Я тебе не игрушка!

Мужчины оставались детьми, пусть даже быть им князем тьмы и архангелом. Тут роль играл отнюдь не возраст. Камилла не поднялась к ним и днём, она осталась на нижних этажах, занимаясь делами хозяйки дома; смотрела, чтобы прислуга всё выполняла правильно. Она пыталась найти Алиру, но вампирши и след простыл, её никто не видел со вчерашней ночи. Княжеская прислуга свою работу выполняла даже слишком хорошо. Лестницы и полы были почти вылизаны, даже после вчерашнего банкета. Корвуа так и не переоделась. Она скользила по замку подобно чёрному приведению. - Я не так много смог найти будучи в Ватикане. Но последним человеком с подобным даром была Луиза. Луиза Д… - Д’Бриен? — уточнил князь. Он не верил архангелу. Слишком много между ними было недопониманий и незакрытых гештальтов. Добро оно такое, странное и иногда лживое. Но то, как Гэбриэл рвался помочь, видно невооружённым глазом. - Да, - щёлкнул Гэбриэл, - ты её знал? Они перебрались в другую комнату. Покинув хозяйскую спальню, закрылись в библиотеке на втором этаже. Окна завешаны плотными шторами, не позволяя солнцу проникать внутрь. Лабиринт из книжных полок. Во время пожара здесь сгорело всё. Комнату восстанавливали по записям и по памяти очевидцев. Два кресла и стол посередине. Ничего из находящейся здесь литературы не поможет. - Да, жила при дворе княжны, - остальных деталей он не упомянул. - Она была последней с таким даром, об остальных Ватикану неизвестно. - Их и не было, зная Марьяну. Между ними стояло вино, два бокала на столе. При дворе его пили как воду, привычка. Для вампиров алкоголь подобен воде, но вот вкус не отменяли. Не все его чувствовали, но многие желали делать вид, что понимали экзотику. - Но что-то произошло, и вот он появился вновь. Либо они нашли способ достать его прямо из костей Луизы. - Может, и не костей, - тихо добавил князь. Он так и не знал, что случилось с девушкой. В один день её не стало, просто исчезла, а княжна делала вид, что никогда таковой и не существовало. В замке возник запрет на её имя. В один момент Влад уж подумал, что тронулся рассудком раз её помнит, но вот случайные слова Маник явно дали понять, что когда-то она существовала. Гэбриэл поднял бровь. - Пропала она и никто не знал куда. Умерла бы княжна сказала, нечто с ней стало, - Влад отклонился назад в кресле. Сквозь тонкую полосу в шторах солнечный свет скользнул в комнату, оставшись мерцающим лучом на полу. Ван Хельсинг поднялся со своего места и подошёл к окну, поправляя так, чтобы ни один солнечный отблеск не попадал в глубину комнаты. - Я не горю. Гэбриэл без смысла пожал плечами. Извиняется? Ему всё ещё стыдно за те четыреста лет назад. - Может, поговорить с кем-то из живущих в замке в то время. - Только если Маник, но она вряд ли знает хоть что-то. Названая дочь княжны. Отказалась от всех регалий после смерти Госпожи и просто пропала, оставшись жить на отшибе мира подальше от политики. Так было и правильнее. В любой бы войне её сожрали, не оставив и косточки, зато так сохранила почёт и уважение вместе с обращением. - Как ты вообще князем стал? — вопрос не по теме, - Перед спуском на землю меня заставили испить из Леты. Я далеко не всё помню. Что-то приходит, но только обрывками. - Это занимательная история. После того, как я совершил богомерзкое деяние и все последующие события, я попал в ученики уже к пристарелой княжне, - таким эпитетом он описал Марьяну совсем не из-за возраста, а из-за её пассивности, - затем, её смерть, а точнее то, чем это называют, и я становлюсь главой совета как единственный ныне живой её ученик. Что на самом деле стало с княжной – никто так и не мог сказать. Не способно вечное существо к смерти. Скорее всего энтропия. Она вновь стала чем-то иным. Но факт оставался за тем, что совет лишился головы. - Но ты же сейчас не глава? — уточнил Ван Хельсинг. Он уже навёл некие справки. - Это ужасная должность. Первое, – никому не понравилось то, что я её занял, а второе, – никому не понравилось то, что я имею свой клан. Дело неблагодарное, потому теперь официально ими управляет Изабелла. - А реально ты? - Всё верно, - ему даже хватило наглости сохранить титул князя. А кто что скажет?

