Быть героем

Глыбы убежища монстров продолжали осыпаться, со страшным грохотом разбиваясь о землю. Дышать было уже практически невозможно из-за пыли, что забила дыхательные пути, плотным слоем осела в лёгких. Очередной камень упал совсем рядом и раскололся на куски. Острое крошево полетело в лицо. Гароу инстинктивно зажмурился, защищая глаза. Руки дрожали от напряжения. Он упирался локтями, из последних сил сопротивляясь давлению неумолимой, всё нарастающей тяжести. Оглянуться он не мог — ноги придавило грудой обломков, и боль, в ходе бесчисленных сражений давно ставшая неизменной спутницей, накатила с новой силой. Она была всюду: в сломанных костях, открытых ранах, ноющих от ужасающей нагрузки мышцах — невозможно определить источник. Тело больше не слушалось, готовое вот-вот отказать. Его заваливало заживо, но страха почему-то не было. Похороненный под обломками, в одиночестве и кромешной тьме, в самом эпицентре творящегося вокруг хаоса, он, казалось, отключился от всего — даже гудение обвала и непрерывная дрожь земли не могли заглушить стук крови в ушах. Неужели всё закончится вот так?.. Гароу сплюнул в сторону, избавляясь от пыли и скопившейся во рту, сочащейся сквозь зубы желчи с привкусом металла. Не дождётесь. Умереть здесь? Хах. Слишком легко. Пусть даже весь мир желает его смерти — ни за что, никому он не доставит такого удовольствия. Он ещё жив. И будь он проклят, если не выберется отсюда и не запихнёт обмудкам в глотку их фальшивую мораль и лицемерную справедливость. К чёрту всё это. К чёрту! Он боролся, чтобы выжить, но и смерть не могла послужить оправданием для того, чтобы остановиться на полпути. Ничто не могло стать препятствием для его восхождения на вершину. Белый шум в голове становился всё настойчивей. Всё слилось воедино: гнёт тяжести, что придавила его к земле, невозможность вдохнуть и обжигающе-ледяная ярость. Он совсем перестал чувствовать своё тело. Зато всё вокруг вдруг стало таким пронзительно-ярким и раздробленным, как стёкла в калейдоскопе. Мир подёрнулся кровавой дымкой, но сквозь неё Гароу видел так ясно, как никогда. Он выберется. Выживет во что бы то ни стало. Пальцы цеплялись за острые выступы, царапали камни. Не важно как, не разбирая куда — он двигался вперёд, упрямо преодолевая сопротивление земли. Поплывшее сознание, надсадные хрипы в груди. Едкий вкус крови на языке, болезненный хруст сломанных костей. Всё это не имело никакого значения. Главное — не останавливаться. Он потерял счёт времени. Это длилось долго, практически бесконечно. Кромешный ад и пыль, засыпающая глаза; мучительная борьба за каждый вдох — всё это только подстёгивало ещё больше. Теперь он точно знал, какое зло призван свершить. Осознание этого придавало сил. В какой-то момент Гароу почувствовал, как невыносимая тяжесть ушла. Вокруг было по-прежнему темно, но это потому, что разрушенную местность заброшенного города освещал лишь слабый отблеск звёзд с ночного неба. Он выбрался… Гароу распрямился и шумно выдохнул, прочищая застрявший в горле ком. По израненным рукам прошла мышечная дрожь. Он опустил взгляд: все, сверху донизу, они были покрыты липким слоем крови и грязи, сквозь который невозможно было разглядеть кожу. На концах костистых, будто полностью лишённых мяса пальцев выступали когти чудовища. Что-то с ним происходило. Во всём теле ощущалась странная лёгкость, словно он наконец освободился от оков, что так долго его сдерживали. Отбросил всё лишнее, ненужное, оставил где-то там, глубоко внизу. Боли больше