от боли. -Ну что ж, голубчик… после столь незначительных манипуляций… в нашей небольшой передышке… не надумали ли вы рассказать мне о том, кто вы такой, что вы тут делаете? «Почему я спрашиваю и по какой причине действую так жестко» - можете спросить вы! Дело в том, что согласно времени, спустя несколько минут… или несколько десятков минут… сюда ворвется огромная голодная толпа, с которой я не хотел бы иметь ничего общего! Согласно этому, мой дорогой друг… и я уверен в том, что у тебя есть та информация, которая нам нужна… у тебя всего два варианта: либо мы все вместе потом попадем под лютый сквозняк и единственное что тебе останется: страдать и молить о том, чтобы тебя убили! Либо ты, сейчас, все в двух словах расскажешь, сдашь всех тех, кто с тобой в одной тележке и мы одной общей толпой свалим отсюда. И, кстати, дорогой мой друг, прими к сведению: Скал мертв! Бомбы обезврежены! Я хотел бы посмотреть на оставшиеся пульты! И, не надо мне рассказывать о том, что таковых нет!.. я знаю! Прекрасно знаю о том, что все есть! – Нейман рассмеялся так, что даже у меня, бывалого вояки, побежали мурашки по спине. -Ла-а-а-а-адно! Ла-а-а-а-а-адно! Я все расскажу! – сквозь истерику прокричал мужчина, которого Нейман вытащил из толпы и не долго, но очень жестко пытал - … я, действительно, один, из тех, кто управляет станцией! – сказал он тяжело дыша и сдувая с лица капельки холодного пота – Пообещайте не трогать остальных в том случае, если я все расскажу и попрошу их выйти из общей массы всех поваров, что собраны здесь и сейчас! – он с надеждой посмотрел на нас, а мы и ответить ничего не могли, потому что до сих пор были в полном шоке от увиденного. Нейман оказался не таким уж милым деданом, который что-то там ворчит сам по себе, когда тому что-то не нравится. Я настолько в нем ошибался, что сейчас только и мог думать о том, что мое решение с самого начала быть искренним оказалось единственным правильным. «Ух! Йёж! Я… мне, возможно, и костюм бы не помог с такими раскладками» - подумал я, увидев то, какими рычагами и методами пользуется старик для выуживания информации из живого организма со способностью к изложению мыслей. -Допустим – сказал Нейман - … допустим, мы не станем трогать тех, кто с тобой заодно, но только в том случае, если они будут играть по нашим правилам и немедленно сдадутся – холодно проговорил старик, после чего посмотрел на Вектора – Ты-то согласен со мной? -Я? – дернулся великан – Я? Да! Согласен! – Вектор думал над следующим: «По идее, я должен был оказывать им помощь и поддержку, а вместо этого служу балластом! Ведь, если разобраться, Скала они прикончили самостоятельно… Да, пускай и максимально тупо!.. подельников его нашли? Нашли! И сейчас, возможно, смогут добыть чуть более подробную информацию о них… от них самих» - Да! Я с тобой согласен – начав размахивать рукой, ответил шахматист. -Ну вот и отлично! Чем больше согласных с моим мнением будет среди нас, тем лучше и тем быстрее будет продвигаться любое из начинаний! Ведь, единогласность – прекрасна тогда, когда она необходима больше всего! И это наш случай! – хмыкнул Нейман – Ну или есть у кого-то одного есть какое-то мнение и в качестве солидарности его поддерживают все… - поправился старик, поняв что его высказывание о «согласных с его мнением» не совсем правильная - В любом случае… - он вернул свой взгляд на мужчину подвергнутому мучениям – Повторяю вопрос! Ты мои условия принимаешь или нет?! -Да! Да-да! Принимаю! Только, молю, больше не надо таких пыток – торопливо проговорил мужчина – Все скажу! Всех выдам, лишь бы ты больше никого не пытал! – протараторил он. -Да что у вас там происходит-то?! – спросила Краска, которая по-прежнему стояла спиной к происходящему и даже не пыталась развернуться. -Ой, роднота, лучше не спрашивай! Лучше даже не думай об этом! - сказал я и передал ей пистолет - Лучше, когда начнут сдаваться... короче, будь начеку, направь на них и выводи в какое-то одно определенное место. Определи таковое самостоятельно - сказал я. Напарница решила не сотрясать воздух и коротко кивнула. К этому моменту, пойманный