Проклятая неудачница

      Гарри довольно быстро вернулась к своему привычному уже немного язвительному и весело-циничному взгляду на жизнь. Ей уже, если совсем уж честно, за триста с лишним, чтобы она обо всем думала и волновалась так, как делала это в подростковом возрасте.       Да, поначалу Поттер была весьма и весьма шокирована выходкой Хель, вот и растеряла свое хладнокровие, даже ненадолго — вот стыдоба-то! — впав во что-то отдаленно напоминающее панику, но сейчас она взяла себя в руки.       Девушка за всю свою долгую жизнь (две жизни в совокупности) повидала столько всего, что этого хватило бы романов на двадцать, если не тридцать.       Фиолетоволосая за несколько минут пришла к выводу, что прав был Федор Достоевский, когда говорил, что человек — существо, которое ко всему привыкает. Вот она и привыкла за один день к тому, что оказалось в новом для себя и совершенно неизвестном мире.       Так что Гарри тоже привыкла ко всему довольно быстро, благо что она уже морально всегда готова ко всему, что может придумать Хель.       Наверное, если бы кто-то был на ее месте, то давно уже впал в панику, однако для волшебницы это лишь еще один повод узнать что-то новое и необычное об этом мире. А в этом она не сомневается совершенно, ведь иначе Хель просто не стала бы заморачиваться тем, чтобы перенести ее именно сюда. Если бы здесь, в этом мире, не было совершенно ничего интересного, ее бы здесь и не было.       Смерть не только хочет счастья для своего потомка, но и хочет для нее веселой жизни. Это довольно-таки забавно, ведь веселье, как и счастье, для Смерти — понятия относительные. А уж если вспомнить, что Хель — Богиня, то…       Во многих сказках и легендах говорится, что с Богами вообще лучше не связываться, если ты хочешь спокойной, тихой и мирной жизни. Боги любят злые шутки и Боги любят развлекаться, что не всегда могут перенести хрупкие человеческие тела.       Хель — та же Богиня, пусть и связанная кровным родством с Гарри. Поттер может не опасаться какого-либо подлого поступка или удара в спину, ведь она — потомок Смерти.       А Смерть к своим детям всегда очень внимательна и милостива.       Это — непреложная истина, против которой не может пойти ничто и никто.       Однако, в этом и заключается основная проблема, ведь иногда Боги, которые желают тебе всяческого добра и счастье, бывают пострашнее Богов, которые ненавидят тебя и желают уничтожить.       Одна легенда про царя Мидаса чего только стоит.       Девушка встряхивает головой и откидывает эти мысли в сторону, потому что совершенно не хочет об этом думать и заранее себя накручивать. Зачем? Она все равно со всем рано или поздно, но разберется. А если не разберется… Ну что ж, у нее есть Хель, чтобы помочь ей. А то, что от вмешательства той может стать только хуже…       Ну, фиолетоволосую никогда нельзя было назвать той, кто обладает редкостной удачей — хотя учитывая, сколько именно раз она танцевала на грани жизни и смерти, с этим можно поспорить.       Волшебница думает, что она неудачница — проклятая неудачница — настолько, что даже смерть обходит ее стороной.       Интересно, значит ли это, что она будет бессмертной?       Впрочем, об этом пока думать рано.       Гарри без малейшего труда выбирается с острова. Честное слово, для этого вполне достаточно сделать себе метлу собственными руками и напитать ее необходимыми зельями — а уж запас у нее всегда был с собой. И пусть она не сразу получила к нему доступ из-за нового тела, но стоило хотя бы вспомнить про это и немного получше повозиться, как все получилось.       