не было. Точнее, она была ничем по сравнению с чувством всепоглощающей, ни с чем не сравнимой эйфории. Сбоку что-то мелькнуло. Груда мелких камней захлестнула его подобием урагана — слишком медленным и слабым даже для того, чтобы дезориентировать. Серия молниеносных движений — и камни осыпались по сторонам, не причиняя вреда. Он отбил их все. Гароу медленно повернулся. Девушка-эспер в длинном платье стояла в десятке метров, направив на него обе руки, охваченные слабым свечением, и тяжело дыша. Холёную прежде кожу украшали крупные ссадины на лбу и щеке, а в больших зелёных глазах плескались страх и напряжённое ожидание. Где он мог видеть её лицо?.. В геройском журнале? Даже если так, она точно не S и даже не A-класс. Очередная мелкая сошка, непонятно, каким образом оказавшаяся на поле боя. И она решила, что сможет задеть его этим жалким подобием атаки? Детский сад. Он снова перевёл взгляд на свои руки. В бледном лунном свете на них бугрились чёрные, ороговевшие наросты. — Эй, крошка. — Девушка вздрогнула от звука его голоса и затравленно замерла, будто не уверенная, к кому он обращается. — Да, я с тобой говорю, завёрнутая в скатерть. Что ты видишь? — Гароу поднял глаза и вперил в неё тяжёлый, немигающий взгляд. — Скажи мне… Кто сейчас стоит перед тобой?

***

— Эхехе, а вы думали, всё будет так просто, герои? — Златоспермий гаденько ухмыльнулся. — Ну, и что собираетесь делать теперь? Тарео мелко задрожал, когда рука монстра легла ему на плечо. От страха мальчик не мог выдавить ни слова. Ещё бы. Ведь не далее как вчера он бы и подумать не мог, что, даже собравшись вместе, лучшие из лучших, элита героев — S-класс, не смогут ничего противопоставить одному-единственному монстру. Герои были в жалком состоянии. Тацумаки, отплёвываясь от крови, поднималась на ноги — очень медленно, опираясь на один из валунов, как если бы ноги совсем её не держали. Остальные выглядели ничуть не лучше. Чуть поодаль стояли тяжело пыхтящий, помятый Свинобог, безоружные Ребёнок-Император и Зомбимэн — последний, хоть уже успел частично восстановиться, по-прежнему представлял собой жуткое, кровавое зрелище. Герои сгрудились вокруг противника, не зная, что предпринять. Да, чуть раньше им удалось одолеть ещё двух монстров драконьего уровня, но этот, Златоспермий, был на совершенно ином уровне. Иная форма жизни, слияние триллионов клеток, он намного превосходил всех собравшихся в силе и явно упивался этим превосходством… Кроме того, теперь у него был заложник. Даже Атомный Самурай — прославленный герой, что мог расправиться с любым врагом меньше чем за секунду — теперь неловко мялся за спиной Милой Маски, без меча растеряв всю свою былую уверенность. Ещё дальше на голых камнях без движения лежали ученики Самурая и останки Геноса. Серебряный Клык, который предыдущей атакой пытался помочь мальчику, был с немыслимой скоростью впечатан в камни вместе с Ужасающим Торнадо, но, в отличие от неё, больше не вставал — видимо, возраст всё-таки взял своё. — Ну что, ещё попытки будут? Я так понимаю, нет. Тогда все, начиная с жирдяя, вставайте в линию — я буду убивать вас по одному, — продолжал глумиться монстр. — Хотя, убить вас так просто будет не весело. Наверно, стоит преподать вам урок вежливости, чтобы хоть перед смертью такие, как вы, наконец поняли — не стоило смотреть на меня свысока. — Ты… Решил, что ты можешь творить, что вздумается?! — практически прорычала Тацумаки. — Подожди, Торнадо, скоро очередь дойдёт и до тебя. — Златоспермий окинул захваченного