Кто ты?

— Мама приглашала к себе Елену, — слова Элайджи прозвучали как гром среди ясного неба, что заставило умолкнуть всех и перестать смеяться над шутками Кола и Клауса.       Вот оно, плохое предчувствие! Моя любимая интуиция никогда меня не подводила и не подвела в этот раз, но вообще думала о самом бале и о его цели. Смысл бала? Но Эстер любит пустить пыль в глаза, когда задумывает что-то грандиозное, например, убийство своих детей и всех вампиров в целом. За мамой я такого не замечала или просто не хотела, но они были похожи с Эстер этим. Мама же больше всего не любила меня, а Кристиана просто сюсюкала, что огорчало и задевало меня ещё больше. Я не требовала к себе чего-то большего, просто обычного родительского внимания и любви. — Но зачем? — первой голос обрела Валерия, которая пару минут наблюдала за нами, не решаясь что-то произнести, хотя её вопрос весьма логичен и по теме. Не прожив с нами, она хорошо ориентируется. — Мамуля взялась за старое, — фыркнув, Кол опустошил свой бокал с шампанским и поставил его на поднос официанта, что быстро материализовался рядом с нами. — О, а вот и наша мышка, — усмехнувшись, я быстро осушила свой бокал шампанского и так же поставила на поднос официанта. Я кивком головы указала на Елену, что судорожно осматривала гостей, словно ища кого-то. Не Элайджу ли? — Куда ты? — братец успел схватить меня за запястье, когда я уже собралась идти к ней, но я вовремя увернулась. Когда я на что-то настроена и уже в предвкушении плодов своей работы, меня невозможно остановить. Никак. Никогда. Никакими способами. — Всё в порядке, Крис, — я невинно улыбнулась брату и пошла навстречу Елене.       Елена же не заметила меня и поспешила куда-то уйти или выйти, но мы «случайно» столкнулись, и я незаметно для всех сжала её запястье. Она испуганно на меня смотрела, но одновременно в её взгляде какая-то доля уверенности и защиты. Что, чёрт возьми, наплела эта ведьма? — Пойдём поговорим, малышка, — промурлыкала ей на ухо я, ведя за собой Елену. Она старалась не упираться и вести себя достойно, ведь на нас могут обратить внимания, что не нужно было ей и мне, хотя, мне было плевать на внимание. Я могу убить прилюдно, мне всё равно. Я не отличаюсь хорошими манерами и культурностью.       Я приметила укромный поворот, где никто не увидит нас, кроме Майклсонов, что с удивлением смотрели на нас. На таком расстоянии слышать они нас не могли, но видеть вполне себе. Я же говорю: укромное местечко от любопытных глаз.       Как только мы завернули, я припечатала её к стене, расставив руки по обе стороны от неё, тем самым перекрывая пути к отступлению. По словам Ребекки, эта девчонка довольно прыткая и упрямая, боящаяся за всех своих близких и друзей. В чём-то мы с ней похожи, но не всем. — Чего ты хочешь от меня? — Елена старалась быть спокойной и говорить с уверенностью в голосе, но пока что у неё получалось говорить немного уверенно, но до меня ей ещё далеко. В накалённой ситуации я всегда была хладнокровной и уверенной, но с появлением в моей жизни Кола, это качество начинает трещать по швам, благодаря ему конечно же. — Всего лишь ответа на мой скромный вопрос, малышка, — я невинно улыбнулась, хотя в глазах была угроза и опасность. Я любила играть со своими жертвами, обманывая её. Жертва, самой собой, велась, доставляя мне неимоверное удовольствие от всего этого. — Я ничего тебе не скажу! — с ненавистью и неприязнью выплюнула она, вдруг осмелев. Оу, наша плакса растёт на моих глазах, но надолго ли?       