***

Кладбище – отведённая территория покойников. Здесь стоят памятники множеству поколений семьи Корвуа. Некоторые обветшали и стали покрываться мхом, другие помпезны с плачущими ангелами и колонами. В детстве отец водил сюда дочь, чтобы познакомить с предками. А сейчас их склеп стоял тут как тоскливое напоминание о пожаре. Замок возвратили, только вот их из пепла уже не поднять. Под мраморными сводами была и её могила. Выгравированное имя. Она знала, кто лежал там за неё. Неподалёку свежее захоронение. Её дочь. Софи была похоронена тут, на семейном кладбище, рядом с людьми, о которых ничего не знала. На землю ещё не поставили памятник. Этим распоряжался Влад, пока Камилла была в едва адекватном состоянии. Она даже не видела похорон, и на это сказала спасибо. Жестокость обычаев не заставила её смотреть на обезглавленное тело дочери. Камилла прошла на кладбище. Почти проплыла подобно чёрной вдове. Она так и не сменила наряд, будучи в лёгком чёрном платье. Оно напоминало траур. Без лишней фурнитуры или рюш. Девушка шла с корзиной цветов в руках. Она сама срезала с прекрасного куста пышные розы. В Мельбруне, если даже воткнуть палку в землю, она зацветёт. Такой дар княжны. - Как тебе тут, девочка моя? Она обратилась к деревянному кресту, воткнутому в рыхлую землю. На табличке имя «Софи Гамильтон», не ошибся. Камилла не появлялась на могиле раньше, казалось, что если она увидит захоронение, то примирится разрывать землю руками. В двух метрах от неё лежит её дочь. Дурманящий вкус крови ещё не сошёл, он словно в один раз отрезал чувства. Позволяя ей мыслить нормально и наконец навестить могилу. - Прости, что мама так давно не приходила, - она опустилась рядом на корточки, поставив корзинку, - я принесла тебе конфет. Корвуа достала горсть шоколадных шайбочек, которые так любила её девочка. О смерти она не говорила. Казалось, если скажет, вся красота спадёт и она вновь утонет в собственной боли. Софи считала маму ангелом, но какой же из Камиллы хранитель, ведь она и себя защитить не может. - Ты наконец встретишь свою бабушку и деда, тётей. Они позаботятся о тебе. Они будут очень тебя любить, - так Камилла себя успокаивала, она знала, что рай ей давно не светит. Да даже если бы и светит, то пройдут сотни лет. Она достала из корзинки букет белых роз и уложила его на землю как символ невинности. Такой Софи и умерла, не успевшей коснуться мира. - Они смогут рассказать тебе очень многое, то, что не рассказала я. Алира опустилась рядом посреди кладбища почти бесшумно. Конечно вампирше бы хотелось добавить чего-то острого, но видя Камиллу на могиле дочери, она даже не пугала её. Став прямо перед глазами. - Что ты решила? — первое, что спросила Камилла. - Да не знаю. Не лезь пока к Гэбриэлу, я попробую поговорить и узнать, что это за чертовщина, - напрашивались более грубые словечки. - Ты тоже с ним сильно долго не болтай, - предупредила Камилла. Она смотрела на Алира снизу вверх, такое выдавалось редко. - Нашла, кого учить, я тебя на века два старше, - такие вещи иногда до сих пор взрывали мозг. Алира сделала пару шагов по кладбищу к родительскому склепу. Оставалось только догадываться, сколько жизней стоило её спокойствие, и Камилла надеялась, что столетий. Вампирша нагнулась, разглядывая таблички, – граф и графиня, сёстры, племянник и «Камилла Корвуа». Алира скривила губы. В своём розовом газовом платье она выглядела для кладбища нестандартно. На секунду невеста прикрыла