When words succeed

Потеряв трансформацию прямо на глазах Кота Нуара, Маринетт была готова провалиться под землю. Да и сама земля, казалось, вот-вот должна разверзнуться у неё под ногами. А она была так осторожна… И одной ошибки оказалось достаточно, чтобы пустить все её старания Коту под хвост. Она была даже готова умолять Кота, чтобы он бежал и не раскрывал свою личность, но уже через мгновение и его трансформация спала и на месте героя теперь стоял Адриан. Маринетт потратила несколько лет, чтобы научиться вести себя спокойно рядом с Адрианом. Она даже натренировалась говорить с ним без заиканий, но всё это тоже улетело в трубу, когда она узнала, что Адриан — Кот Нуар. Ноги подкосились, и она обессиленно упала на асфальт и лишь смутно она запомнила, как Адриан обнял её, взял на руки и отнёс домой. Всю последующую неделю она даже не могла заставить себя взглянуть на него. Патрули превратились в чрезвычайно неловкое и неприятное времяпрепровождение. Разговор с ним казался вообще невыполнимой задачей. Как она могла говорить с ним? Два года она потратила, отвергая Кота, и он уже даже бросил все попытки добиться её. Он, конечно, периодически продолжал флиртовать с ней, но в более шутливой манере. И всякий раз, закатывая глаза на его очередную глупую шутку, в его взгляде Маринетт видела, как страдает его сердце. Непреднамеренно она разбила сердце парня, в которого влюблена. Казалось, она потеряла все шансы на любые отношения с ним. В конце той недели Тикки завела с Маринетт очень тяжёлый разговор. — Прекрати игнорировать Кота! — Рассерженно высказала ей квами. От удивления Маринетт едва не подпрыгнула. — Никого я не игнорирую, — ответила Маринетт, скрестив руки на груди. — Ты не разговаривала с ним всю неделю. А он же так страдает. Рано или поздно, тебе придётся смириться с этим. Да, ты знаешь, что Кот — Адриан, какая неожиданность! Изменить прошлое тебе не под силу, но будущее и ваши отношения в ваших руках. — Тикки, я не могу просто взять и заговорить с ним. Я разбила ему сердце. — А вот и можешь. С Котом ты постоянно разговаривала и даже научилась держать себя в руках рядом с Адрианом. Тебе придётся с ним поговорить, потому что, если ты продолжишь его игнорировать, Хищная Моль победит, и ты разобьёшь сердце Адриана ещё сильнее. — Ты права, Тикки, — Глубоко вздохнув, согласилась Маринетт. — Игнорируя его, я делаю только хуже. Но как мне всё исправить? — Думаю, что ты и сама разберёшься, если просто поговоришь с ним, — Тикки улыбнулась. — Ты справишься. — Я влюблена в него, Тикки, но я даже заикнуться об этом не смею. Я три года отталкивала его. — Тогда не говори ничего сразу. Просто поговори с ним, оживи вашу дружбу и потом всё расскажешь. До этого ты пыталась стать Адриану другом. Почему бы не продолжить эту затею? Из дружбы рождаются самые сильные отношения. — Да… Я точно справлюсь! Но… Когда мне начать? Сейчас? — Если хочешь, можешь применить трансформацию и пойти к нему. Я не так уж и устала. Поправив причёску, Маринетт спустилась в пекарню. Набрав свежую выпечку в небольшой пакет, она применила трансформацию и сбежала из своей комнаты через балкон. Двигаясь по крышам в сторону поместья, она всё пыталась успокоить бешено стучащее в груди сердце. Добравшись, она взмахнула йо-йо и запрыгнула на небольшой выступ под окном. Маринетт осторожно постучалась, Адриан торопливо подбежал к ней и открыл окно. — Что случилось? — дрожащим голосом спросил он. — Ты вроде домой