Хвостатое Чудо

POV Мелиодас       — Мел, маленький мой, беги…- шептал папа омега, прижимая мою голову к груди. — прошу тебя… Я улыбнулся краем губ и слегка отстранился, заглядывая в слезящиеся серые глаза.       — Пап, все в порядке… Я справлюсь, я ведь сильный — Он поджал губы и по его щекам покатились слезы. — Пап, не плачь, умоляю тебя, так выпал жребий, значит такова судьба…       — К черту такую судьбу! К черту жребий и эту деревню! Беги…- он снова прижался ко мне, а я лишь тихо вздохнул, подставляясь под родные любимые руки, которые больше никогда не увижу.       А все дело в обычае: каждый год от нашей деревни нужно отдавать одного альфу, монстру лесов. Чтобы весь следующий год земля плодоносила, в реках водилась рыба, а в лесу зверье. Альфу выбирали жеребьевкой и в этот раз не повезло мне. Не сказал бы конечно, что меня это не расстроило, но и сопли разводить я не собираюсь. Так же, как и сбегать. Два года назад был у нас такой, сбежал, и что в итоге? Пол деревни вымерло от голода, а другая с трудом пережила зиму.       Я снова вздохнул, отстраняясь от папы. В его глазах было столько боли и тоски. В груди защемило. Мне не было страшно идти к монстру, смерти тоже не страшился… Я с детства увлекался мифами, легендами и сказками, так что увидеть монстра в живую было не так уж и плохо… А вот за папу я боялся. Отец погиб на охоте пять лет назад, а теперь еще и это. Он остается совсем один. А ведь у него и так со здоровьем не все в порядке. Он ведь не сможет без меня…       Мы бы так, наверное, и смотрели в глаза друг другу, если бы входная дверь с грохотом не распахнулась и на пороге не встал старейшина.       — Пора, мой мальчик, нужно тебя подготовить. — Сказал он и я встал. Папа на негнущихся ногах пошел за мной, но старейшина покачал головой. — Ты сможешь его проводить, Генри, но не сейчас.       Папа всхлипнул и поджав дрожащие губы остановился, я наклонился и мягко стукнулся лбом о лоб омеги.       — Все будет хорошо. — он зажмурился и кивнул. Я распрямился. М-да, пошел я конечно в отца, сильного большого альфу, напоминающего медведя. Так что всегда приходится наклониться к маленькому и щуплому папе.       Старейшина отвёл меня в лавку лекаря. Где меня заставили принять ванну в каких-то вонючих благовониях, затем расписали весь торс защитными письменами и рунами. Одели какие-то тряпки на бедра. Хорошо хоть дали плащ, прикрыть все это.       В лес я вошел словно во сне. Голова была пустая. Я не слышал, что мне говорили, не слышал плача папы, не помню путь, по которому мы шли, помню лишь бледные лица провожатых и жесткие кожаные ремешки, впившееся мне в кожу на руках и ногах. Они крепили меня к каменной холодной плите в пещере, где-то в глубине леса. А потом… потом была тишина, всепоглощающая и всеобъемлющая…       Проснулся я от щекочущего чувства, будто на меня кто-то смотрит. Я открыл глаза и увидел потолок пещеры, в которую меня привели вчера. Он был слабо освещен пляшущим золотым сиянием, исходящим от костра рядом. Я дернулся, но мои руки и ноги продолжали сковывать ремни.       — Дьявол… -Выругался я, пытаясь осмотреться. Мой взгляд приковал небольшой силуэт в черном балахоне. Лицо неизвестного скрывал капюшон и только желтые глаза ярко выделялись во мраке.       — Он здесь не причем — Раздался шелестящий мелодичный голос. — И бог, и дьявол, давно оставили человечество…       У меня появилось ощущение, что незнакомец грустно улыбнулся.       — Кто ты? — Хрипло прошептал я, пытаясь высвободиться от оков.       — Ну… Вы называете меня Монстром, Чудовищем, Тварью, Существом. — пожал плечами силуэт, подходя ближе. — Я предпочитаю последнее, все-таки все мы существа, создания.       — Хочешь сказать, что это название дано тебе неверно, и таковым ты не являешься— Скептически поднял брови я и снова дернулся. Он заколебался и подойдя, даже как-то нежно положил ладонь на мою разрисованную грудь. На удивление рука была самая обычная, возможно ногти были слишком длинные и на вид острые, но сути это не меняло. Тонкие пальчики мягко огладили кожу на ключицах, шею и легко коснулись щеки. В нос ударил запах лесных трав и луговых цветов с пряным привкусом свежескошенного сена. Я распахнул глаза, шумно втягивая носом сладкий запах. Быть не может, передо мной стоял омега, еще и во время течки.       — Я не знаю, кто я… — прошептал он, медленно стягивая с себя балахон. Я замер, рассматривая изящную тонкую обнаженную фигуру омеги. Его бледная кожа чуть ли не фосфоресцировала в темноте. Угольно-черные длинные волосы, волнами спадали на хрупкие плечи. А в этих волосах закручивались серые бараньи рога, а из-за спины показался тонкий черный хвост с кисточкой на конце. — Е.если неприятно, закрой глаза — прошептал и он накрыл мои губы своими. Неумело, но старательно целуя. Конец POV Мелиодас. POV Айзек (Существо)       Этот человек не такой, как остальные, которых отдавали маме и мне. Этот спокойный, не кричит, не обзывается. А я ведь готовился к сопротивлению и оскорблениям. Ладно, так, наверное, даже лучше. Я медленно наклоняюсь над ним и целую. Главное не поцарапать клыками, будет лучше если он не будет сопротивляться. Но… что он… Он ответил на поцелуй?! Его мягкий язык проводит по моим губам слегка задевая острые клычки и я резко испуганно отстраняюсь. Мама, какой позор! Я боюсь поранить человека… Будь ты на моем месте, уже давно забрала бы всю энергию и убила.       — Если каждый раз ты забирал альф для этого, мог бы и научиться целоваться… — Хмыкнул пленник, облизывая губы.       — Почему ты не кричишь? Не пытаешься сбежать? — я постарался скрыть дрожь в голосе, надеюсь получилось.       — А должен? — Ухмыльнулся он, бросая заинтересованный взгляд на мой стоящий колом орган. — По-моему, мне должно понравиться то, чем ты хочешь заняться.       Я почувствовал, как к моему лицу прилила кровь, а губы предательски задрожали. Похоже отвар, которые я выпил перед выходом, перестал работать, и течка начала вступать в полную силу.       — Ты странный — неуверенно выдохнул я. Нужно покончить с этим всем, мама говорила, что сложно только в первый раз.       Я аккуратно стянул с бедер мужчины ткань, оголяя уже давно эрегированный крупный член, увитый венками.       — Возможно. — хрипло ответил пленник.       Я сглотнул и легко запрыгнул на альфу, устраиваясь на его бедрах и потираясь уже влажной попой об орган. Он тихо стонет.       — Развяжи меня… Я не сбегу, не сделаю тебе больно — прикусываю нижнюю губу и мотнув головой, плавно начиная насаживаться на него.       Больно, даже очень больно… Хотя лучше мне будет больно, смогу его убить…       Он распахивает карие глаза и стонет.       — Что ты творишь, ты же себя порвешь! — шипит он, неосознанно толкаясь глубже, но течка делает свое дело, взамен боли приходит чувство наполненности, дарящее наслаждение. Я начинаю двигаться, кусая губы до крови и тихо хныча. А он, он снова начинает вырываться, сильно дергая руками. Старые ремни скрипят, но держат, а мне ничего не остается кроме как ускорить движения.       — Прошу, не вырывайся, скоро все закончится, — Я старательно начинаю покрывать поцелуями его шею и плечи, иногда оставляя неаккуратные порезы. С моих губ все чаще начинают слетать пошлые стоны, хочется больше, еще, сильнее. Не прикованные бедра парня двигаются навстречу моим движениям, а большой член достает до самых чувствительных точек внутри.       Не знаю, сколько времени это все продолжалось. Сколько раз он кончил в меня, и сколько раз излился я. Но очнулся я, когда солнечные лучи медленно начали подкрадываться к моему лицу. Я лежал на груди Альфы, обвивая одну из его ног хвостом. Я медленно приподнялся и почувствовал, как из меня медленно вышел мягкий орган мужчины. Это я с ним уснул? Черт! Какой кошмар! Прости меня, мамочка! Ну закончить как ты учила думаю я смогу, я много раз это видел, да и для надежности прокручивал в голове. Нужно собраться и все получится, я должен. Я с трудом встал на ноги и наклонившись достал из мантии черный тонкий клинок. Затем снова залез к нему на бедра и приставил острие клинка к его груди. Конец Pov Айзек Pov Мелиодас       Меня вырвал из сна тихий всхлип. Я распахнул глаза, смотря на сидящего на мне юношу, кусающего и без того красные от крови губы. В его золотых глазах стояли слезы, а в дрожащих руках он сжимал черный нож.       — Я…я так не могу… — прошептал он, смотря мне в глаза. И было в них столько боли, сожаления и страха… сердце дрогнуло, этот малыш, совершенно не монстр, и уже вряд ли в него вырастет.       — А должен? — спросил я, пытаясь пошевелиться, все тело ныло от долгого лежания без движения.       Омега вздрогнул и кивнул. Мне стало его так жалко, такой беззащитный, маленький, пусть не такой, как все, но такой милый.       — Я не буду дергаться, давай… — я закрыл глаза и сжал кулаки, но вместо резкой боли я почувствовал легкий поцелуй на своих губах.       — Не должен — прошептал мелодичный голос. Раздался щелчок застежек, и с моих рук слетели ремни. Омежка замер зажмурившись. Видимо ожидал, что я его ударю. Но вместо этого. Я аккуратно коснулся его щеки.       — Ты очень красивый — я улыбнулся, заметив его замешательство.       — Что тебе нужно? — неуверенно спросил омега, слезая.       — В смысле? — я сел, начиная отвязывать ноги       — Мама говорила, что, если люди лгут, значит им что-то нужно — вздохнул юноша, надевая свой плащ.       — Я не вру — я встал, разминаясь, он лишь поджал губы, касаясь пальцами своих рогов       — Естественно. — скептически заметил он, спокойно вступая в еще тлеющие угли и размалывая их в теплый пепел. —       Послушай, если ты не такой, это не значит, что ты не можешь быть красивым.       Он грустно улыбнулся и подойдя ко мне положил ладошку мне на грудь.       — Хорошо, сделаю вид, что поверила теперь возьми это, — он заправил за острое ушко прядь волос и снял с него сережку с золото-коричневым камушком. — Кошачий-глаз, он защитит тебя, уходи…       — Стой. — я перехватил его руку, когда он протянул мне украшение. — Это все?       Он удивленно поднял желтые глаза и только сейчас я замечаю, что зрачки у него узкие, как у змеи.       — А что ты хочешь еще? Ты жив, удовлетворен, я продолжаю хранить вашу деревню… - Он наклонил голову на бок и отвел взгляд.       — Теперь, что будет с тобой? Ты тут один? — я чувствовал, что если уйду сейчас, больше никогда не увижу эти тонкие пальчики, черные волосы и маленький едва вздернутый носик.       — Я… — Он замешкался, а затем резко вырвал свою руку из моих пальцев — я не знаю! Просто уходи, я ведь монстр, существо, тварь…       Он тихо шмыгнул носом и резко отстранился, отходя в темный угол пещеры. Я сделал несколько шагов за ним, но тут между нами появилась длинная шипящая гадюка. Я отпрыгнул, ошарашено смотря на рогатого.       — Я не хочу уходить! — но в углу его уже не было.       Надо сказать, в деревне меня встретили не очень, сначала конечно обрадовались, но потом решили, что это плохой знак и теперь на деревню обрушится несчастье. До меня долго допытывался старейшина, что случилось там в лесу, и как я смог так быстро добраться до деревни. А пещера была действительно далеко, я шел часа два. И на самом деле я и сам не знаю как дошел, единственное на что могу для себя сослаться это сережка. Но не скажу же я так старейшине?       По-настоящему радостно меня встретил только папа, хоть так же обеспокоено расспрашивал обо всем. Что меня действительно расстроило, так это его здоровье. Ему стало плохо в ту же ночь, он сильно ослаб и перестал вставать с постели.       Сейчас прошла уже неделя, а монстр все не показывал своего недовольства.       Я сидел на краю деревни на заваленном дереве и вертел между пальцами небольшую сережку с завораживающим камушком. Черноволосый омега все никак не выходил из моей головы. А рядом с сеновалом и лугом я не мог отделаться от чувства, что он где-то рядом.       — Кошачий глаз? — раздался скрипучий голос рядом. Я дернулся, смотря на Пантеола, местного травника и по совместительству сумасшедшего. —  Давно я не видел украшений с подобным камнем, где вы его взяли, молодой человек? — хитро усмехнулся старичок. — Такое на дороге не валяется...       — Мне его подарили — вздохнул я, снова всматриваясь в лес, последнее время он все больше притягивал мое внимание. Когда я был свободен, мог часами сидеть и всматриваться между деревьев, выглядывая хоть что-то похожее на моего нового знакомого.       — Значит она все-таки отпустила… — Улыбнулся Пантеол.       — Она? О ком вы? — я нахмурился.       — О монстрихе…или ох...