глаза. - Могила не пустая, кто там лежит? — в момент проскользнула мысль, что и эта личность у Маргариты Уолш лживая. - Пожар устроили очень плохие люди. Они не хотели, чтобы моя семья выжила, - Камилла поднялась с могилы дочери и подошла ближе к помпезному склепу. Он был создан, чтобы почтить горькую память графской чите, - Наша служанка вывела меня и, чтобы не было погони, убила свою внучку моего возраста, кинув её тело в пожар. Мы были не слишком похожи, но что там после огня различишь? Алира перевела взгляд. Восставшая из мёртвых и чудом спасённая. Камилла смотрела на свою могилу с завидным равнодушием. В той убитой девочке и была вся жестокость этого мира. Уже который раз младшей Корвуа приходилось брать жизнь у кого-то взаймы, и не испытывала за это стыда. - Я убила их потом. Всех, - голос даже вздрогнул, - А самого главного расчленила на части. Я его мучила столько, сколько мне позволяло время. За всех. - Это ты…? — Алира не успела собрать мысль в слова. - Да, я говорила об этом Владу. Алира хихикнула. - Поздравляю, ты стала двумя самыми страшными неудачами княжны. Выжившая дочь и мстительница. Осматривайся, чтобы и она тебе руки не вырвала. Камилла улыбнулась. Её простое чёрное платье подходило сюда как ничто другое. - Я ещё и в замке старом жила со своих шестнадцати лет, пока их всех не убила. А потом у меня случился кризис жизненной и я уехала во Францию. Корвуа рассказывала об этом столь буднично, что это поразило даже видавшую жестокую жизнь Алиру. Она в который раз убедилась, что первое впечатление о Маргарите Уолш было обманчивым до самого мозга костей. Даже не стыдно водить с ней дружбу. В какой-то степени второй невесте удалось понять Влада. Камилла ступила на мрамор, находя таблицу с именем «Эллиот Холлс». Она указала на красиво выведенные буквы. - Мой племянник, ему было меньше двух лет. Из-за него это всё и началось. Виноват его дед. Я так точно и не поняла, что между ними произошло, но я помню выстрелы. - Если о твоей жизни писать книгу, скажут, что слишком нереалистично, - Камилла вновь улыбнулась. Алира поставила ногу на мраморную облицовку. Её ступлю ласково оплетала чешка из нежной ткани на восточный манер. - А ты сама откуда? — вопрос был адресован уже невесте. Её лицо поменялось. Она никогда не любила вспоминать свою жизнь до, - У нас история схожая, только я аристократкой не была. Я их далёкой скандинавии. Моей семьи тоже не стало. Замуж я выйти не могла, потому что не было приданного, вот и приходилось выходить в лодке в море самой. Образ рыбачки в глубоком севере никак не сходил с этой истеричной и капризной невестой. Казалось, она привыкла к цацкам с самой юности. С ней не вязалась лодка и рыболовные сети. - Меня князь спас, когда началась буря и меня отнесло слишком далеко в море. Он явился как дьявол перед Фаустом. Я сразу поняла, кто он. Появлялся из ниоткуда, обещал дворцы и украшения. И не соврал, - Камилла притихла, - только я другого искала. Поэтому и в ту ночь тебя спасла. Я тоже была сироткой. Только мне тогда не помогли. А ты, я видела, загнёшься, совсем белоручка. Камилла слушала внимательно. К таким историям не надо лишних слов, это глубокая рана, которая даже когда заживёт будет саднить. Она создавала личность. - Спасибо, - обратилась она к вампирше. Спасибо за доверие и за спасение, за то, что дала имя. За всё Камилла прекрасно знала, что без неё загнулась бы в том лесу, - Я иду в дом, мне нужно кое-что обсудить с князем.