собиралась. Ты в порядке? Ты не ранена? Появилась акума? Запрыгнув в комнату, она протянула ему пакет с выпечкой. — Вообще-то, я пришла сюда не за Котом. Я пришла к Адриану. — Зачем? — Он медленно у неё забрал пакет и уставился на него. — Затем, что я была ужасным другом и отвратительным напарником. — Ледибаг взяла его за руку. — И я хотела бы поговорить о том, что произошло. И я хочу узнать тебя получше. Мы знакомы уже три года, а я так плохо тебя знаю. Адриан улыбнулся, а глаза его засветились от счастья. В его улыбке она безошибочно узнала улыбку Кота, но ни разу до этого она не видела эту улыбку на лице Адриана. Ей было очень интересно наблюдать за тем, как Адриан проявляет привычки и повадки Кота. Это помогло ей справиться с мыслью, что перед ней стоял парень, в которого она была влюблена. Его улыбка лишь придала ей уверенности, и она смогла продолжить говорить с ним, не заикаясь. Внезапно он крепко сжал её руку, потащил за собой и усадил на диван, вызывая у Маринетт лишь улыбку. «Это же твой дурашка-кот, — подумала она. — И чего ты так боялась? Ты же доверяешь ему, как никому другому». — Будешь что-то? Голодная? Воды? — голос его практически дребезжал от радости. Он поставил пакет с выпечкой на кофейный столик. — Нет, спасибо, — Ледибаг покачала головой. — Не против, если я сниму трансформацию? Думаю, что Тикки и Плагг с радостью провели бы время вместе. — Только за, — сказал Адриан, садясь рядом. Розовая вспышка озарила комнату, и парень машинально прикрыл глаза рукой. Тикки ретировалась, не сказав ни слова, оставляя подростков наедине. Маринетт внимательно окинула взглядом его комнату. — Знаешь, всегда забываю, насколько твоя комната большая. Я уже была тут, но как-то всё время это вылетает из головы. — Ну-у, да, немаленькая, — Адриан опустил голову. — Но было бы неплохо иметь возможность хоть иногда приводить друзей. — Я могу приходить к тебе в гости, если хочешь. Да и ты можешь приходить ко мне. Я вот совсем не буду против, если определённый чёрный котик навестит меня. — Правда? Я просто… думал, что ты больше не считаешь меня другом после… после того, как узнала, что я Кот. Ты совсем не разговаривала со мной, и мне казалось, что ты зла на меня за то, что произошло. Мне жаль, я облажался и всё испортил. Я знаю, что ты хотела оставить наши личности в полном секрете. Сердце Маринетт ушло в пятки. Хотелось биться головой об стену. Она ведь должна была поговорить с ним раньше. Она знала, что ему тяжело, но она и не догадывалась насколько. Для Адриана никогда не было ничего важнее, чем отношения с близкими, и из-за неё он подумал, что разрушил их отношения. — Ох, Котик, — Начала она, собрав всю волю в кулак. Она должна всё исправить. — Ты никогда не потеряешь меня. Ты даже не представляешь, насколько ты важен мне. И Кот, и ты, Адриан. Ты важнее, чем какая-то дурацкая тайна. Последние несколько дней я вела себя очень неправильно. Прости, что заставила тебя думать, что я зла. Никто не виноват в том, что произошло. Ты не сделал ничего плохого. Я просто… Мне просто нужно было время, чтобы со всем обвыкнуться. — Понимаю, — кивнул Адриан. — Кажется, мне тоже надо было немного поразмыслить над всем этим. По началу я думал, что всё испортил… В основном из-за твоей реакции… Но теперь я научился смотреть на эту ситуацию немного иначе. — Правда? Насколько иначе? — Ну-у-у-у… Не знаю, как описать, но думаю, что это всё только к лучшему, возможно ничего лучше и быть не