Эволюция машин

Уже четыре оборота планеты вокруг своей оси мы торчим на ее орбите. За это время мы, по приказу глав капитана, развили бурную деятельность - захватили пару сотен органических образцов, сканировали недра самой планетки (ничего интересного или хотя бы чуть-чуть полезного), выкачали всю информационную базу самого развитого вида. О великое ядро! Вся флотилия подключила свои мощности для обработки данных этой самой инфобазы. Мы поняли, что мы нифига не поняли. Несостыковки в данных, пиктограммы, которые мы не в состоянии расшифровать, зашитые в древний двоичный код программы. Программы мы, кстати, смогли понять, чем глав капитан страшно гордился. Это было первое, о чем он сообщил совету великого ядра после прилета. Правда, он не отправил кусок данных с примерами, где на двоичном языке были написаны программы "Подай холод", "Поджарь эту органическую смесь зерна и продуктов молочных желез четвероногих рогатых тварей", "Произведи звук выпускаемого H2S из заднего прохода приматов" (вот это и правда не понятно, ритуал такой что ли?). В отличие от нас, этот пресловутый самый развитый вид воспринимает большинство информации совсем не так как мы - импульсно. Нееет, они по-старинке, сканируют световые волны и отражение их от материй отростками нейронных связей. Причем только с определенным градусом обзора. А еще забавно вибрируют при обмене информации друг с другом. В общем, примитив. Было решено наладить контакт с п.р.в. (пресловуто развитым видом) для расшифровки этого их ИНТЕРНЕТА. Нас, роботов-исследователей, объединили в локальную экспериментальную группу, чтобы мы могли мгновенно распространять свой опыт общения и совершенствоваться. Каждому достался образец и строго-настрого запрещалось ему вредить. Хм, конечно, казенный уже. Моим образцом стала молодая самочка (да, у п.р.в. все еще два гендера, ну не смешно ли). То ли забрали ее неудачно, то ли еще что, но общение у нас сразу не заладилось. У образца, я окрестил ее 17, после отправки в мой отсек, поднялась температура тела и организм начал медленно сам себя разрушать. За миллисекунды я скачал все данные о подобном поведении органической жизни и не на шутку испугался - за причинение вреда казенному имуществу флотилии сулило ого-го какое наказание. Всю оставшуюся жизнь буду в шахтах мироден добывать для создания роботов, которые точно таких тупых ошибок совершать не будут. Запросив у саплаеров жидкости и органическую еду с планеты 17-ой я приступил к лечению. Семнадцатая брыкалась, сильно вибрировала открывая ротовую полость, пускала из нейронных шаровидных отростков бесцветную жидкость. В общем вела себя не очень. Было очень сложно держать ее так, чтобы не покалечить щитовыми пластинами у меня на манипуляторах. Братья транслировали свою ситуацию и едва ли она была лучше, чем у меня. Однако, наблюдая три оборота планеты за тем же видом, мы уяснили, что в спокойном состоянии они себя так не ведут. Значит что-то не так. У меня не было никаких встроенных источников похожих вибраций, как у Семнадцатой, поэтому я ломал голову, как с ней наладить контакт. Да и как бы я понял, на какой волне вибрировать и что это значит для нее? Мда, тухленько. В конце я придумал вхолостую откручивать на голове трубку сжатого воздуха для продува от космической пыли. Вибрация была условно похожа на их "Шшш". Похоже мои старания возымели действия, потому как в первый свой дебютный "Шшш" Семнадцатая замерла и повернула все сенсоры на голове в мою сторону. -Шшш, - весело посвистывал мой пневмопродув. В ответ раздалась мягкая вибрация с уменьшившейся волной в конце. Будто бы тоньше. О, успех, со мной вступили в контакт! Правда я ничего не понял, но начало положено. Семнадцатая не двигаясь следила за мной. Ну не брыкаешься, уже хорошо.