Нейманом мужчина начал тыкать пальцем и умолять своих людей выйти из толпы, но те оставались непреклонными и делали такой вид, будто бы указывают не на них, или вообще не смотрели в сторону говорящего, увлеченно занимаясь готовкой, что спровоцировало гениального престарелого механика продолжить свои пытки со словами: «Слышь ты, мутата, у нас у всех мало времени до того момента, когда сюда начнут ломиться голодные сотрудники станции, у которых нет ни единого способа пожрать, кроме как прийти сюда. Как думаешь, что случится тогда, когда окажется, что жрать нечего, а?!» - но закончить своё утонченное описание он не смог, потому что пытаемый, поспешно, начал предлагать более существенный вариант. -Я... я... я прям рукой коснусь... дай встать и веди меня... я покажу своих подельников! Обещаю, что покажу! - сказал он, трясясь от пережитой боли, которая работала на него так, как на наркомана могло действовать отсутствие дозы любимого препарата для расширения сознания - Только веди! Скорее! Чтобы повара продолжили свою работу! - буквально отплёвываясь от слов пробубнил взятый в плен, попавшийся на смешке, мужчина. -Краска, девочка... Возьми Вектора и выйди отсюда, пожалуйста - попросил я, после чего посмотрел на заклинившего от увиденного Великана - Выведи её пожалуйста... только так, чтобы она ничего не увидела... потому что... ну... эм... ты и так это видишь и понимаешь! Не хочу, чтобы она потом мучилась, наблюдая живописные кошмары - Вектор кивнул в ответ на это и они вышли. По дороге, он признался Краске, что ему стыдно. -Стыдно? - не поняла моя напарница - Стыдно чего?! - спросила она, пытаясь понять то, о чем говорит великан. -Ну, я хотел быть полезным! Хотел помочь отвоевать станцию! А вместо этого... вообще ничего не могу! Вот, только к родным сгонял и обратно! На этом мой КПД исчерпал сам себя! И за это мне стыдно! За то, что я оказался... – он не успел договорить. -Ой, угомони таланты! - сказала Краска - Наша война ещё не окончена! И на тебя хватит и тумаков, и шишек, и боли, и прочего дерьма, под которым мы как под снежной бурей уже несколько недель... или даже месяцев… живем. В это же время, Нейман вел сломленного противника, заломав ему руку каким-то совершенно удивительным образом, под каким-то совершенно непонятным мне углом. Тот поскуливал, но шел вперед… тот пытался поднять голову, чтобы увидеть лица и из-за этого его шея словно немного удлинилась. Также, данное положение тела обязывало к повышению давления в сосудах головы, в связи с чем мужчина была не просто красным, а практически бардовым и исписанным пульсирующей сеткой. -Вот он… и он… - начал говорить взятый в плен, тыкая пальцем свободной руки перед собой. Я же, в свою очередь, выводил недовольных граждан из рядов. Они даже не пытались сопротивляться. Видимо, увиденного им хватило для того, чтобы проявить благоразумие. А может быть за этим скрывалась и другая причина… -Это все? - спросил Нейман после того как мужчина окончил свои перечисления. -Д… да! – торопливо проговорил пленник - … да! Это все! Больше никого нет! Остальные на мостике! – проговорил он, а я подумал о том, что Джин оказался куда более полезным, нежели Вектор, который, как мы предполагали, сможет оказать нам неописуемую помощь в поисках и поимке Скала. В принципе, частично он выполнил свою функцию, но только частично. «Видимо, еще не наступил тот момент, когда его таланты можно будет запользовать-с на полную катушку…» - подумал я, выводя последнего из названных. -Можете продолжать готовить! – Нейман кивнул головой, после чего одним только взглядом приказал всем выйти в столовую – Мы больше не будем вам мешать! Ведь так?! – он, как мне показалось, слегка крутанул один из суставов своего пленника и тот закричал: «да-а-а!» так, что все присутствующие вздрогнули изнутри наружу – И я надеюсь, что ты ни о ком не забыл! Поверь, если ты решил поиграть в трюкача, я потом, перед своей смертью, превращу тебя в кашу! -Черт… что-то мне во всем в этом не нравится! – подумал я почувствовав какой-то жесткий подвох – Они слишком просто выходили из толпы! Да, недовольные… да, нехотя! Но