Boy meets wolf

      - Твою ж..! - выругался Тэхён, когда его правая нога сорвалась с опоры, и он начал падать вперед.       Чонгук среагировал мгновенно, будто только этого и ждал. Хотя, по правде говоря, он удивился, что нос расквасить Тэхён попытался только сейчас, а не все те два часа, что они шли по лесу.       - Держу! - улыбнувшись, Чонгук крепко прижал его спиной к своей груди.       - Знаешь, если ты хотел со мной расстаться, можно было бы выбрать более легкий способ, - ворчание было больше похоже на мурчание, потому что Тэхён, откинув голову ему на плечо, уткнулся носом в шею, поудобнее устраиваясь. Похоже, кто-то всерьез намеревался больше никуда не идти.       Чонгук усмехнулся:       - Тогда уже скорее беспалевно убить.       - Что? - Тэхён приподнял голову и прищурился. - Ты куда меня тащишь?       - Увидишь, - Чонгук не смог отказать себе в удовольствии легонько прикусить ухо, заманчиво торчащее из-под кепки. - Ты будешь в восторге, обещаю.       - В восторге я буду, если доберусь без сломанных ног, - Тэхён чмокнул его в бьющуюся под челюстью жилку, с очевидным сожалением отстранившись. - Долго нам еще?       - Час, плюс-минус. Могу понести тебя, тогда… Минут двадцать. Тэхён отступил на шаг назад, оценивающе окинул его взглядом, задержавшись на большом рюкзаке, и как-то обреченно вздохнул.       - Не, зря я что ли с тобой в качалку хожу! - хитро подмигнув, он неожиданно сорвался с места: - Догоняй!       - Под ноги смотри, качок! - крикнул Чонгук ему вдогонку, перехватывая лямки рюкзака.       Ответом ему был басовитый хохот перешедшее в тихое ойканье. Посмеиваясь, Чонгук двинулся следом.       Глядя на удаляющуюся фигуру, он невольно мыслями вернулся на год назад. Тогда они точно так же шли к черту на рога, оба потерянные в своих мыслях и желаниях. На что надеялся Тэхён, понять было сложно, Чонгуку казалось, что в тот момент он просто шел, куда позовут. Что же касалось его самого, то он шел вполне с очевидной целью: склеить себя в одно целое, потому что животная половина впервые за долгое время отказывалась подчиняться и требовала этого человека себе. Ей было плевать на такие условности, как то, что они не знают друг друга, на характеры, разные интересы и что там еще придумывают люди, лишая себя счастья. Этот человек невероятно пах, был смелым, сильным, добрым, смешным - волчьей сущности этого было достаточно.       Конечно, как оно всегда и бывает, закон подлости сработал тогда, когда его меньше всего ждешь, но проведенного времени вместе на горе хватило Чонгуку, чтобы понять: он определенно хочет этого человека в своей жизни рядом. В качестве второй половины или хорошего друга - покажет время, но отчего-то в нем крепла уверенность, что Тэхён станет его спутником на всю жизнь, как и хорошим другом. Интуиция это была или звериная сущность нагло подсуживала, было абсолютно неважным, хотя период, проведенный в волчьей шкуре в стае до возвращения в город, стал адским испытанием для человеческой части, потому что тоска, которая поселилась в волчьем сердце, разъедала его, как кислота. Лишь только благодаря отличному самоконтролю и высокой ответственности, как альфы, Чонгук не сорвался на всех четырех лапах, чтобы найти своего человека.       Прошедший год был сложным, но и насыщенным для них. Они присматривались к друг другу, осторожно прощупывая границы, но хватило их ровно на месяц. Тэхён выловил Чонгука после учебы, затащил в парк под предлогом выпавшего снега, который растает уже к утру, но на который обязательно надо посмотреть.       В парке они бегали друг за другом по заснеженным тропинкам, кидались криво слепленными снежками, скользили подошвами кроссовок и падали, утягивая друг друга за собой, потом мокрые и грязные хохотали до болящих животов, чтобы в конце концов Тэхён повернулся к нему и грустно-грустно сказал, что не хочет, чтобы этот день кончался, потому что им придется расстаться, он вернется в свою пустую квартиру, где всю ночь просмотрит в потолок, потому что не может теперь спать один. Чонгук ничего не ответил, лишь поцеловал его, вкладывая в поцелуй все, что чувствовал, а в квартиру тем вечером Тэхён вернулся с ним и огромной спортивной сумкой, где была вся его одежда.       Наверное, кто-то скажет, что это было слишком поспешно, но так им было проще. Совместный быт мог убить любовь, но он же делал ее крепче. Чонгук устроился к ним в магазин, чтобы вносить лепту в общий бюджет, снять часть работы с плеч Тэхёна, ну и заодно познакомиться с лучшим другом, который занимал важную часть в жизни любимого человека.       Сказать по правде, не свои отношения их волновали больше всего, за них они были как раз уверены, а как сойдутся их друзья. Но и тут все прошло отлично, будто кусочки одного целого, разбросанные по разным сторонам, наконец-то воссоединились.       Возможно этому немало способствовал уикенд, проведенный в баре Сокджина, где они доделывали финальные штрихи к открытию. Вкусная еда, отличная выпивка, приятная музыка, схожие интересы, взаимные подколы и победу в первом туре команда Чонгука праздновала в этом баре, а Намджун с Юнги как-то незаметно обзавелись собственным столом, скрытый барной стойкой и всегда зарезервированный только для них, за которым времени проводилось больше, чем в студии. И надо сказать, что трек, под который парни одержали оглушительную победу, написан был ими под чутким руководством Хосока в этом самом баре. Чимин же вписался в танцевальную команду будто всю жизнь в ней был и просто уходил в отпуск. В тот вечер, когда Тэхён привел друга к ним в студию знакомиться, он так переживал, что искусал губы буквально в мясо - дней пять потом они не могли целоваться, что раздражало Чонгука неимоверно, тем более, что жертва была напрасной. Да, Чимину предстояло многому научиться, но потенциал у него был настолько огромным, а энтузиазм и того больше, что Хосок вписал парня во второй тур, чем почти довел до обморока. Но и здесь он повел себя как настоящий уличный танцор - смело встретил вызов, хотя Чонгук видел, как ему было страшно. Чимин был бойцом, не боящимся трудностей, наоборот, они его закаляли, а вера близких людей в него придавала ему сил. Поэтому Чонгук и Хосок были уверены в успехе, как никогда, определенно сезон в уличных танцах обещался быть жарким.       Тэхён тоже полюбился команде, особенно младшей группе, что конечно же не удивляло - дети всегда тянутся к яркому, доброму, честному. Уж кому, как не Чонгуку знать об этом. Тэхён притягивал взгляды везде, где бы не находился, но в его случае природа, бог или кто там еще приложил руку к его созданию были щедры вдвойне - он был красив и внутри. Чонгук помнил, как очнулся на следующий день после ранения, помнил, как поразила его красота спящего рядом парня, но впоследствии не это заставило сердце замирать и трепетать. С каждой мягкой улыбкой, от которой от уголков глаз лучиками разбегались морщинки, с каждым смелым и теплым прикосновением, с каждой глупой шуткой или ворчанием Чонгук увязал в нем сильнее. Он не мог и не хотел сопротивляться бархатному голосу, который, казалось, проникал в каждую клеточку. А безумная сексуальность, о которой Тэхён не знал, но неосознанно пользовался, доводила до возбужденного состояния в считанные секунды. Чонгук иногда думал, что же будет, когда Тэхён осознает ее в полной мере? Мир определенно вздрогнет.       Тэхён удивлял и продолжал удивлять его каждый день их совместной жизни. Чонгуку до него не встречались люди, способные любить весь мир просто за сам факт существования. С ним невозможно было ругаться или обижаться на него, а если такое у них каким-то образом происходило, то ненадолго. Они расходились в разные углы, где дулись друг на друга, как два детсадовца, а через час Тэхён заваривал дедушкин чай (запрещенный прием!), которым тот с удовольствием поделился (предатель!), усаживался напротив Чонгука и заявлял, что они так будут сидеть до тех пор, пока снова не понравятся друг другу.       А еще Тэхён очень любил животных (вот удивительно, правда?) и детей. Он никогда не приходил в танцевальную школу без маленьких презентов для детишек, неудивительно, что они отвечали ему взаимностью. Иногда Чонгуку приходилось его буквально за шкирку вытаскивать из танцкласса, напоминая, что вообще-то он тут чтобы снимать их, а то в его камере снимков и видео ребятни куда больше. Тэхён смеялся, обзывал ревнивцем и все равно при каждом удобном случае сбегал к детям. Он даже танцевал с ними и участвовал в паре их номеров. И у него неплохо получалось, по непредвзятому мнению Чонгука, если бы его спросили об этом. Тэхён в танце преображался неузнаваемо. Его движениям не доставало четкости и точности, но все это компенсировалось тягучей грацией и какой-то темной сексуальностью, опасной даже. Чонгук в такие моменты влюблялся еще сильнее, хотя казалось, что больше уже нельзя. Он пару раз предлагал Тэхёну танцевать с ними, но тот отказывался, говоря, что это не его призвание, танцором, и уже тем более чемпионом уличных танцев, он никогда не стремился стать.       