Там, по ту сторону зеркал

       — Это шутка такая? — тихо спросил я, пряча за спиной всё ещё дрожащие руки. — Не смешно, Дэн. Отчеканил, полагая, что он заказал меня лишь для того, чтобы вновь поглумиться. Как глумился и в прошлый. Вот только, вместо того, чтобы мерзенько рассмеяться, альфа кивнул мне, приглашая пройти в квартиру. И вкрадчиво добавил: — Я заплатил такие деньги не для того, чтобы шутить, Ангелочек. Закончил он, внезапно назвав меня той самой кличкой, какую же сам и придумал мне. Называя именно так, как обратился в момент первой из наших встреч. "И это всё, Ангелочек?" Отчего я невольно вздрогнул. — Что тебе надо от меня, Дэн? — устав от этих непонятных мне игр, спросил я. Так и оставаясь стоять на пороге у проклятой квартиры. И всё ещё силясь понять, зачем бывший любовник делает это. Ведь, я пребывал в уверенности, после того раза он больше не появится в моей жизни. Да и, признаться, после произошедшего, после его равнодушия, Дэн был последним человеком, которого я хотел видеть на этом свете. — Найл, малыш, и кто учил тебя так разговаривать с клиентами? — гаденько пропел альфа, беря мою голову за подбородок и заставляя смотреть в глаза. Так, как это делал мой отчим в прошлом. Даже с такой же гаденькой улыбкой. Что совсем нежданно подняло внутри бурю злости, заставив быстро оттолкнуть его руку и, всё-таки, пройти в квартиру. Дверь сзади хлопнула, точно закрывая мою ловушку. — И как же ты докатился до этого, Найл? — внезапный вопрос альфы заставил меня обернуться. Выдернув из своих мыслей, вынудил на пару минут отвлечься от созерцания квартиры, где оказался. Такой же вылизанной до блеска и такой же пустой и холодной, какой была моя. До тех пор, пока я оставался в доме Окуджики. Я снова натолкнулся взглядом на альфу, который в это время стоял, прислонившись к двери со сложенными на груди руками. И наблюдал за мной, изучая, словно на ярмарке куклу. Из-за чего, я реально почувствовал себя этой самой куклой, совсем не защищённой, даже в одежде. Той, которую осматривают с головы до пят, прежде чем заплатить. И той, которую выбрасывают в дальний угол по окончании срока пользования. Потому, что же... "Докатился..." — вонзилось в сознание острой иглой, приправив его слова и отвращением, и злобной насмешкой. А подошедшая к горлу волна обиды и злости чуть не заставила вывалить на него всю правду. Почему я до этого докатился и что наделал. Оставляя где-то слишком уж далеко позади те слова, которые все эти восемь лет так мечтал прошептать ему при нашей повторной встрече. "Я так ждал тебя". Но я молчал. Доверие, которое так осторожно налаживалось меж нами в прошлом, разбилось, точно упавшая ваза, одним моментом, когда его губы произнесли такое простое, и такое жестокое: "Я вам и не помешаю". Да и поверит ли он, если расскажу, как было? Ведь, если Дэн узнает об отказе от детей, он просто убьёт меня. И голова нечаянно закружилась. — Денег захотелось, — зло бросил я вполне стандартную для шлюхи фразу. По сути, совсем не отражающую ни одну из историй работников Дэрека. Но, всё же, произносимую ими из раза в раз, когда хотели, чтобы от них попросту отвязались. Говоря так единственно потому, как в эту лживую правду было легче всего поверить другим. — Отлично, — так же легко, как и все другие, поверил в эту "истину" Дэн. А затем, удовлетворённо хмыкнув, наконец отвернулся, избавив меня от осуждающего взгляда своих чёрных глаз. И наклонился к тумбочке, — кажется, за деньгами. Видимо, намереваясь, как и другие богатые папики, показать толстую пачку прям перед сексом. Искренне полагая, что вид зелёных бумажек обязательно должен был возбудить меня. Чего на самом деле не происходило с точностью до "совсем". Ведь, в своей истинной, а не фальшивой жизни, я не чувствовал возбуждения уже очень и очень давно. Только с ним, в кажущейся будто другой, жизни. Что, впрочем, довольно умело скрывал, используя необходимые таблетки. Даже в свою былую неопытность понимая, что покупателям секса явно не понравится мой уныло висящий член и совсем высохший анус. Приведшие бы их, тем самым, к чёткому пониманию, что они абсолютно не привлекают меня. В результате, и приходилось прибегать к очередной иллюзии. К таблеткам. Тем самым, которые не успел выпить перед этой дурацкой встречей, хотя они и мирно покоились у меня в кармане. И которые, впрочем, не