могло. — Воз-мур-жно, minou. Время покажет. (minou — Котик, фр.) — Это сейчас был каламбур? — Агась. — Я думал, ты терпеть не можешь мои шутки! — Ошибаешься… Но, над подбором подходящего момента ты мог бы и поработать. Понимаешь, сражение с акумой — едва ли подходящий момент. — Так, Багинетт, — он пододвинулся ближе к ней, отчего её сердце затрепетало. — Значит ты совсем не пурр-отив моих за-мур-чательных шуток, когда мы не сражаемся с акумой? — Какой ужас, — рассмеявшись, ответила она. — Я выпустила на волю монстра! Так, общаясь, они и провели весь вечер. И хотя каждый раз, когда она ловила его взгляд на себе, бабочки в животе начинали кружить с удвоенной силой, она боролась с этим чувством и старалась держать себя в руках, и не впадать в дрожь. Голова кружилась от целого бешеного роя мыслей. «Это Кот. Он твой друг. Когда-нибудь ты обязательно признаешься, что влюблена в него, но не сейчас. Сейчас ему нужна твоя поддержка и дружба, Мари. Дыши глубже… Ты справишься.» Маринетт наконец начала чувствовать себя гораздо спокойнее рядом с Адрианом, и у неё даже хватило смелости на то, чтобы крепко обнять его и спокойно пойти домой. — Тикки, я справилась! Я даже не заикалась! И всё прошло хорошо, мне так понравилось просто быть рядом с ним, и, кажется, ему тоже! — Маринетт, я так рада! Ты такая молодец! Я так тобой горжусь! — Но… — Маринетт немного поникла. — Я всё равно влюблена в него. — Знаю, Мари, — Тикки подлетела ближе к девушке, обдавая подопечную сочувствующим взглядом.  — Может когда-нибудь я всё расскажу ему. Надеюсь, он сможет простить меня за то, что я так долго отвергала его. Может быть, мы будем вспоминать об этом лишь с улыбкой. — Думаю, ты правильно делаешь, что поддерживаешь его сейчас. И кто знает, что ждёт вас в будущем? Просто делай то, что считаешь правильным, и я точно знаю, что всё будет хорошо. — Спасибо, Тикки! На следующий день Маринетт пришла в школу одна из первых, в классе она наткнулась лишь на Адриана. Она села рядом и легонько ткнула его в бок локтем.  — Доброе утро, Котик! — весело поприветствовала она. Маринетт была готова поклясться, что видела, как его щёки подёрнулись розовым, но… может и просто свет так падает. — И тебе доброе утро, Маринетт, — со скромной улыбкой сказал он. — И всё? — девушка закатила глаза. — Просто «и тебе доброе утро, Маринетт?» А где каламбуры? Ты упустил пурр-екрасную возможность сказать «Доброе мяу-тро». — А ты права! — Громко рассмеялся он. — Ужасно виноват. Позволь исправить эту Кот-острофическую оплошность, моя леди. Доброе мяу-тро, Маринетт! — Надеюсь, что ты не слишком поздно лёг спать из-за меня, — сказала она, положив свою руку поверх его. — Вовсе нет. Я, кстати, наконец-то выспался. Возможно, впервые за всю неделю. — Рада слышать. Выглядишь не таким подавленным. — Я… Ну-у-у… да. — Что-то не так? Язык проглотил? (Cat got your tongue, идиома, «Кот украл твой язык?» — прим. переводчика).  — Ну… Нет. — Он задумчиво почесал затылок. — Просто я хотел у тебя кое-что спросить. «Господи боже, он такой милашка! — пронеслась мысль умиления в её голове. — Так, держи себя в руках. Ты нужна ему. Как друг». — Конечно, — Маринетт глубоко вздохнула. — Выкладывай, что там у тебя? — Я… Ну-у-у-у… Понимаешь… я тут подумал, — он уставился на дверь. — Как ты смотришь на то, чтобы пойти сегодня куда-нибудь с Альей и Нино? В кафе, например. Давненько мы вчетвером не проводили время вместе. — Конечно хочу, Котик! Звучит весело. — протянув