Маковое поле

***

      Кастор сидел с ногами на столе и пялился во множество экранов. С убийства певца прошло двое суток. Сон был закинут, как и нормальное питание. Бета проматывал километры видеопленки со старых камер слежения театра. Глаза жгло от свечения мониторов, зевать хотелось дико. Пепельница на столе ломилась от окурков. В зубах тлела очередная сигарета, наполняя комнату серым дымом. Парня всего трясло от ярости. Двое суток! И ничего не нашел. Он взламывал камеры с тринадцати лет, а сейчас от него нет никакого толку.       Кастор был пессимистом и невротиком. Весь бар, квартиры друзей и его собственное убежище было обставлено десятками датчиков и камер. Бета, как паук, раскинул сети наблюдения по всему городу, чтобы в случае чего суметь защитить себя и других, но чаще всего сбежать. Жизнь в вечном напряжении превратила молодого парня в дикого параноика и дерганного истерика. Терпеть его могли только друзья. Но пользовались его услугами многие. Вся система охраны и слежения в Шпитале была установлена Кастором, как и в нескольких других крупных клубах. Бета выполнял заказы на взлом счетов и страниц, мог отследить человека даже заграницей и имел безупречную репутацию подпольного хакера. Его лицо видели только в баре и если он выбирался в Шпиталь, но довольно редко. Кастор не любил новые знакомства. Но, как и все люди, не мог жить в полном отчуждении.       Входная дверь хлопнула. Отточенными до рефлексов движениями Кастор вытащил из ящика пистолет и нацелился на замершего в проеме Филиппа. Альфа выронил из рук лотки с китайской едой и букет роз. Бета быстро вскочил на ноги и наставил дуло глока к горлу незваного гостя. Нечесаные кудряшки беты упали ему на лицо, превращая его в настоящего дикаря. Палец, лежащий на курке, онемел от напряжения.  — Что ты, черт подери, тут забыл, ублюдок? — шипел Кастор. Сигарета переместилась из рта в свободную руку и грозилась прожечь дорогой костюм альфы.       Кастор любил альф, хоть и не показывал этого. Характер у него дерьмовый, но обаяния он не лишен. Морфий, как настоящая сваха, знакомил друга с мужчинами. Они проводили ночь вместе, а после бета заносил их в черный список. Филипп был одним из списка. Но Кастор не предполагал, что из-за этой мимолетной интрижки ему придется устанавливать новую систему безопасности.  — С ночи убийства ты не выходил на контакт, в баре тебя не было, ты не выходишь никуда. Я подумал, что покормить тебя будет хорошей идеей, — голос Филиппа был взволнованным, но вовсе не из-за угрозы жизни, а от того, что Кастор прижимался так тесно. — Я соскучился.       Сказал он это явно зря. Бета без жалости надавил окурком на плечо гостя, делая на идеально сидящем чернично-синем пиджаке дыру. Филипп скривился от этой ситуации, но взгляда не отвел. Он знал, что будет сложно. И он готов. Вырвать у слабого Кастора оружие не составило особого труда, как и скрутить ему руки, чтобы особо не бил. В темной прокуренной комнате сориентироваться было сложно, но диван нашелся быстро.  — Придурок! Отпусти меня немедленно!  — Как только убежусь, что ты себя не покалечишь, — ласково прошептал Фил перекошенному от злобы Кастору.  — Это кто еще кого покалечит! Да я тебя…       Поцелуй получился не таким красивым, как планировалось. Филипп пытался удержать первенство, а Кастор откусить альфе язык. Феромоны на бету не действуют так, как на омегу. Запах Фила был ярким и мускусным, заставлял вдыхать его полной грудью, но Кастор не мог намокнуть или сильно возбудиться. Бета выгнулся под натиском, раскрывая рот и позволяя языку альфы проникнуть дальше. Руки можно было больше не держать и Филипп принялся стягивать с тощего тела любовника безразмерную футболку. Кастора это отрезвило и он, вывернувшись, свалился на пол. Дышал загнанно, смотрел дико и медленно отползал к своему столу.  — Кастор, ты же сам этого хочешь, — Филипп устало прошелся рукой по волосам и сел.  — Все, чего я хочу — это чтобы ты ушел и забыл дорогу сюда. Уверен, в твоем казино найдется парочка омег, бет, может даже альф, которые с радостью запрыгнут на твой член. А меня не трогай.       