Питер Паркер и Тайна Древнего Рода

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс, графство Аргайлшир, Шотландия. 2 и 3 октября

      Две недели, которые Тони провёл в Святом Мунго, для Питера длились, казалось, целую вечность. Паркер не скучал по нему, вовсе нет. Просто полное отсутствие возможности пообщаться со Старком выбивало юношу из привычной колеи. Не из-за каких-то там особых дружеских чувств, внезапно вспыхнувших в Питере — бред какой! Скорее, всё дело в том, что гриффиндорец чувствовал вину перед Тони. Вот и всё.       Докопавшись, наконец, до истины и обнаружив сущность таинственного плаща-убийцы, Питер откровенно маялся, коротая вечера за игрой в волшебные шахматы или чтением «Фантастических тварей». Да, теперь ему было дело до этой книги, кто бы мог подумать. Нед с Мишель пытались хоть как-то расшевелить друга, но тот словно впал в прострацию, забаррикадировавшись в каком-то выдуманном им самим коконе.       — Может, сходим в Хогсмид на выходных? — в очередной похожий на другие скучные дни вечер, предложила ЭмДжей. Она вот уже час, как пыталась взбодрить квёлого Питера и привычно безразличного ко всему Лидса. — Или сыграем в плюй-камни? Кводпот? Клыкастые фрисби? Кстати, на следующей неделе квиддичный матч. Играет Хаффлпаф с Рэйвенкло…       Питер устало вздохнул, мягко подтолкнув свою ладью к ферзю Неда. Та с готовностью подъехала к королеве и протрубила тихий гимн. Лидс напряжённо нахмурился, проследив за шахматной фигуркой.       — Мишель, отстань уже, — отмахнулся Питер, вяло глядя на передвигающегося по клеткам слона Неда и подталкивая свою пешку на верную смерть. — Я, кажется, наконец, достиг катарсиса. Шах!       ЭмДжей недовольно фыркнула и поднялась на ноги. Её волосы, словно поддерживая настроение девушки ещё сильнее закудрявились, разлетаясь в разные стороны.       — Конь на «Е4», — бросила Мишель шахматным фигуркам Лидса и развернувшись, поднялась в спальню для девочек, при этом громко топая ногами.       Конь послушно встал на дыбы и спустя пару секунд опустил на голову ладьи Питера палицу, оставив ферзя без защиты.       — Э-э-э, пат*? — неуверенно протянул Нед, с жалостью глядя на крошки, оставшиеся от шахматной фигурки Паркера.       Питер разочарованно вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Это уже была третья подряд проигранная им партия. Не то чтобы он был ярым любителем шахмат, но и Неда гроссмейстером назвать можно было с большой натяжкой.       — Слышала новости?! Синди с Рэйвенкло сказала Томасу с Хаффлпафа, что один из слизеринцев, такой симпатичный, с немного красноватыми волосами, ну ты помнишь, сказал своему другу на обеде, что Тони Старк вернулся, — уловил вдруг Паркер голосок одной из третьекурсниц, сидящих возле камина.       Питер напрягся, прислушиваясь. Нед лениво восстанавливал магией волшебные фигурки, не обращая внимания на встрепенувшегося друга.       — Правда? — удивилась вторая девочка, с ярко-рыжими кудрявыми волосами. Роза Уизли, если Питеру не изменяет память. Та, что дружит со Скорпиусом Малфоем. — Я слышала, он переболел обсыпным лишаём.       — Да? А я думала, что это была драконья оспа, — задумчиво протянула третьекурсница. — Он, вроде, в Больничном крыле сейчас?       Дальше Питер уже не слушал, резко подорвавшись с места. Лениво дремавший на спинке кресла Муфаса встрепенулся, укоризненно глядя на Паркера своими жёлтыми глазищами.       — Эй, ты куда? — вскинулся Нед, отрываясь от своего монотонного занятия.       — М-м-м, проверю кое-что. Скоро вернусь.       — Но ведь комендантский час! — крикнул Лидс ему в спину, но Питер уже не услышал.       Ему, как старосте, было разрешено покидать Общую гостиную вне зависимости от запретов, поэтому Паркер спустя десять минут уже топтался возле дверей в Больничное крыло, не решаясь войти. Если честно — ему совсем не хотелось попадаться на глаза мадам Помфри, поэтому Питер малодушно надеялся, что женщина уже легла спать.       На самом деле, Паркер даже не знал, что он скажет Тони, да и будет ли тот вообще рад его видеть. Вдруг он всё-таки обиделся?       