руки к нему, она игриво взъерошила его волосы и аккуратно щёлкнула пальцами по носу. В этот момент кто-то громко охнул. Маринетт подняла взгляд и увидела Нино и Алью, стоящую с открытым ртом. — Подруга, я… Чего? Кого? Когда? Требую объяснений! Маринетт пересела обратно на своё место. — Адриан предложил нам вчетвером сходить куда-нибудь перекусить. Вы как на это смотрите? Свободны сегодня после уроков? — Полностью свободны, и я совсем не против сходить с вами куда-нибудь в кафе, чувачки, — ответил Нино, поздоровавшись с Адрианом. Парни увлеклись собственной беседой, а Алья села на своё место рядом с Маринетт. — Ну, давай рассказывай, — прошептала она. — Что рассказывать? — невинно спросила Маринетт. — Ты прекрасно знаешь, о чём я. Знаю, что ты научилась контролировать себя, когда Адриан рядом, но не настолько. Ты никогда не теребила его волосы. — Он вроде не против. — Ну да, раньше тебе это особо не помогало. Что между вами происходит? Вы вместе? — Сейчас… — в груди неприятно защемило, но Маринетт это не показала. — Сейчас я просто хочу быть для него хорошим другом. — Ла-а-адно, как скажешь, — Алья, прищурившись, внимательно посмотрела на подругу. — Но я вижу, что что-то происходит между вами двумя. Мы ещё вернёмся к этому разговору. Последующие две недели Алья постоянно преследовала Маринетт с вопросами, откуда у подруги взялась такая супер-уверенность при общении с Адрианом. И каждый раз, когда ей приходилось говорить, что они с ним просто друзья, сердце начинало постанывать. Всё сознание Маринетт буквально кричало ей, что она должна сознаться Адриану в своих чувствах, но она никак не могла подобрать правильный момент. Тем не менее, они с Адрианом проводили все больше времени вместе, и с каждым днём она всё сильнее и сильнее влюблялась в него. Однажды, когда они были у неё в комнате и, лёжа на диване, смотрели фильм, Маринетт даже осмелилась на то, чтобы облокотиться ему на плечо. И едва не потеряла сознание, когда Адриан в ответ одной рукой обнял её. Утопая в его объятиях, она чувствовала его мерное сердцебиение, а обоняние ласкал приятный запах его, предположительно, чертовски дорогого одеколона. С того момента она при любом удобном случае падала ему в объятия, что, конечно, слабо помогало придерживаться её плана «стать Адриану хорошим другом». Наступил вечер школьной поездки в Нормандию. Маринетт со вздохом взглянула на квами. — Тикки, я так больше не могу. Я должна признаться ему в своих чувствах. Но, мне страшно. Что, если он меня отвергнет? — Послушай, прошло всего пара недель, но сама подумай, вы многого добились за это время. — Тикки погладила девушку по щеке. — Я разговаривала с Плаггом, и, знаешь, я не думаю, что Адриана гнетёт то, что ты отвергала его в прошлом. Ты показала ему, что тебе не плевать на него, и это для него очень много значит. — Думаю, что расскажу ему всё во время поездки. Может получится убедить Алью сесть с Нино в автобусе, чтобы я смогла спокойно поговорить с Адрианом. — Это отличная идея, Мари! Маринетт улыбнулась, уверенная, что её план сработает. Уверенность эта, однако, продержалась до момента, когда она легла спать. Ей приснился кошмар. Маринетт чувствовала дыхание Хищной Моли, когда он сорвал с неё серьги. Слышала всю боль в крике Кота, отчаянно и безуспешно рванувшегося ей на помощь. Сентимонстр встал у него на пути, и остатки надежды на удачный исход испарились. Маринетт видела Адриана, лежащего на земле, и ей оставалось