Чонгук не настаивал, в глубине души зная, что это так. Тэхён все еще был в поисках себя. Несмотря на то, что он больше не был похож на того уставшего парня, который нашел огромного волка в сарае и поставил на ноги, пускай в любимых карих глазах больше не стояла тоска, но все равно чувствовалось, что пазл сложился не до конца и каких-то деталей все еще не хватало. И Чонгук был тверд в своих намерениях помочь ему найти их. Ну или хотя бы быть рядом.       Чонгук любил природу. Он с удовольствием сбегал из города как только представлялся случай. Но большей частью из-за Тэхёна. Если бы он не знал, то решил бы, что тот тоже оборотень. Тэхён с удовольствием отправлялся с ним в лес, поднимался в горы, плавал в лесных водоемах и всегда первым предлагал уезжать с ночевками.       Правда, сегодняшняя прогулка пришла Чонгуку в голову спонтанно и без какого-то умысла. Прошлым вечером дома они смотрели рандомный фильм на первом попавшемся канале, совершенно не вникая в сюжет. Голова Тэхёна покоилась на его бедрах, а Чонгук с удовольствием зарылся пятерней в шелковистые волосы, аккуратно пропуская пряди сквозь пальцы, рассеянно кивая тому, что завтра надо срочно сходить в прачечную, а то чистых носков у них осталось на пару раз. В этот момент на экране показали парочку, любующуюся звездным небом в обсерватории, и то, с каким затаенным восторгом за этим наблюдал Тэхён, натолкнуло Чонгука на мысль о необычном свидании. То, что показывалось в фильме, даже близко не стояло с тем, что он собирался показать ему.       Поэтому пятничным вечером, Чонгук отпросил их у Чимина пораньше, чтобы успеть собрать вещи. Тэхён всю дорогу домой ворчал, что собирался эти выходные провести в кровати и вылезти оттуда в понедельник только с десятым звонком будильника, но самым первым выскочил из машины укладывать рюкзак, едва они подъехали к квартире. Поэтому-то Чонгук никогда не обращал внимание на маты и стоны во время их путешествий, зная, что какими бы тяжелыми не выдавались прогулки, это время Тэхён любил больше всего. После них он возвращался в город спокойным и умиротворенным, хотя и изрядно поцарапанным и в синяках. Тэхён не был особо неуклюжим, не больше других людей, но как только фотоаппарат оказывался в руках он напрочь забывал следить за окружением.       В который раз остановив летящую в лицо еловую ветку, Чонгук притормозил Тэхёна за локоть и скомандовал привал.       - Уф, наконец-то! - упершись ладонями в колени, пробормотал Тэхён.       - Дальше будет еще тяжелее, - Чонгук сбросил рюкзак на землю рядом с деревом. - Когда двинемся дальше, внимательно смотри за мной и иди след в след.       - Все так серьезно? - спросил Тэхён, располагаясь рядом.       - Нам придется подниматься в гору, - Чонгук достал бутылку воды и передал ему. - Это еще не тот момент, когда нужна страховка, но тот самый, когда нужно быть предельно сосредоточенным.       Тэхён задумчиво отпил воды и достал фотоаппарат. Это было своего рода их традицией - фоткаться каждый раз на привале. Чонгук привычно положил голову ему на плечо, слегка улыбнувшись в объектив - по его скромному и непредвзятому мнению, они классно смотрелись вместе.       - Офигенский снимок для альбома, - пробормотал Тэхён, рассматривая фотку.       - Альбома? Какого альбома?       Тэхён замер.       - Бли-и-и-ин! - простонал он, уткнувшись в колени. - Это был сюрприз!       - Окей, тогда я ничего не слышал, - пожав плечами, Чонгук отдал ему сверток. - На, твой любимый.       Тэхён взял предложенный бутерброд, тут же вонзив в него зубы. Они какое-то время молча ели, слушая звуки леса, каждый думал о своем. Точнее, думал, наверное, Тэхён, Чонгук же привычно погружался в окружение, позволяя звериной половине проснуться. Звуки и запахи сразу стали отчетливее и резче.       - М-м-м, привет, волчара, - в голосе рядом послышалась улыбка. Чонгук вопросительно приподнял брови, Тэхён пояснил: - Твои глаза горят желтым, это не просто отблеск, значит, волчара проснулся.       Чонгук, покачивая головой, наклонился и оставил легкий поцелуй за его ухом, не став в который раз поправлять, что нет никакого волчары. Почему-то Тэхён упрямо разделял их, аргументируя тем, что они абсолютно разные, мол, волчара дурной и больше похож на щенка, а Чонгук серьезный и очень ответственный, несмотря на то, что младше по возрасту. Что ж, хотелось ему так думать, кто он такой, чтобы этому препятствовать.       Подкрепившись и немного отдохнув, они двинулись снова в путь покорять последнее препятствие в виде восхождения на гору. Основная часть пути представляла собой широкую тропу с разнообразными колючими кустами по бокам - и если бы она не уходила резко вверх и не имела такие крутые повороты, от которых сбивалось дыхание даже у бывалого Чонгука, то прогулка вышла бы легкой. Но в паре-тройке мест приходилось буквально карабкаться вверх, цепляясь за торчащие коряги и корни, помогая друг другу. Тэхён делал все так, как велено, четко повторял за ним, поэтому на поляну, окруженную деревьями, они вышли вполне себе целыми, пара мелких царапин была не в счет.       Чонгук огляделся, чтобы сориентироваться, но сзади раздалось такое ожидаемое “да твою ж мать!”, глухой удар и шорох, будто упал мешок картошки, что сразу стало понятно, куда дальше идти. Он обернулся: Тэхён сидел на заднице и сердито сверлил глазами что-то в траве.       - В этот раз я не виноват! Это все эта тупая деревяшка! - он пнул что-то ногой, но тут же вытаращил глаза: - Это что, рельсы? Не, реально, это рельсы, смотри!       - Отлично, значит нам туда, - сказал Чонгук, подходя к ошарашенному Тэхёну. - Да, здесь когда-то проходила железная дорога, если память мне не изменяет, по ней перевозили что-то ценное из шахт.       - Золото? - как-то слишком воодушевленно спросил Тэхён, а Чонгуку на секунду почудился золотой отблеск в его глазах.       - Может, золото, а может и уголь - не вдавался в подробности. Идем? - он протянул руку, помогая Тэхёну встать. - Мы почти пришли, готовь свою камеру, сейчас ты охренеешь от восторга.       Тэхён ничего не сказал, только потряс фотоаппаратом, висящим на груди, поудобнее перехватывая рюкзак. Чонгук взял его за руку и повел вдоль рельс вперед. Идти им было метров пятьсот, Тэхён не поднимал взгляд от земли, словно боялся, что дорога вот-вот исчезнет, даже пару раз сфоткал, поэтому конечно же не заметил, как деревья расступились, выпуская их на небольшой ровный участок земли, шагов десять в ширину и длину, заканчивающийся пропастью. Чонгук стянул с него рюкзак и легонько подтолкнул вперед.       - Ахуе-е-е-еть! - восторженно выдохнул Тэхён, наконец-то оторвав взгляд от земли. - Как..? Это же..! Мама дорогая!       Он обернулся к нему, взмахнул руками, подскочил на месте и снова развернулся, не в силах выразить словами то, что его переполняло. И Чонгук прекрасно понимал его, он сам испытал тоже самое, когда впервые наткнулся на это место. Рельсы не заканчивались тут, а убегали вперед, через пропасть и дальше, покуда глаза могли видеть. Кто, как и зачем построил здесь железную дорогу, Чонгук не знал, но зрелище было великолепным.       - Еб твою… - выдохнул Тэхён, подходя к краю пропасти и аккуратно взглянув вниз.       Чонгук знал, что сейчас он видел горную реку, мощным потоком петляющей между деревьев.       - Я должен это сфоткать!       Чонгук улыбнулся, бросил на землю их рюкзаки и шагнул к Тэхёну, чтобы подстраховать. Хотя он заранее знал о такой бурной реакции, но ощущать волнами исходящий восторг от парня было несравненно. Ему даже не нужно волчье чутье для этого, Тэхён буквально весь лучился счастьем, напоминая ребенка, которому перепал вагон сладостей.       - Они меня выдержат? - Тэхён опасливо покосился на высоченные сваи, которые держали дорогу над пропастью между двумя скалами, но отсюда выглядели невероятно хрупкими.       - Думаю, твои шестьдесят килограмм они даже не заметят, но прыгать я бы все же не стал.       - Какая жалость, а я ведь как раз собирался! - саркастично пробубнил Тэхён, при этом крепко вцепившись в руку Чонгука. Он бросил еще один опасливый взгляд вниз: - Блять, страшно-то как!       - Может, просто сфоткаешь отсюда? - предложил Чонгук. - Так тоже получатся красивые кадры.       - Ни за что! - упрямо мотнул головой Тэхён в ответ. - Я не прощу себе, что упустил такую красоту, потому что испугался.       - Тогда идем, - Чонгук плечом легонько подтолкнул его вперед. - Я буду рядом.       - Ты лучший! - Тэхён порывисто обнял его за шею, затем так же стремительно отстранился и шагнул вперед, но чужую ладонь из своей не выпустил.       Хотелось ответить шуткой, но Чонгук счел за лучшее промолчать и дать парню насладиться моментом.       Пропасть была протяженностью метров пятьдесят, но огромная высота делала это расстояние раз в десять больше. Чонгук знал, что Тэхён боялся высоты, и невероятно им гордился каждый раз, когда тот брал себя в руки и преодолевал свой страх. Вот и сейчас, сделав пару глубоких вдохов, он отважно сделал шаг вперед, вступив на толстое бревно шпалы. Старое дерево не заскрипело и не затрещало, чем очень обрадовало Тэхёна.       - Умели же строить раньше, а! - пробормотал он себе под нос, продолжая мелкими шажками продвигаться вперед.       Чонгук в мыслях с ним согласился. Он сам не особо боялся высоты, но стоя вот так над пропастью, не имея возможности держаться за что-то, кроме чужой руки, ощущаешь себя не очень комфортно. Горло предательски сжало спазмом, да и Тэхён все сильнее пах страхом, но упрямо шел вперед, словно от этого зависела жизнь.       - Думаю, здесь будет нормально, - он остановился ровно в тот момент, когда Чонгук уже сам был готов просить притормозить. - Постоим немного, мне надо привыкнуть.       Чонгук только кивнул, услышав дрожь в голосе Тэхёна. Он сейчас не ручался, что его собственный не звучал бы точно так же, если не хуже. Звериная его часть, почуяв страх Тэхёна, начала, пока что тихо, бесноваться, не делая ситуацию лучше. И ведь отошли-то всего шагов на пятнадцать максимум, но здесь ощутимо задувал ветер, которого не было в лесу, и ощущение беспомощности накрывало с головой.       Тэхён сделал пару кадров, не расцепляя их рук, а затем повернулся к нему.       - Мне пиздецки страшно, но одновременно охренительно хорошо! - он облизал пересохшие губы и улыбнулся. - Спасибо. Ты, как всегда, прав, я в диком восторге!       - Идем обратно? - Чонгук мотнул головой в сторону поляны.       - Подожди, я хочу сделать кое-что еще… - Тэхён прикусил губу, бросив взгляд вниз, и выпустил его ладонь. - Подстрахуй меня, пожалуйста.       Чонгук только кивнул, наблюдая, как парень с величайшей осторожностью подошел к краю дороги и… аккуратно сел, свесив ноги вниз. Даже у него вряд ли бы хватило на такое смелости. Пока Тэхён, склонившись чуть вбок, делал пробные кадры, Чонгук подошел к нему, сел сзади, обвив ногами, и осторожно прижал к себе, сразу же ощутив, как тот мгновенно расслабился. Такое безграничное доверие подкупало.       - Ты решил забить карту памяти одними фотками этой высоты? - шепнул Чонгук через полчаса, осторожно проведя носом дорожку туда-сюда за его ухом.       - Я закончил, - ответил Тэхён, откидываясь назад. - Давай посидим так еще чуть-чуть?       Чонгук не ответил, а только кивнул, укладывая подбородок ему на плечо. Тэхён снова сделал с ним сэлфи и затих. Внизу шумела река, здесь, наверху, завывал ветер, малейшее неверное движение и они полетят вниз, но Тэхён расслабленно полулежал в его объятиях, его руки покоились на руках Чонгука, а сам он пах счастьем. Создавалось ощущение, что в целом мире были только они одни.       - Хотелось бы так провести вечность, но нам еще ставить палатку, - с сожалением прошептал Тэхён и, повернув голову, легонько прижался к губам Чонгука.       Очень хотелось углубить поцелуй, но предаваться страсти на такой высоте было не самой хорошей идеей.       Поддерживая и помогая другу другу, они встали и вернулись на поляну, чтобы выбрать место для ночлега. Разыграв в камень-ножницы-бумага, кому ставить палатку, Чонгук отправил Тэхёна за хворостом, попросив внимательно смотреть под ноги - единственное, чего здесь стоило опасаться. Он не боялся диких животных, даже если они сюда забредут, что маловероятно, то близко не подойдут, учуяв его. Тэхён фыркнул, не преминул напомнить, что он так-то взрослый парень, но скорее из вредности - ему была приятна такая забота. Чонгук бросил в него лосьоном от клещей и принялся за палатку.       За то время, за которое он устраивал им ночлег, Тэхён возвращался пару раз с охапкой хвороста, один раз накормив его душистой малиной, счастливо заявив, что вон за тем деревом ее столько и он должен собрать ее всю. Судя по перепачканным губам и щекам, скорее съесть, но это уже детали. Поэтому Чонгук не сильно удивился, когда, закончив, не обнаружил Тэхёна рядом.       - Тэ, хватит лопать малину! Иди лучше зацени мою работу! - громко позвал он, но ответа не последовало.       Нахмурившись, Чонгук направился в сторону ягоды, которая наглым образом так надолго завладела вниманием его парня, но испуганный Тэхён, вывалившийся из кустов, заставил его сердце ухнуть в пятки. Без хвороста и ягод, на щеке ярко алела царапина, а в глазах стояли едва сдерживаемые слезы.        - Ты поранился? - Чонгук бросился к нему, в два счета преодолевая расстояние между ними. - Где? Что болит?       Он схватил его за плечи, шумно втянув воздух, сильно пахло малиной и землей, но запаха крови не было, зато чувствовался запах болезни. И это было странным, потому что для такого запаха причин не было совершенно. Чонгук нахмурился.       - Я в порядке, но… - Тэхён сглотнул и протянул дрожащие руки вперед: - А вот он нет.       Чонгук с изумлением, наконец, увидел лежащего в его ладонях волчонка.       - Господи, Тэхён… Зачем..? - он прикусил губу, ругать парня, который едва сдерживал слезы, не хотелось.       Когда узнает, что теперь мать точно от щенка откажется, расстроится еще больше.       - Он сам, - Тэхён замотал головой. - Я там… собирал ягоды, а этот выпал из кустов, я чуть не наступил на него. Увидел меня, тихо пискнул, упал и больше не шевелился. Чонгук, что с ним?       - Дай мне его, - осторожно взяв волчонка, Чонгук сначала аккуратно ощупал его, быстро определив, что физических повреждений нет, потом обнюхал. Конечно же запах болезни принадлежал щенку. - Скорее всего голодный обморок. Судя по зубам, ему примерно месяца два-три, в этом возрасте они не умеют еще охотиться, их кормят родители. Повреждений я не нашел, а сам волчонок сильно худой.       - Ты можешь ему помочь? - Тэхён кусал губы и смотрел с такой надеждой, словно Чонгук был всесильным божеством.       - Постараюсь, но мне нужна будет твоя помощь. Идем.       Вервнувшись к палатке, Чонгук отдал щенка Тэхёну и принялся за работу. Сначала, вытряхнув из рюкзака теплые вещи, он расстелил один спальник и устроил в нем небольшое гнездо.       - Ему нужно тепло, обычно их греют родители, но сейчас я не могу обернуться, поэтому надо построить гнездо, - комментировал Чонгук свои действия. - Теперь осторожно укладывай сюда. Вот так, хорошо. А сейчас нам надо будет его накормить, чтобы он очнулся.       - Но у нас нет мяса, - Тэхён нахмурился. - Есть консервы, но вряд ли ему такое можно.       - Нельзя. Я схожу на охоту, поймаю что-нибудь, но сначала приведем его в чувство.       Чонгук выскочил из палатки и вернулся с бутылкой молока, которую взял себе для кофе. Налив в тарелку, он аккуратно взял щенка в руки.       - Смотри внимательно, Тэ, потому что когда я уйду, тебе придется его кормить, - он поймал страх в глазах Тэхёна и ободряюще похлопал его по колену. - Не переживай. Ты, блин, лечил раненого страшного волка, с этим уж точно справишься. Смотри. Вот так поворачиваешь голову, это чтобы он не захлебнулся. Теперь ложкой набираешь чуть-чуть молока и медленно вливаешь. Это, конечно, надо делать пипеткой, но у нас ее нет. Постарайся лить по капелькам.       Тэхён наклонился вперед и следил за его движениями, не мигая и, кажется, даже не дышал.       - Все. Видишь, ничего сложного, - сказал Чонгук, укладывая щенка обратно в импровизированное гнездо.       - Что теперь? - тихо спросил Тэхён, подтянув одно колено к себе и уткнувшись в него подбородком.       - Ждать, - Чонгук подполз к нему и обнял за плечи. - Если он очнется, значит, выкарабкается. Тогда я уйду на охоту.       - А если нет? - голос Тэхёна надломился.       - Выкарабкается, - Чонгук прижал его к себе, прижавшись губами к виску. - Этот парень проделал длинный путь для своего возраста, здесь нет волчьего логова рядом, я бы учуял. Он сильный, боец, обязательно выживет.       - Как ты думаешь, где его мать? Она, наверное, с ума сходит… - спросил Тэхён, не сводя глаз с волчонка.       - Думаю, она его бросила, - вздохнув, озвучил Чонгук неприятную правду.       - Что? - Тэхён оторопело уставился на него. - Но разве такое возможно? Мне казалось, что волки очень верные, рьяно охраняют семью, любят один раз и на всю жизнь.       - Это… - Чонгук тихо засмеялся, вновь притянув его к себе. - Люди слишком романтизируют некоторые вещи. Волки - животные, Тэхён, и живут инстинктами. Да, зачастую пары создаются надолго, но только потому что так диктует природа - размножаться сильному с сильнейшей, чтобы дать сильное потомство и повысить их шансы на выживание. Стоит кому-то из партнеров погибнуть, как второй, если все еще в состоянии, ищет ему замену, иногда даже бросая свою стаю и создавая новую. В целом да, волк предан выбранному партнеру, охраняет его и т.д. Но только потому что… инстинкты. И потомство, конечно, волки тоже берегут и защищают. Как бы это сказать? Волки будут биться за свою пару или потомство только в том случае, если это того стоит. Если же волк знает, что борьба может стоить ему жизни, он отступит. Иногда волчице проще родить новых волчат, чем защитить имеющихся. Думаю, этого парня бросили. Возможно, кто-то набрел на логово, медведь, например, а может и человек.       - Это… ужасно… - Тэхён шмыгнул носом и осторожно погладил волчонка по макушке пальцем, на что тот неожиданно дернулся. - Ты это видел?!       Чонгук кивнул и осторожно взял щенка в руки, тот снова дернулся и открыл глаза, сразу же заскулив.       - Смотри, он очнулся и теперь сам может лакать, - Чонгук зачерпнул ложкой еще немного молока. - Но так как голоден, то будет пытаться выпить все, начнет торопиться и давиться. Пресекай и не давай, как бы не скулил и не давил на жалость. Ему сейчас опасно много молока, да и не полезно оно ему.       Стоило убрать ложку, как волчонок сначала заворчал, а потом заскулил, требуя еще. Тэхён поморщился и жалобно посмотрел на Чонгука.       - Как такое можно выдержать? Он просит есть, а я должен отказать? Я не смогу.       - Сможешь, просто держи в голове, что если перекормишь, он точно умрет. Ты же не хочешь его убить? - Жестко, зато действенно, Тэхён сразу стал серьезным.       Чонгук уложил щенка обратно, рыкнув, когда тот попытался встать. Волчонок прижал уши и тихо заскулил, но лишних движений больше не делал.       - Если что, просто держи его на руках и дай пососать свой палец, обмакнув в молоко, его это успокоит. Через минут двадцать дай еще ложек пять. Я постараюсь вернуться быстро, но все будет зависеть от того, как далеко находится их логово.       - Ты хочешь найти его жилье? - Тэхён вскинул голову, с отстраненным интересом наблюдая за тем, как Чонгук достал из рюкзака свою рубашку, а затем начал раздеваться.       - Вдруг его никто не бросал, а он просто отбился. Хочу проверить, - ответил Чонгук, хотя знал, что это вряд ли. Если бы парень потерялся, тут бы давно стоял вой. Но логово найти необходимо, там могли быть еще волчата. А вот живые ли - вопрос, но этого точно Тэхёну сейчас знать не стоило. - Не бойся, на поляну никто не сунется, мои метки не позволят. А если люди, ты знаешь, что делать.       Он говорил о пистолете, который лежал на дне рюкзака. Тропы здесь нехоженые, вероятность появления человека крайне мала, но подстраховаться не мешало, после того случая на горе им так обоим было легче, честно говоря.       Тэхён вылез из палатки как раз в тот момент, когда Чонгук обернулся.       - Волчара, - мягко улыбнулся он, обнимая черного волка за шею. - Будь осторожнее.       Чонгук заскулил и лизнул Тэхёна в щеку, а затем обошел по кругу, старательно обтираясь об штаны. Закончив, он взял в зубы рубашку и сорвался с места. Чем быстрее закончит, тем быстрее вернется.       Найти тот самый куст не составило труда. Любимый запах Тэхёна, казалось, был повсюду. К нему примешивался запах волчонка, помогая определить направление, откуда тот пришел. Если парень выживет, то из него получится истинный вожак - далеко не каждый щенок способен на такой подвиг в таком раннем возрасте.       Волк в среднем за ночь может пробежать до восьмидесяти километров, оборотень - в два раза больше и даже не запыхается. Поэтому к логову Чонгук выбежал минут через десять, почти сразу же остановившись. Шерсть на загривке вздыбилась, едва нос уловил густой медвежий запах. Принюхавшись, он осторожно двинулся вперед, стараясь ступать не с подветренной стороны. Это была излишняя предосторожность, звери давно ушли, но рисковать Чонгук не собирался.       Его предположения оказались верны - на логово напали и, похоже, не один медведь. Одного обычно стая могла отогнать. Земля перед входом была взрыта мощными когтями, стенки норы наполовину разрушены, видимо, звери очень сильно оголодали. Медведи редко нападают на чужих детенышей, да и лето было теплым, пищи вокруг много, но что-то заставило этих зверей повести себя таким образом. Гадать о причинах можно долго, но отсутствие следов борьбы говорило, что логово волки бросили и даже не пытались защитить.       Чонгук еще раз прислушался, чтобы убедиться в своем одиночестве, и, улегшись на живот, осторожно протиснулся в нору. Это было не так уж и просто, учитывая, что он крупнее обычного волка раза в два, а стены были разрушены мощными лапами. Логово оказалось неглубоким, шансы, что детеныши выжили, были невелики. Но Чонгук буквально ввинчивал свое тело внутрь - ему необходимо в этом убедиться.       Протиснувшись едва ли по плечи, он принюхался, почти сразу же ощутив тяжелый запах болезни, но не смерти, значит, волчата точно где-то здесь. Навострив уши, Чонгук уловил едва слышное рваное биение маленьких сердечек. Это было удивительно, разрушения указывали на то, что медведи должны были достигнуть своей цели. Куда же щенки спрятались тогда?       Взрыкнув, Чонгук выбрался назад, мгновенно оборачиваясь человеком. Малыши, видимо, находились в отключке или же сильно напуганы, а значит сами не выйдут. Присев на корточки, он снова залез в логово, напрягая слух, который хоть и был острее человеческого, но все равно сильно уступал волчьему. Внезапно сбоку раздался шорох. Повернув голову, Чонгук заметил шевеление возле дальней стены - оказалось, волчата спрятались под огромный и толстый корень дерева, вокруг которого и было построено логово. Он надежно закрыл собою небольшую дыру в земле, таким образом сохранив им жизнь.       - Вот вы где, - прошептал Чонгук, аккуратно доставая щенков из их убежища.       Углубление под корнем оказалось тесным, удивительно, как волчата вообще поместились и не задавили друг друга. Всего их оказалось четверо. Маленькие, грязные и сильно исхудавшие, трое в отключке, четвертый на грани и уже даже не мог скулить, а лишь часто-часто дышал, высунув язык. Осторожно вытащив щенков из норы, Чонгук мгновенно сориентировался и помчался за водой - волки всегда обустраивали логово недалеко от водоемов.       Приведя в чувство и напоив волчат, он расстелил рубашку, уложил туда малышей и аккуратно связал ее так, чтобы получился большой узел. Сидеть и ждать, когда они очнутся, а также нести их в человеческой форме было не лучшим вариантом - Тэхён там один и хотя ни одно животное не сунется на поляну, но всегда оставался тот самый долбаный процент, когда могло случиться лютое говно.       Поэтому, взяв рубашку в зубы, Чонгук побежал назад на максимальной скорости, соблюдая осторожность, успокоившись только тогда, когда его лапы ступили на поляну. Втянув носом воздух, он убедился, что все было в порядке: чужаков не было, Тэхён находился в палатке и, судя по шороху, читал.       Положив узел на землю перед палаткой, Чонгук обернулся и сразу же развязал рубашку. Едва ему стоило приоткрыть ткань, чтобы свежий воздух и солнце коснулись щенков, как те зашевелились и издали скулеж, который медленно начал перерастать в голодное верещание.       - Чонгук? - Тэхён высунулся из палатки и удивленно рассматривал истерично пищащую меховую кучку. - Ты нашел еще?       - Да, - кивнул Чонгук, сгреб рубашку и отдал щенков ему. - Занеси их внутрь, я сейчас.       - Эй, смотри кого мы тебе принесли? - услышал Чонгук мягкое воркование Тэхёна, пока натягивал штаны. - Ну тихо, тихо, сейчас мы вас покормим. Стоп! Это тебе нельзя! Блять, теперь спать на мокром! Перестань! Фу! Откуда в вас столько силы, вы же едва на ногах стоите?! Эй, это мой палец, а не еда! Чонгук, неси молоко скорее или они сейчас сожрут меня!       Посмеиваясь, Чонгук взял остатки молока, еще одну тарелку с ложкой и залез в палатку.       - Они так ломанулись к молоку, я не успел остановить и вот, - пожаловался Тэхён, показывая на мокрое пятно. Волчата при виде Чонгука заверещали в полную силу и поползли в его сторону. - Афигеть они громкие! Ну и как мы их будем кормить?       - По одному, - Чонгук сел на колени и негромко, но грозно рыкнул - волчата мигом присмирели, сбившись в кучку. - Другое дело. На, корми вот эту.       - Эту? - Тэхён осторожно принял протянутого щенка. - Это девочка? И почему именно ее?       - Девочка, она самая слабая, ей не дадут есть, - Чонгук достал из кучи другого волчонка. - А я возьму вот этого, он слишком бойкий, начнет отбирать еду. Нашего вожака будем кормить отдельно, ему уже можно побольше дать. А этих вот тут посадим.       - У нас хватит молока? - Тэхён осторожно почесывал маленькую волчицу за ушком, даже не замечая, что укачивал ее совсем как человеческого ребенка.       - Наша задача сейчас не накормить их, - Чонгук налил двум щенкам немного молока и наблюдал за ними, не давая отпихивать друг друга. Волчонок на его руках заверещал, но угомонился, стоило немного сверкнуть на него глазами. - Необходимо приучить их желудок к пище, чтобы он не отверг мясо за столько дней голодания и смог его переварить, заворот кишок нам тоже не нужен.       - Откуда ты про это столько знаешь? - Тэхён зачерпнул из тарелки будущего вожака молока и осторожно дал своей волчице на руках.       - Дедуля научил, пару раз нам попадались такие брошенки. Ну а кормежка обычных волчат ничем не отличается от кормежки щенков оборотней.       Когда два волчонка закончили лакать, Чонгук отнес их в импровизированное гнездо, налил остатки молока и дал поесть бойкому парню в его руках.       - Справишься тут без меня? - он присел перед Тэхёном.       - А у меня есть выбор? - вздохнул тот, продолжая баюкать волчицу в ладонях.       Девчонка все еще была голодна, но спокойно лежала и не скулила, пригревшись под незатейливой лаской.       - Я постараюсь быстро, они не будут тебя доставать, пока ты не пахнешь едой, да и сил у них немного, - Чонгук склонился и поцеловал Тэхёна в губы, легонько потершись своим носом об его, получив в ответ мягкую улыбку и сияющие глаза.        Он покинул палатку, скинул с себя штаны и, обернувшись, со всех лап помчался в лес, туда, где почувствовал заячий запах. Бежать приходилось осторожно, так как зайцы в основном полагаются на слух и зрение так же, как волки - на нюх. И они способны услышать хищника задолго до того, как тот их унюхает.       Трава мягко ложилась под лапы, не выдав ни единой хрустнувшей веткой. Лес полнился обычными звуками и никому вокруг не было дела до маленьких оголодавших щенков. Где-то дятел трудолюбиво выковыривал из ствола жучков, над головой ухнула сова, но тут же затихла, опасаясь привлечь внимание - день для нее недружелюбное время суток. Белка, перепрыгивая с ветки на ветку, бежала параллельно его ходу, будто соревновалась, но быстро отстала. Перепрыгнув через ручей, Чонгук шуганул олениху с олененком, которые со всех ног помчались в чащу, хотя им-то как раз нечего было опасаться - столько мяса ему было не нужно.       Вскоре на небольшой поляне, он обнаружил двух зайцев: один поедал траву, то и дело привставая на задние лапки, осматриваясь, другой обгладывал куст с какими-то красными ягодами. Чонгук замер, а затем осторожно двинулся к добыче с подветренной стороны, внимательно глядя под ноги. Когда зайцы его заметили, для них уже было слишком поздно. Чонгук одним огромным прыжком нагнал первого зайца, схватил и аккуратно сжал челюсти, перебивая позвоночник. Второму удалось уйти, но это пустяк - одной туши волчатам более, чем достаточно. На обратном пути, совсем рядом с их лагерем, Чонгуку удалось задушить куропатку, у которой так кстати оказалось сломано крыло, а значит у щенков теперь был еще и завтрак.       На поляне Тэхён сидел возле костра, в котором стояли две банки мясных консервов и кипятилась вода в котелке. Чонгук бросил добычу на землю и засеменил к парню, отфыркиваясь от перьев.       - Целовать я тебя не буду, - улыбнулся Тэхён, когда он ткнулся лбом ему в плечо. - У тебя морда в крови.       Чонгук обиженно рыкнул и направился к палатке. Волчата спали, сбившись в кучу, попискивая во сне. На негромкое гавканье они не обратили совершенно никакого внимания, пришлось залезть внутрь и растолкать засонь, а одного даже куснуть за ухо. Когда зевая, волчата уставились на него, Чонгук схватил ближайшего за холку и поставил к выходу, носом вытолкав на улицу. Остальные, стоило им учуять запах зайчатины, сами бросились наружу, возбужденно повизгивая.       Маленькие охотники быстро отыскали добычу и с голодным рычанием бросились на нее. Конечно, их зубы не могли прокусить шкурку зайца, но энтузиазма это нисколько не убавило. Понаблюдав за игрой в перетягивание каната, где в роли реквизита выступала тушка, Чонгук отобрал ее и принялся разделывать, пока волчата в нетерпении бегали вокруг и визгливым тявканьем просили поторопиться. Разделив зайца примерно на одинаковые куски, убрав кости и немного пережевав пищу, Чонгук разрешил им наконец-то приступить к еде, сам же улегся чуть в стороне, чтобы в случае чего пресечь любые попытки отобрать еду друг у друга.       Оголодавшие щенки набросились на предложенное угощение и в два счета умяли зайца, хотя тушка там была немаленькая. По ним было видно, что не наелись, но куропатку, лежащую в стороне не тронули, особенно когда будущий вожак получил чувствительный укус за ухо, решив все же попробовать птицу на зуб.       Толкаясь и рыча друг на друга, щенки косолапо подбежали к нему, и Чонгуку ничего не оставалось, как вылизать их окровавленные мордочки, как обычно это делали родители. После, аккуратно взяв птицу в пасть, он отнес ее к костру. Обернувшись, и натянув штаны, Чонгук налил волчатам свежей воды и сел рядом с Тэхёном, который все это время с горящими любопытством глазами наблюдал за ними.       - Это было прикольно, - хихикнул Тэхён, протянув ему тарелку с разогретым рагу из банки. - Я никогда не видел, как волки ведут себя со своим потомством.       - Привычка, - проворчал Чонгук, отправляя первую ложку в рот. - Когда в нашей стае появляются волчата, я всегда оказываюсь в няньках, они все почему-то ходят за мной.       - Чувствуют, что ты классный, - Тэхён положил голову ему на плечо. - Ты сегодня спас целых пять жизней.       - Я всего лишь помог, - Чонгук на секунду прислонился щекой к его макушке, но тут же вернулся к еде. - Если бы этот парень не был бы таким сильным, все бы кончилось для них печально.       Тэхён прикусил губу, явно в красках представляя, как оно могло быть, особенно глядя на резвящихся волчат, по которым, если бы не излишняя худоба, сейчас и не скажешь, что их бросили на верную гибель.       Ужин прошел в умиротворенном молчании. Тэхён с восторгом наблюдал за волчатами, то и дело уходя в свои мысли. И Чонгук знал, что в его голове сейчас очевидно происходят какие-то переосмысления, но с вопросами не лез - Тэхён придет сам, как и всегда, когда ему нужна была поддержка.       Только вот неугомонные щенки в конце концов решили, что ноги Тэхёна - отличная добыча и устроили на них охоту, прервав его думы. Волчата гоняли парня по всей поляне, тот матерился в голос, просил Чонгука перестать ржать и скорее угомонить разбушевавшихся диких зверей, но на его лице сияла такая широкая улыбка, что конечно же никуда Чонгук не полез, а с удобством расположился возле костра, потихоньку ощипывая птицу, очень громко болея за Тэхёна.       Когда волчата стали откровенно зевать и укладываться на землю, не реагируя даже на щекотку перьями, они отнесли их в палатку и уложили в гнездо.       - Не так я представлял сегодняшнюю ночь, - проворчал Чонгук, поправив свитера, чтобы щенкам было теплее.       - Да, а как? - Тэхён с любопытством глянул на него из-под челки.       - Ну уж точно не нянчая выводок мелких волков, - фыркнул Чонгук, расправив второй спальник. - Нам придется или уложить их между нами, или мне спать волком рядом с ними.       - Так вот что тебя бесит, - рассмеялся Тэхён, уж ему-то отлично было известно, как Чонгук не любил спать отдельно от него. - Потерпи, это же всего на одну ночь. А кстати, что мы дальше с ними будем делать, ты уже думал?       Конечно, у него были мысли на этот счет, только он не знал, какую выбрать. Вздохнув, Чонгук достал походный коврик из рюкзака. Поманив рукой, он вылез из палатки. Возле костра налил им по кружке чая, вручил Тэхёну фонарик и повел за собой.       - А ничего, что мы их так оставляем? - спросил Тэхён, его речь звучала невнятно из-за фонаря во рту.       Это Чонгук отлично все видел в накрывших лес сумерках, а Тэхёну было сложно.       - Их уже в месяц родители оставляют одних на целый день, когда уходят на охоту. Тем более после стольких дней голода, еды и беготни за тобой они до утра проспят без задних ног, - ответил Чонгук, уверенно пробираясь вперед.       Он привел их снова к обрыву, но в сторону рельс не пошел - в темноте там гораздо опаснее.       