Федька. Валька. Море. Пляж. Попки загорелые

Всем тем, кто своими фантазиями про отпуск вдохновили меня на это баловство!! Похвалим этих героев!! *** - Ну, все, Милька, мы выдвигаемся! – Федька притиснул левой рукой Мильку к себе, другой волосы растрепал. Тот со смешком вырвался, толкнул его в мою сторону. - Нехер меня лапать, – рассмеялся он, – иди, вон, Вальку потискай! - Не, Валька нынче злой, кусался с утра! – пожаловался на меня Федька. - Я те и щас что-нибудь откушу!! – рявкнул я, глядя на их дурачества. - Да ладно тебе, Валь, ну, ты чего! – Миль примиряюще поднял руки. – Ну, подумаешь, не говорит, куда билеты купил! Не страшно же! Сюрприз – это классно! - Нет, страшно!! Я не желаю, чтобы такие решения принимались без меня! – встал я в позу. - Валь, ну, чего ты бузишь! Сюрприз тебе понравится! Обещаю! – разулыбался этот лось, ручищи ко мне протягивая. - Вот натравлю на тебя дядьку Игоря своего, будешь знать! – фыркнул я, отскочив от него, пнув по ноге для порядка. - Валь, слушь, а почему ты Игоря дядей зовешь? Он разве не брат тебе? – влез Миль, воспользовавшись моментом, когда Федька ушел в комнаты за своим чемоданом. - С какого он мне брат? Он мамин брат, – натурально удивился я, проверяя крепления на своем, не дай бог, раскроется по дороге. - Да? А я думал, что твой! Такой молодой! - Ха-ха-ха! – развеселился не на шутку. – Вот ты блондинка! Чем слушал вааще! Я же вас знакомил, я ещё помню… – пальцем постучал по виску. – Разве забыл? - Ты хочешь, чтобы я тебе тот исторический вечер в лицах пересказал? – поморщился Миль. – Охренел совсем? Да я и половины не помню. - Да, самое время, чтобы узнать, что же там приключилось-то! – выдал радостно Федька, подкравшись сзади. - Тебе что знать надо, а? – ткнул в него пальцем, чтоб не расслаблялся. - Мне надо показать! – не унимался он. - Что? – спросил Миль. - Тот диск со свадьбы твоей матери! У меня его так ловко Валька увел, что я так и не узнал, что же вы там на столе делали! Просто танцевали, танцевали стриптиз или сразу голенькими отплясывали, м? – продолжал любопытствовать громила мой. Засранец такой! Все никак не уймется!! Уже два года прошло, а ему все интересно!! - Какой такой диск? Не знаю ничего! – я изобразил искреннее недоумение. - Да что ты привязался к этой записи! – взорвался Миль. – Нет там ничего такого! Ну, подумаешь, перепили и на столе отплясывали! Да, в платья переоделись, да, до трусов разделись, так мы не сильнее других чудили! Жорка - так вааще, взасос на спор с Игорем целовался! Правда, жена потом водкой отпаивала, но не суть… - Да, не ссы! – миролюбиво покивал дотошный товарищ. – Просто непонятно, если все так нестрашно, почему вы мне не даете посмотреть? - Ну… – замялся Милька, глянув на меня, – потому что я с Валькой целовался… Но я тогда думал, что он девчонка! – взвился он. И более спокойно продолжил: – А теперь не хочу, чтобы Никита видел, как я с другим парнем целовался, пусть и по пьяни, пусть и до него… Вот. - Тю-ю-ю! – протянул Федор Батькович. – Я-то думал, там сплошной компроматище! Ну, а ты, Валь, чего истерил? - Эх… У меня платье было ужасное, и на голове кошмар. И вообще, выглядел я там, как тощий пьяный цыпленок. - Да? – подозрительно прищурился Федька. – Не верю, чтобы ты из-за таких пустяков стал переживать. Ну? - Тебе что тут, вечер откровений? Обойдешься! – зашипел я. - Он тогда весь вечер от рыжего бегал! – сдал меня Милька. Я на