На самодельной метле лететь не особенно удобно и безопасно, но это лучше, чем идти пешком по воде — океан, кажется, просто бесконечный, от чего он теряется далеко-далеко за горизонтом, а глаза от напряжения болят, стоит лишь попытаться увидеть кромку. Впрочем, Поттер и не пытается. К тому же, для подстраховки не очень удачного полета у нее есть Хель, да и магию никто не отменял.       Девушка любит эксперименты и покорять новые высоты, поэтому для нее полет на собственноручно сделанной метле — как раз еще один способ занять нужную высоту. Разумеется, эта метла не особенно красива и презентабельна, но для ее детского тела — более чем хороша. А потом она потренируется и сделает себе такую метлу, которой все завидовать будут.       Правда, для этого материалы нужны совершенно другие, ее нельзя сделать быстро и на скорую руку — придется очень и очень долго возиться с нужными расчетами, а потом еще дольше вырезать необходимые руны и напитывать их собственной кровью, но это того стоит.       Фиолетоволосая непременно готова это попробовать сделать.       Не зря же все в ее роду были артефакторами, верно?       Волшебница взмывает в небесную высь, стараясь понять, куда ей лететь. Но куда ни кинь взгляд — всюду сплошная голубизна моря и неба. Это безумно красиво, особенно когда на небе есть милые кучевые облака — белые-белые, будто плюшевые, но это не то, что ей нужно.       Ей нужно на континент или хотя бы на обитаемый остров.       Хель — полезный источник информации, но она не стала много рассказывать, предпочитая в основном умалчивать. Гарри уверена, что это связано с тем, почему именно она здесь появилась — не просто же так. А значит, ее ждут очень много приключений. Ну, и решений чужих проблем. Хотя, Поттер в это гораздо больше верится, скорее создание этих самых проблем от собственного лица для других (внимание, сегодня акция!).       Одно то, что ее забросило в тело… ммм… как их там… тенри… буто? танрибудто? тинри…? нет, не то… как же… — Тенрьюбито… — насмешливо шелестит Хель.       Девушка кивает, молчаливо благодаря. Вот-вот, именно то, что ей хотелось.       Одно то, что ее забросило в тело именно тенрьюбито, а не кого-то другого, наводит на очень и очень интересные мысли. Ну не просто же так она сюда попала, верно? И не просто так в это тело. И дело даже совсем не в том, что это тело и Скалл в детстве — как две капли воды.       У Хель были миллионы и миллионы местных жителей, чтобы выбрать ей достойное тело, но в итоге Смерть остановилась именно на этой девочке, которая умирала на необитаемом острове. А как та была довольна, когда сказала, что вселение волшебницы очистило ее кровь…       Фиолетоволосая вздыхает, думая, что у нее подобные загадки получается разгадывать не особенно хорошо — все-таки, в основном она предпочитает действовать, но некоторые догадки у нее есть. Возможно ли — всего лишь возможно ли — что кровь этих самых тенрьюбито — ключ к чему-то?       Чему-то страшному, опасному, очень-очень мощному.       В этом мире тенрьюбито появились почти сразу же, как только появились разделения на классы. Возможно ли, что они были хранителями или жрецами чего-то, что могло освободиться только в том случае, если они отдадут свою кровь? За тысячи и тысячи лет это уже давно забылось, и эти люди утратили свое первоначальное значение, став буквально властителями этого мира.       Однако, они не забыли — по крайней мере, не до конца — только одно:

Кровь тенрьюбито — самое ценное, что только есть.       Ни одно живое существо не должно обладать ей, кроме тенрьюбито.       Все остальные люди и нелюди — всего лишь пыль под ногами тенрьюбито.       Кровь нужно сохранять и поддерживать — а значит, тенрьюбито не может жениться или выходить замуж ни за кого, кроме другого тенрьюбито.       Тому, кто нарушит это правило, грозит только смерть.