мальчишку скептическим взглядом. — Х-мм… Вы настолько жалкие, что, полагаю, заложник мне больше не понадобится. И всё же, почему бы не перестраховаться? Я не такой самонадеянный глупец, как Фюрер и Бомж-Император. — Он почти добродушно похлопал Тарео по плечу. — Тебе повезло, пацан. Пока не буду тебя убивать. Вот, только… Ты же не собираешься сбежать, пока я тут повеселюсь с твоими друзьями-героями? Может, сломать тебе ноги — так, на всякий случай? Бфг… Конец фразы утонул в беспомощном, булькающем звуке. Никто толком не успел осознать, что произошло — монстр, только что с таким превосходством толкавший свою речь, внезапно разлетелся на куски. Из темноты навстречу героям шагнуло… нечто. Тёмный, сгорбленный силуэт, жилистый и угловатый, покрытый то ли грязью, то ли чешуёй с сочащейся из неё сукровицей. Существо лишь смутно напоминало человека — в хищной челюсти с острыми клыками, венчающих голову костянистых рогах и пылающем ненавистью взгляде почти не осталось ничего человеческого. Монстр небрежно тряхнул кистью, сбрасывая блестящее месиво — то, что осталось от Златоспермия. — Ваш всякий случай уже случился.

***

Он презирал их. Всех, до единого — так сильно, как только мог. Взгляды, полные ненависти, отвращения, страха. Боятся его. Не знают, чего ожидать. И правильно. Бойтесь-бойтесь, людишки, взявшие на себя роль героев. Сегодня эта игра для вас закончится. — Смотри внимательно, чёртов пацан. Я покажу тебе всю правду о героях. — Гароу оглядел собравшихся одного за другим. — С кого бы мне начать? —  Взгляд остановился, цепко определив свою цель. — Кто это у нас тут? Да это же мистер «Вы-все-говно», сам Милая Маска, — протянул он с усмешкой, наблюдая, как напрягся герой. — Поп-идол для маленьких девочек, воплощение геройского нарциссизма… Даже на поле боя в модном прикиде. На месте твоих товарищей мне бы было противно работать с таким, как ты. Думаю, никто не будет против, если я вынесу мусор вроде тебя первым. На лице красавчика вздулись вены, но ответить он не успел. Во мгновение ока Гароу очутился за спиной лидера A-класса. Маска резко развернулся, готовясь атаковать, и тут же напоролся на чужой кулак. Мощный удар в солнечное сплетение опрокинул идола навзничь, да так, что пол под ним разошёлся сетью глубоких трещин. Мгновенно утратив интерес к его существованию, Гароу был уже рядом с кучкой других отбросов. — Не смей! Они тебе не противники! — На его пути вырос Атомный Самурай, заслоняя спиной своих поверженных учеников. — Они даже встать не могут, неужели не видишь?!       Всего одного быстрого удара хватило, чтобы откинуть бесполезного Самурая на несколько метров от себя. Пока старикан с трудом приподнимался на локтях, Гароу шагнул к бесчувственному Иайану и поставил ногу прямо тому на лицо. — И что же ты сделаешь, мм, Самурай? — небрежно бросил он, глядя в глаза растерянному учителю этих слабаков. — Вот бы весь мир был добрым и правильным и подстраивался под тебя. По-твоему, я сейчас должен послушать тебя и оставить их в покое?.. Не могут встать, и что с того? Они ведь тоже герои, не так ли? — Гароу сделал паузу, давая возможность возразить, но ответа не последовало. — Ты ведь уже понял, кто я? Охотник на героев — так меня прозвали ваши перепуганные толстосумы из Ассоциации. И моя охота ещё не закончена. А ты, — он ткнул вперёд корявым, вытянутым пальцем, — тот, кто зовётся одним из сильнейших героев S-класса, Атомный Самурай — не можешь защитить своих учеников, потому что потерял своё оружие… Разве этой причины достаточно, чтобы ты сейчас стоял и ничего не делал? Только потому, что ты на стороне справедливости, — это слово бывший ученик Серебряного Клыка произнёс с особым отвращением, — это может быть прощено? У тебя вообще есть грёбаное право быть прощённым? Не смеши меня.       