***

Корвуа стояла на пороге библиотеки, точная копия той, в которой они с Амандой в детстве прятались во время приёмов или грозы. За дверью слышались приглушённые голоса. Внутри было душно, комната затянута плотными шторами. Солнце через них не проходило, зато становилось жарко. Стол, вино, исписанные листы и двое мужчин, у одного из которых возраст подходил к отметке в половины тысячелетия, а у второго к шести. - Влад, - поздороволась она. Гостю девушка лишь кивнула. По лицу князя скользнуло что-то. Он был рад видеть Камиллу, тем более в нормальном расположении духа. Вчерашний инцидент стоит просто забыть и оставить, как и пристало в молчании. Оба они знали, что Камилла напилась собственной крови. - Садись к нам. Ты по делу? За целый день Камилла старалась их не отвлекать и, возможно, не зря. Бумаги, исписанные кривым почерком и непонятными схемами, валялись между бокалами вина с мятыми краями и бордовыми пятнами. - Твоя жена? — Князь кивнул, - Боюсь, вчера нам не пристало момента познакомиться. Гэбриэл. Гэбриэл Ван Хельсинг. Камилла задержала на нём взгляд. Это лицо во тьме кареты она запомнила достаточно хорошо. Характерный нос и щетина. Он же девушку явно не узнал ни с Мельбрунского леса, ни с Лондонских улиц. Не нравился ей Гэбриэл, но слова сдержала. - Думаю, я была уже представлена, - Камилла поправила траурный наряд и перевела взгляд на Влада. — Я бы хотела, чтобы в гости к нам приехал мой племянник Август и моя сестра. Наверное, новость о живых сёстрах единственной выжившей Корвуа ввели Гэбриэла в лёгкое смятение. Влад кивнул. - Сводной. — добавила она только для Ван Хельсинга напротив себя. Белые волосы, светлые голубые глаза. При свете дня она ещё больше напоминала ангела. Камилла была не на каждый вкус, но внимание собирала одним своим появлением. Она олицетворяла саму невинность и доброту, по ошибке оказавшись в этом царстве живых мертвецов. Вот только дьявол всегда является маняще красивым, а добро ужасно на лицо. - Где вы были? Подобрать подходящее обращение он не смог. По имени как-то фамильярно для жены князя. Мисс Цепеш или Мисс Корвуа? Он даже не знал, по какому титулу стоит обратиться, чтобы не попасть в просак с ошибкой. Только вот ответ Камиллы был ещё лучше. - На кладбище, навещала дочь, - Гэбриэл аж поперхнулся от простоты, с которой это было сказано. А Влад прикрыл губы кулаком, - Что вы ищите? — Она взяла в руки один из листов внимательно осматривая его. - Луизу, одну из дам незабвенной княжны. Жила здесь в старом замке, затем пропала. Мы предполагаем, что она не жива и не мертва. У Камиллы изменилось лицо. Перед глазами пролетела картина. Дерево, ветви которого были длинными руками, охватывающими целый замок. Корни, уходящие под землю вместе с ногами. Корвуа сглотнула и тихо произнесла: - Возможно, я знаю то, что вам нужно. Жила в этом замке пару лет. Я кое-что видела. Они переглянулись. Если бы у Камиллы билось сердце, оно бы ускорило ритм. Стук в дверь прервал диалог. На входе стояла княжна в том же зелёном платье. Её взгляд упал на Корвуа, сидящую в компании князя и неизвестного мужчины. - Входить без стука дурной тон, Ваше сиятельство, - с искренней издёвкой проговорил Влад. Княжне не приказывают и не упрекают. У неё просят милости. - Мне нужно с тобой поговорить, это важно. Изабелла выглядела во всём параде собственного безумия, казалось, если присмотреться, можно заметить чертей, кружащих вокруг неё. Всклокоченные волосы, остервенелый взгляд, если бы она была живой, можно сказать, что она не спала несколько суток. Напоминала чем-то многодетную мать погодок. Влад сделал жест Ван Хельсингу и Камилле с просьбой покинуть библиотеку. Корвуа послушала, вот