      На самом деле такая теория довольно-таки бредовая, но она многое объяснила бы. По крайней мере, это бы объяснило, зачем эти самые тенрьюбито совершают столько близкородственных связей — серьезно, на их гены и генетику уже давно без слез не взглянешь. Почти каждый из них уродлив с детства и обладает не самыми приятными болячками, которые уж точно не способствуют долголетию.       Да и кровь эти «умники» засорили так, что если они кого-то и должны были освободить, то не смогут в любом случае — отвратительная, склизская и прогнившая насквозь кровь не позволит. А кровь они засорили даже лучше, чем чистокровные в ее родном мире — те хоть изредка, но позволяли себе породниться с маглорожденными или обретенными, благодаря чему очищали свою кровь, эти же…       Волшебница бы поставила, что у всех тенрьюбито какое-то психическое заболевание похуже, чем у и иных Блэков. По крайней мере, это бы объяснило, почему они даже не понимают собственного вырождения.       А то, что кровь у них гнилая и больная, она чувствует просто прекрасно — чутье у нее, как у некроманта, получше иного оборотня или ищейки. К тому же, слишком уж разительное отличие от того, что изначально было у этого бедного ребенка, и того, что она получила в итоге, когда очистила кровь Пламенем и магией.       Гарри напряженно думает, не забывая следить за дорогой. У нее в голове масса мыслей и вопросов, на которые у нее пока ни одного ответа. Зато догадок и предположений столько, что можно хоть сейчас захлебнуться. — Что значит «тенрьюбито»? — через некоторое время она спрашивает напряженным тоном, решая, что сейчас гадать не к спеху. Да и спросить проще. Хель смотрит на нее ласково-ласково и довольно, будто мать на нерадивое дитя, до которого наконец-то дошло, что именно она пытается до него донести. — Личинка дракона… — шепот-шелест насмешлив, но добр. Поттер медленно кивает, хмуря брови и думая над полученной информацией. А потом не удерживается и спрашивает: — А что я должна буду делать? — Все зависит от того, что ты хочешь. — пожимает плечами Смерть, и девушка чувствует, как ее за плечи и шею обнимают костлявые руки. Впрочем, это уже настолько привычно, что даже совсем не страшно. Страх этих объятий остался где-то далеко — в той, прежней жизни, когда у нее еще было за кого бояться и для кого жить. — То есть, если я захочу, то могу сделать абсолютно все? — Все, что угодно… — согласно шелестит Хель, обнимая своего последнего живого потомка. — Все-все? — Да. — та кивает. — Даже выпустить дракона судьбы из заточения и уничтожить весь этот мир.       Фиолетоволосая против воли морщится, потому что Смерть снова вручает ей этот мир, словно игрушку, с которой она действительно может сделать все. Даже уничтожить и отбросить в сторону, как надоевшую ребенку вещь.       Впрочем, куда сильнее ее беспокоит сейчас другое. — Что за дракон Судьбы? — щурит глаза, пытаясь получить побольше информации, но Хель на это лишь пожимает плечами и отстраняется, напоследок прошептав над ухом: — Всему свое время… Не спеши… У тебя еще будет возможность все выяснить…       Волшебница пытается поспорить с этим, но Смерть просто растворяется, оставляя ее в одиночестве. Гарри устало вздыхает и закатывает глаза, прекрасно понимая, что та никуда не ушла, но если Предвечная невеста отказывается отвечать, ее не выведешь на откровения.       Значит, и правда придется ждать.       Поттер качает головой и оглядывается по сторонам, желая наконец-то найти хоть какие-то признаки жизни. Ни острова, ни континента поблизости нет, зато виден чей-то корабль. Возможно, это была не самая удачная идея, но девушка решила подлететь к нему и поинтересоваться, сколько до суши.       На ветру гордо реял черный флаг с изображенным на нем белом черепе с кроваво-красной розой. Этот флаг немного смутил ее, но фиолетоволосая решила потом понять, чем именно. Пока ее гораздо больше интересовали живые люди.       Правда, почему-то, мужик, которого она встретила, побледнел, словно мел, и начал трястись, заикаясь: — К-кт-то в-вы… п-приз-зра-к-к?.. — у бедняги так стучали зубы, что он с трудом мог говорить.       Волшебнице стало его жалко, поэтому она решила разрядить напряженную атмосферу и пошутила: — Здравствуйте, я — ваша тетя. — и доброжелательно-обворожительная улыбка.       Кажется, последнее было лишним, потому что огромный накаченный мужик затрясся и… упал в обморок. — Ну… упс? — протянула та, хлопая ресницами.       И как ей теперь на это реагировать?