Атомный Самурай по-прежнему молчал, буравя его взглядом, полным ненависти и бессилия. — И это всё? Какое разочарование. Я-то гадал, что ты предпримешь — начнёшь умолять или пойдёшь против меня безоружным? Но, видно, на этих дурней тебе совсем наплевать. — Гароу слегка пнул неподвижное тело Иайана под ним и картинно покачал головой. — Ничего не поделаешь… Не повезло тебе с учителем, парень. В конце концов, даже прославленный герой S-класса оказался ни на что не годен. Он, Гароу, топчется на лице у его ученика, а тот просто смотрит на это и трясётся от страха. Очередное доказательство, что герои — жалкий мусор, не способный никого защитить. — Тебя это тоже касается, Свинобог. — Со скоростью, едва различимой человеческим глазом, Охотник на героев подскочил к толстяку и резко ударил того в живот. Не успев даже понять, что произошло, Свинобог с грохотом повалился на землю. Отвратительно. Это никчёмность S-класса уже начинала бесить. — Ты, жирнозадый, — гневно выплюнул Гароу, глядя на поверженного хряка сверху вниз, — под предлогом своего «героизма» только жрёшь и гадишь. Это даже ниже паразитов в моих глазах. Почему бы тебе не похудеть и не попробовать остановить меня?       Краем глаза Гароу заметил слабый блеск. Он повернул голову и усмехнулся, заметив ещё один бесполезный хлам. — Кибер-Демон, — самопровозглашённый монстр довольно осклабился и со всей дури ударил ногой бесполезную жестянку. И получил огромное удовольствие, наблюдая, как тело киборга - или то, что от него осталось - отлетает, подпрыгивая на камнях. — Ох, какой ты лёгкий. Было приятно с тобой познакомиться несколько дней назад. Тебе стоило убить меня, когда был шанс. Теперь ты просто кусок металлолома. Генос дёрнулся, пытаясь сфокусироваться на лице врага. — Чудовище… — слабым, полным бессильного гнева голосом прохрипел он. Сканеры киборга отлично видели в полутьме, но он всё равно не мог поверить в реальность происходящего. Тот, кто стоял сейчас перед ним, и правда напоминал настоящее чудовище. Не представься Охотник на героев сам — и в нём совершенно невозможно было бы узнать того нахального белобрысого парня, с которым они сражались недавно. Не осталось ни единой различимой черты лица. Кровь, волосы и остатки одежды смешались в отвратительную бурую корку, рождая нечто жуткое, нечеловеческое. Означало ли это, что его желание стать монстром… осуществилось? — Я — чудовище? — Гароу едва не расхохотался. — Посмотри на себя. Твоя черепушка блестит, как мяч. Да тобой можно в футбол играть! — С этими словами самопровозглашённый монстр занёс ногу, намереваясь воплотить угрозу. — Стой! Прекрати это! — раздалось откуда-то сзади. Гароу в недоумении обернулся. Ещё одна помеха? Ах, это всего лишь Зомбимэн. Одно молниеносное движение — и голову героя распополамило. Из открытой раны брызнула тёмная кровь. — Не смей говорить, что мне делать, Зомбимэн. Ты хочешь умереть первым? — почти спокойно произнёс он. Прямо на его глазах живой эксперимент начал регенерировать, сращивая ткани на лице. — Должно быть, тебе приятно работать, когда у тебя бесконечное количество жизней, — констатировал Гароу. — Тебе не нужно волноваться, как другим, ведь ты не ставишь свою жизнь на кон. Восстановив способность