Она подалась вперёд, а я, опешив, отступила на половину шага назад, но уже через секунду невинная улыбка спала и я прижала её за горло к стене. Её глаза вмиг наполнились страхом и испугом, что только нравилось мне. — Советую не злить меня ещё больше, — на несколько секунд наружу показался мой монстр, от чего Елена вжалась в стену. — Здесь нет твоих любимых братьев Сальваторе и ручной ведьмы. Только ты и я, — закончив, я усмирила зверя и вернула на лицо прежнее спокойствие и безмятежность. –А теперь скажи мне, малышка, зачем ты ходила к Эстер? — Она всего лишь хотела поговорить со мной, — слегка помедлив, я убрала руку с её горла, а затем немного отступив от неё. Уверенность и спокойствие Елена начинала терять с каждой секундой всё больше и больше. — Ты можешь лгать о чём угодно, но не тогда, когда дело касается вампиров и Эстер, — спокойно отозвалась я и указала взглядом на всех вампиров, что находились сейчас в зале. — Эстер простила Клауса и желает исправить ошибку, хочет, чтобы я помогла ей, — спустя пару секунд отозвалась Елена, смотря мне прямо в глаза. Простила? Исправить ошибку? — Да я скорее пролежу в гробу век другой, чем поверю этой лживой стерве! — процедила сквозь зубы я, явно размышляя в слух и намекая на продолжение. — Что за ошибка? — Она хочет связать своих детей, а затем убить, — вдруг так очень тихо произнесла Елена, будто боясь, что нас кто-то услышит. Признаюсь, слова Елены меня удивили, хотя я, итак, это знала. — Точнее они. — Они? — эхом отозвалась я, а потом резко отступила от Елены, удивлённо смотря на неё, что тоже заставило удивиться её. — С Эстер была женщина. Они взяли мою кровь и связали всех Майклсонов, и тебя с братом, — Елена тяжело вздохнула и посмотрела на меня, а затем коротко на Майклсонов. Эта девчонка не раздумывая дала свою кровь этим двум стервам! — Где были твои мозги, когда ты потакала словам этих двух сучек, глупая девчонка! — рыкнув, я вновь сжала её горло и немного подняла над мраморным полом, которого она касалась только носком своих туфелек. Эта девчонка ни черта не смыслит в этой жизни! Она не понимает! –Ты хоть представляешь, что ты натворила! — Они убьют только Клауса! — отчаянно крикнула мне Елена, что Майклсоны начинали волноваться, но виду не подавали. Их лишь сдерживал Кристиан, если бы не Крис, то они бы давно вмешались в наш «милый» разговор. — Если связаны все — умрут все, — сдерживая раздражение и гнев, начала объяснять я, при этом всё ещё держа её за горло. — Умрёт создатель кровной линии — умрут все остальные. Убьёте Клауса — умрут и Сальваторе, и твоя блондинистая кукла, и ваш ручной пёс. Теперь ты хоть понимаешь? — Умрёт лишь Клаус! — как мантру повторила Елена, стараясь быть уверенной и спокойной, но выходило хуже и хуже. У этой девчонки что, напрочь отсутствуют мозги?! — Так сказала Эстер! — Эстер лживая сука и это знают все! Эта стерва пойдёт на всё, чтобы искоренить всех существующих вампиров, как же ты этого не поймешь! — вновь вскипела я, краем глаза наблюдая, как Майклсоны начинают нервничать. Это можно было понять по злобному взгляду Клауса. Только сейчас я заметила, что они чуть подобрались ближе, что теперь расстояние позволяло подслушать наш разговор. — Я пойду на всё, чтобы защитить своих близких, разве ты не поступишь так? — она заговорила чуть тише и осторожнее, потому что тоже заметила Майклсонов. Её сердце стучало с бешеной скоростью, наполненные страхом и шоком карие глаза, что на секунду на задворках моей памяти всплыл образ Катерины в 1864 году, тогда в церкви… — Я воспользуюсь любыми способами, чтобы спасти и защитить их всех. Ты лишь защищаешь их, но не спасаешь. Ты слишком наивна и глупа, что не замечаешь, как вертишь двумя мужчинами, что влюблены в копию Кэтрин. Ты ничем не отличаешься от неё, вот только она сбежала от них, дабы не причинять боль, а ты даёшь им обоим надежду, — говоря все эти слова, я смотрела ей прямо в глаза, плавно ослабевая руку и отпуская её. -Ты даёшь лживую <i>надежду Колу</i>, — давясь слезами, выдавила Елена. –Ты ничем не лучше нас всех. — Ох, детка, поверь мне, взаимные чувства это не лживая надежда, а отношения. Тебе всего лишь восемнадцать лет, а мне больше тысячи. Я повидала слишком много боли, чтобы давать кому-либо лживые надежды, — с этими словами я отпустила руки окончательно, давая ей возможность уйти к своим ручным вампирам и псам. –Давай же, беги к своим ручным вампирам, пока я не передумала!       