Решив не думать слишком долго, Питер тихо приоткрыл дверь и прислушался. Вроде, никого. В кабинете мадам Помфри тускло горела свеча — судя по проникающему через зазор между полом и дверью рыжему свету. На цыпочках скользнув в помещение, юноша аккуратно закрыл дверь и огляделся. На этот раз ширмой огорожена была только одна кровать, и Питер неуверенно направился к ней, время от времени останавливаясь и прислушиваясь к звукам.       Сердце колотилось так, словно юноша шёл на свидание с самой Королевой. Это волнение было сродни тому чувству, которое Питер испытывал когда-то при виде Лиз. Но, разумеется, это совершенно не то же самое. Просто Тони — популярный юноша. Так всегда бывает, когда общаешься с кем-то недосягаемым. Боишься сболтнуть чего-то лишнего и в итоге чувствуешь себя полнейшим увальнем. Вот и всё.       Ширма была задёрнута не очень плотно и Питер, немного уняв дрожь в руках, отодвинул шторку, заглядывая внутрь. И тут же почувствовал, как у него внутри всё похолодело.       На кровати лежал не Тони. Далеко не Тони. Платиновые волосы, выглядящие сейчас безнадёжно тусклыми, мантия с зелёной каймой, накинутая на спинку кресла…       — С-скорпиус? — едва слышно выдохнул Питер, глядя на бледного мальчика, который, не обратив внимания на внезапного посетителя, тихо метался по кровати.       Губы третьекурсника были искусаны в кровь, а лицо блестело от пота и слёз. Питер отшатнулся, зацепившись ногой за шторку ширмы и та с громким треском порвалась. Непозволительно шумно.       — Что здесь?.. Мистер Паркер! — воскликнула мадам Помфри, выскочившая из своего кабинета. Она быстрым отточенным движением вытащила палочку и задёрнула перед лицом ошарашенного юноши шторку.       — Ждите меня здесь, мистер Паркер, — бросила женщина, скрываясь за ширмой. И выглядела она очень и очень недовольной.       Питер успел сто раз пожалеть о том, что он вообще решил сюда прийти. И из-за чего? Из-за двух сплетничающих третьекурсниц! С одной стороны, в глубине души юноша почувствовал разочарование оттого, что Тони всё ещё не вернулся в Хогвартс. С другой стороны, Питер надеялся, что Старк вернётся целый и невредимый и ему не придётся ещё неделю лежать в Больничном крыле.       Мадам Помфри не было добрых полчаса, и Питер уже успел сто раз взволноваться и успокоиться. Заглянуть за ширму по очевидным причинам он больше не решался. Бедный Скорпиус. Что же с ним могло приключиться? Тёмная магия? Ликантропия? Ведьмин недуг?       — Итак, — устало произнесла бледная как полотно мадам Помфри, выйдя наконец из импровизированного изолятора. Женщина словно постарела на несколько лет, так измученно она выглядела. — Что Вы здесь делаете, мистер Паркер?       Питер, сочинивший оправдательную речь минут десять назад не смог придумать ничего лучше, чем пристыженно вздохнуть. Пожалуй, если он скажет правду, так будет проще для всех.       — Я, м-м-м, слышал, что Тони перевели сюда. Вот и решил навестить его, — расстроено уставившись под ноги, пробормотал юноша. Смотреть в глаза женщине он боялся.       Мадам Помфри ещё раз тихо устало вздохнула и ласково потрепала Питера по плечу. Такого поворота он совершенно не ожидал и подпрыгнул от неожиданности, поднимая на женщину глаза. Она мягко улыбалась, словно знала что-то, чего не знал сам Питер. И почему все всегда так выглядят, когда разговаривают с ним? То, что у него всё на лбу написано уже давно известно, но не стоит же этим так нагло пользоваться.       — Мистера Старка здесь нет, мистер Паркер. Но я могу сказать Вам, что завтра его выписывают из Больницы Святого Мунго. С ним всё в порядке, не переживайте, — произнесла женщина и в последний раз сжав плечо Питера, отошла в сторону полки с медицинскими зельями и настоями. — Я не буду докладывать о Вашем вероломном проникновении в Больничное крыло и к тому же к изолированному пациенту Директору, но ожидаю от Вас в дальнейшем благоразумия. Ступайте в гостиную, мистер Паркер. Вам нужно выспаться. Выглядите Вы не лучше, чем недокормленный авгурей*.       Питер послушно закивал и выскочил в коридор так быстро, словно за ним гналось стадо огнекрабов. На сегодня с него приключений было достаточно.