разговаривать, Зомбимэн нахмурился. — Гароу. — Назвал его по имени, надо же. Это даже интересно. — Какова твоя цель? Уничтожить Ассоциацию Героев, а потом? — Хочешь, чтобы я объяснил? Вряд ли это возможно — такому сборищу придурков, решивших поиграть в героев. — Гароу холодно смерил противника взглядом. — Всё просто: лицемерие в лице героев не должно существовать — на смену ему придёт абсолютное зло. — То есть, ты хочешь сказать, что мы — герои — лицемеры, играющие в игрушки? — В глазах Зомбимэна мелькнул гнев. — Зло есть зло. Что плохого в том, чтобы бороться со злом? В твоей мотивации нет ни капли смысла. В битве между героями и монстрами ты лишний. Зачем ты ввязался в это? Просто хочешь, чтобы тебя побили? — Я и не ожидал, что ты поймёшь… — Гароу вздохнул. Как бы им объяснить, этим тупицам — попроще? — Я стал монстром, а вы — герои. Такой причины тебе достаточно? Что-то пронеслось слева. Мгновенно среагировав на опасность, он взметнул руку. Здоровенный булыжник, направленный в него пси-волной, разлетелся на куски, так и не достигнув цели. Вот и она, сила Ужасающего Торнадо. Гароу много слышал об этой девке. Сильнейшая из эсперов, она славилась своим жёстким и бескомпромиссным нравом — такая не только уничтожала врагов направо и налево, но, поговаривали, в гневе могла прибить даже кого-то из своих. Она обладала несомненным талантом — больше, чем кто-либо другой, и способна была с лёгкостью в одиночку справляться с врагами драконьего уровня. Раньше это действительно представляло бы для него угрозу, но… Сейчас он отбил её убийственную атаку, даже не напрягаясь. — Ты, вроде, самая сильная здесь. Так и собираешься пуляться камушками? — хмыкнул он, глядя в лицо зеленоволосой лоли. — Не намного лучше, чем твоя сестра. — Что ты сделал с моей сестрой? — тут же взвилась Тацумаки. — Её труп лежит вон там, — Гароу махнул рукой куда-то себе за спину. В следующее мгновение на него обрушилась лавина из камней. Новая атака оказалась куда ожесточённее, чем предыдущая. Невероятно быстрые, ужасающие в своей мощи удары. Его не просто хотели убить — о, нет, его собирались уничтожить, перемолоть в ничто в бешено вращающейся мясорубке. Как мило, что его маленький блеф так на неё подействовал. Но он ведь уже сказал ей — не выйдет. Если она думает, что сможет справится с ним, просто швыряя камни, она глупа. Пусть никчёмные герои наблюдают, как он парирует чудовищной силы атаки эспера голыми руками. Снова и снова разбивает летящие в него глыбы, отклоняя каждую из них и даже не двигаясь с места. Кулак горного потока, дробящий камень… Кулак вихря, режущий железо… Кулак, разрывающий сердце… Истинный кулак тигриного клыка… Кулак следа пути танцующего огня… Кулак бездны чистилища… Кулак ледяной реки, крушащий озеро… Кулак пути горных цепей… Кулак ядовитого демона… Проходя через многочисленные битвы, сокрушая одно додзё за другим, он собрал все техники из возможных… Но ни одну из них сейчас не использовал. На основе полученного боевого опыта он изобрёл нечто совершенное — свою собственную технику. Он назовёт её… Хм… Кулак бедствия монстра — убийцы богов. Да. Вроде бы достаточно круто звучит. Ведь что-то такое ненадёжное, как бог, тоже будет повергнуто от его руки. — М-мастер… — тихо просипел Иайан, открывая запавшие глаза. — Иай! Ты очнулся! — Пользуясь тем, что всё внимание Охотника на героев сейчас было приковано к Тацумаки, Самурай бросился к ученику. — Пожалуйста… используйте… мой меч… — Нетрудно было понять, насколько тяжело парню даётся