только не скрылся от неё остервенелый взгляд княжны, застывший на ней. Может, просто раньше она его не замечала. - Это недопустимо, - у неё явно сдавали последние нервы даже для бессмертной, - кто вообще этот мужчина? - Один мой старый друг, охотник на нечисть и архангел, - кинул он невзначай. Зато как насладился перекошенным лицом княжны. - Они все понимают, что я ничего не решаю, - позволять себе более грубых выражений она не могла, - Ты меня даже не посвящаешь. В этом замке ангел, вчера этот чёртов лорд Вотерфорд так меня доканывал. — она опустилась на кресло, берясь двумя руками за голову. Сложна жизнь вампира без наставника. Это как без родителей, только обширнее. Конечно, не все вампиры сохраняют хорошие отношения со своим учениками, но в основном это тот, кто будет на твоей стороне до конца чьих-либо дней. И для молодых кровопийц это прекрасная ситуация. Взрослый лорд или член внутреннего круга спокойно мог устроить проблемы любому взрослому вампиру, решившему посягнуть на чужое. Правда бывали и совсем странные претенденты. Когда наставник звал своего наставника и вся цепочка сходилась на какой-либо тысячелетней твари, которой не дали спокойно умереть где-то в катакомбах. Тогда уже и начиналось веселье. - Не скажу, что Карси вообще люди приятные, - добавил он философски, но суть понимал. - Ты перестал исполнять церемонии. На брак должно быть дано официальное разрешение, - дурь, придуманная ещё старой княжной, - ты хотя бы мне сообщил, что женился на этой. - Наследнице Мельбруна? — уточнил князь. В какой-то степени истерика Изабеллы его даже веселила. - У неё ещё кровь не забродила. - Я понял, - подытожил Влад. Сошлись они на обеде, устроенном княжной в обители, Мельбруне и обещании всё же более уважительно относиться к церемониалу и прочим мелочам. Всё же авторитет новой княжны тьмы стоит восстанавливать. Изабелла вроде как успокоилась. Не стоило оставлять её так долго в замке Будапешта, у неё явно было время, чтобы проживать своё положение снова и снова. Гэбриэл и Камилла за дверями выглядели до смешного комично. Они стали в полоску по ровной струнке и ждали. Одно Ван Хельсинг заметил то, что упускал раньше. Жена князя была высокой, даже очень. - Я знаю, что случилось с вашей семьёй, и очень сожалею, - попытался начать разговор Ван Хельсинг с каверзного вопроса. Ни ангелов, ни охотников на нечисть не учат нормам общения, как и принципам заведения полезных сведений, - как вам удалось выжить? Камилла подняла взгляд на Гэбриэла. Он ей не нравился, хотя бы за поцелуи и письма, что она видела. Что за игру вёл Ван Хельсинг она не предполагала, но что-то ей подсказывало, что Владу известна далеко не вся правда. Жаль одно, что Алира просила не лезть. Смерив охотника холодным взглядом, хозяйка этого дома произнесла: - Обратитесь к городским легендам. Первая гласит, что меня спасла княжна, другая, что я жестокая убийца и мстительница, третье, что господь воскресил меня, а четвёртое, что это был дьявол. Одно из них правда. - Дьявол не способен воскрешать, - ответил ангел. - А Бог закрыл глаза, пока моя семья горела, - в тон ему ответила Камилла. Она бы с радостью ушла. Вот только подсказывало ей что-то, что дорога на руины старого замка выйдет совсем не шуточной, а тем более требующей осуществиться без отлагательств. Только задним числом она наконец понимала, что её юность была пропитана странностями, не подвластными людским головам. Только читая литературу и всё глубже погружаясь в этот мир, она осознавала, что это не нормально. - У вас чудный характер. Понимаю, за что вас Влад выбрал, - Камилла молчала, - как мне стоит к вам обращаться? - Госпожа Корвуа или хозяйка дома, в котором вы ночуете.