— он прищурился и покачал головой. – ох, жалко, красивая была женщина.       — Что? Но там был       — Омега. –прервал меня мужчина. — Да, был у нее сынишка, видимо в нее пошел. Потрясающее существо, не правда ли? А главное, какое нежное       — Да — выдохнул я, вспоминая изящные плечи и тонкую талию. Я и раньше то не особо смотрел на наших деревенских красавиц и красавцев, даже не смотря на то, что они вокруг меня табунами вились, а теперь. А теперь они мне и вовсе кажутся на одно лицо. —  А откуда вы знаете?       — О, это долгая история длинною в жизнь, ты думаешь я с детства сумасшедшим слыл? — старичок как-то странно усмехнулся и уселся рядом со мной. — У меня ведь раньше сын был, ты же знал? Так вот, его как тебя отдать хотели, только вот я добровольцем вызвался, мне тогда кажись лет тридцать пять было, ага. Отдался я значит добровольцем, привязали меня к камню, а я уже все, с семьей попрощался, с жизнью... Но тут вижу, идет кто-то, фигура небольшие, идет, тихо бормочет что-то. Ну я значится "Здравствуй хозяин леса, не горячись шибко, я заместо сыночка пошел". А фигура эта как шарахнется, и капюшон слетел. Я глядь, а это баба, да еще и с рогами. В общем она конечно не разозлилась, даже как-то наоборот обрадовалась, а на вид ей, ну максимум третий десяток пел, молоденькая еще. Запрыгнула на меня, ну ясное дело, что дальше было. Отпустила она меня утром, только вот какое дело, тело то она отпустила, а душу все таки забрала. После нее, ни одна баба с ней не сравнилась, жинка от меня ушла дети разлетелись. И к ней я пару раз захаживал, она даже показала как колдунствует, красивая все таки баба, жаль что монстриха... - его речь становилась более и более бессвязной и запутанной. а затем он вдруг на минуту замолк, и словно переключился на другую тему — Я что пришел то… Твой родитель — я резко подскочил.       — Что с ним? Я ведь только из дома вышел?       Старик фыркнул и покачал головой.       — С ним все нормально, пока… Но ему становится хуже, моих знаний и трав не хватает, ему нужна помощь       — Я должен поехать в город? — я встревожено сжал кулаки, но старик мотнул головой.       — Боюсь нет, вряд ли это поможет. Тут нужно что-то сильнее, нужно идти к нему, к тому кто отпустил тебя.       — Что? А как он поможет? — Я посмотрел на камушек и прикусил нижнюю губу       — Он живет в лесу, это его стихия.       — Я       — Ну если не хочешь, я не заставляю, мои родители умерли лет так пятьдесят назад, — он оскалился своим беззубым ртом — но запомни, чудовище всегда забирает свое…       — Я пойду, только не говорите папе… куда идти? Конец Pov Мелиодас Pov Айзек       Прошла уже неделя, а я все еще везде вижу это волевое серьезное лицо. Широкие темные брови, карие глаза, нос с горбинкой и тонкие, но большие губы. Ох, даже не стоит и вспоминать, ему точно не до меня сейчас, кому нужно такое? Правильно мама говорила, с людьми быстро заканчивать нужно...       Я устало сел на порог своей маленькой хибарки. Жалко он вымылся в отваре из полыни, я даже и частичку запаха его уловить не смог. Я выдохнул и коснулся второй сережки на своем ушке. Интересно, он все рассказал людям? Хотя нет, вряд-ли, тогда они бы давно уже были бы здесь. Хорошо хоть, у меня получилось энергию его жизненную забрать, не так это легко, на своих собственных силах с рыбой договариваться. А про животных я вообще молчу. Все таки странный он, мама конечно говорила, что люди бывают и спокойные, но что бы сразу говорить, подобное, может ему каких-нибудь лишних трав дали и он меня видел не таким, какой я есть? За эту неделю я только сейчас смог нормально подумать о всем случившемся. Ко мне на колени запрыгнул рыжий кот и я с улыбкой погладил его между ушек.       — Стоит всего один день побыть с человеком, и потом еще месяц на душе скребутся крысы… — кот неопределенно мяукнул и потерся мохнатой головой о мою грудь. — Хотя я скоро буду не один, тогда точно забуду обо всем…       — Тогда не надо было прогонять — усмехнулся кто-то и я резко встал в дверях, хватаясь за лежащий рядом топорик для колки дров. — Хей, тише-тише я с миром пришел.       Из-за дерева вышел тот самый альфа, руки он держал перед собой ладонями по мне. Кот у моих ног зашипел, а я встал в оборонительную стойку.       — Как ты меня нашел? И зачем ты здесь? — я прищурился, осматривая мужчину. Вроде нет ничего, что могло бы мне повредить, он альфы ведь очень сильные и без оружия…       — Хотел тебя увидеть. — в дерево в пару сантиметров от его уха воткнулся топор.       — Лжешь — тихо рычу я, он лихорадочно отшатывается, кажется я смог его напугать.       — Не лгу, просто не договариваю. — он аккуратно вытаскивает топорик из древесины и подойдя ко мне, протягивает рукояткой вперед. — Мне нужна твоя помощь, прошу. — он вымученно улыбается и достает из кармана сережку.       — А я должен тебе помочь? — Я забрал топорик, и аккуратно закрыл его ладонь с сережкой. Моего носа донесся легкий запах сырой земли после дождя и свежей травы, я рвано вдохнул и прикусил нижнюю губу.       Его ладони плавно легли мне на талию, а сам он слегка склонился ко мне, стараясь заглянуть в глаза.       — Не должен — прошептал он мне в губы. — Но и отпускать меня ты не должен был.       Я проклиная себя плавно выскользнул из его объятий.       — Не трогай меня, это неправильно… Но я помогу, если смогу       Черт… Мама, я нарушил все твои заветы… Почему у меня не получается как у тебя строго сказать нет. Ну или просто его убить? Я отошел с прохода, пропуская его в домик. Конец Pov Айзек Pov Мелиодас       Он пропустил меня к себе, странно, я ожидал большего сопротивления. Хотя топорик меня удивил. В домике было очень чисто, и приятно пахло травами, которые были развешаны под потолком тут и там. На полках стояли различные деревянные резные изделия, украшенные разноцветными камушками. А в одном из углов комнаты стоял огромный открытый шкаф, с разнообразным оружием, от обычного меча до арбалета.       — Голодный? — внезапно спросил юноша, подходя к столу. — У меня мясо вяленое есть. —  Он немного рассеянно осмотрел стол, а я лишь улыбнулся и покачав головой присел на стул.       — Нет, спасибо, присядь — омега послушно присел напротив.       — Во-первых, как тебя зовут? — я усмехнулся. — Мы ведь так и не познакомились, не уж-то тебе совсем не интересно с кем. ну.       Юноша покраснел и отвел взгляд.       — Я… Мама не звала меня по имени, таким как мы имена не полагаются… но — он вздохнул, будто на что-то, решаясь, продолжил. — Когда я родился, мне дали имя Айзек.       Я улыбнулся и протянул ему руку.       — Мое имя Мелиодас, но можешь звать меня Мэл. — Он робко вложил свою ладошку в мою и скромно улыбнулся, стараясь не показывать клыки.       — Хорошо. — он забрал кисть, и поджав к себе колени обнял их. Сейчас он сидел в большой льняной рубашке и легких шароварах. — Так что ты хотел?       Я немного замялся и запустив пальцы в кудрявые волосы, попытался собраться.       — У меня папа умирает — выдохнул я сжимая кулаки. — У него ужасный кашель, он и без того иногда задыхался. А то, что меня отдали к монстру — Я осекся, подняв взгляд, но юноша будто не заметил, продолжая серьезно на меня смотреть. — Он упал в обморок, а очнувшись больше не смог встать. А травник… сказал, что ты можешь помочь.       Юноша вздрогнул и прищурившись тихо спросил.       — Ты рассказал людям обо мне? — кажется, его голос дрогнул, но он сразу затих.       — Нет, он сам знал про твою маму — я вздохнул и отвел взгляд. А омега резко встал и подойдя к печке поставил на нее чугунок с водой. Я внимательно наблюдал за тем, как он перебирает травки. Иногда невнятно что-то бурча.       — Я не могу помочь — внезапно сказал он, поворачиваясь. Мое сердце пропустило удар. — Вернее не могу ничего сказать в данный момент, мне нужно его увидеть, но сюда нести его опасно, он может не выдержать дороги.       Айзек достал из печки воду и засыпал туда травки.       — И что тогда делать? — Я встал, подходя к юноше и заглядывая в обеспокоенные глаза.       — Я, дай мне подумать — Он отвернулся и мой взгляд перешел на мельтешащий хвостик. — Если ты пообещаешь, что меня не тронут.- Выдохнул он, когда я наконец смог аккуратно поймать юркий кончик. Айзек мгновенно покраснел и вырвал из моих пальцев хвост       — Что ты творишь? Я же просил не трогать!       — Прости — я усмехнулся и пожал плечами — тебе больно, когда там трогают? Юноша отвел взгляд и взяв чашку с травяным отваром.       — Не больно, просто не надо трогать. — Он отпил и мило зажмурился.       — Так, ладно я понял, даю тебе слово, что тебя никто не тронет. Мы пойдем ночью и тебя никто не увидит, а если что, я готов отдать за тебя жизнь. — Айзек усмехнулся, и кивнул.       — Хорошо, пойду соберусь. Сегодня будет туман — он загадочно улыбнулся краем губ и вышел из кухни. А я сел обратно на стул и потер переносицу. Это все конечно отлично, но как объяснить все папе? А если он испугается и ему станет хуже? Конец Pov Мелиодас Pov Айзек       Даже не знаю, и почему я согласился? А если это засада? Тем более что это за травник, который знает мою маму? Хотя у него такое печальное лицо было, когда он про отца рассказывал… наверное, про него он не врет. Хотя нет, в данный момент он вообще не врал, но... Я положил последнюю баночку с отваром в сумку и начал собираться. Рубашка и кожаные штаны, в которые я заправил хвост. Сверху черный мамин балахон, капюшон скроет рог, хотя из-за них возникает ощущение, что голова огромная. Волосы в хвост и обереги на шею. Вроде ничего не забыл. Обувь я терпеть не могу, так что готово.       Я вышел из комнаты, Мелиодас стоял у стены рассматривая картину. Да, мама на ней очень красивая, правда уставшая, ей ее подарили еще лет тридцать назад. Правда я так и не узнал кто.       — Она не любила эту картину —  я улыбнулся краем губ, подходя ближе. — Говорила, что она ее старит       — Скучаешь по ней? — повернулся альфа, а потом снова взглянул на картину. — Она красивая, сразу видно в кого ты пошел, только глаза.       — Да, глаза я взял свои, у каждого следующего носителя рода глаза другого цвета. — я улыбнулся уже сильнее, смотря в насмешливые зеленые глаза. — А у дедушки омеги были сиреневые, потрясающе просто.       — Мне больше нравятся твои — чет, когда же он прекратит меня смущать, вроде слова простые как подорожник! Я отвел взгляд и кивнул.       — Спасибо — я тряхнул головой и надел капюшон — нам пора.       Мелиодас вышел из домика, и я последовал за ним. Правда когда мы углубились в чащу я остановил его и попросил подождать. Ну будем надеяться он не испугается. Я прошел чуть вперед и достав из одного из карманов балахона бубен слабо начал стучать по нему пальцами. Альфа немного отошел назад, не сводя с меня глаз, а я тихо нашептывая продолжил, начиная стучать громче и отчетливее. Я всего лишь третий раз за год специально вызываю туман, так что все должно получиться. Вот ветер усилился, деревья, обычно меланхоличные и строгие тихо начали потрескивать сучьями в такт моей своеобразной музыке. Внезапно неподалеку вспорхнули птицы и послышался громкий протяжный гул. Я остановился и лес как по команде замер. Погружаясь в зыбкую и тягучую тишину. На лес и деревню спустилось густое, словно молоко, марево тумана. Я самодовольно улыбнулся и мы двинулись дальше. Мелиодас ничего не сказал, лишь стал чуть быстрее идти и чаще оглядываться.       До деревни мы дошли быстро, благо было уже темно, и мы умудрились никого не встретить.       Дом оказался больше чем мой, гораздо больше. Двухэтажный, немного захламленный конечно, но омежья рука все-таки видна.       — Пап! Я вернулся! — крикнул альфа, но вместо папы ему навстречу вышел какой-то старик.       — Мэл? Я думал ты не скоро вернешься. Не нашел его? — он шустро подскочил к парню, но его взгляд упал на меня — это… это!       -Пантеол! Замолчи. Это лекарь, он поможет, если хоть слово скажешь кому… — Грозно прорычал он и даже я поежился, не желая знать, что этот громила может сделать.       Старик судорожно закивали почтительно поклонился мне, я в ответ лишь кивнул.       — Время не ждет — Я постарался сделать голос, как можно более холодным и нечеловеческим, как его обычно делала мама, когда злилась.       — О, Дьявол, тот же выговор — прошептал Старик, а я, нахмурившись, коснулся пальцем ему между бровей.       — Вам стоит отдохнуть. — Мужчина сразу зевнул и Мелиодас еле успел подхватить его, когда он начал сползать по стене.       — Не знал, что ты и так умеешь — вскинул брови он, когда уложил старика на потрепанный диван.       — Поверь, ты многого не знаешь — усмехнулся я.       Мы поднялись на второй этаж, где мужчина попросил меня подождать у двери. Сам же вошел в комнату и не прикрывая дверь подошел к кровати.       — Медвежонок, маленький мой, что-то случилось? Ты же в город ехал — послышался хриплый, но приятный голос.       — Пап, я нашел лекаря, все в порядке — альфа шумно выдохнул и продолжил — только я хочу тебя попросить.       — Мэл? Что с ним? И вообще, где он? Не уж то ты оставил стоять его на пороге? — взволнованно спросил мужчина.       — Пап, я хочу, чтобы ты принял его таким, какой он есть, добрым милым и отзывчивым, мягким и скромным… Просто, его вид… может тебя шокировать, но...       Я покраснел от его слов и прикрыл лицо руками, боже, какой кошмар, мне таких приятностей даже мама не говорила…       — Мел, если ты считаешь, что он хороший человек, я тоже буду, зови его.       — ну, он как бы… а не важно, Айзек, прошу войти — крикнул альфа.       Я выдохнул и бесшумно прошел в светлую комнату. Ее стены украшали вышитые картины, на полу лежал тканый палас, а на окнах колыхались тончайшие вязаные занавески.       — Добрый вечер — прошелестел я, слегка склоняя голову. На кровати лежал бледный измученный омега лет сорока. Кудрявые каштановые волосы, были чуть длиннее чем у Мелиодаса. Сам он стоял на коленях у кровати, нежно сжимая его руку в своей ладони.       — Добрый юноша… Прошу прощения, что не смог встретить вас, Мел, Почему ты не снял с гостя плащ? — начал причитать омега, но когда он взглянул на мои ноги всплеснул руками. – Дьявол, почему вы босой, давайте я вам дам сапожки.       Я замахал ладонями, пятясь обратно к двери.       — Нет, нет, что вы, все в порядке. Я хочу так ходить, мне так удобнее, а плащ, думаю для вашего здоровья будет лучше, если я останусь так.       Омега нахмурился и с помощью сына сел.       — Ну уж нет, вы находитесь в моем доме и будьте добры все-таки раздеться, я ведь даже лица вашего не вижу. – я испугано посмотрел на Мелиодаса, на что тот кивнул.       — Хорошо…- я шумно выдохнул и медленно начал стягивать капюшон. Покончив с этим, я посмотрел на омегу. Бывший только что теплый и мягкий взгляд изменился, узкие брови поползли вверх, а лицо исказилось гримасой ужаса и непонимания.       — Что это? —  Испугано пискнул он, сжимая руку сына. Черт, какое мерзкое чувство… «Это» именно «что это». Хвост болезненно терся о штаны, ерзая под ремнем.       — Пап, это лекарь, его зовут Айзек, и он…       Мелиодас замялся, думая, как объяснить, что же я такое, но я его прервал.       — Монстр из леса — Я улыбнулся и склонил голову на бок. Нет, ну а что, кто же я еще? И почему у меня ощущение, что я ожидал чего-то другого.       — Дьявол — еще раз пискнул омега, нервно теребя край покрывала.       — Он здесь не причем — по привычке ответил я — Бог и Дьявол давно покинули человечество.       — Ох, прошу прощения, я просто не ожидал что… — мужчина запнулся, а я лишь вздохнул и снял плащ, вешая его на спинку стула.       — Я прошел помочь, не волнуйтесь, у вас критическое состояние, вы слишком много нервничаете, а как говорил мой дедушка, все беды от нервов… — я спокойно выправил хвост из штанов из-за чего омега нервно икнул и упал обратно на подушки.       — Хорошо… а ты мог бы хотя бы предупредить — с укором сказал он Мэлу, украдкой поглядывая на меня.       — Как? — Задал резонный вопрос альфа.       Я подошел к кровати, зажигая благовония.       — Я не сделаю вам ничего плохого, позвольте вам помочь — я поставил благовония на тумбу и тряхнул головой — Мелиодас, отойди, пожалуйста.       Мэл послушно встал, а я сел на край кровати и попытался аккуратно стянуть с мужчины одеяло, но тот так в него вцепился, что выдрать его не представлялось возможным. Я растеряно посмотрел на альфу, но тот сделал вид, что это его уже не касается.       — Вы не могли бы расслабиться — попросил я, но тот помотал головой.       — Я не могу расслабиться рядом с вами. — пробормотал он, а я лишь закатил глаза.       — Ну ваш сын, будучи голым и прикованным расслабился — фыркнул я, вводя в очередной шок папашу Мэла.       