него зыркнул, пообещав себе, что засранцу этому все ещё припомню. - И что? Дело-то столетней давности! – пофыркал громила мой, плечами пожав. - Тьфу на тебя. Знаю я. Просто он меня тогда так допек, что видеть его до сих пор не хочу. - Мне с ним поговорить? – обнял меня сзади. - Нет. Ты прав. Дело старое… – я замолк, облокотившись на него. Рассказывать о том, что тот мудак меня чуть не изнасиловал, не хочу. Хорошо, что тогда Игорь его вразумил, выгнал взашей, а я с перепугу напился. Просто вечер позора какой-то, а он хочет, чтобы я на это любовался. – Всё? Удовлетворил твое любопытство? - Да, не психуй, Валюш. - Вы вообще не опоздаете? Распизделись тут на пороге! – опомнился Миль. - Не-а, не опоздаем! – я откинул голову, на громилу своего снизу вверх глянул. – Сейчас я возьму чумадан*, а Федечка возьмет меня, и мы помчимся навстречу лету! - Не ехидничай! Я тебя и так возьму, и с чумаданом возьму! Ты во мне не сомневайся!! - Даже не смею! Не успел я за ручку чемодана взяться, как Федька закинул меня на плечо, вцепился в оба чемодана и попер вперед. - Вааа! Силен, сволочь!! - Пусти, гамадрил! – под восторги Миля и мою ругань мы спустились к такси. *** За все время, что мы ехали в поезде, он мне так и не сказал, куда едем, молчал, как заправский партизан. Даже билеты предусмотрительно убрал. Я показательно злился, но уже из последних сил. Вот ведь, зараза! Ну, не люблю я сюрпризы! Не люблю! Разве так сложно сказать, куда едем? Нет, развёл таинственность на пустом месте!!! Конспиратор хренов! Но, увы, уже и сам был не рад, что решил характер показать, ведь так и тянет потискаться! Так нет, воспитываю силу воли. Хорошо, что вместе с нами в купе на нижних полках ехала пожилая пара, чинные воспитанные пенсионеры катились на море бока пропекать. Очень милые душевные старички, вот только болтливы до крайности. Хоть к нам с расспросами и не лезли, зато завалили бесценными сведениями о своих детях, внуках, кошечке своей, песике чудесном соседки, попеняли на мою худобу, вывалили тонну рецептов и море всевозможных диет… К вечеру второго дня я был готов их растерзать. Даже забыл на Федьку дуться, мучились-то мы вдвоем, а совместные страдания - они объединяют. *** Вот уже среди холмов показалась гладь моря, сверкавшая на солнце, а до меня вдруг дошло, что все это – на самом деле! Я еду на море! УРА!! Пусть Федька, засранец этакий, и уперся со своим сюрпризом, не говорит, куда именно мы едем, но сам факт, что я здесь… Класс! Невольная улыбка не сходила с лица, настроение было самым замечательным. Я стоял в коридоре вагона и любовался на мелькающие в окне прибрежные пейзажи… Теплый ветер врывался в приоткрытое окно, играя с волосами, доносил сочные запахи цветов, смолы и моря. Я играл в своеобразную игру, вычеркивал города, через которые мы проезжали, перебирая в голове остающиеся, гадая, где Федька свой сюрприз устроил. Закатное солнце купалось в море, ветер доносил крики чаек, мне было очень хорошо, просто нереально! Я был в отпуске, и праздник вот-вот начнется! Праздник только для меня! Мне приходилось сдерживать себя, чтобы не запрыгать на месте или не закричать, чтобы нерасторопный поезд ехал быстрее. Уже хотелось в море, просто до одури! Даже кожа зудела, так мне хотелось в воду, теплую, прозрачную… - Валюш, мы подъезжаем! – голос любимого чудовища вернул меня на землю. - Да? – я выдохнул. – Ну, наконец-то! – обернулся, на него смотрю. Как