В эту прогулку им очень повезло с погодой. День сменился ночью, жара спала, а на чистом небе сверкали крупные звезды, будто кто-то рассыпал драгоценные камни на черном бархате.       - Вау! - протянул Тэхён, едва выйдя из леса. - Какая красотища!       Чонгук расстелил походный коврик и поспешил утянуть на него своего парня, пока тот от переизбытка эмоций не шагнул в пропасть. Тэхён торопливо поставил стакан между ног и принялся фоткать.       - Никогда не видел такие крупные звезды, - пробормотал он, изогнувшись в немыслимой позе.       - Сегодня все для тебя, смотри, даже млечный путь виден очень четко, - улыбнулся Чонгук, откинувшись чуть назад на обе руки.       - Жалко нет штатива, столько бы красивых фоток можно наделать с нами двумя, - в голосе Тэхёна слышалось неподдельное сожаление, когда он закончил.       - О да, нам определенно не хватает в коллекции фото, где мы держим луну в ладонях. Эй! - засмеялся Чонгук, когда получил чувствительный щипок бедра. - Ладно, ладно, мы не в последний раз тут, в следующий раз возьмем и устроим романтичную фотосессию, - Чонгук достал мобильный и притянул к себе. - А пока, наше любимое сэлфи?       Закончив дурачиться на камеру, Чонгук сел прямо, скрестив ноги в лодыжках, Тэхён скопировал его позу и устремил задумчивый взгляд вперед.       - О чем ты все время думаешь?       - Сейчас о нас, - Тэхён чуть повернул голову, Чонгук заметил, что в глазах парня застыла какая-то тоска.       - Судя по всему не очень веселое, - Чонгук забрал из его рук чашку, отставил в сторону и притянул к себе на грудь. - Есть что-то, чего я не знаю?       - До сегодня я даже не придавал этому значение. Правда. Я знаю, что ты любишь меня, ты знаешь, что я люблю тебя, хотя ты тут читеришь со своими волчьими чувствами, а у меня такого нет, но я все равно знаю это. Только… Глядя на то, как ты мигом преобразился, когда понял, что волчонку нужна помощь, как ты бросился спасать его, я по-настоящему испугался. За нас.       - Я что-то сейчас не пойму, ты хочешь меня бросить? - Чонгук развернул Тэхёна лицом к себе и заглянул ему в глаза.       - Что? Нет! Что за чушь ты несешь?! - возмущенно всплеснул руками Тэхён. - Просто… Ты же любишь детей, стаю, а я ведь не могу тебе этого дать. И я как подумаю, что когда-нибудь ты… - Тэхён зажмурился и ударил по земле руками, сжатыми в кулаки, по обе стороны от себя. - Я блять даже вслух не могу этого сказать, так мне становится больно от одной только мысли!       - Та-а-ак, стоп, стоп стоп! - Чонгук взял Тэхёна за плечи, легонько встряхнул и приказал: - Посмотри на меня. - Дождавшись, когда тот нехотя откроет глаза, Чонгук продолжил: - Я люблю детей не больше твоего. Если ты забыл, то это тебя я постоянно вылавливаю из танцкласса младшей группы. И семья, стая для меня важны так же, как и для тебя. Но это не значит, что для осуществления всего этого мне нужна непременно волчица. Во-первых, детей я не планирую ни сейчас, ни в ближайшие лет пять. А если уж приспичит, то существует суррогатное материнство, почему я должен непременно бросить тебя? Тэхён, что ты от меня скрываешь на самом деле?       - Возможно я слышал некоторые разговоры, - едва слышно проворчал Тэхён, кусая губы.       - Какие?       - Что ты классный, что непонятно что во мне нашел, ведь я же обычный, всякое.       - Кто? - Чонгук едва ли не до хруста сжал зубы. - Тэхён, кто, я спрашиваю?       - Это не важно. Ой блять ладно, не рычи! Микаэлла! Но это на самом деле же неважно кто! Она права по сути. Красивый, танцуешь, увлекаешься видео, занимаешься спортом, а еще ты оборотень! И я - всего лишь человек. Что во мне интересного? Я даже сам не знаю, чего хочу…       - По-моему я тебе уже говорил, но повторю: ты невероятно умный парень, но иногда бываешь таким глупым, - Чонгук крепко прижал его к себе, прислонившись щекой к макушке. Тэхён что-то неразборчиво промычал. - В партнерах не ищут интересность, но если это так важно тебе, то ты интересный, Тэхён. Мне нравится смотреть с тобой фильмы, ты жуткий спойлерщик, но так смешно все комментируешь. Я люблю твои шутки, мне нравится то, как ты увлечен фотографией. Ты готов поддержать любое мое предложение, хотя иногда вижу, как ты боишься. Ты добрый, смелый и невероятно заботливый. Когда мы с тобой не вместе в танцевальной школе, ты всегда встречаешь меня дома после тренировок с готовой едой, держа в тепле, чтобы она не остыла. Ты включаешь горячий душ, чтобы я по приходу зашел в теплую ванную. На крючках меня всегда ждет чистое полотенце и сменная одежда. Если ты не сильно устал на работе, то набираешь для меня ванну, полную душистой пены, в которой я так люблю валяться с тобой - это лучшие вечера для меня. Ты знаешь, что я не люблю, когда трогают мои вещи, и никогда не берешь любимую чашку, хотя как раз с тобой я не против делиться. Ты знаешь, какие я люблю и ненавижу продукты, запахи и я могу перечислять все, что мне в тебе нравится, до самого утра. Но смысл в том, что ты интересный. Мне.       - Я вижу, как на тебя смотрят, - Тэхён приподнял голову, его же сердце билось как сумасшедшее.       - На тебя тоже. Ты не представляешь, как мне приходится сдерживать себя, чтобы не вырвать особенно наглым людям глаза. Но я знаю, что ты меня любишь и никогда не предашь.       - Говорю же, читер! - Тэхён обиженно надул губы. - Ты все это можешь почувствовать своим супер-пупер волчьим чутьем, а мне приходится выживать на одной вере. Вот я и расклеился сегодня. Но спасибо, я даже не думал, что для тебя имеет такое значение то, что я делал. Мне просто нравится делать что-то для тебя, это приятно в первую очередь мне.       - Как и мне приятно устраивать подобные прогулки для тебя. Люблю тебе готовить, собирать за тобой разбросанные вещи и запихивать в машинку. Обожаю тащить тебя на высоту, тогда ты неосознанно ищешь защиту во мне и я очень благодарен такому доверию. Скажи, что мне еще сделать, как сильнее укрепить веру в мои чувства?       - Просто поцелуй уже меня, - улыбнулся Тэхён и Чонгук с удовольствием выполнил его желание.       Он целовал нежно, даже целомудренно, хотя хотелось углубить поцелуй, но возбуждение сейчас не нужно им обоим - заниматься сексом на природе очень плохая идея.       Поэтому с сожалением отстранившись, Чонгук поудобнее устроил Тэхёна в своих объятиях и подал ему чашку с почти остывшим чаем.       - Ты так и не сказал, что будешь делать с волчатами, - напомнил Тэхён, делая глоток.       - Их можно отвезти и сдать в зоопарк, где специально обученные люди о них позаботятся.       - Что-то мне кажется эта идея тебе не по душе.       - Зачем тебе волчье чутье, ты и так все прекрасно понимаешь, - улыбнулся Чонгук. - А можно отдать их одной волчице-оборотню.       - Ты имеешь в виду отдать в твою стаю?       - Не совсем. Я тебе рассказывал, что моя стая всегда летом уходит глубоко в леса. Отдать волчат им не получится потому, что они зимой все до единого возвращается людьми в деревню и город. Но есть одна волчица, Мари-Энн, которая не возвращается. Она пять лет уже не обращалась в человека.       - Почему? - Тэхён выпрямился и с любопытством округлил глаза.       - Пять лет назад она со своей семьей попала в страшную аварию. Мари-Энн выжила чудом, а вот муж и двое ее детей…       - О боже… - Тэхён в ужасе прикрыл ладонями рот, его глаза подозрительно повлажнели и засверкали в темноте, не хуже звезд на небе.       - Она ушла из стаи, перестала обращаться и все время проводит в лесу, но всегда держится рядом. Я думаю, она прекрасно позаботится о наших найденышах.       - А если она откажется? Если щенята только напомнят ей об утрате?       - Останется первый вариант, но я хотел бы попробовать, Мари-Энн так молода, может, эти щенки вернут ее к жизни.       - Тогда, давай сделаем это, - Тэхён чуть наклонился вперед и легонько сжал его руку. - Что для этого надо сделать?       - Мне нужна будет твоя помощь. Идти придется вглубь леса, я буду волком, чтобы отбить у зверей любое желание к нам приблизиться, поэтому кто-то должен понести волчат - такой путь они не выдержат на своих лапах. Идти где-то день, может чуть больше. Скорее всего нам придется заночевать в лесу, места там труднопроходимые и болотистые. Ты готов? Я пойму, если ты откажешься, Тэхён, это будет нелегкий путь.       - Я пойду, с тобой мне не страшно, я справлюсь, - Тэхён ободряюще улыбнулся.       - В том, что ты справишься, я как раз и не сомневаюсь. Тогда, идем спать. Чем раньше мы завтра выйдем, тем быстрее все закончим, - Чонгук легонько поцеловал его в уголок губ и поднялся на ноги. - Прости, что вместо романтики, у нас миссия по спасению.       - Меня все устраивает, - ответил Тэхён, принимая протянутую ладонь.       