каждое слово. Поморщившись от напряжения, своей единственной рукой Иайан подвинул оружие к учителю. Рукоять катаны, казалось, сама легла в руки. Глаза Самурая мрачно сверкнули. — Не бойся, Иай. На этот раз я не промажу. — Костяшки пальцев проступили под кожей ещё отчётливее. — В любой защите есть изъяны… Я закончу всё одним ударом. Он направил остриё меча перед собой и кинулся прямо под град обломков. — Тацумаки, это бесполезно! Дай мне убить его! Атомный разрез!!! Он уже видел, как разрезает монстра напополам. Не могло быть иначе. Весь его гнев, вся ненависть за поруганную честь были вложены в один единственный удар… Гароу легко, почти лениво парировал атаку заточенного клинка. Ширх. Изо рта Самурая фонтаном хлестнула кровь. — У Кулака бедствия монстра — убийцы богов… — Гароу откинул в сторону сломанное лезвие катаны, — …нет слабых мест. Страшно выпучив глаза, Самурай рухнул на колени. Из его горла вырвался громкий булькающий звук, а руки судорожно вцепились в хаори — по ткани быстро расползалось красное пятно. Всё вокруг словно замерло. Поражённые герои уставились на мужчину, который плавно, как в замедленной съёмке, повалился на бок и замер без движения. Быстрее всех пришла в себя Торнадо. Гароу с удивлением обнаружил, что не может двинуться. Он опустил взгляд. Всё его тело окутало плотное зеленоватое свечение. Понятно. Наконец осознав, что прежние атаки бесполезны, решила сменить тактику и воздействовать на него напрямую. И, надо сказать, ощущения были не из приятных. Его будто зажало в плотных тисках, которые с каждой секундой сжимались всё сильнее. — Я раздавлю тебя! — зашипела она, сильнее сжимая пальцы вытянутых рук. - Мерзкий урод, ты пожалеешь, что не сдох под обвалом! Одно из его многострадальных рёбер жалобно хрустнуло. — Скорее, это наш шанс! Пока его держит Тацумаки, мы должны атаковать все вместе! — закричал Ребёнок-Император. — Другой возможности может не быть! — Верно, — раздался зловещий голос Милой Маски. Краем глаза Гароу заметил, как тот приближается к нему с другой стороны. — Он размазал Златоспермия за секунду. В наших же интересах покончить с ним побыстрее. Маска остановился совсем рядом — достаточно близко, чтобы Гароу смог рассмотреть вздувшиеся вены на его шее. — Ты решил противостоять нам как монстр, но, в конечном итоге, ты просто кусок дерьма. Умри. Первый удар пришёлся коленом в бок, прямиком туда, где находилась селезёнка. Живот пронзила резкая боль — Гароу даже показалось, что внутри что-то разорвалось. И это было только начало. Каждый удар, прицельный и безжалостный, продолжал калечить и без того израненную плоть. Маска бил ногами, сильно, размашисто и планомерно, а Торнадо продолжала увеличивать давление, удерживая его на месте и угрожая вот-вот расплющить. И очередной удар — подошвой прямо в лицо. Это Ребёнок-Император решил присоединиться к «бою», а, если точнее — избиению. Гароу рванулся так резко, что жилы на шее натянулись, а в глазах потемнело. Кровь ударила в голову, пока он буквально физически разрывал самоё себя, но он всё же смог преодолеть сопротивление психических сил — зелёное свечение спало. Мальчишку он атаковал первым — кувыркаясь в воздухе, Император отлетел на добрый десяток метров. Милая Маска отшатнулся и вскрикнул, хватаясь за лицо и в ужасе сплёвывая собственный зуб. — Чёрт… Тацумаки, беги! — закричал Зомбимэн и кинулся ему наперерез. Гароу походя, почти не глядя вцепился тому в горло и дёрнул на себя. Когда герой падал, его остекленевшие глаза совершенно