же хочется его обнять! Увы, низзя. Народ кругом любопытный ходит, дети вопят и бегают, кто-то заблаговременно чемоданы поближе к выходу прет. - Идем, посидим в купе, не хочу со всеми толкаться! Старички наши свалили в вагон-ресторан, побудем капельку вместе. Так мы и сидели, переплетя руки, пока поезд не остановился. - Пошли? – встал Федя. - Ага. Скажешь хоть, куда приехали? – спросил я, выходя из купе. - Ты не слышал? – удивился он, вынося чемоданы следом за мной. - Не-а, – покачал головой. - Туапсе. - Чо? Не слышал! А почему не Анапа или Сочи? - Потому что! – щелкнул меня по носу. - Не скажешь? - Нет. Скажу только, что мы не остановимся в городе, – он улыбнулся белозубо. – И тебе понравится, уверен на все сто!!! *** Уже темнело, когда мы подъехали к высокому деревянному забору, выкрашенному в зеленый цвет с божьими коровками и развеселыми цветочками. Оказалось, что Федькин сюрприз – домик на две недели в Джубге какой-то там знакомой матери его дружбана по боксерскому клубу. Та якобы уехала в Австралию к сыну на лето (хотя там ведь зима?), и дом пустует. Так что нас ожидали две недели у моря только вдвоем! Когда я увидел домик, то растаял! Небольшое ухоженное здание с мансардой, большой сад с плодовыми деревьями, кустарниками, зарослями папоротника и цветов. Минус был, конечно же – до моря почти час пехом, но Федька уже подсуетился и договорился об аренде авто, они нашего приезда ждали, в агентство мы поехали сразу с вокзала, а оттуда до Джубги – уже на машине. Вот как можно на него злиться? Ведь всё продумал! Я предполагал, что он забронировал домики в каком-нибудь санатории или у частников, которых летом пруд пруди, а он отыскал знакомых своих знакомых, у которых есть дом на юге, да еще и только для двоих! Просто мечта!!! - Ну, как? – он обнял меня со спины, голову на плечо положил. – Я прощен? - Федька, ты… – обзываться не хотелось, все же, он здорово придумал, – ты молодец. Мне очень нравится, – развернулся к нему, поудобнее устроился в его объятиях. – Но если ты еще хоть раз мне нервы трепать будешь, грохну сразу в лоб!! – потыкал пальцем в лобешник. – Я ненавижу сюрпризы, уж извини! Хоть и такие классные! - Валюш, знаю! – меня удостоили почти целомудренного чмока в лоб. – Но такой случай подвернулся! Даже денег почти не взяли, только за домом смотреть! Можно было бы и на больший срок, разве что, меня никто не отпустит! - Федька, я бы согласился и так. Просто говори мне сразу, не устраивай сюрпризов, тем более, таких. Мне нравится сейчас, но еще час назад тебя грохнуть был готов. Так что не нервируй меня попусту, хорошо? - Договорились! – он лучезарно улыбнулся. – Ну, что, Валь, – он подхватил под задницу и слегка подкинул. – Готов к труду и обороне? - Обороне чего? – я ухмыльнулся – Своей задницы, что ль? А от кого оборонять? Я тут только одного озабоченного вижу, он меня за филей лапает!! - Гидэ эта сволочь! – заорал он, оборачиваясь со мной вокруг своей оси. – Покусаю гада! Я не выдержал, рассмеялся. - Пошли уже, покажу озабоченного! – вцепился в его шею, все еще вися на нем, ногами за талию поудобнее обнимая. Таким макаром мы протопали к дому. Федька, поддерживая меня, открыл дверь, задержался у входа. - Ну, что, готова, невестушка?! – со смешком он внес меня в дом. Эти два дня, что я его показательно избегал, и меня умотали, я жутко по нему соскучился. Так что сам не утерпел, и только мы вошли в зал, впился в