лишь смотреть на то, как Хищная Моль складывает два Камня Чудес, и, когда он собрался выкрикнуть своё желание, сон прервался. Она проснулась в холодном поту, слёзы неконтролируемым потоком бежали по щекам. Ещё час Маринетт просто плакала и лишь после она вновь уснула, но сон этот едва ли можно было назвать спокойным. Даже тихое пение Тикки не могло успокоить её разбушевавшееся сердце. Одна мысль о том, что Хищная Моль может победить и она навсегда потеряет своего Кота, пугала её. И периодически эти мысли проникали в её сны, становясь кошмарами. Этот, однако, был худшим из них. Утром Маринетт долго копошилась со сборами и поняла, что опаздывает. Надевая джинсы и майку, она параллельно пыталась причесаться. Налив сваренный на скорую руку кофе в кружку-термос, девушка торопливо выбежала из дома. В школу она добралась за пять минут до звонка. К сожалению, она врезалась в учительский стол по дороге к своему месту. Потом Алья сказала ей, что в автобусе будет сидеть с Нино, поэтому ей достаётся место рядом с Адрианом. Хоть одна хорошая новость свалилась на неё в это странное утро. Оказавшись в автобусе, Маринетт повернулась к Адриану и попыталась рассказать ему о сне. Сердце её защемило, когда парень замялся при попытке задать какой-то вопрос. Стало ещё больнее, когда он торопливо сменил тему. Она отвернулась к окну, и ей оставалось только надеяться, что Адриан не заметит слёзы, так не вовремя проступившие в уголках её глаз. «Может сегодня не самый подходящий день. Может ему не так комфортно рядом со мной. Может мы ещё недостаточно близки» — думала она. Мурашки пробежали по телу, когда она лбом дотронулась до холодного стекла. Мысленно она проклинала себя за то, что надела одну футболку. Сегодня определённо не её день. Затем кто-то дотронулся до её плеча. — Замёрзла? Похоже на то. Можешь взять мою толстовку, если хочешь, — сказал он, протягивая её Маринетт. — Уверен? — Сердце её затрепетало от искренности этого жеста. Те же чувства она испытывала, когда он отдал ей свой зонт в день их знакомства. — Агась! — быстро кивнул он. — Спасибо, Котик! Пиджак в рюкзаке, а рюкзак в багаже. Ты мой спаситель! — через секунду она надела толстовку и накинула капюшон. — Как я выгляжу? — Ты как всегда прекрасна, Багинетт, — Адриан наклонился к ней. Лицо её пылало. В попытке скрыть это, она опустила подлокотник и, обхватив парня руками, крепко вжалась в него. — Удобно? — спросил он. — Теперь да, — она ещё сильнее вжалась в него. Бессонная ночь напомнила о себе, и всё её тело охватила жуткая усталость. И, в отличии от её сна, Адриан был рядом и был цел и невредим. Она положила руку ему на грудь. Маринетт чувствовала, как вздымается и опускается его грудь. Согревшись от тепла его тела, она быстро заснула. Она проснулась от того, как Адриан осторожно тряс её за плечо. Подняв взгляд, она встретила его чувственный взгляд, и сердце её забилось быстрее. — Просыпайся, Спящая Красавица, — с улыбкой сказал он. — Наша остановка. — Ну уж нет! — проворчала она. — Никуда не пойду. Ты тёплый и приятно пахнешь. — Я, знаешь ли, тоже никуда не хочу идти, — Адриан рассмеялся и покрепче обнял её. — Но нам прилетит, если мы отстанем от остальных. Если отпустишь, разрешу тебе не снимать мою толстовку. Маринетт быстро сообразила, что предложение Адриана не было таким уж плохим, хотя тело отчаянно требовало закрыть глаза и правда никуда не идти. — Ладно! Не желая отпускать его тепло, Маринетт повисла на руке