Покопавшись в сумке, я дал ему успокоительные травки, так что уже через какое-то время омега смог разговориться и даже спросил про хвост. Лечение заняло много времени, его запущенный кашель лечили раздражающими легкие отравами незнамо какой давности, даже страшно было представить, что подобным кого-то лечили.       Когда часы пробили три часа ночи, Генри спал, прижимая к себе мою меховую грелку: непромокаемый мешочек, внутри из выделанной кожи ящериц, а снаружи мех енота, и все это наполнено горячей водой.       Я устало сидел рядом с кроватью на полу, расчесывая волосы.       — Спасибо — прошептал сидевший рядом Мелиодас. — Я правда не знаю, как тебя отблагодарить…       Он аккуратно ткнулся лбом мне в плечо, а я лишь улыбнулся и покачал головой.       — Мне не нужна благодарность… Ты мне уже кое-что подарил — я мечтательно прикрыл глаза и положил руку на свой еще плоский животик.       — Что? — с трудом, не сорвавшись с шепота на крик возмутился альфа — И ты молчал?       — А ты думал, ты мне прикованный в лесу развлечься нужен? — зашептал я в ответ. — Нет, это конечно тоже, но основная задача это забрать у человека часть энергии и семя для потомства. Не беспокойся, я не возлагаю на тебя ответственность, я ведь понимаю, что вряд ли кому-то нужно маленькое хвостатое чудо.– от своих же слов на груди стало как-то тяжело, но по-доброму тяжело, словно на меня улегся большой кот.       — Мне нужно — прошептал мужчина мне в ушко, и я замер. — Я хочу иметь два маленьких хвостатых и рогатых чуда, одно из которых должно быть моим уже как неделю.       Я покраснел, чувствуя мягкие поцелуи на своей шее.       — Прекрати…ты…ты все равно не… я ведь — на глаза снова начали наворачиваться слезы. Неужели…неужели появился шанс, что я не буду одинок всю жизнь?       — Ведь ты самое прекрасное создание, которого я когда-либо видел…- продолжил мои слова. Он положил ладонь на мою талию и притянул меня ближе.       — Но — я вздохнул уже такой любимый аромат и прижался к теплому сильному телу.       — Никаких, но… мне тут сказали, что чудовище всегда забирает свое — прошептал он, касаясь губами одного из моих рогов. — Может уже заберешь меня? Трусиха?       Я удивленно распахнул глаза и отстранился.       — А как же твой папа? А деревня? — растеряно спросил я, беря в свои руки его ладонь.       — Папа скоро поправится, я ему все объясню. Мы сделаем так, чтобы все думали, что ты таки забрал свое. А потом просто вызову отца в лес, чтобы показать малышей — хмыкнул он, опускаясь к моему животу и целуя его. Стоп что?       — Малышей? — удивленно поднимаю брови я и он кивает.       — Ты думаешь я ограничусь одним? Я хочу большую семью… да и надо же мне отомстить за то, что ты так и не отвязал меня от стола и не дал поучаствовать нормально в процессе. Я покажу тебе, на то способен не прикованный альфа — коварно ухмыльнулся он.       Я широко улыбнулся и краснея обнял его за шею.       — Спасибо… — прошептал я, стараясь не ударить его рогами.       — Но у меня условие — внезапно его голос стал серьезным и каким-то холодным. Я отстранился и кивнул, показывая, что слушаю его. — Больше никаких альф с обрядами!       Лицо Мэла просветлело и он улыбнулся. А я хихикнул и кивнул.       — Отправлю послание, что принимаю теперь только съедобные подношения. *Через год*       — Мэл! Мэээл! — тихо позвал омега, лежащего рядом альфу.       — ммммм? — сквозь сон ответил он       — Элай снова проснулся — устало выдохнул Айзек — твоя очередь.       Страдальчески простонав, Мелиодас чмокнул мужа в рог и встал, подходя к колыбельке. В которой тихо хныча лежал маленький кудрявый омежка с потрясающими синими глазами.       — Чщщщщ, что такое хвостик? –улыбнулся мужчина, беря малыша на руки — снова рожки режутся?       Мужчина мягко удерживая свое чудо в одной руке, мягко начал покачиваться из стороны в сторону, второй рукой начиная втирать травяную мазь в небольшие бугорки на голове мальчика.       Через сорок минут Мелиодас устало лег на кровать. К нему сразу подполз омега, обнимая его поперек груди.       — у меня лучший муж на свете –сонно сообщил он, оплетая хвостом бедро альфы.       — И я тебя люблю — улыбнулся Мэл, вдыхая любимый запах лесных трав, теперь еще и с нотками молока и меда.