точно были такого же цвета, что и влажная ладонь монстра — в ней осталась часть его гортани. Гароу остановился перед Ужасающей Торнадо, без сил сидящей на земле. — Если бы… Если бы я не была ослаблена, я бы вынесла тебя за пять секунд, — прохрипела Тацумаки. Из носа девушки брызнули две струйки крови, и она грохнулась в обморок. — Пф… Отъехала без моего разрешения, — констатировал Гароу. Он обвёл взглядом поле боя, если его вообще можно было так назвать. Никто из присутствующих здесь героев не был способен встать. — Ну надо же, геройская миссия по спасению мира провалилась. Это оказалось куда легче, чем он думал. Пришла пора нанести визит в штаб Ассоциации Героев. Гароу уже предвкушал, как ему там обрадуются. Внезапно сзади раздался грохот. Кусок скалы отъехал в сторону и шумно разбился на части. — Ну наконец-то я выбрался! — из-под обломков, отряхиваясь, появился Световой Флэш. — Что тут происходит? Все побеждены? Это ты сделал? — А что, если я? Ты слишком поздно, вечеринка уже закончилась, — протянул Гароу, глядя на вновь прибывшего героя сверху вниз. — Пф… Главный герой всегда приходит последним, чтобы оказать впечатление. Прости уж, что заставил ждать. Сейчас ты будешь повержен мной — Световым Флэшем! Зомбимэн повёл глазами, оценивая обстановку. Остальные герои валялись в отключке. Он тоже едва мог двигаться и до сих пор истекал кровью из разорванной шеи. В такой ситуации только и оставалось, что бессильно наблюдать, да и то — немногое можно было разобрать на скорости, с которой происходило сражение. Только видя всполохи схватки этих двоих, становилось ясно: до того Гароу лишь забавлялся с ними. Флэш — единственный, кто смог дать Охотнику на героев хоть сколько-нибудь достойный отпор. Возможно, потому, что он не был на поверхности вместе со всеми — они были вымотаны битвой с Орочи и его офицерами. Тем не менее… Световой Флэш, несомненно, был один из сильнейших в S-классе. У него было всё для победы: скорость, ловкость, бесчисленный боевой опыт и куча смертельных приёмов в запасе. Допускал ли Зомбимэн хоть на секунду, что Гароу одержит верх?.. Он в этом ни капли не сомневался. — Секретный приём: поступь текущей тени. — Всё зарябило и смазалось — Флэш двигался так быстро, что за ним оставались его остаточные изображения. Казалось, множество клонов окружили Охотника на героев, и определить, какой из них настоящий, было совершенно невозможно. Глазницы Гароу сверкнули на тёмном, обезображенном лице. Он без лишних разговоров размахнулся — кулак врезался в землю, дробя её на сотни мелких осколков. Флэш нелепо взмахнул руками, теряя равновесие. Иллюзия развеялась. — Темнюсик, сейчас! РЫЫЫВОК АНГЕЛААА! Не веря своим глазам, Зомбимэн увидел, как из укрытия выбегают Темноблеск и Гомо Зэк. Они синхронно кинулись на монстра с двух сторон. — Нет! Сто… — изо рта полилась кровавая жижа, заглушая окрик. Голосовые связки ещё не до конца восстановились, он не мог их предупредить… Когти Гароу прочертили широкую полосу… Так легко и изящно, и вместо с тем — смертоносно. Пара мгновений, и вот уже все трое лежали на земле. Ни шанса… Зомбимэн в отчаянии сжал челюсти. Скорость и комбинации Флэша, сила Темноблеска, ангельское комбо Гомо Зэка и даже превосходство числом… Ничто из этого не сработало бы на Гароу. Никто из них не мог ничего ему противопоставить. Против этой силы и мастерства нужен был действительно уникальный герой. — Ну наконец-то! Теперь мой черёд! — раздался откуда-то сбоку радостный голос. Что?.. Герой обернулся на звук.