Адриана, когда они вышли из автобуса. Он забрал из багажа их рюкзаки, и они вдвоём пошли к отелю. «Какой джентльмен» — пронеслось в голове. Мозг, очевидно, ещё не до конца проснулся. — Мило смотритесь вместе, — заметила Алья, окончательно пробуждая Маринетт. — У вас там произошло что-то интересное, пока меня не было рядом? — Перестань, Алья, — Маринетт закатила глаза. — Пойдём, отнесём рюкзаки в комнату. Через пару минут все собираются в холле, так что давай поторопимся. Она отцепилась от Адриана, забрала рюкзак и потащила Алью в их комнату. — Так, очевидно ты не собираешься рассказывать, что происходит между вами двумя. — Алья упёрла руки в боки. — Ты засыпаешь на нём в автобусе, а он три часа держит тебя. Подруга, вот бы ты видела, как он на тебя смотрит. Я даже вас сфотографировала! Вот, сама посмотри! Только… вот телефон достану… Взглянув на экран телефона, Маринетт глубоко вздохнула. — Сейчас, я… — … Просто стараешься быть ему хорошим другом… Бла-бла-бла. И это всё объяснение? Я это уже слышала тысячу раз. Признай… ты всё ещё любишь его. — А когда я говорила, что я его разлюбила? — Погоди-ка… — Алья потёрла переносицу. — Чего? — То, — Маринетт скривила губы. — Я не говорила, что разлюбила его. Я просто понимаю, что ему сейчас нужен друг. И поэтому я всегда рядом. Когда-нибудь я расскажу ему, что люблю, но я никак не могу подобрать подходящий момент. — Так, давай ещё раз… Ты любишь его и очевидно, что у него есть какие-то чувства к тебе… Но, ты ничего не будешь с этим делать, пока не подберёшь подходящий момент. — Именно. — Мари… Не вздумай. Просто признайся ему. — Не могу. — И почему это? — Алья скрестила руки на груди. — Потому что нам уже пора идти, — Маринетт взяла Алью за руку и повела её к выходу из комнаты. — И расписание сегодня очень плотное, у меня не получится поговорить с ним сегодня. — А вечером? — Я полночи не спала. Вернёмся и я сразу лягу спать. — Ну-у-у-у-у, знаешь, это мы ещё посмотрим.  — Алья! Всё тело Маринетт буквально кричало от боли во время экскурсий. Когда они вернулись в отель, у неё едва ли были силы на то, чтобы оставаться в сознании. Поэтому Маринетт не пошла отдыхать с Альей в фойе, а сразу отправилась в комнату в надежде лечь спать пораньше. Добравшись до кровати, она плюхнулась лицом в подушку. Через некоторое время она почувствовала прикосновение небольшой лапки квами к своей щеке. — Ты в порядке? — спросила Тикки. Голос её звучал обеспокоенно. — Ага… В полном. — Маринетт села на кровати, уставившись в пол. — Просто не знаю, как быть. Адриан так странно себя вёл в автобусе. А потом он держал меня всю дорогу. Алья сказала, что он смотрел на меня с такой улыбкой… Я всё хочу ему рассказать, но не знаю, стоит ли. Мне нужна помощь… Мне нужен знак. — Хорошая мысль. Попробуй поспать с этой мыслью, может что и прояснится. Я вот, например, сегодня поспала с кое-чем интересным. И кое-что прояснилось. — Что ты имеешь в виду? — Я просто хочу сказать, что у толстовки Адриана чертовски удобные карманы. — Всё равно не въезжаю. — Просто проверь сама. — Тикки покачала головой. Маринетт засунула руку в карман толстовки. В течение дня Маринетт старалась не копаться в карманах его толстовки в основном потому, что не хотела тревожить спящую там квами. Через несколько секунд она нащупала листок бумаги. И от осознания написанного на этом листке громкий вздох удивления вырвался у неё из груди. «Дражайшая моя Маринетт… Я влюбился в тебя с первого