как-то слишком просто! – крутилось у меня в голове, пока я наблюдал за тем, как Нейман потихоньку выводит несколько человек с кухни и как их встречают Вектор и Краска – Не-е-ет! Это не просто так и я в этом уверен! Скорее всего, один или двое остались здесь! Возможно, самые главные или те, кто шел наравне с почившим, от прекрасного удара электричеством, Скала, находятся здесь и все вышедшие прекрасно понимают, что наша победа лишь временное явление, которое было разыграно как один из козырей… -Старик… слушай, у меня какое-то не хорошее чувство! – прокричал я, чтобы перебить звуки кухни – Подойди, пожалуйста! Хочу в двух словах обсудить! А еще, приведи сюда своего друга. Мне что-то подсказывает, что он говорит правду, но не договаривает её до состояния истины! -Даже так? – Нейман улыбнулся и от этого вновь стало не по себе – Ну что ж, я надеюсь что это не так! У меня сегодня хорошее настроение и поэтому я готов слушать и даже быть милосердным! Но только в том случае, если я понимаю что мне говорят правду – внезапно, интонации его голоса изменились. Они стали грубее, жестче, сумрачнее. Словно где-то внутри старика проснулось древнее божество садизма и сейчас было крайне не довольно результатом дел рук своих, прекрасно понимая что можно было действовать гораздо жестче и тогда результат был бы лучше. Старик сходил к Вектору и Краске и привел пытаемого. Нейман смотрел на мужчину таким взглядом, от которого настолько хотелось скрыться, что появлялось чувство готовности поиграть в истинную звезду рок-музыки и уйти красиво, ни с кем особо не попрощавшись… -Я… я… я все сказал! – практически завопил мужчина – М… мне больше-е-е-е!.. – раздался громкий, протяжный крик боли. Я не понял того, что именно произошло, но судя по оскалу механика, он сделал то, что хотел сделать и сейчас наслаждался результатом. -Правда все? – поинтересовался Нейман, после чего посмотрел на озадаченного меня – Слышь, я бы может быть поступил бы с ним как-нибудь иначе, возможно мягче, но есть одна большая загвоздка… заключается она в том, что я тебя понимаю. У меня тоже было какое-то паскудное, мерзкое чувство внутри; что вроде бы и все было рассказано, но вот какая-то, якобы незначительная деталь повествования, осталась вне поля зрения. И мне это не нравится! – сумасшедший проводник по станции смог все это быстро проговорить не особо напрягаясь, а все потому что он слегка поубавил свою буквально фатальную хватку, следствием которой был громкий вопль боли. -Да все! Я, правда, сказал вообще все, что мог сказать! – проорал мужчина и сам не понял того, насколько сильно выдал самого себя. -Какой ты молодец! В таком случае, я тебя отпускаю – весело сказал Нейман, после чего и вправду отпустил задыхающегося мужчину. Тот сначала упал на колени, а потом быстро поднялся на ноги. Он смотрел на механика с такой ненавистью, которую просто невозможно было представить. И вот, настал тот момент, когда ненависть перелилась через край. Мужчина нанес один удар, а вслед за ним и второй удар, и третий. Нейман не пытался увернуться. Не старался отойти с места. Я даже заметил тот факт, что он вообще не двигался со своего места и тут я понял, что механик что-то задумал, только, на данный момент, я еще не знал того, что именно. Выяснилось спустя несколько секунд. Старик механик перехватил кулак атакующего его мужчины и вывернул. Тот сразу завопил от боли и я понял, что обычно запястье так не поворачивается… затем, сделав буквально несколько шагов и закинув руку на плечи пленника, Нейман сказал: «Дружище… как же ты был не прав. Сначала и до этого самого момента! Хотя, молодец, что нанес несколько ударов! Хвалю! Не перелякал свои ляжки! Но вот за вранье, браче… вот за ложь… я тебя сейчас наказывать буду! На глазах у всех! Чуть более жестко, нежели до этого выполнял роль вежливого человека. Кстати, у тебя три варианта: сразу сдать оставшихся или оставшегося, на которого возложены и ответственность, и надежды, и все остальное; сдать чуть позже или позволить сдаться этому или этим людям самостоятельно; помереть тут от болевого шока и уступить место