🏰 🌲 🏰

      — Доб’гый вече’г! — произнесла низенькая полная женщина — присланный из Министерства инструктор трансгрессии. — Меня зовут Жозефин Мо’гель. Ближайшие т’ги месяца я буду обучать вас искусству т’ганс’гессии.       Мишель недовольно поморщилась. Перспектива провести целый час под открытым вечерним небом, с которого, казалось, вот-вот польётся мощный поток холодного дождя, её нисколько не радовал. Остальные студенты, впрочем, были вполне себе счастливы. Ребята то и дело возбуждённо перешёптывались, пихая друг друга локтями.       — «Тгансгессии», — хмыкнула тихо Мишель, покосившись на расположившихся неподалёку деканов.       На поле для квиддича собрались практически все шестикурсники Хогвартса. Им предстояло обучаться перемещению в пространстве, и Питер едва ли не подпрыгивал в предвкушении. Это же настоящая магия! Не то чтобы раньше магия не была настоящей, просто… просто, это невероятно! Трансгрессия была едва ли не единственным факультативом, на котором собрался весь поток шестикурсников. Несмотря на то, что стоимость обучения обошлась родителям студентов в двенадцать галлеонов*.       — Я также сильно надеюсь на ваше благо’газумие. Напомню вам, ле пётит, что на занятия нам выделяют только час. Потом антиаппа’гационные ча’гы будут вновь восстановлены над Хогва’гтсом, — невозмутимо продолжала женщина. — Всем всё поньятно?       Ученики нестройным хором согласно замычали. Им уже не терпелось перейти к практической части занятий.       — Вот и славно! — довольно улыбнулась Жозефин. — Тепе’гь вам всем нужно отойти д’гуг от д’гуга на несколько шагов. Не пе’геживайте, все-все меня будут слышать. Сонорус!*       Питер удивлённо моргнул, слушая, как женщина, снова слегка картавя, раздаёт указания толпящимся ученикам.       — Так она специально в такой дурацкой манере?.. — возмутилась, было, Мишель, но кто-то толкнул её со спины и девушка недовольно обернувшись, замолчала.       Позади неё началась давка, слизеринцы ухмыляясь, напирали на гриффиндорцев, расталкивая их, пуская в ход локти.       — Пожалуйста, не де’гитесь! — прогремел голос Морель над полем для квиддича.       — Рамлоу! Прекратите давку! — крикнула МакГонагалл, недовольно глядя на ухмыляющегося Снейпа.       — Мо’гд’гед великий! Никогда не ‘габотала с лезанфан, и это явно мой последний ’газ, — пробормотала Жозефин, видимо забыв про Сонорус.       Её причитания глухим эхом разнеслись над полем, заставляя шестикурсников удивлённо замереть. Ванда, стоящая неподалёку от Питера, тихо хихикнула.       — Вот и славно! — довольно воскликнула женщина и, хлопнув в ладоши, произнесла: — Тогда начнём!

