Учитель Ким

Мой мозг отключается. Я медленно поднимаюсь, держась за ручку и всё ещё смотря в его глаза. А потом понимаю, что он поднимается вместе со мной. Мы выпрямились, ну я и застыла. Что же мне ещё делать-то? Он ласково улыбается и произносит: — Спасибо. — Слышу эту лёгкую хрипотцу, и вдыхаю воздуха в надежде, что это поможет немного отрезвить меня. Но чувствую только его крышесносный запах, и понимаю, что не дышала ближайшую минуту. Нервно сглатывая, привожу свой рассудок в порядок и довольно неплохо говорю: — До свидания. — Получилось, конечно, более интимно, чем хотелось бы, но и так хорошо. Хотя бы не заикнулась и вообще смогла что-то сказать. Разворачиваюсь и направляюсь к выходу из класса. На следующий день я лечу на математику пулей, в таком прекрасном настроении, на которое только способна. Я уже отметила, что добрая часть женской половины школы сегодня в довольно неприличном виде. В моём классе все девочки похожи на прости Господи, такого слова ещё не придумали. Я, конечно, тоже приоделась, но не выходя за рамки приличия. Обычная свободная чёрная юбка, доходящая до черты «немного выше середины бедра», бордовая атласная блузка. Застёгнутая на все пуговицы! Чёрные чулки с лёгким кружевом, ну они-то всё равно скрыты, поэтому это ничего. И кожаная куртка наверх. Скидывая куртку с плеч, я, виляя бёдрами, захожу в класс математики и вижу своего любимого учителя за столом. Он что-то пишет в журнале. Класс ещё почти пустой, так как сейчас перемена обеда. Но кому нужна еда, когда тут такой лакомый кусочек. Я шествую с своему, уже почётному, месту и, присаживаясь, закидываю ногу на ногу. Сегодня у нас два последних урока математики. Раньше я постоянно сваливала с них, а сейчас ради них буду ходить в школу. Готова вообще только на математику ходить! Ким поднимает глаза, и натыкается на меня. Приветливую улыбочку, я встречаю ухмылкой, но более доброй, чем похабной. По крайней мере я стараюсь. — Добрый день. — Здравствуйте. — Ого, не здрасьте, а целое здравствуйте. Как же ты на меня действуешь, чертёнок. Мужчина поднимается с места, упираясь руками о стол и я вновь вижу его пальцы, которые всё не дают мне покоя. Он становится около доски и тут же звенит звонок на урок. Ни разу не странно, что уже все девочки стоят, приветствуя учителя. Обычно, либо они вообще не появлялись, либо же приходили с опозданием. Но тут всё понятно и без слов. Ох, после десяти минут урока, мне срочно потребовалось расстегнуть первую пуговицу рубашки после того, как брюнет прошёлся пальцами по своим тёмным волосам, зачёсывая их назад, а через ещё двадцать вторую, так как все те же восхитительные пальцы расстегнули первую пуговицу его рубашки. Больше нельзя, ибо и так уже виднеется немного груди. Жарко до ужаса, хотя на улице всего десять градусов. Хотя тут такое солнце маячит перед глазами, что я не против погреться в его лучах. На перемене из женской части никто даже не двинулся с места. Ким всё больше понимал, что это из-за него, и ему оставалось только самому выйти из класса и пойти куда-то, куда нельзя дамам, ибо в учительской, я так подозреваю, всё то же самое. Может, даже хуже. Последний урок проходил гладко ровно до одного момента. Мужчина попросил меня выйти к доске. Я, конечно, с радостью. К тебе хоть на край света, только вот я нихрена не знаю. Я всё же вышла, и мой максимум — это взять мел в руку и уставиться на Тэхёна. Он кивнул на доску и я наконец лицезрела уравнение, которое мне надо было решить. Ха-ха, очень смешно, я не понимаю абсолютно ничего. Я делаю два шага назад, и пожимаю плечами. — Ничего, возможно, вы ещё не привыкли к моим методам преподавания после своего учителя. Я помогу. Ох, насколько же ты прав и нет одновременно. Мужчина начал писать и рассказывать, что он делает. Он периодически смотрел на меня и старалась слушать. Его голос доносил до меня информацию, а я вслушивалась насколько же гармонично он звучит, если смотреть на него так близко. Такой мягкий, с лёгкой хрипотцой и, блять, таким придыханием, что меня можно выносить вперёд ногами. Но как ни странно, я поняла и второе уравнение решила сама. Похоже, его голос даёт мне сил понимать математику, да уж, с таким учителем, я готова получить Филдсовскую премию хоть сейчас. — Вот так, ты молодец, схватываешь на лету. Но останься на ещё один урок, если тебе совсем не даётся тема, хорошо? — На эти слова я просто не смогла сдержать свой рот и сделала кое-что, отчего учитель немного подвис. Облизав пересохшие губы, я приоткрыла их и толкнула языком за щеку, после чего вальяжно ухмыльнулась и села обратно на своё место. Твою мать, что я творю?! А Ким застыл, смотря на меня, потом тряхнул головой и его чуть волнистая чёлка спала ему на глаза. Он продолжил объяснять тему, стараясь не смотреть на меня. Хотя, всё же пару раз, я его ловила на этом. Урок окончен, звонок об этом известил, а все сидят. Я прервала тишину первая. — Учитель Ким, могу ли я остаться, чтобы подтянуть свои знания и заполнить пробелы? — Конечно, тогда через пару минут, мы с тобой опять встретимся в другом кабинете. — На самом деле, я слышала, как он запнулся на первом