Говорить это было не легко. Особенно когда у самого в штанах стояк, а губы приятно покалывает от поцелуя. Из-за завала в баре последний раз секс у Кастора был около трех месяцев назад. С Филиппом.  — Что за бред ты несешь, — закатил глаза альфа. — Что плохого в том, чтобы быть со мной? Я же не под венец тебя тащу. Ты покорил меня и другого такого мне ни в одном казино не найти. М?       Альфа поднял Кастора на ноги и потянул за собой к дивану. Может от усталости, может от недотраха, но парень не сопротивлялся. Филипп снова поцеловал, в этот раз не так напористо, но долго и тягуче, как патока. Руки прошлись по голой спине, дошли до кромки штанов и потянули вниз. Бета весь подобрался и прижался теснее, не желая разрывать контакт. Фил переключился с губ на бледную кожу шеи, покусывая и вылизывая, медленно спускался все ниже, заставляя Кастора нетерпеливо хныкать.  — Меньше нежностей! Я не омега, — шипел бета, то отпихивая Фила, то притягивая к себе.  — Куда торопиться? Тебя еще подготовить нужно. Ты не омега.       Подкол заставил Кастора улыбнутся и пропустить момент, когда губы альфы опустились на его член. Бета не привык к долгим предварительным ласкам, обычно все происходило в мотеле и быстро забывалось. Язык Фила прошелся от головки до яичек, взгляд не отрывался от лица беты, следя как тот глубоко вдыхает, чтобы не застонать. Губы ласкали твердый член мучительно медленно, не давая сразу же кончить. Альфа вытянул из кармана брюк тюбик со смазкой (надеялся на успех) и принялся массировать тугое колечко. Бет нужно подготавливать долго, а Кастор терпением не отличался. Он выгибался, требовал большего, насаживался на пальцы и матерился, матерился, матерился.       Когда третий палец вошел без проблем, Филипп направил на вход головку члена и стал медленно входить. Кастора выгнуло сильнее прежнего. Миф, что беты не особо чувствительны. Внутри парня будто взорвалась сверхновая. Приятное напряжение прошлось по всему телу. Филипп прижал его сильнее, входил медленно, выводя этим из себя. Внутри было горячо и влажно из-за лубриканта. Альфа яростно зашипел, вцепился и зубами, и губами ему в кожу на плече и начал двигаться так мощно, что Кастор успевал только сдавленно охать и хвататься за борты дивана. Спина под рубашкой Филиппа намокла, капельки пота скатывались с покрасневшей шеи и бета не стесняясь слизывал их, этим распаляя любовника. Толчки потеряли ритм, дыхание сбилось. Оргазм накрыл с такой силой, что Кастор смог только жалобно скулить, выплескивать белесое семя, позволяя Филиппу сжимать себя в руках, насаживая на разбухающий узел. Беты не ощущали боли при сцепке, но и дикого кайфа тоже.  — Шикарно, — альфа чмокнул Кастора во взмокшее плечо и улегся так, чтобы им двоим было удобней. — Да-а... — бета пялился в задымленный потолок. — А теперь вали отсюда, пока не расстрелял.

***

— Я больше не встану, — простонал Лео, лежа на полу.  — Перерыв десять минут, — коротко кинул Кит и скрылся за тяжелой металлической дверью.       Всего пару дней прошло, как омега побывал в Шпитале и произошло самое громкое убийство за последние несколько лет. В новостях писали мало, но Лео знал все в подробностях благодаря болтливому Маркизу. Шок проходил бы долго, если бы не Кит, что своими тренировками выбивал из тела все силы и желания, кроме как дышать. Если раньше Лео считал самым жестким Кастора, то теперь бета казался милым зайчиком.       Лео не знал как переживет все, что на него навалилось. Два дня он работал в ресторане, а два дня выходных практически жил в зале под полным контролем Кита. Тренировки начинались в десять утра. Сначала рукопашный бой, потом стрельба. К трем часам дня, когда от Уно оставалась одна боль в мышцах, Кит натаскивал его в знании городских районов и банд, которые эти самые районы делят. Их оказалось бесчисленное множество, причем каждый день кто-то становился главенствующим, а кто-то уходил в тень и слышно о нем ничего не было. Мог бы предположить дорогой папочка, что отправляет жить своего единственного сыночка в настолько ужасное место? Маковое поле считалось нейтральной территорией, как и Шпиталь. Алекс не желал никому подчиняться, но и воевать тоже сил у него не было. С баром же обстояла другая ситуация — его не существовало. То есть, о нем знали только несколько человек, а дорогу к нему лишь единицы. Морфий создал такую завесу тайны вокруг своего сокровища, что некоторые считали бар очередной городской легендой.  — Вставай, — приказал Кит.       Уно кое-как поднялся и сморщился от ноющей боли. Альфа его абсолютно не жалел. Он поступал так, как сделали бы это настоящие враги.  — Сегодня тренировка будет сокращена, так что давай сразу в тир, — мужчина выключил свет в зале.  — Почему?  — Мне нужно работать.  — А когда я смогу помогать?  — Когда будешь меньше похож на дохлую рыбешку.       Решения принимали в баре Морфий и Кастор. Пока они не решат, что Лео готов, он будет вечность сидеть в этом старом зале. Бета вечно всем недоволен, особенно в последнее время в связи в убийством и, как ни странно, объявившимся из неоткуда альфой по имени Филипп. Тот зависал в баре сутками напролет и лип к Кастору, не обращая ни на кого внимания, бете даже пришлось спрятаться в своем доме. Морфия же Уно не видел с ночи в Шпитале. Он пропал только для него, все остальные могли спокойно общаться с ним по телефону либо по наушникам беты. Когда омега ненавязчиво спрашивал о нем у Кита либо Маркиза, те только переглядывались, но молчали. Видимо, этот плут подговорил.       Лео прекрасно понимал, что стал зависим от Морфия. Может, в этом и заключалась суть его клички? Дарить блаженство, когда рядом, и дикую ломку, когда долго не видишь. Альфа не проявлял особого внимания, его запах не будоражил рецепторы, потому что его как бы вообще не было, его поступки не заставляли восхищаться. Он был из тех людей, которых папа всегда говорил обходить стороной. Баст предупреждал — не влюбляться. Видимо, Лео уже проиграл. До этого омега никогда не чувствовал себя влюбленным. В книгах это описывалось либо как что-то настолько прекрасное и невообразимо приятное, что сносило крышу, либо как самое удушающее чувство на свете. Лео не ощущал ни бабочек в животе, ни возбуждения, ни ярости. Только желание еще разок увидеть и поговорить с Морфием.       Войдя в зал для стрельбы (и как только они находят такие места?), Уно наткнулся на Баста. Тот выглядел как всегда великолепно даже в простом спортивном костюме. Омега подмигнул парню и взял со стола глок.  — В моем гороскопе написано, что нужно выпустить пар, — пояснил он. — Ты кто по знаку зодиака?  — Лев, — Уно не верил в звезды и их предсказания, так что вопрос Баста для него был неожиданностью.  — Мне стоило догадаться. Получается, наша компания состоит из двух стрельцов, одного льва, весов, тельца и близнецов. Тебя сегодня ждет открытие.       Уно тактично сдержал комментарий по этому поводу, причем Кит уже зашел в зал и показывал всем видом, что ждать не намерен. Омега нацепил защитные очки и взял свой пистолет. Стрелял он пока плохо, отдача от выстрелов заставляла чуть ли не падать с ног, но Кита это не интересовало. Он учил Уно разбирать и чистить оружие, показывал точки в городе, где легко приобрести армейский нож по дешевке, и где в баре спрятаны запасные магазины с патронами.       Подойдя к линии и прицелившись в мишень, Баст выстрелил три раза. Один в голову, второй в сердце, третий в правое плечо. Сделал он это так быстро и точно, будто всю свою жизнь провел в тире. Лео был поражен. И где делают таких прекрасных омег? Почему он не может быть таким же? Морфию нравятся такие? Ну да, Лео не такой высокий и лицо у него без какой-либо изюминки, и голос не такой чарующий, и стреляет он хуже некуда.  — Твоя голова забита ненужным, — Баст легонько ткнул пальцем в лоб Уно. — Ты должен быть сосредоточен на мишени.  — Можно задать вопрос?  — Какой? — Баст менял магазин и выглядел при этом, будто сошел с обложки журнала.  — Морфий, я его не видел последние дни, чем он занят? — Уно пытался выглядеть безразлично.  — Он почти не спит, ищет зацепки по поводу убийства. Сейчас он либо отключился в баре, либо в Шпитале у Алекса.  — А почему не дома?  — Он там только моется и одежду меняет в основном, когда мы его к себе не пускаем, — Баст оставил пистолет и посмотрел на Уно. — Что я тебе говорил по поводу Морфия?  — Я просто давно его не видел, вот и спросил…  — Он может и на месяц пропасть, может и на год. Это Морфий, неопределенность — его фишка. Так что не советую привязываться к его заботе, завтра этого может и не быть. Я говорю это тебе, потому что ты мне нравишься и я не хочу, чтобы ты страдал из-за этого сумасшедшего. Хорошо? — Я не страдаю, — ложь, Уно ночами спать не мог, пока не воссоздавал поездку с альфой в Шпиталь. — Просто он человек интересный, с психологической точки зрения…  — Маркиз звонил, — перебил Кит. — Нужно в бар, собирайтесь и идите к моей машине.       Альфа был как всегда краток. Баст без вопросов сложил все оружие на место, а после побрел к выходу. Уно последовал следом, еле перебирая ногами. Если в бар нужно так срочно, значит, что-то случилось, значит, точно будет Морфий. Эта мысль заставляла сердце трепетать.       Машина Кита была большой и массивной. Насколько Уно уже успел узнать, стекла в ней были бронированные, а под каждым сиденьем лежало по пистолету. Омега уселся на заднее сиденье и впервые за день проверил телефон. Кроме одного сообщения от Олли из ресторана, который напоминал надеть свежую форму для завтрашнего банкета, ничего не было. Папа вот уже как неделю отдыхал на побережье, вытребовав у отца немедленный отпуск. «У моря куча богачей. Я подберу тебе идеального альфу с идеальным загаром», — сообщил родитель и пропал с радаров. Лео не хотел ему перечить. Тем более, идеального альфу, пусть и без загара, он уже нашел. Ну, может не такого идеального, как хотелось бы.       Кастор был на удивление свеж, бодр и доброжелателен. Он поприветствовал омег, хлопнул по спине Кита, после достал из сумки ноутбук и поставил на барную стойку. Лео огляделся: помимо них в Маковом поле были еще пара посетителей. Насколько он знал, это доверенные Кита и они тут в качестве охраны. Омега снова обратил свое внимание на стойку. Маркиз, собрав светлые волосы в маленький пучок на макушке, с невероятным усердием натирал старинный грамофон. Сегодня он был молчаливым, из-за чего кроме скрипучих звуков губки о металлическую трубу больше ничего слышно не было. Кит сидел рядом с Бастом и просматривал вместе с ним очередной глянцевый журнал — в баре ими была завалена целая полка. Лео чувствовал себя каким-то лишним. Он не знал куда себя деть, что говорить, пока Кастор продолжал что-то настраивать в своем компьютере. Морфий пока так и не появился, и это заставляло омегу сдерживать разочарованные вздохи.       Причина всеобщего сбора вышла из подсобной двери бара с зубной щеткой во рту. Морфий, еще больше обросший щетиной, с мешками под глазами и в заляпанной майке, не здороваясь ни с кем, налил себе большой стакан воды. Прополоскав рот, альфа наконец обратил свой взор на замерших друзей.  — Херово выглядишь, — заключил Кастор. — Но, раз объявился, значит нашел что-то.  — Ага, — Морфий подмигнул Лео, заставив того густо покраснеть и неодобрительно покачать головой Баста. — Когда я обыскивал притоны, то подумал. Нам Босс дал наводку еще два месяца назад. Он человек поднебесный, значит и тот, кого мы ищем, из высшего общества. Причем чистого. Никак не связанного с нами. И тут я придумал кое-что. Баст.       Все тут же обратили свое внимание на парня.  — Нужно, чтобы Ричи организовал банкет. Большой. И чтобы были приглашены самые сливочные сливки общества. И я с Китом, Уно и Маркизом.  — Что? — возмутился Баст.  — Что? — не поняли все остальные.  — Ты понимаешь, что к такому нужно готовиться месяцами? Это не просто проникновение, это проникновение на территорию, в которой у меня нет никаких нитей связи, — завопил Кастор, его настроение резко ухудшилось, а лицо побелело. — Баст! Скажи ему!  — Кастор частично прав, милый, — омега взволнованно смотрел, как бета наливает себе вина. — Нужно сначала обсудить это с Ричи, я не уверен, что он даст согласие на что-то, что может погубить его репутацию, да и тебя он не сильно любит…  — Ты не скажешь ему о работе, — перебил Морфий. — Это будет банкет, на котором вы официально объявите о помолвке. Вы же еще этого не сделали? Мы — гости. И Ричи ничего не заподозрит. М? Здорово я все спланировал?       Все молчали. Лео вдруг подумал, что все это затягивает его во что-то невозвратное и опасное.