Пару секунд она стояла, моргая глаза и хлопая своими ресничками, а потом, слабо дёрнув уголки губ в улыбке, быстрым шагом ушла, оставив меня одну за поворотом. Я была удивлена некоторым словам Елены, но старалась не показывать своего волнения и беспокойства. На глаза почему-то навернулись непрошенные слёзы, которые я поспешила убрать.       Выдохнув, я наконец собралась и поспешила присоединиться к остальным первородным, что старались быть терпеливыми и ждать меня. — Будем действовать завтра, сейчас же проведём остаток вечера как одна большая семья, — сдерживая раздражение и гнев, произнёс Клаус и не дожидаясь чьего-либо ответа, подхватил под руку Леру и уволок в танцевальный зал. — Ящик виски, Крис, — радостно пропела Ребекка, не успев возразить Крису, он её точно так же подхватил и утащил туда же. — Я надеюсь, что ты не сделаешь то же самое? — с надеждой я посмотрела на Кола, потому что этот бал у меня в печёнках. Раньше, безусловно, я любила балы и всякие светские приёмы, но почему-то за один вечер моё мнение изменилось. — Я сделаю кое-что другое, — он ухмыльнулся и уже через секунду его губы накрывают мои, заставляя раствориться в поцелуе, забыть все проблемы и беспокойства. Его руки властно легли на мою талию. — Кхм, я, пожалуй, оставлю вас наедине, — тактично кашлянув и извинившись, Элайджа быстро исчез в толпе гостей, оставляя нас наедине.       Несколько секунд спустя, поцелуй начинает набирать обороты и повышается градус. Он целует всё более настойчиво и напористо, руки на талии начинают её сжимать, прижимая меня ближе к себе. — Мне кажется, что ты торопишь события, — прошептала я, отстраняясь от его губ. Он недовольно фыркнул, но руки с талии не убрал, а лишь чуть спустил их ниже, останавливая их на поясе. — В нашем возрасте можно и поторопить, — промурлыкал мне на ухо Кол, который слегка грубовато повернул меня спиной к себе, тем самым обнимая меня со спины. — Раньше даже целоваться нельзя было до свадьбы, а сейчас спят, — с неким упрёком обратилась к нам мама, которая будто возникла из ниоткуда рядом с нами. — Но забеременела ты до свадьбы, — начала парировать я, на что Кол выдал только смешок. Неподалёку стоящий Крис и Ребекка, сдержали улыбки. О, вернулись уже из танцевального зала? — Мне нужно поговорить с тобой, дочка, — произнесла она довольно-таки серьёзно, наблюдая за моей реакцией. — Наедине, — добавила она, немного опосля. Нет, мамочка, теперь мы играем по общим правилам. — Я думаю, что с Эстер у тебя гораздо больше общего, чем с родными детьми, — мой взгляд и голос мгновенно похолодели, а пальцы на руках Колах слегка сжали его руки. Я держала свои руки на его, которые были по-прежнему на моей уже талии, мягко обнимая меня. — Поэтому поговори лучше с ней, думаю Кристиан поступит так же, — мама буквально прожигала меня испытывающим взглядом, еле скрывая неприязнь и раздражение. Что, неприязнь? К собственной дочери? — Твой брат гораздо умнее тебя, потому он не откажет матери в разговоре. — Может, я вообще не твоя дочь, а ты не моя мать? — эти слова сорвались с языка очень неожиданно для нас всех, особенно для меня. Червячок сомнений грыз меня постоянно и твердил, что здесь что-то не так.       Как-то странно поджав губы и сглотнув, она опустила взгляд и размеренным шагом начала удаляться. — Я наверное поеду домой, слишком много событий за один вечер, — я быстро поцеловала его в губы на прощание, а потом быстрым шагом удалилась из особняка. Этот вечер слишком богат на разные события, начиная от чувств и заканчивая убийством.