Los/Ver

      Когда Билл вернулся со стаканом с палочками, на которых были написаны цифры, неудачники все так же сидели за столом. Было решено поставить номера в центр и вытаскивать их только после того, как король назовет приказ. Король менялся по часовой стрелке, начиная с Кэтрин, так как она предложила эту игру. На просьбу Стэна вернуться на свое место, Ричи лишь крепче к себе прижал Каспбрака, говоря тем самым, что он и так уже на своем месте. Эдди же ничего не оставалось, как согласиться остаться у Балабола на коленях, чему он был рад, поэтому Тозиер становился королем сразу после астматика. Урис закатил глаза — блять, они тут вообще-то не одни. Билли на это лишь усмехнулся, мол, хорошо же, когда они не ругаются.       — Готовы? — Кэтрин неуверенно начала со своего места.       — Начинай. — Бен сидел рядом и поддержал новую знакомую.       — Тогда, — девушка немного задумалась, — номер «5», должен обнять самого милого, по его мнению, человека в компании и сказать ему пятнадцать причин, почему он так думает. — Стоило ей договорить, как неудачники резко вытащили палочки, оставляя одну. Ее же и забрала блондинка. — У меня «4».       — «8». — Марш развела руками. — Пронесло.       — А у меня первый номер. — Билл показал низ палочки.       — У меня «3». — Стэнли радовала перспектива не вставать. — У кого «5»? — Спросил Урис, но по довольной улыбочке обладателя очков понял все без слов. — Ну, ебана в рот! Это даже не смешно!       — Я не могу тебя поиметь в рот. Мне Эдс потом имелку оторвет. — Ричи потерся щекой о плечо Каспбрака. — Мне выпала пятерка. И я уже обнимаю самого милого парня на планете.       — Эдди. Ричи, покажи. — Ипохондрик собственноручно проверил выпавшую цифру. — Ребята, простите.       — Не за что извиняться. — Майк тепло улыбался. — Мы и так все знаем, но чтобы прямо за раз все причины услышать, почему ты милый, мы еще не слышали.       — У него их не пятнадцать, а миллиард. — Балабол решал, что ему сказать, чтобы ни Стэнли, ни Эдди его не убили. — Я считаю Эдди Каспбрака самым милым потому что: у него веснушки; он забавно морщится, когда смеется; его смех, ему идут шорты; он ласковый, но с характером; он сидит на мне; ревнивый гремлин-собственник; я его люблю; он мило тараторит, когда нервничает; у него очень грязный ротик; сопит, как котик; прелестный, когда лечит нас; самый красивенький медвежонок; булочка с грехом; боится щекотки. — Когда Рич закончил, Эдди залился густым румянцем, Бен, Билл и Беверли умилялись, Майк смеялся над Стэнли, который матерился, как заправский сапожник, а Кэтрин была довольна результатом. Никто ничего ей плохого не сказал на такой приказ. — А еще я трахнул твою мамку.       — Это уже шестнадцатая, дурень. — Каспбраку было неловко. После заявления болтуна в хлеву, парень не знал, как себя вести теперь, чтобы не навлечь беду, а тут Рич сам пересадил его на свои колени, ел с его рук и целовал ладони, словно ничего не произошло. Так теперь еще это задание. Астматик еле сдержался от того, чтобы не сделать несколько вдохов лекарства — настолько он был смущен и обескуражен. Но чувствуя то, как заходилось сердце его персонального неудачника, когда он при всех говорил, почему ему он кажется милым, то астматику ничего не оставалось, как отложить свою идею на потом и скрытно ото всех под столом поглаживать сцепленные на его животе руки Ричи. Какой же он все-таки дурак. Нужно всерьез завязывать с истериками, направленными на это четырехглазое недоразумение, пока не стало слишком поздно. — Давайте дальше.       — Король говорит, — Хэнском сделал глоток пива, — номеру «1» сочинить четверостишье номеру «7», используя только глаголы. — Бен смог вытащить номерок первым и сразу облегченно выдохнул. — Двойка.       — Я восьмой. — Билли стукнулся своей бутылкой с Ричи и с Эдди, которым выпало «3»и «5».       — Четверка. — Майк на радостях даже обнял Стэнли, но мальчик-еврей не выглядел счастливым. — Друг, ты попался?       — Ну, кому я стихи должен читать? — Парень добил свою четверть бутылки и поставил на землю, собираясь с мыслями. Стэн хорошо рисовал, играл на клавишах и даже пел, но стихи были явно не его фишкой.       — Стэнли, покори сердце леди. — Беверли смеялась в голос над другом, махая деревянной палочкой с семеркой на конце.       — Готовься и запоминай, ибо я такое отказываюсь повторять. — Кучерявый неудачник прочистил горло и поднялся со своего места, направляясь к подруге, начиная сочинять: « Взрослеть, курить, шипперить. Шутить, дразнить, советовать. Плясать, летать, накатить. Улыбаться, обнимать, поддерживать».       — Весьма недурно. — Бен даже похлопал Стэнли, когда тот вернулся на свое место, словно в воду опущенный.       — Когда мы там сосаться начнем? — Урис опустил голову на стол, прячась от гаденьких ухмылок друзей. — Или беспорядочные половые связи? Может, у кого яд есть? Или наркотики? — Когда Стэн читал Марш стих, подросток не выглядел озадаченным или так, словно он испытывал трудности, но каждое слово для парня далось с большим усилием, поэтому он сейчас чувствовал себя разбитым. — У меня есть же еще пиво?       — Держи. — Кэтрин поставила рядом с неудачником бутылку с его именем — идея Бена подписывать алкоголь. — Ты круто справился. Кстати, а кто-нибудь когда-нибудь пробовал наркотики? — Блондинка решила прощупать почву. Хоть она уже не так много употребляла, но иногда баловалась травкой.       — Я. — Ричи поднял руку. Глупо было скрывать от половины друзей то, что он почти стал отъявленным травокуром. — Травка.       — Серьезно? — Майк нахмурился. — Ричи, я не осуждаю, но беспокоюсь.       — Расслабься, шоколадный заяц. — Тозиер подмигнул другу. — Я уже два года не курил. Можно было бы побаловаться, но не более. Ай! — Ричи недовольно посмотрел на руку Каспбрака, которая больно щипала его за ногу. — Малыш, я не мазохист, поэтому не надо меня так тискать.       — Я т-т-тоже проб-б-бовал. — Билли стыдливо опустил глаза, стараясь не смотреть на присутствующих, а особенно на Стэнли, который подавился пивом и теперь боролся за жизнь, тяжело кашляя. — В пр-пр-про… Блять! Прошлом году, на турслете.       — И как оно было? — Бен заботливо и осторожно постукивал Уриса по спине.       — Сложно сказать. Сначала я боялся даже моргнуть — голова сильно кружилась. Потом я словил панику, а потом я просто лежал овощем. — Денбро поежился. — Короче, мне не понравилось, но когда трава выветрилась немного, было даже слегка прикольно, но я отказываюсь такое повторять.       — А у тебя это как было? — Поэту было интересно услышать о том, какой эффект был у Ричи.       — Бенни, ты о чем? О том, как я потерял девственность или о том, кайфанул ли я? — Тозиеру пришлось перестать обнимать Эдди и поймать его руки, не давая ему наставить себе еще больше синяков.       — Бип-бип, Ричи. — Беверли выудила из пачки сигарету, подкуривая.       — Торможу, милая, торможу. — Балабол послал подруге поцелуй. — Кайфовал. Сначала сильно перебирал, потом нашел золотую середину и, как итог, еле слез с дури. Не думаю, что хотел бы так же курить, но иногда я бы хотел баловаться подобным.       — Мало того, что отстойники, так еще и нарики. — Стэнли наконец откашлялся. — Хороша компашка, ничего не скажешь. А ты, Кэтрин, пробовала? — Неудачник и так знал ответ, но решил проверить, соврет ли она или скажет правду.       — Ага. И не раз. — Блондинка решила быть честной. — У меня так же, как у Ричи. Курила много и жестко. Теперь нет. Иногда могу побаловаться, если дурь хорошая. — Бен говорил, что неудачники любят честность, так вот она, самая настоящая честность, посмотрим, как они ее примут.       — И как ты понимаешь, какая дурь хорошая, а какая плохая? — Беверли подкупила откровенность девочки.       — Там есть несколько факторов. — Кэтрин с опаской посматривала на подростков, наблюдая за реакцией, но те не выражали никакой враждебности, а лишь любопытство. Только Майк был хмурым, но не осуждающим. — Если хотите, могу принести траву на тусовку, как-нибудь.       — Не буду скрывать, мне любопытно, но я не знаю. — Хэнском улыбнулся Кэтрин, чтобы она не подумала, что она теперь нежеланный гость. — Думаю, как-нибудь мы бы хотели попробовать это с тобой. Да, Беверли? — Парень посмотрел на свою девушку.       — Я только за. — Беверли кивнула и стала перемешивать палочки с номерами.       — Давайте уже дальше. — Эдди не нравились эти разговоры. Черта с два он позволит Ричи курить. — Майк, правь.       — Точно. — Баскетболист стукнул себя по лбу. — Король говорит номерам «3» и «6» съесть одну колбаску не используя рук.       — Хо-хо-хо, Майк, договаривались же без разврата до самогона. — Беверли засмеялась, вытаскивая палочку. — Оба-на! Я тройку вытащила.       — А я «6». — Кэтрин показала неудачникам свой номер.       — Воу, лесбийский разврат. — Ричи заржал в голос. — Марш, наконец, и на нашей улице праздник!       — Вот черт! — Бен раздосадовано сделал пару больших глотков пива.       — И как же мы это сделаем? — Блондинка задумалась. — Мы же можем ее взять руками, перед тем, как начать есть?       — Конечно. — Баскетболист кивнул.       — Хорошо. — Беверли наколола колбаску на вилку и, поднеся ее к своим губам, взяла кончик в рот, возвращая вилку на место, притянула к себе медленно соображающую девочку, сцепляя руки на ее пояснице.       — Ох… Так значит? — Блондинка на мгновение смутилась. Бев уж слишком хищно и провокационно смотрела на нее. — Хорошо. — Девочка так же обняла новую подругу, пристраиваясь к другому кончику закуски.       Девочки не торопясь откусывали по небольшому кусочку, постепенно приближаясь друг к другу. С каждым новым укусом, расстояние становилось все меньше, а румянец белокурой девчонки больше. У Беверли же есть парень, так почему эта неудачница так прижимается бедрами к ней? Почему ее руки поглаживают ее поясницу, то и дело опускаясь на ягодицы, слегка сжимая их. И этот вызов в голубых глазах. Когда-то Ричи рассказывал ей, что дружит с одной рыжей девчонкой и она — та еще катастрофа. Видимо, тогда Балабол говорил о ней. А колбаса стремительно кончалась, поэтому Марш переместила одну руку Кэтрин на затылок, удерживая блондинку полностью. Без пяти минут неудачница только сейчас поняла, что большую часть закуски съела Беви, а она, пораженная напором новой подруги, не могла даже пошевелиться. Вишенкой на торте стал последний укус. Марш словно специально дразнила девочку, которая упустила момент, когда рыжая гладила ее везде, где хотела. Эта кучерявая развратница почти запустила несчастной пальцы под юбку, но вовремя остановила себя. Не хватало того, что ее порыв подпортит отношения с Беном, поэтому решив больше никого не мучить, Бев завершила укус, мягко касаясь своими губами, губ Кэтрин.       — Дорогая, это было горячо. — Ричи пришлось отсадить Эдди, так как ему после такого представления захотелось покурить. — Ты даже более голубая, чем я, ты знаешь? — Балабол первым нарушил молчание в их компании, а Бен откровенно напивался.       — Прости, что не смогла помочь. — Блондинка тоже решила закурить, проигнорировав слегка удивленные взгляды некоторых неудачников. Ее чуть не поимела женщина, горячая, но женщина, поэтому сейчас ей было просто жизненно необходимо выкурить хотя бы одну сигарету.       — Ничего. Я люблю брать инициативу. — Марш мягко улыбнулась. Похоже, ее все-таки занесло. Билл вообще на помидор стал похож от такого представления.       — Бев, добро пожаловать в клуб тех, играет за обе лиги. — Стэнли дал пять подруге. — Теперь я тебе верю.       — Беверли, Кэтрин, вы хорошо справились. — Эдди не стал ничего говорить на то, что его посадили на холодный стул. Все равно, как Рич докурит, его вернут обратно. — Я следующий. Король говорит номерам «8» и «7» снять друг с друга по одному элементу одежды, не используя рук.       — Начался разврат. — Билли взвыл, представляя, во что может вылиться эта игра, допивая и беря новое пиво. — Единица.       — У меня «6». — Кэтрин блаженно курила, прикрыв глаза.       — Снова «3». Беверли развела руками.       — Я вытащил восьмерку. — Бен судорожно думал, что с него можно снять. Хорошо, что поверх футболки он надел рубашку.       — У меня пятерка. — Ричи потушил окурок и уже хотел было вернуть своего медвежонка на колени, но тот поднялся и стремительно направился к Бену. — Малыш?       — Я король, который попался. — Каспбрак кинул на стол деревяшку с цифрой «7». — Вставай Бен. И мне очень жаль, но снимать с меня одежду будет сложно.       — Справлюсь как-нибудь. — Хэнском пожал плечами, оценивая комбинезон и свитшот. — Король, задание засчитается, если я отстегну подтяжки?       — А? — Эдди встал с другом так, чтобы их все видели. — Да.       — Хорошо. Давай ты первый. — Поэт кивнул на свою рубашку, которая даже застегнута не была. — Тут проблем не должно возникнуть.       — Скука. — Стэнли засвистел. Если бы ему выпала честь раздевать Бэна, то он с него бы стащил ремень.       — Тебя не спрашивали, Стэн. — Астматик показал другу средний палец и, зайдя Хэнскому за спину, прикусил ворот рубашки и без особого труда стащил ее с поэта.       — Учти, Бен, тебе придется отстегнуть их полностью, только тогда народ зачтет исполнение приказа. — Майк засмеялся. Надо же, его друзья творят откровенный содом, а ему не противно, а даже интересно.       — Знаю. — Некогда полный неудачник ловко расправился с кнопками на спине, прикусывая джинсу и оттягивая ее на себя, но проблему вызывали передние крепления на груди.       Железные застежки были новым и даже пальцами сложно отстегивались. Нужно было сначала потянуть металлическую конструкцию вниз до щелчка, и только потом лямку можно было откинуть в сторону. Вроде бы ничего сложного, но механизм, не дающий лямке отстегнуться просто так, был жестким. Бен для проверки подергал зубами за суженный кончик, разочарованно выдыхая — ему было легче вырвать железную пуговицу, чем справиться с этой доисторической застежкой. Так еще и стоя это делать было неудобно. Поэт почесал затылок и вернул Эдди на его стул, а сам выгнал Майка и занял его место, склоняясь к груди астматика. Из-за того, что исполнители приказа вернулись за стол, некоторым неудачникам не было видно происходящего, поэтому они поспешили столпиться вокруг короля и жителя. Каково же было облегчение, когда Бен понял, что шляпка пуговицы откручивалась. Сам Каспбрак намекнул другу на это, слегка крутанув железную верхушку. Не сдержав смешка, Хэнском вобрал металлический «сосок» в рот и языком принялся водить по пуговке, постепенно раскручивая ее. Стоило немного провернуть, и железная конструкция за минуту уже была у поэта на языке, заставляя красную лямку упасть на землю. Со второй лямкой он справился еще быстрее.       — Прости. — Бен положил на стол разобранные пуговицы на стол. — Их же можно обратно собрать?       — Ага. Но я поражен. Мне нужно пересмотреть свое мнение о тебе. — Эдди стал сразу прикручивать пуговицы обратно. — Если я правильно почувствовал, ты их открутил языком.       — Это же как ты почувствовать такое мог? — Ричи наигранно недовольно щурился еще во время исполнения приказа, а тут даже губы надул.       — Я тебе дома покажу. — Ипохондрик щелкнул своего парня по носу. — А я догадывался, что ты относишься к разряду тех, кто во рту не только узелок из веточки сделать может, но и бантики там всякие. — Эдди дернул бровями, смущая поэта.       — Эдди! Прекращай. Просто так вышло! — Хэнском закрыл покрасневшее лицо руками, под хихиканье Беверли — она прекрасно знала, какие бантики он умеет вязать. — Дорогая, ты тоже прекрати!       — Ни. За. Что. — Марш даже пожалела, что сидит не рядом с Беном. Мальчишка легко смущался, а Бев это только забавляло.       — Я следующий. — Рич еще немного побуравил взглядом Каспбрака, но потом сдался, так как тот попросту был занят лямками. — Пусть номера «2» и «5» признаются в том, что они скрывали по отношению друг к другу. — Теперь Балабол вытащил последним номер. — Пронесло. У меня «3».       — А вот меня удача обошла стороной. — Майк показал неудачникам свою цифру. — Пятерка.       — Живу. У меня «8». — Стэнли отвлекся от выпивки и стал есть, готовясь к самогону, так как пиво почти закончилось.       — А я убит. — Билли показал цифру «2». — Обещай, что не убьешь?       — А есть за что? — Баскетболист приподнял бровь, но получив утвердительный кивок от лидера, согласился. — Не убью.       — Тогда, — Денбро замялся, подбирая слова, — я пролил колу на твой коллекционный комикс, что ты случайно нашел на свалке.       — Так это был ты? — Ричи подскочил со своего места, возмущаясь вместо Хэнлона. — Мне Майк тогда лицо разбил, решив, что это я вылил колу на его комикс!       — Я тогда испугался, что вы меня вдвоем побьете, поэтому я и смолчал. — Билли виновато опустил глаза. — Простите.       — Знаешь, тебе повезло, что тогда ты не сознался. И, чтобы быть квитами, — Майк боролся с тоской по комиксу, которая все также была сильна, и стыдом, — помнишь, когда в твой рюкзак кто-то наблевал? Так вот, это был я. Мы тогда ехали на экскурсию, и меня укачало. Вот я и блеванул в первое, что попалось. Прости, Билл. И прости меня, Ричи.       — Почему опять Ричи? — Кэтрин непонимающе смотрела на подростков, которые с трудом сдерживали смех.       — Потому что Билл решил, что это я наблевал ему в рюкзак и разбил мне рожу. — Тозиер обессиленно плюхнулся на свой стул. — Я вас ненавижу, пацаны. Ни за что избитым оказался, так потом они все меня считали криворуким блеваном. Пизда, с кем я дружу…       — Ну, правда же открылась. — Бен тогда был самым лояльным и не напоминал другу о «его» косяках и сейчас решил первым его поддержать. — Тем более, с каждым из нас могло такое случиться.       — Но «случилось» именно с Балаболом! — Стэнли ржал до слез. Ему было жалко друга, но, черт, сейчас это слишком сильно его смешило.       — Ха-ха, очень смешно! Ненавижу вас, ясно. — Ричи показал каждому средний палец. Даже Эдди досталось, потому что тот хихикал, закрывая рот руками. Мило, но он тоже тогда поверил пострадавшим, поэтому шутник его тоже теперь не любит. — Тварье. — Парень надулся сильнее и закурил, демонстративно отворачиваясь.       — А мы тебя любим. — Беверли стерла выступившие слезы. — Дорогой, мы тебя любили бы, даже если бы ты всем нам наблевал в сумки.       — Ну-ну. Не дуйся. — Каспбрак вернулся к Ричи на колени, забив на сигарету. — Я же смогу потом как-нибудь загладить свою вину? — Астматик запустил пальцы в прорезь на джинсах, тем самым вынуждая плохо видящего неудачника дернуться. — Давай дальше играть, а я потом извинюсь за всех с особым усердием.       — Пиздец… Если я когда-нибудь снова вскроюсь, то вините в этом этих двоих. — Стэнли сполз под стол, закрывая глаза рукой. — Заебали! — Крикнул парень, у которого виднелась только кучерявая макушка. — Беверли, давай правь уже и прикажи этим придуркам прекратить!       — Ты просто завидуешь. — Эдди все так же наглаживал Тозиера. Ну, зато тот прекратил дуться. Правда, теперь его мысли были далеко не тут.       — Может быть. — Стэн сел нормально. — Может, я тоже так хочу.       — Воу, бип-бип, Стэнли. — Беверли усмехнулась. — Не доводи Ричи еще больше. Так, король говорит номерам «1» и «4» повторить Болливуд и целую песню устраивать танцы и сценки. Я в пролете. У меня «7».       — О, помню, мы на школьном фестивале делали такое. — Билл показал свою тройку и пошел к телефонам, беря и подключая свой к колонке, ища нужную песню.       — Серьезно? — Кэтрин пыталась представить неудачников танцующих подобное. — И как? У меня двойка.       — С учетом того, что мы были из разных классов, приза мы не получили, но народу понравилось. — Майк облегченно выдохнул, достав «8». Тогда он брейк танцевал, стилизуя его под этнику, а сейчас его колено ему попросту не позволило бы повторить подобное. — Еще пару раз потом выступали с этим номером на праздниках.       — У меня «5». — Бен утянул со стола крылышко. — Раз Эдди снова смеется, значит у нас неудачниками стали Стэнли и Ричи.       — Похоже, сегодня не мой день. — Урису ничего не оставалось, как встать и подтянуть свои брюки. — Я буду раджой.       — Без проблем. — Тозиер подождал, пока астматик слезет с него. — Что мы там делали?       — А хер помнит. — Стэнли стал разминаться, наклоняясь в стороны. — Мой отец тогда меня чуть не убил. Думал, я веру сменить собираюсь.       — Значит, будем импровизировать. — Шутник подсказал Денбро название и присоединился к разминке.       — И не халтурьте. — Беверли развернулась на своем стуле, чтобы ничего не пропустить.       — Все для тебя, рыжая ведьма. — Стэнли усмехнулся и приготовился.       — Леди и джентльмены, узрите же непростые отношения раджи и простолюдинки, которую хотел владыка, а женщина его провоцировала, но не давала. — Билл взял вступительное слово, а после музыка заиграла, начиная представление.       Вот два парня начали двигаться почти синхронно, то уводя руки в одну сторону, то в другую, сложив пальцы и проворачивая кистями. То, шагая на зрителей, отставляя бедра, то часто семеня, отступали. С учетом того, что шутник изображал женщину, ему пришлось двигаться больше, то трясь почти всем телом, то завлекая лишь взглядом и движением пальцев. А кучерявый парень велся, пристраиваясь сзади, пытаясь то ухватить, то ущипнуть «красавицу». Но и женщина не давалась радже, оббегая его, и уже сама оглаживала его, не забывая о танце. Движения выглядели слаженно, словно только вчера неудачники выступали с этим номером. Постепенно отдаваясь воспоминаниям, мальчишки сами не заметили, как стали в точности повторять свои партии. Ричи конечно пришлось сложнее — танцы Беверли он помнил и даже пару раз с ней репетировал, но собственные бедра не хотели сразу двигаться в нужном ключе, но и это он исправил. Подростки сами пританцовывали на месте, а Бен, Билл и Кэтрин хлопали в ладоши. Блондинка была в восторге от того, как эти двое мальчишек танцевали, приставая друг другу. Неудачники — люди, которые ничего не стоят, ничего не умеют, без мечты и, вообще — биомусор. А эти подростки были настолько развитыми, что язык не поворачивался назвать их лузерами. Песня же заканчивалась движениями, показывающего многорукого, в их случае четырехрукого Бога. Эти пацаны даже не договаривались, меняя движения под себя. И выглядело это чертовски круто. Поэтому, когда песня закончилась, а друзья остановились друг напротив друга, почти касаясь чуть ли не губами, Кэтрин подорвалась со своего места, громко крича и аплодируя.       — А у тебя еще есть порох в пороховницах. — Стэнли с вызовом смотрел на друга. Они все еще стояли в опасной близости, обмениваясь сбитым дыханием и взглядами, горящими азартом.       — Ты даже не представляешь, насколько много у меня пороха. — Тозиер был немного ниже, поэтому ему приходилось вскидывать подбородок. — А от моего огня ты сгоришь так быстро, что потушить не успеют.       — Это что? — Кэтрин все еще на эмоциях спросила у Майка.       — Тогда раджой был Бен, а Беверли была женщиной. И они в конце весьма нецеломудренно поцеловались. — Хэнлон понимал, что они ждут то ли приказа, то ли разрешения, но не пытались отойти друг от друга.       — И как же ты меня сожжешь? — Стэнли прекрасно отдавал себе отчет, что им надо остановиться, но этого делать не хотелось. — Боишься своего мужа?       — А ты свою жену? — Ричи, заведенный не на шутку, был готов в любой момент завершить выступление, но было одно «но». И это «но» сейчас мог психануть в любой момент, и тут уже Балабол будет виноват.       — Да соситесь вы уже! — Почти одновременно выкрикнули Билли и Эдди, а красноречивое «заебали» от Каспбрака сняло все ограничения.       