слове и меня это повеселило. Он написал номер кабинета на листочке, и отдал его мне. Уже через 10 минут, я была в классе на этаж выше. Это помещение использовалось под такие занятия, как дополнительные, так что всё понятно. Однако никого сегодня, кроме нас двоих, тут не будет, потому что в пятницу после 3 здесь вообще никого нет, кроме тех кто совсем тупой. Но и таких здесь редко встретишь в такое время. Никому не хочется задерживаться в пятницу. Ким зашёл в класс, держа под подмышкой папку, а в руках он нёс кружку и бутерброд. Взяв свой перекус в рот, он закрыл рукой дверь, и прошёл до стола учителя. Опустив кружку с кофе — поняла по запаху — он откусил от бутерброда и вновь взял его в руку. Перенеся папку ко мне на стол, он взял учительский стул и перенёс по другую сторону от  парты. Продолжая есть, он стал рассматривать содержимое папки, а я стала рассматривать то, как он ест. Его жевалки, как он облизывает губы от крошек и остатков кофе. Как двигается его кадык, когда он глотает. Его большой палец проходится по уголку рта, после чего направляется в сам рот. И вот аж две крошки за раз проиграли учителю. — Так, с чего начнём? Пожалуй… — Он действительно понятно объяснил мне последние две темы и попросил решить пару примеров. А я только с удовольствием. Наклонившись над тетрадью, я стала выписывать цифры, буквы и тому подобное. Почувствовав некий дискомфорт, я подняла глаза и застала такую картину. Ким, невидящим взглядом, смотрит куда-то чуть ниже моего лица. Если быть откровенным, то прямо мне на грудь. Оо, это льстит мне, я не отрицаю. Склонив голову к правому плечу, мои губы расплываются в полуулыбке-полуухмылке. Он понимает, что я смотрю на него и тут же переводит глаза мне на лицо. — О боже, прости меня. — Мужчина начинает извиняться и пытается оправдываться, но я прекращаю это жестом руки. — Все нормально, не волнуйтесь. — Звучит так, будто я только что оргазм испытала. Голос просто-напросто пропадает. Он вроде бы немного расслабляется, но больше не смотрит на меня вообще. А вот это бесит. Через минут 15, я как бы случайно провожу ногой по его ноге, типа перекидывая ногу на ногу. Мужчина, наконец, поднимает на меня глаза, но видя моё безразличие, наверное, думает, что я не заметила. Хмурится и вновь смотрит на то, что я пишу. Моя ручка предательски отказывается писать, и я поднимаю невинный взгляд на мужчину, как бы прося о помощи. — В шкафу посередине много ручек, выбери себе. Он указывает на шкаф через пару парт позади меня, и я встаю, подходя к нему. Открыв дверцы, замечаю пару ручек на полке повыше. Поднимаюсь на носочки и тянусь рукой, чтобы достать комплект ручек. И тут мне в голову стреляет то, что очень даже вовремя происходит. Я сейчас оголила края своих кружевных чулков, и открыто демонстрирую их своему любимому учителю. Специально задержавшись, я достаю ручки, беру одну, и возвращаю их на место, ещё больше вытягиваясь и больше открывая вид на то, что они ещё и на подтяжках. Уляля, день просто прекрасный! Я оборачиваюсь, с максимально флегматичным лицом, и вижу его лицо, от которого у меня перехватывает дыхание. Он видел и рассматривал, могу сказать с уверенностью на 99 процентов. Мужчина опустил голову и сейчас смотрит на меня исподлобья, чёлка чуть покрывает его тёмный взгляд, но я физически чувствую его давление на меня. Ким встаёт, и я уже надеюсь на лучшее, как он собирает папку и говорит: — Хорошо, на этом закончим. Домашнее — доделать то, что не успела. До понедельника. — Мой дорогой, твой хриплый и до охуения сексуальный голос тебя выдаёт с головой. Я беру вещи и выхожу. Он закрывает двери и направляется в другую сторону от меня. Обидно даже немного. Хотя и приятно, что я так на него действую. Спускаюсь на третий этаж, и понимаю, что неплохо было бы заглянуть в туалет проверить чулки, или вообще их снять. Захожу в помещение, и мне сразу же в нос ударяет запах табака. Открываю последующую дверь, уже к кабинкам, и вижу вот какую картину. Мой дражайший учитель стоит у окна и курит. Он застыл, когда я вошла. — Это, вообще-то, женский туалет. — Лучшее, что я смогла придумать сейчас. Он кидает сигарету в окно, и подлетает ко мне, впечатывая в стену. Его рука упирается в стену рядом с моей головой, а вторая держит за плечо. — Ты ничего не видела, понятно? — Нет. — Просто и ясно. А чего мне его боятся, ударит? Вряд ли. Изнасилует? Дай боже. — Что? — Кажется, он немного растерялся. — Я сказала — нет, с чего бы мне вас покрывать, учитель Ким? — Лёгкая ухмылочка скользит по моим губам, и он отпускает меня. — Идём, поговорим в другом месте. Мы вернулись в тот же класс, и как только мы зашли, он закрыл дверь на ключ. Очень хорошо. — Что ты хочешь за молчание? Пять по математике? Он подходит к учительскому столу и опирается бёдрами, скрещивая руки на груди. Я же подхожу к нему, и приближаюсь, ставя руки по сторонам от него на столе. — Я хочу… — Приближаюсь ещё ближе, но всё ещё не касаюсь мужчины. Он не двигается, лишь слушает, — чтобы ты… — Уже шепчу ему на ухо, обдавая то разгорячённым дыханием, — поимел меня… — Влажно облизываю мочку его уха и оканчиваю, — на этом столе…