взгляда, в день, когда мы впервые встретились. Я искренне верил, что сердце моё навсегда принадлежит Ледибаг, но потом я подружился с тобой, такой искренней, доброй и заботливой девочкой, сидящей за мной в классе, и понял, что влюбился. Совершенно разные чувства вызывали Маринетт и Ледибаг, но одинаково сильные. И, представь моё удивление, когда я узнал, что две девушки, которые полностью заняли моё сердце, оказались… Одной. Мне жаль, что я не сказал раньше, но последние несколько недель я словно сам не свой. Я люблю тебя, Маринетт. Люблю всем сердцем и всегда буду любить». Руки охватила неконтролируемая дрожь, а глаза наполнились слезами. Хотелось одновременно смеяться, реветь и потерять сознание. Пугающий ураган эмоций бушевал в голове, и все силы уходили на то, чтобы справляться с ним. — Тикки! — шёпотом произнесла она. — И чего мне… Он любит… Я не… Что… Я… Мне… Помоги? — Мари, я знаю, что это тяжело так сразу принять, — Тикки подлетела к лицу Маринетт и смахнула чёлку, падающую девушке на глаза. — Но, думаю, тебе надо пойти и поговорить с ним. Адриан поможет. Вот он твой подходящий момент. Ты же хотела знак? Вот тебе знак. — Я… Угу. Ладно. Маринетт взяла телефон и дрожащими руками написала Адриану. Она пыталась, чтобы её сообщения не выглядели слишком пугающе. Она написала, что хотела бы поговорить с ним. И когда он написал ей в ответ, во рту мгновенно пересохло. «Не вздумай сейчас начать заикаться. У тебя всё так хорошо получалось. Не сейчас… Это Кот Нуар… твой Котик… Ты справишься. Весь страх… Он в твоей голове. Подбери нужные слова… Не дай страху победить. Он любит тебя также сильно, как ты любишь его». Глубоко вздохнув, она положила листок обратно в карман и уверенным шагом вышла из комнаты. Слёзы вновь проступили на глазах, когда Адриан открыл ей. Она приложила все усилия, чтобы не расплакаться, но было сложно перебороть переполняющие её эмоции.  — Я… Я… Тут… — Она теребила бока его толстовки и пыталась выдавить из себя хоть что-то осмысленное. — Пожномрисесть?.. Ой, то есть… Можно войти? И присесть? Брови Адриана вздёрнулись вверх от удивления. Он осторожно положил руку ей на плечо и повёл в сторону кровати. — Жучок, ты меня пугаешь. Что случилось? — тревожным голосом спросил он. Она попыталась снова выдавить из себя что-то, но безуспешно, поэтому она просто показала ему тот самый листок. — Я могу объяснить. — Глаза Адриана расширились от удивления. Она перебила его и начала вслух читать его признание. Закончив, она заискивающе взглянула на него. Он, однако, молчал. Комнату наполнила звенящая тишина. «Мари, это твой шанс. Говори… Сейчас!» Она собрала всю свою смелость в кулак. — Т-ты… Это правда? — Каждое слово, — Адриан кивнул. — Это ты пытался сказать мне в автобусе? — Да. Волна радости прокатилась по всему телу, и она крепко прижалась к нему. Он обнял её в ответ, и она утонула в его руках. Наконец-то её слова не подвели её. — И я люблю тебя, Котик, — прошептала она в его грудь. — Люблю с тех пор, как мы познакомились… С тех пор, как ты отдал мне свой зонт. — Но… — Он немного отодвинулся от неё. — Именно тогда я и влюбился в тебя. — Все эти годы я едва могла оставаться в сознании в твоём присутствии. Никогда не задумывался, почему? — Но ты всегда отрицала, что я тебе нравлюсь. Вот я и думал, что ты видишь во мне только друга. — Нет, просто я размазня, которая так и не смогла признаться тебе в своих чувствах. — Не могу тебя винить. Последние пару недель я