собирался пить и теперь. Отчаянно желая того, чтоб Дэн, как и в прошлом, увидал меня настоящего. Такого, каким был на самом деле. Повинуясь чему, я быстро, пока Дэн не смотрел, провёл по лицу ладонью, пытаясь стереть эту дурацкую алую помаду. Придающую губам ещё больше пышности и аппетитности, по словам Дерека. Особенно в те моменты, когда я преклонял перед ним колени, чтобы сделать очередной минет. Так что, да, я хотел стереть эту помаду. Только помаду. Только её. Поняв, что промахнулся лишь в тот момент, когда взгляд обернувшегося альфы изменился разом. -- Что это? -- он преодолел разделяющее нас расстояние в два шага, и снова схватил за подбородок. Вновь рассматривая перед собой точно куклу и, вероятно, ещё силясь понять, что же он видит перед собой. Он даже провёл по моей щеке ладонью, убирая остатки крема и пудры, чтобы рассмотреть точнее. — "Подарок" от благодарного клиента? — достаточно криво усмехнулся Дэн, окончательно насмотревшись на шрам. Передернуло в очередной раз. От его мыслей и его мнения обо мне. О его придумках и выводах не о том, что было. "Нет", — я посмотрел на него с вызовом. Глаза в глаза, больше не боясь этого. Чётко выговаривая слово и стараясь передать ему не собственным голосом. Разговаривать вслух с Дэном после всего, совсем отпало желание. — Больно? — странный вопрос и совершенно неожиданная пощёчина разом привели меня в чувства. И, пусть она и была несильной и неспособной вызвать былую боль, в душе поднялась новая волна запоздалой обиды. Чем же я заслужил это, за что он со мной так? И продолжал упрямо молчать. — А так? — ударил он чуть сильнее. Совсем немного, но я почувствовал. Разницу. Поняв слова отца, когда он задумчиво произнёс, что близкие и любимые нами могут сделать нам в сто раз больнее, чем сотня сторонних врагов. — Нет, — вопреки этому, коротко ответил я. Потому что телу действительно не было больно в данный момент. Было больно душе. И я совсем не знал, как объяснить это явно не настроенному на мирный диалог альфе. Он ведь не ждёт от меня слов о любви? Похоже, не ждёт. Больше не ждёт. А ведь в прошлом он был так счастлив, когда я сбивчиво прошептал, что люблю его. ...Я протяжно выдохнул, утонув на миг в своих собственных ощущениях. И был искренне рад, что, настроенный на дурацкие злые шутки, альфа внезапно перешёл к делу. — Тебе уже сказали, что я заплатил за две недели? — по-деловому холодно начал он, на что я быстро кивнул. -- Так же, тебе, наверное, объяснили, что жить ты тоже будешь здесь, а не у себя... — В этой квартире? — перебил я, невольно начиная осматриваться по сторонам вновь. — В этой комнате, — отрезал альфа, снова окатывая мурашками холода, ползущими по спине. — Тебе незачем таскаться туда-сюда по моей квартире, — добавил он, тщательно выделяя слово "моей". Подчёркивая, тем самым, что мы не будем жить вместе. И его квартира мне не принадлежит. — Тут есть отдельные туалет и ванная, когда захочешь, — Дэн указал на неприметную дверь в левой стене. — Телевизор, несколько интересных книг и хорошая кровать. Еду и воду я буду приносить тебе сам. Так что, смотри, Ангелочек, я создал все вольготные условия для твоей жизни. Дополнил он, явно издеваясь, в который раз. Он ведь ясно знал, что отчим тоже держал меня в отдельном пространстве. Отчего обида и злость сложились в странные мысли о том, что таким образом Дэн попросту проверяет меня. То ли не веря всему тому, что рассказывал о своей жизни, то ли желая спровоцировать на эмоции. — То есть, я буду пленником? — уточнил, чувствуя, что руки сами собой сжимаются в кулаки. — Мне нужен выход. Не у тебя одного есть дела в городе. — Не пленником, разумеется, — альфа делано покачал головой. — Ты можешь выходить отсюда, — он сделал вид, что задумался. — Каждый четверг. Тебя устроит, по старой памяти? Добавил он, заставляя вновь скрежетать зубами. И испытывать очередное желание просто дать ему в морду, а потом плюнуть в лицо и просто уйти отсюда. Больше не возвращаться и бегать по своему замкнутому кругу. И, клянусь, точно бы сделал это, всё это, если бы не был уверен в том, что при таком раскладе Дэрек не пошлёт меня обратно. Или не пустит на порог, не взирая на то, что мне очень вовремя нужно было платить свой взнос. -- В среду, -- бросил я, подсчитывая нужные дни. — Да как угодно, — альфа развёл руками. — Раздевайся.