🕐 🕞 🕦

      — Нацеленность. Настойчивость. Неспешность, — бубнил себе под нос Нед, когда спустя бесконечно изнуряющий час, шестикурсники недружным строем возвращались в Хогвартс, делясь впечатлениями от первого занятия по Трансгрессии.       — Кажется, у Джастина получилось под конец переместиться? Если бы не его расщепившийся палец… — неуверенно протянула Мелисса с Хаффлпафа, накручивая на палец толстую прядь пепельно-белых волос.       — Как думаешь, расщепление — это очень больно? — испуганно спросила подруга девушка, имени которой Питер не помнил.       — Спросите у Джастина, — хохотнул Клинт — загонщик сборной команды по квиддичу Рэйвенкло. Он был неплохим, в общем-то, парнем, но Питеру с ним как-то не довелось пообщаться.       — А эта Морель правда из Франции или только делает вид? — задумчиво нахмурившись, пробормотал Нед. Его, казалось, сильно опечалил собственный неуспех в трансгрессии, но он держался вполне бодро.       Мишель с готовностью протиснулась вперёд колонны школьников, и, убедившись, что все её слышат, насмешливо протянула:       — Конечно, делает вид.       Женщина из Министерства ЭмДжей сразу не приглянулась. Почему, правда, Питер так и не понял. Впрочем, как и все остальные.       — Откуда ты знаешь? — заинтересованно спросила Мелисса.       Мишель со скучающим видом окинула хаффлпафку ничего не выражающим взглядом и пояснила:       — Заклинания — очень тонкая штука. Если ты имеешь дефекты речи, то произносишь заклинание соответствующе, так?       Мелисса и ещё несколько студентов согласно кивнули.       — Но заклинание всё равно срабатывает, так? — продолжила Мишель, дожидаясь очередных кивков. — Но вот если ты намеренно будешь изображать картавость или шепелявость, заклинание не сработает. Или что ещё хуже — сработает не так, как нужно. Короче говоря, «Сонорус» эта Жозефи-и-и-ин произнесла правильно, потому что боялась, что случится какая-нибудь хрень. Если бы она и правда картавила бы, произнесла бы «Соно’гус» и ничего плохого не произошло бы. Магия — лучший определитель двуличности и лживой натуры.       Мишель неопределённо дёрнула плечами, довольная своей эрудированностью.       — Почему ты так её недолюбливаешь? — полюбопытствовал Клинт. — Не считая фальшивого французского акцента она довольно милая.       — Милая?! — воскликнула ЭмДжей, явно уязвлённая такой характеристикой Жозефин. — Вы её видели? Метр с кепкой ещё и толстая!       Ребята удивлённо уставились на Мишель, которая, казалось, излучала недовольство.       — Да нормально она выглядит, — безразлично пожал плечами Клинт. — Всё при ней, как говорится. А то, что она низкая — так это даже мило. Люблю, когда девушка сильно ниже меня по росту. Она сразу смотрится хрупкой на моём фоне.       — На твоём фоне хрупкой будет смотреться даже Гвендолин Кристи, — фыркнула подруга Мелиссы.       Клинт горделиво расправил широкие плечи. Его рост действительно выделял парня из толпы.       — Эй, смотрите! — взвизгнула вдруг одна из слизеринок, плетущихся в конце толпы шестикурсников. Девушка указывала в сторону кованного забора, огораживающего территорию Хогвартса.       Две мелкие фигурки величественно отдалялись от забора, стремительно приближаясь по каменной дорожке к воротам школы. До боли знакомая шёлковая мантия блеснула в свете зажёгшихся факелов, заставляя сердце Питера пропустить удар.       — Тони вернулся! — зашептались школьники, вытягивая шеи, с любопытством разглядывая мужчину, шедшего вровень со школьным старостой.       — А кто это рядом с ним? — не удержался Питер, ни к кому конкретно не обращаясь.       — Его отец, конечно же, — фыркнула слизеринка, словно Паркер спросил совершенную глупость.       — Говард Старк?! Сам Говард Старк в Хогвартсе? — ахнула Мелисса, цепляясь за рукав стоящей рядом Ванды.       Мишель нахмурилась. Глаза её внимательно скользили по приблизившимся к школьным воротам Старкам.       — Что бы ему тут могло понадобиться? — пробормотала ЭмДжей.       — Как это «что»? — воскликнул Луи — единственный за последние двадцать лет Уизли, учащийся на факультете Слизерин. — Мой отец после того инцидента точно забрал бы меня из школы!       Душа Питера разом ухнула в пятки. Забрал из школы? Всё из-за него!       — Забрал из… из Хогвартса? — пробормотал Паркер и с силой сжал свою палочку вспотевшими пальцами.       — Ну да, — пожал плечами Луи. — Поглядел бы я на тебя на их месте. Какая-то жуть чуть не убила Старка, конечно же они пришли документы забирать. Может, переведут его в какой-нибудь Ильверморни. Правда, для этого придётся переехать в Северную Америку… Но это же Старки, они богатые?       Остальные школьники согласно закивали, глядя, как Тони и Говард заходят в школу. Ворота за ними с грохотом закрылись, оглушая Питера. Вокруг всё закружилось, выводя юношу из равновесия.       Илверморни?       Северная Америка?       Что?..