кому-нибудь другому из вашей шайки-лейки. Часть из них уже стоит во-о-он там! И, поверь, я не отступлю, а фраза: «… да я, правда, сказал все и обо всем» - самая лживая, на которую я никогда не поведусь!». Данная картина смотрелась крайне странно на оживленной кухне. Это напоминало какую-то открытую сцену с театральным представлением специально для поваров. При этом обстановочка была крайне напряженной. Причем, и среди нас троих, и между поварами, у которых мы забрали нереально большое количество времени своими разборками. Получалось примерно следующее: эпицентр, включающий наше неспешное трио по выяснению истины и суетящиеся вокруг люди в преимущественно белой… ну, как белой… почти не серой одежде. В такой расстановке мы могли бы напомнить модель атома или какой-нибудь планеты, вокруг которой вращается очень и очень большое количество спутников, перемещающихся на большой скорости. -Хр-р-р-р… тфу! – вот что исполнил мужчина, которому оставалось жить… по всей видимости еще очень долго и страшно после такого исполнения. Он не просто плюнул, он откровенно харкнул в лицо механика. Увидев это, я хотел было ринуться разнимать этих двоих, но решил что в этом нет никакого смысла. «Только ополчу против себя старикана… а на хрен мне такое надо, когда старикан мне еще нужен в команде?! Особенно с его способностями к допросу!» - подумал я, оставаясь на месте и наблюдая за тем, как Нейман при помощи рукава медленно вытирает лицо. -Правильный ответ! – на лице механика появляется очень странное выражение. Оно больше походит на какую-то полную отрешенность от реальности. Словно он пребывает на этой планете уже слишком давно и прекрасно знает не только все её секретики, но и все секреты жизни как таковой. А еще, меня озадачила его фраза «правильный ответ» и случилось это потому что я не помнил вопроса или такового не было вообще. Потом, честное слово, я не понял откуда, у него в руках появился небольшой, сантиметра четыре, может быть пять, кусочек арматуры, которым старик ткнул мужчине в плечо… но кожу не пробил… однако, наш молчаливый предатель завалился на бок. Несколько долгих секунд он пребывал в состоянии, которое можно окрестить «комой». Причем, его глаза были открытыми и даже со своей позиции я мог рассмотреть как сознание в один миг померкло. На то, как после этого падения он просто смотрел перед собой и как его зрачки быстро-быстро-быстро мотались из стороны в сторону. А потом, его нервы наконец смогли обработать полученный сигнал и защитная реакция в виде крика вроде попыталась вырваться из горла, но тут же затихла и он просто начал беспомощно ловить ртом воздух, чем напоминал рыбу, выброшенную на берег и жаждущую вернуться в привычную для себя среду. -Ну что ж, паренек – сказал старик и склонился над своей жертвой – Смотри… это было демонстрацией того, что тебя ждет за твой плевок мне в лицо. Так что, хороший мой, ты сдохнешь в любом случае, разница заключается только в том, как именно ты умрешь: быстро и без боли или… - механик еще раз ткнул мужчину своей железякой, только в этот раз в другое плечо. Тот опять отключился на несколько секунд, после чего, вернувшись в реальность, во второй раз начал ловить воздух губами, еще активнее, не чувствуя кислородного насыщения. -Слышь, старик, не перегибай! Может быть тут действительно никого больше нет? Может быть он всех сдал? – спросил я – А то чувство не приятное… у нас достаточно поводов чтобы испытывать его ни с того, ни с сего! Это ж, по сути своей, паранойя в чистом виде! Так что, прошу тебя, успокойся ты… -Не, братан, ты не понял… он сам сказал о том, что сказал все то, что мог сказать – Нейман перебил меня этими словами - … вот, ты послушай: «Я сказал все, что мог сказать»! Не правда ли это звучит достаточно мелодично? – он посмотрел на лежащего на полу кухни бледного мужчину своими бешеными глазами – Из этого можно сделать вывод, что есть еще то, о чем он сказать не может. Причины не понятны мне, но такая информация есть! А поскольку, все последнее время, я задавал, по сути, один и тот же вопрос, то и назвал он далеко не всех… еще есть и те, кто