***

             Утро для Чонгука началось не с ласкового поцелуя и даже не с приятных ароматов, щекочущих нос, а с острой боли, пронзившей ногу в районе большого пальца. Дернув ногой, находясь все еще во власти сна, он перевернулся на другой бок, намереваясь поспать еще немного, но палец снова словно пронзило десятками игл. Привстав на локтях и приоткрыв один глаз, Чонгук воочию увидел, что, а вернее кто, был виновником неприятного пробуждения.       - Что, оклемался и решил бросить мне вызов? Не рановато, мелкий? - прохрипел Чонгук, ловко отдергивая ногу от нападающего на нее будущего вожака. - Если что, стаи у меня нет. А если ты борешься за него, то спешу огорчить - Тэ я не отдам.       Щенок совершенно не обратил на голос внимания и продолжил азартно нападать на ногу, тем более что она пришла в движение и стала уворачиваться, что было в разы увлекательнее. Его братья и сестры лежали в гнезде между Чонгуком и Тэхёном, кто-то все еще спал, а кто-то с любопытством наблюдал за игрой волчонка, но присоединяться не спешил.       Чонгук поиграл с щенком немного, а затем встал, понимая, что окончательно проснулся.       - Засоня, вставай, - он поцеловал Тэхёна в оголившееся плечо, на что тот пробурчал что-то невнятное и еще глубже зарылся в спальник. Чонгук не стал тормошить парня дальше, раз среагировал, значит сам встанет скоро. - Эй, банда, на выход, кормить буду!       Волчата, толкаясь и кусая друг друга, ринулись из палатки, будто всю свою непродолжительную жизнь только и понимали человеческую речь.       Разделив птицу на порции, Чонгук разрешил волчатам есть, а сам занялся завтраком и к тому времени, как сонный Тэхён вылез из палатки, тосты были поджарены, чай заварен, а щенки накормлены, напоены и умыты. Не хватало только кофе, но без молока Чонгук его не употреблял.       - Доброе утро, - буркнул Тэхён, приблизившись. Закинув руки Чонгуку на шею, он уложил голову на плечо, явно намереваясь спать дальше.       - С закрытыми глазами тебе будет сложно передвигаться по лесу, - пошутил Чонгук, осторожно усаживая их на землю.       - Дай мне пять минуточек, - Тэхён широко и заразительно зевнул.       - Время пошло, - Чонгук положил руку ему на поясницу, придерживая парня на своих коленях. - Палатку придется оставить здесь, как и большинство вещей. Возьмем только свитер, спальник, коврик и чашку со спичками. Так будет легче и быстрее, не бойся, со мной рядом не замерзнешь, да и ночи еще теплые.       - А я и не боюсь, - приоткрыв один глаз, улыбнулся Тэхён. - Я готов завтракать.       Чонгук протянул ему тарелку и вкратце обрисовал путь. На самом деле он был уверен, что все будет хорошо, тропы знакомые, он сотни раз по ним бегал, зверье к ним не сунется, но все же предупредить не будет излишним.       После завтрака, умывшись, Чонгук отправил Тэхёна собирать волчат по поляне, пока сам упаковывал его рюкзак, быстро осознав, что погорячился. Волчата наглым образом вили из парня веревки и творили, что им вздумалось. Нет, Тэхён поначалу отнесся к заданию всерьез, но мгновенно сдался этой меховой банде, которая сначала повалила его на землю и облизала всего с ног до головы, а затем утащила в сторону кустов малины.       - Ладно, будем считать, что задание ты выполнил, - расхохотался Чонгук, наблюдая за перемазанными розовым соком мордами волчат и лицом Тэхёна. Формально же щенков он собрал вместе.       - Я не знаю, какую нужно иметь силу воли, чтобы противостоять этим жалобным глазам и просящему писку, - вздохнул Тэхён, поднимаясь с колен. - Как у тебя выходит?       - Годы практики, - усмехнулся Чонгук, протянув ему рюкзак.       Пока Тэхён смывал с себя липкий сок, Чонгук усадил щенков в свою рубашку. Волчата попытались и с ним провернуть фокус, жалобно заскулив, но Чонгук на это только предупреждающе рыкнул.       - Готов? - спросил он у Тэхёна, протянув ему шевелящийся и попискивающий узел.       - Жалко с ними будет расставаться.       - Если с Мари-Энн все пройдет гладко, я приведу тебя через год с ними повидаться.       - Думаешь, они меня вспомнят? - Тэхён осторожно прижал сверток к груди, из дырки выглянула любопытная мордочка будущего вожака и волчицы, которой очень нравились руки Тэхёна.       - Уверен, - кивнул Чонгук и почесал маленькую волчицу между ушами.       Проверив, что рюкзак с палаткой и остальными вещами надежно укрыт и прижат камнями, Чонгук обернулся, снова потерся об штаны Тэхёна и, гавкнув, уверенно повел его по тропе.       До места, где предположительно обитала стая, а значит и Мари-Энн, было на самом деле полдня пути человеческим шагом. Все осложняли окрепшие волчата, которые попросту не могли и не хотели сидеть в узле. Тэхен справлялся с ними неплохо, но звери это звери, на их успокоение уходило много времени. Да и идти с ношей в руках по животным тропам было тем еще испытанием.       Когда они остановились на привал, выпустив волчат побегать, Тэхён прислонился к стволу дерева, закрыл глаза и в целом выглядел так, будто шел не два часа, а два дня кряду.       Чонгук ткнулся носом ему в щеку и виновато проскулил.       - Все нормально, волчара, перестань, - Тэхён, не открывая глаз, обнял его одной рукой за шею, окуная в свой потрясающий запах, и притянул к себе. - Я справлюсь, тем более, что есть у меня одна идея.       Чонгук вопросительно рыкнул, лизнув парня в шею.       - Щекотно, - дернулся Тэхён и засмеялся. - Увидишь.       Больше выведать ничего не удалось, к тому же на его задние лапы коварно напали. Взрыкнув, Чонгук бросился на мохнатых бандитов, которые весело заверещав, бросились врассыпную, спотыкаясь на своих еще неуклюжих лапках. Одна лишь волчица не присоединилась к общему веселью, а подобравшись к Тэхёну, залезла к нему на колени и уткнулась маленьким носом в его ладонь.       После небольшого отдыха Тэхён и вправду выглядел значительно лучше. Согнав щенков на рубашку, Чонгук вопросительно посмотрел на парня. Тэхён же открыл свой рюкзак, достал оттуда коврик и спальник, прикрепил их сбоку, а узел с волчатами засунул внутрь, оставив им отверстие, в которое они вполне могли высунуть свои любопытные мордочки. Повесив рюкзак на грудь, Тэхён кивнул головой, мол, готов. Чонгук одобрительно рыкнул, недоумевая, что сам не додумался до такой очевидной вещи, и снова повел их вперед.       Теперь идти стало значительно проще и за следующие два часа они прошли куда большее расстояние. Чонгук мог убежать чуть вперед на разведку, не выпуская Тэхёна из виду и не пропадая самому. Большей частью он искал добычу, и если щенки спокойно могли потерпеть до вечера, то по урчанию живота ясно было, что Тэхён проголодался.       На второй вылазке ему повезло и Чонгук убил двух зайцев. Одного оставил себе с волчатами, а второго освежевал для Тэхёна, который не в первый раз ел плоды его охоты. Тэхён довольно споро развел костер, промыл мясо, обработал специями и, ловко нанизав на ветки, пожарил себе на огне обед и ужин, даже не подпалив ни с одного края. Чонгук одобрительно гавкнул, приятно было осознавать, что его уроки не прошли даром.       В общем и целом, несмотря на все его предостережения, прогулка их проходила легко и ненапряжно. Даже болото они прошли без проблем, волчата тоже вели себя смирно, словно понимали, что вот сейчас не время для игр.       Галерея телефона также пополнилась снимками. Тэхён умудрялся не только поспевать за ним, но и фоткать попадающихся животных, которые никогда не встречали человека, поэтому не шугались сразу. Чонгук знал, что там даже есть видео того, как волчата устроили скачки на нем, используя его в качестве батута, но ему было слишком лень сгонять их с себя.       Возле ручья, куда он привел их напиться и пополнить запасы воды, им встретилось стадо оленей с недавно родившимися оленятами. Звери испуганно замерли, по большей части не сводя немигающие глаза с Чонгука. Они чуяли в нем волка, но и человека тоже, поэтому были в замешательстве. Чонгук не стал нервировать вожака и повел свой маленький отряд дальше по течению. Тэхён ловко спрятался за стволом дерева, чтобы сделать пару фоток водопоя оленей.       На ночлег остановились часов в шесть вечера, потому что здесь, в самой глубине непроходимой чащи, темнело гораздо раньше. Тэхён стал все чаще спотыкаться, а его скорость заметно упала. Найдя подходящее место, Чонгук остановился и обернулся человеком.       - Ночуем тут, - сказал он на вопросительный взгляд Тэхёна, забрав у него рюкзак.       Вытряхнув оттуда волчат, Чонгук впрыгнул в спортивки и стал обустраивать спальное место. Из веток сделал что-то типа шалаша, устелив пол еловыми лапами для мягкости - так себе укрытие, но обмануть мозг в самый раз, потому что под открытым небом человеку спать практически невозможно.       Поужинав, Чонгук мягко поцеловал Тэхёна в уголок губ и вновь вернулся в волчью шкуру. Пока Тэхён укладывал волчат и себя в спальник, Чонгук обошел территорию вокруг, оставляя метки. Большинство зверья его боялось, но медведи не те животные, которых легко было запугать. Обычно они обходили оборотней стороной, но если их было больше одного и им что-то не нравилось, могли запросто кинуться в драку. И хотя он выбирал путь вдали от медвежьих троп, все равно на душе было неспокойно.       Этой ночью Чонгук не сомкнул глаз, чутко прислушиваясь к звукам леса. Его нервозность будто передалась Тэхёну, он спал плохо, ворочался во сне, крепко прижимал волчат к себе и несколько раз просыпался, в ужасе озираясь по сторонам, но тут же успокаивался и засыпал, стоило Чонгуку ткнуться носом ему в щеку или лизнуть.       