будто немею, когда ты рядом. Я несколько раз пытался позвать тебя на свидание, но каждый раз мозг словно отказывался работать. Всё внутри неё замерло. «Он не разлюбил меня… Он любил меня всё это время. С чего я вообще решила, что он может меня отвергнуть?» — Ты хотел позвать меня на свидание? — прошептала она. Адриан мгновенно покраснел (какой же он милашка). — Я… Да? — Ох, Котёнок. — Ну, так как пути назад нет… Маринетт, ты согласишься пойти со мной на свидание? — Соглашусь, но только в обмен на поцелуй. — Моя Леди, это легко можно устроить. Он поцеловал её, и, как только его губы коснулись её, она потеряла себя в море наслаждения. Маринетт одной рукой обхватила его за шею и машинально тормошила его волосы. Когда их поцелуй подошёл к концу, она мгновенно захотела поцеловать его вновь.  — Как смотришь на то, чтобы повторить? — с хитрой улыбкой спросила она. — А ты пойдёшь со мной на свидание? — Адриан коснулся до её лба своим. — Да, Котик, пойду. — Тогда я очень даже не против повторить. Знаешь, я рад, что в этот раз хотя бы не забуду наш поцелуй. — Замолчи и поцелуй меня уже. К её радости, он послушался.

***

Бонус: — Так-так-так! — Голос Альи громом прозвучал над ними, отчего Маринетт мгновенно проснулась. — Что тут у нас? Маринетт попыталась подняться, но что-то ей помешало. Она осмотрела себя и поняла, что Адриан всё ещё прижимает её к себе. Мозг наконец начал осознавать произошедшее. «Так, мы уснули, ага».  — Привет, Алья, — хриплым голосом сказала она. В руке у подруги она заметила телефон. — И? Больше ничего не хочешь сказать? — Ну-у-у-у… Нет? — Приветик, — Адриан поднялся и сонно потёр глаза ладонями. — Что происходит? — Мы уснули, а наши друзья пришли пытать нас, — Маринетт повернулась и уткнулась ему в щёку. — Я почти уверена, что нас ещё и снимают. — А, вот так значит? Может тогда устроим им небольшое шоу? Он прижал её к себе и поцеловал в губы. — Прекрати, — хихикнула она, когда их губы расцепились. — Они точно используют это против нас. — Может хотя бы мне отправишь? — Адриан посмотрел на Алью. — До свадьбы даже не проси, месье Модель, — ответила она, широко улыбнувшись. — Et tu, Нино? — Адриан перевёл взгляд на лучшего друга. (И ты, Нино? — фр.) — Я на её стороне, чувак, — парень поднял руки в защиту. Маринетт освободилась от объятий Адриана и встала с кровати. — Так, ребят. Думаю, что нам всем пора спать. — Но у нас есть ещё целый час свободного времени, — Адриан насупился и тоже встал с кровати. — Я чертовски хочу спать, а Алье ещё нужно успеть осыпать меня вопросами, пока я не отключилась. — Маринетт крепко обняла его. — Завтра у нас будет полно времени в автобусе, а кто-то ещё обещал мне свидание. — Свидание? — Ну да, ты вроде приглашал меня на свидание? Или уже передумал? — Нет, не передумал! — Спокойной ночи, Адриан, — сказала она, коснувшись кончиком носа его щеки. — Спокойной ночи, Маринетт, — он вновь поцеловал её в губы. Помахав Адриану на прощание, они с Альей направились в свою комнату. — И ты наконец расскажешь мне, что между вами двумя происходит? — Алья упёрла руки в боки. — И не отмазывайся своим «стараюсь быть хорошим другом», это не прокатит. Дружба так не выглядит. Маринетт задумалась над тем, как она могла бы рассказать всё лучшей подруге, при этом не выдавая свою тайную личность. С улыбкой Маринетт присела на кровать. — Всё верно, не прокатит. Это долгая история, так что я бы на твоём месте присела. Начну, пожалуй, с самого начала…