шифруются от нас и, не знаю как тебя, а меня это сильно печалит! – Нейман еще раз ткнул своим кусочком арматуры мужчину, только теперь в бедро и в очередной раз глаза мужчины померкли. До того как попытаться вступиться, я посмотрел по сторонам. Мне не хотелось ввязываться в работу механика, потому что было видно то, насколько ему нравится то, чем он в данный момент занимается. Плюс, я понимал, что кто-нибудь да должен проявить внимание, но… я ошибся и сложилось такое чувство, будто бы среди поваров действительно не осталось ни единой паршивой овцы. Собственно, это и послужило для меня поводом обратиться к старику… а потом, уже попросил Неймана по тише быть; выслушав его аргументы, я понял то, насколько он прав и с этого момента решил полностью довериться его чутью. -Ладушки-оладушки! – сказал я, подняв руки над головой – Занимайся! Не отвлекаю! – я отвернулся от этих двоих, не желая больше наблюдать этот кошмар. В этот миг у меня появился один вопрос, от которого побежали мурашки по телу: «А смог бы костюм Нэка выдержать или как-то блокировать то, что делает Нейман? И, вообще, что он делает-то?! Воздействует на болевые точки сейчас или… просто лупит в нервные узлы?! Или… что?!» -Эй, вы! – раздался голос Вектора – Сюда уже ломятся! Скорее! – через слово он выражался непечатными словами странного происхождения – И, я пытаюсь придумать, как бы нам потом выйти отсюда! Идеи есть?! – кричал он. -Ну что ж. Последняя попытка! – сказал Нейман – Иначе нам придется действовать чуть иначе, но с такими же оборотами – сказал он – Готов помереть?! -Нет! – мужчина все-таки сломался – Расскажу! – он тяжело дышал и было понятно, что практически не видит от боли – Я назову имена, а повара сами вытолкнут их… - после чего и вправду назвал три имени. На эти несколько секунд, пчелы в почти не сером, остановились, отыскали неугодных им и выкинули к нам под ноги. -Это точно все? – спросил старик и посмотрел сначала на свою жертву, а потом резко на женщину, появившуюся перед ним в составе двух мужчин. Он ткнул её кусочком арматуры в плечо и она погасла, чтобы спустя несколько секунд вернуться и познать что такое жизнь после смерти… точнее, что такое попадание в состояние желания быстрой и безболезненной смерти после одной почти смерти, за которой последовала невыносимая боль… -Точно больше никого из ваших здесь нет? – спросил он и занес руку над женщиной. Она оказалась менее стойкой и сразу рассказала обо всем… вплоть до того, где лежат все пульты. -Ну вот и хорошо! – сказал я с чувством легкого сердца – Открывай двери! Пойдем напрямки! – скомандовал я наобум, а Вектор кивнул и заставив работать всех шпионов быстро разобрал импровизированный завал. Недовольные люди хлынули в зал. Они смотрели по сторонам, матерились и бросались на нас. Точнее сказать, несколько человек попробовали наброситься, но получив охлаждающую прогулку по воздуху посредством стремительного полета от стены до стены или затрещину от Краски и тычок от Неймана, больше не решались. Таким образом, мы вышли со столовой и пока что замерли на входе, предварительно вырубив охранников. -Как у нас это получилось?! – спросила напарница, посмотрев на меня. -Все очень просто… - ответил я и улыбнулся – Обычно самые нелепые, тупые, самые нереальные или невероятные идеи оказываются действенными. А еще, видимо, пришедшие были не настолько голодны, чтобы растерзать нас… Что же касается планов без плана… думаю, в большинстве своем так и получается. Главное, в последствии, обернуть все в красивую обертку, чтобы история приняла благоприятный вид… или просто не мешать другим заворачивать историю в обертку – сказал я. -Звучит так, будто бы большинство историй о тебе именно так и появилось – сказала Краска – Словно ты кое-как выбирался из мясорубки, а потом просто слушал о себе какие-то невероятные истории… и не вмешивался… - она подняла одну бровь и с крайним скептицизмом посмотрела на меня. Я хотел ответить что-то вроде: «Ну, знаешь, родная… в большинстве своем все есть ровно так, как ты об этом сказала…», но появился Джин, который сжимал в руке планшет и тяжело дышал.