На восходе солнца метрах в двухста из-за дерева показалась медведица с медвежонком и замерла, учуяв их. Чонгук мгновенно вскочил на лапы и направился в их сторону, чтобы если случится драка, то не задеть Тэхёна и волчат. Он шел медленно, вперив немигающий желтый взгляд в незваную гостью, шерсть на загривке вздыбилась, из горла вырывалось угрожающее рычание. Медведица встала на дыбы и полоснула воздух когтистой лапой, громко взревев. Чонгук зарычал громче, очень явно держа путь в сторону испуганного медвежонка. Еще раз рыкнув, на этот раз предупреждающе, медведица ударила лапой по стволу дерева и ушла прочь. Чонгук еще какое-то время постоял, прислушиваясь, но нет, незваные гости ушли прочь, поэтому он вернулся к шалашу.       Тэхён проснулся почти сразу, едва Чонгук лег рядом с ним. Выглядел он неважно, под глазами залегли тени.       - Я вряд ли усну, - пробормотал Тэхён, навалившись сверху на волка. - Мы можем позавтракать и двинуться в путь?       Чонгук выгнулся, чтобы видеть его, и вопросительно заскулил.       - Я не могу спать. Постоянно чудятся разные звуки, совы тут какие-то ахренеть громкие. Все время кажется, что по мне кто-то ползает, возле дерева, клянусь, слышал шорохи и копошение, а недавно мне такой рев послышался, что я натурально чуть не обоссался. Я хочу обратно, даже согласен прокатиться на тебе.       Чонгук издал смешок и выбрался из-под парня. Взяв коробок спичек в зубы, он бросил их в ноги Тэхёна, явно намекая, что тому делать, и помчался в лес ловить им завтрак. Уходить далеко не хотелось, несмотря на метки, Чонгук все еще опасался возвращения медведицы. Черт знает какого хрена она делала тут утром так вдалеке от своих троп. Поэтому он намеревался поймать щенкам мышей или бурундука, но ему повезло наткнуться возле ручья на двух жирных куропаток.       Подкрепившись, они двинулись в путь и через три часа вышли к небольшой скале, густо поросшей деревьями. В разные стороны уходили две тропы. Слева находилась сложная система пещер, в которой обосновалась его стая, справа обитала Мари-Энн. Чонгук взвыл, предупреждая о своем приходе, и засеменил по тропе, волчата возбужденно запищали и вытащили свои любопытные мордочки из оставленного отверстия.       - Ну чего повылазили? Скоро уже придем, потерпите, - проворчал Тэхён, легонько встряхнув рюкзак. - Я тебе ща как кусну! Эй, волчара! А ты зачем выл? Своих звал? Я как-то не планировал знакомство. У меня лицо грязное, волосы похожи на солому, да и душ принять бы не мешало. Может… ой, мама!       Черный волк неожиданно вышел из-за дерева, Чонгук недовольно рыкнул, злясь больше на себя, потому что совершенно не услышал и не почуял чужака. Хотя неудивительно, Мари-Энн и раньше была отличной охотницей, да еще пять лет жила зверем, наверняка ее способности только улучшились. Чонгук встал боком, загораживая Тэхёна, который крепко вцепился ему в шерсть на холке. Волчата тихо сидели в рюкзаке, почуяв исходящий страх от человека. Волчица оскалила белоснежные клыки и сделала пару шагов к ним - она чуяла щенков, но не могла понять, где они, а звериная натура требовала защитить.       Чонгук предупреждающе рыкнул, давая понять, что этот человек неприкосновенен. Если ее человеческий разум спит, то быть драке. Он напряженно следил за волчицей, которая продолжала низко рычать, ее хвост нервно бил по бокам.       - Эй, послушай, все хорошо, мы не причиним тебе вреда, - внезапно подал голос Тэхён. Он сел на корточки и вытянул руки перед собой ладонями вперед. - Видишь? Я безоружен и нам нужна твоя помощь.       Он медленно и осторожно, контролируя каждое движение, снял рюкзак и поставил на землю. Достав оттуда щенка, которым оказался будущий вожак, Тэхён вопросительно посмотрел на Чонгука, справедливо опасаясь, что если попытается подойти к волчице, то ему отгрызут голову.       Увидев волчонка, черная волчица внезапно захлебнулась рыком, заскулила и, сделав несколько шагов назад, легла на землю, не сводя желтого взгляда с щенка. Чонгук взял волчонка за шкирку и поставил на землю, носом подтолкнув вперед. Будущий вожак принюхался, сделал пару неуверенных шагов и привалился к передней лапе Чонгука, словно прячась. Он с любопытством посмотрел на волчицу и звонко тявкнул. Приподняв лапку, волчонок ударил воздух, рыкнул, но вперед все равно не пошел. Волчица заскулила, поползла вперед на животе, но остановилась, нервно глянув на Тэхёна.       В это время из рюкзака выбралась маленькая волчица. Она шлепнулась на землю, запутавшись в чем-то лапой, но почти сразу же вскочила и побежала к волчице, виляя хвостом. Будущий вожак бросился за ней, очевидно намереваясь защитить сестру, хотя этого и не требовалось. Трое оставшихся волчат, глядя на смелость этих двоих, выбрались наружу и подбежали к волчице. Мари-Энн позволила себя обнюхать, укусить за лапу и нос, а потом начала вылизывать волчат, которые со счастливым визгом скакали вокруг нее.       Объяснений тут не требовалось, волчица все поняла, но Тэхён этого не мог знать.       - Мари-Энн, их бросили и им нужно, чтобы кто-то о них позаботился. Мы не захотели отдавать в зоопарк, неволя есть неволя, и Чонгук вспомнил о вас. Вы… вы примите их?       Волчица, оставив умывание волчат, подняла голову. Она несколько секунд не сводила внимательного взгляда с него, а затем утвердительно гавкнула.       - Спасибо! Большое вам спасибо! - в улыбке Тэхёна сквозило облегчение. - Эй, банда, идите хоть попрощаемся.       Ну конечно же волчата не обратили на него внимание. Мари-Энн подошла к Чонгуку и положила ему голову на шею в молчаливой благодарности, Чонгук сделал тоже самое, буквально сразу же отстранившись - не хотелось бы, чтобы Тэхён надумал себе лишнего. Рыкнув на волчат, Мари-Энн повела их в лес.       - Я буду скучать по ним, - прошептал Тэхён, обняв Чонгука за шею. - Еще и не попрощались, засранцы!       Чонгук лизнул парня в щеку и повел обратно, ощущая умиротворение в сердце. Волчата теперь в надежных лапах и, возможно, когда придет пора им заводить свои семьи, Мари-Энн вернется обратно к человеческой жизни.              

***

             На гору к своим вещам они вернулись часа через четыре. Сначала Тэхён отнекивался, говоря, что пошутил насчет поездки верхом на волке, но Чонгук был непреклонен. Тэхён устал, да и сам Чонгук, несмотря на выносливость оборотня, был немного морально дезориентирован медведицей бессонной ночью. Хотелось поскорее вернуться к палатке и забыться сном, хоть спальники и мало походили на удобную кровать.       Поэтому сначала угрожающим рычанием, а потом человеческим матом Чонгук отбрил все возражения и объяснил, что и как надо делать в процессе, чтобы не свалиться с него, все же волк, пусть и превосходящий обычного размерами, далеко не лошадь.       Когда Чонгук остановился возле места, где раньше стояла их палатка, Тэхён со стонами и матами кулем упал с него, распластавшись на земле.       - Пиздец, у меня болит даже то, что не должно болеть, - простонал он в небо. - Я больше в жизни не соглашусь на такое.       - Зато мы быстро добрались, иначе только бы вечером пришли, - ответил Чонгук, который успел натянуть спортивки, присев рядом на корточки.       - Я не чувствую ни рук, ни ног, - продолжил жаловаться Тэхён. - Смотри, - он приподнял чуть ногу, которая свалилась обратно, - я больше никогда не смогу ходить!       - Давай вот без этого, королева драмы! - Чонгук перевернул его на живот и стал массировать ему спину, плечи, переходя на ягодицы и ноги. - Сейчас тебе станет полегче.       Тэхён на это только удовлетворенно простонал, явно кайфуя от массажа.       Готовка обедоужина, установка палатки и мытье заняло у них весь остаток дня. Тэхён категорически не желал спускаться к реке ни на своих двоих, ни на спине Чонгука, мотивируя тем, что он преотлично помоется и в кружке, и вообще прекрасно пахнет, а если одной наглой мохнатой заднице что-то не нравится, то она может спокойно спать на улице. Чонгук не стал напоминать, что так-то это не он жаловался на лицо, волосы и запах, а молча притащил два бутыля воды. Для него запах Тэхёна был самым лучшим даже после часа занятий на тренажерах, но он знал, что тот терпеть не мог ложиться грязным. Еще одной бессонной ночи не выдержат они оба.       Вечер они провели возле обрыва. Тэхён неспеша пил чай, легкими движениями поглаживая голову Чонгука, покоящуюся на его бедрах. Чонгук смотрел, как последние лучи солнца скрывались за горизонтом, а на небе загорались первые звезды. Во всем теле ощущалась легкая усталость, мышцы приятно ломило, почти как после тренировки.       - Знаешь, я тут подумал и решил, что по возвращению подам документы в медицинский.       Чонгук перевернулся на спину и удивленно уставился на Тэхёна.       - Ты хочешь быть врачом? - уточнил он, когда от того не последовало продолжение.       - Ветеринарным, - улыбнулся Тэхён и ласково провел по голове, зачесывая ему челку назад. - Когда я увидел, как волчата уходят с Мари-Энн, то вдруг так четко осознал, что хочу помогать животным. Быть может даже заменить твоего деда, когда он совсем не сможет ходить по лесу. М-м, что думаешь?       - Я поддержу тебя в любом твоем решении, ты же знаешь, - Чонгук перехватил его руку и поцеловал в центр ладони. - Ты уверен? Будет трудно совмещать работу и учебу.       - Знаю, но если ты будешь рядом, то я смогу, - Тэхён опустил голову и посмотрел на него, слегка прикусив щеку.       В остальном он выглядел спокойным, но Чонгук слышал, как быстро билось его сердце. Тэхён принял, быть может, самое важное решение в жизни и очень хотел, чтобы его поддержали.       - Я буду, - пообещал Чонгук и притянул парня за шею к себе, чтобы поцеловать.       Он едва не задохнулся от той лавины чувств, что обрушил на него Тэхён. Там была и радость, и облегчение, но больше всего там было счастья. И любви.