Уловив ухмылку на тонких губах своего партнера, Ричи схватил Стэнли за идеально выглаженную рубашку, вынуждая немного наклониться к себе, и впился поцелуем в самый грязный рот среди всех неудачников. Никто из них не закрывал глаза, борясь не только в поцелуе. В их действии не было ни капли нежности. Это было похоже на драку. Каждый старался ухватить первенство, покусывая губы. Кто первый отстранится, тот проиграл, а проигрывать ни Тозиер, ни Урис не любили. Дыхание сбилось у всех присутствующих — сколько можно было целоваться, а? Но танцорам было плевать. Рич имел в подобных вопросах намного больше опыта, поэтому Стэн упустил момент, когда в его рту оказался язык Балабола, оккупируя и подчиняя парня. То, как болтун поглаживал его язык, как не позволял тому отстраниться, заставило ноги Уриса немного подкоситься. Кучерявый подросток ничего умнее не придумал, как сбить очки Ричи, надеясь тем сам его дезориентировать. Но как же он ошибся. Взгляд за стеклами был дерзок и самоуверен, а теперь к этому добавилась легкая пелена, делающая без того затуманенные глаза еще более блядскими. Тогда Стэнли проиграл окончательно и бесповоротно, сдаваясь и отстраняясь. Не нужно позволять этому выступлению заходить дальше, хотя еврей был бы самым большим лгуном, если бы сказал, что не хотел продолжения, но уже не на сцене, а за кулисами, где не будет всех этих взглядов, которые откровенно пожирали и одаривали разными чувствами. В этот вечер уже трое в этой компании знали то, каким Ричи Тозиер может быть.       — Это. Было. Пиздец. Как. Горячо. — Марш понимала, что этим двоим теперь не жить, но и не восхититься не могла. Черт, да это из-за нее так вышло, хотя не она сказала им целоваться.       — Я тут супернатурал, но даже я не могу этого не признать. — У Майка даже в горле пересохло, поэтому тот поспешил смочить его почти выветрившимся пивом.       — Ребята? — Бен обеспокоенно смотрел то на Билла, то на Эдди, то на Ричи, то на Стэна.       — М? — Тозиер, при помощи Бев, надел очки и вернулся за стол.       — Ох, Бен. — Эдди сразу же поспешил занять колени Балабола. — Расслабься. Я его не убью. Тем более я сам разрешил. Это всего лишь игра. — Каспбрак снял очки своего неудачника и стал их протирать платком из своего кармана. — Снова заляпал.       — А вы еще в бутылочку собирались играть. — Стэнли развел руками, опускаясь на свой стул. — Беверли, похоже, мы еще к такому не готовы. — Парня немного потрясывало, но он всячески старался это скрыть.       — Я следующий король. — Денбро не стал ничего отвечать Бену, хотя поигрывающие желваки на скулах говорили за него. — Пусть номер «4» и «8» споют «Мало половин».       — Это вообще кошмар. — Кэтрин засмеялась и вытащила палочку, но, увидев номер, грязно выругалась. — Вот же пиздец!       — Спасен. — Эдди показал всем единицу.       — А я нет. — Майк выстрелил себе в висок. — Я буду петь с тобой.       — Это будет что-то. — Бен сдержано засмеялся и сразу же пояснил белокурой девочке ситуацию. — У Майка совсем нет слуха.       — У меня тоже. — Девчонка тяжко вздохнула. — Простите, но вам придется это просто пережить.       Билл снова выступил тем, кто отвечает за музыкальное сопровождение. Открыв текст на телефоне Майка, подростки кивнули лидеру, чтобы тот включил плюс, и начали свое пение. Неудачники знали, что Майк реально не умеет петь и посчитали слова Кэтрин шуткой, но стоило ей запеть, как подростки поняли — она не шутила. «Легче, проще. Уже не кажется так бесконечно без тебя. Ночи, хочешь? Мне наплевать, чего теперь ты хочешь без меня», — девочка старалась, как могла, но все было тщетно. «В моей вселенной ты был господин — и никого вокруг, только ты один. Но оказалось, что ты не незаменим: я открываю мир других мужчин!», — фальшиво пропел Майк, подстраивая свой голос под женский вокал. Когда эти двое начали петь припев вместе, у старшеклассников чуть кровь из ушей не пошла. Певцов забавляла такая реакция, поэтому следующие части песни они пели с максимальным старанием, пританцовывая. В итоге, когда песня закончилась, исполняющие приказ заливисто хохотали, а остальные неудачники корчились в агонии.       — Это был кошмар. — Беверли нервно курила.       — Они же старались. — Бен был согласен со своей девушкой, но посчитал, что усилия друга и новой знакомой нужно отметить.       — Я видел у тебя в хлеву канат. Так вот, я на нем сейчас повешусь. — Стэнли обнимал себя руками. — Больше никаких песен.       — Это кошмар. — Билл плюхнулся на свой стул и жадно допил свое пиво.       — У меня расплавился мозг. — Эдди решил заесть стресс.       — Если бы я не знал, что это люди поют, я бы решил, что кто-то мучает крокодила. — Ричи тоже присоединился к трапезе.       — Да ну вас в жопу. — Майк все еще смеялся, когда садился на свое место, а Кэтрин каждому показала язык.       — Нам срочно нужно новое задание. — Ричи кивнул на Стэнли. — Давай, мой кучерявый друг, глаголь.       — Ок. Все для тебя. Король говорит номеру «6» стоя на коленях, в течение минуты пить алкоголь, стоящий между ног у номера «1». — Урис даже не задумывался. Этот приказ он выдумал в самом начале игры.       — Мне уже интересно. — Беверли вытащила «3», раздраженно фыркнув.       — Предлагаю потом сделать перерыв и просто поболтать. — Кэтрин положила на стол четверку.       — Можно. А то потом самогон пойдет. Пиво все почти допили. — Ричи досталась палочка с «5».       — Ребята, давайте только без под-д-д-д-колов. — Билл потянулся к заранее подготовленным стаканам и вытащил один. — У меня пива нет уже. Поделитесь? Я вытащил шестерку.       — Бери мое. — Эдди сам налил пиво в стакан и убрал пустую бутылку под стол. — Я вытащил «7».       — Черт, не томите. — Майк положил свою «4» на стол. — Бен? Стэнли?       — Король попался. — Урис наигранно расстроился и ножом укоротил соломинку для коктейлей, закидывая ее Биллу в стакан.       — У меня самые лучшие друзья. — Беверли, словно муха, потерла свои руки. — Обожаю их голубизну.       — Марш, ты — грешница. — Билл послал подруге недовольный взгляд, а после переключил внимание на Уриса. — Все для вас, Ваше Высочество.       Неудачники снова столпились вокруг исполнителей. Глубоко вдохнув, собираясь так морально, Денбро развел ноги Стэнли в разные стороны и, поставив стакан к самому паху, опустился перед кучерявым парнем на колени, обхватывая соломинку губами. Минута — слишком много времени для того, чтобы опустошить стакан даже через трубочку, поэтому пришлось импровизировать. И Билли знал, как можно было растянуть это время. Он сразу выбрал тактику смотреть в глаза этому наглому еврею. Его совершенно не смущали ни взгляды, ни похабные комментарии от кучерявых курильщиков. Он просто сделал небольшой глоток, располагая свои ладони на бедрах Уриса, а после выпустил соломинку изо рта, гоняя ее по кругу языком. Он слышал отсчет, поэтому иногда он останавливался и снова делал глоток, не сводя взгляда. Стэнли был доволен результатом. Он предполагал, что Билл будет краснеть, а тот наоборот всем своим видом показывал, что смущаться в этот раз он не собирается. Лидер все еще был раздражен выходкой Ричи и Стэна, хотя сам дал добро, но также он чувствовал азарт. Интересно, как бы этот наглый еврей себя повел, если бы он не пиво пил у него между ног, а делал кое-что другое. Задумавшись, заика не рассчитал глоток и почти все выпил, оставляя на дне совсем немного. Как назло еще чуть не подавился, поэтому несколько капель скользнули по подбородку, когда Денбро поднимал лицо на короля. Девочки даже обнялись от такого зрелища, запищав. Урис лишь ухмыльнулся и, собрав капли пальцами, поднес их к губам Билла. Лидер не стал сопротивляться и послушно прошелся по ним языком, слизывая пиво. Бен смотрел на этот разврат сквозь пальцы. Это точно перебор. Ему казалось, что эта пытка никогда не закончится, но таймер говорил обратное, запуская последние пару секунд, поэтому Билли хихикнул и допил оставшийся алкоголь.       — Ваше Величество, приказ выполнен? — Денбро поднялся, отряхивая свои джинсы.       — В полном объеме. — Стэнли довольно кивнул. — В следующий раз только, будь добр, проглоти все.       — Хватит! — Бен закрыл уши. — Снимите себе уже номер!       — Ну вот, довели пацана. Теперь его уже ничего не спасет. — Эдди рассмеялся, начав собирать пустые бутылки. Раз у них перерыв, нужно прибраться, пока они еще трезвые. Остальные неудачники, которые не хохотали над реакцией Бена, также принялись за уборку.