его губы, забираясь руками под майку, скидывая её прочь. - М-м-м, Валюш, не спеши! Я только рыкнул и дернул его за волосы, чтобы не отвлекался. Какое там, не спеши! Да я сейчас обкончаюсь на месте! Три дня воздержания!! Мы целовались, как безумные! Я от него не оторвался бы даже под страхом смерти. Хотел его сейчас, немедленно! Пусть с дороги грязные, потные - плевать, обожаю, как он пахнет, всего обожаю! Всего целовать, руками по взмокшей спине, процарапать, чуть отвлечься, чтобы скинуть рубашку, и снова впиться поцелуем, прижать к себе так, чтобы кости хрустели… - Валюш, щас… – я оказался верхом на комоде, без рубашки, одна брючина стойко цеплялась за ногу, отказываясь сниматься. Федька метнулся к чемоданам. Я невольно рассмеялся: красавец-парень с приспущенными штанами, хрен торчком, взъерошенный, судорожно роется в чемодане. - Есть! – воскликнул он, торжественно поднимая руку с зажатой в ней смазкой и презиками. - Иди уже сюда, добытчик! – развеселился я, стаскивая окончательно свои брюки. Он вскочил, но запутался в штанинах и чуть не рухнул, с матами принялся скидывать одежду. - Да! Так её, негодную! – веселился я, сидя голышом на комоде. – Не растеряй задор, воюя со штанами! - Ну, Валька, щас дождешься! – он откинул штаны в сторону, пошел ко мне с грозным видом. – Веселишься, да? – ухмыльнулся мой звереныш. - Иди уже сюда, воитель! – притянул его к себе, снова обнимая ногами. – Дай! – забрал презик, зубами упаковку надорвал. - Ну, чего замер? Мне все самому делать, да? Еще и смазать воротца, чтоб не скрипели? - Валька… пиздец, видел бы ты себя со стороны… – восхищенно выдохнул он. - Хватит трещать! – раскатал презик по его члену, пальцами по животу вверх скользнул. – Любуешься? – ухмыльнулся в губы. – Лучше делом займись, а то сейчас смазка в руках закипит! - Твоя правда… – прошептал он, вновь целуя, жарко, горячо, вкусно. Руками под попку подхватил, ближе к краю подвинул, сам членом нетерпеливо между половинок елозит, но пальцы не спешит убирать. В голове гудело, кожа пылала, Федька же казался прохладным, от такого контраста я сходил с ума. Он пытался быть нежным и внимательным, но мне хотелось резко и глубоко, поласкаться мы и потом сможем! Так что сам его в себя направил, за задницу его руками вцепился, понукаю начать двигаться. Дальше звереныш мой не деликатничал, двигался так, как мне хотелось! На поцелуи не хватало дыхания, удовольствие жаркой волной накатывало, как волны, казалось еще капельку, еще немножко… - Валь, встань тут… – жарко на ухо прошептал мучитель мой, снимая меня с комода. Спиной к себе повернул, по мокрой коже руками огладил. Ноги меня не держали, так что я не выдержал, грудью лег на комод, руками в край вцепился. Задницей вильнул, скомандовал: - Чего замер! Давай, а то замерзну тут нахер! - Не ругайся! – шлепнул меня по заднице, тут же вставляя следом. - Класссссс… – выдохнул я, подаваясь назад. Федька просто фееричен, двигается так, что последние мозги вытекают вместе со спермой, знает, гаденыш, что я просто таю, когда мне поясницу немного царапает, а между лопаток лучше целовать и вылизывать, можно куснуть еще… Чувствуя, что уже скоро, приподнялся на руках, к нему за поцелуем потянулся, назад голову поворачивая… Трахальщик мой меня руками перехватил, в губы впился, продолжая вбиваться нетерпеливо. Потом руку вниз опустил, мой член обхватил, стал двигать в такт толчкам. От такой карусели меня вынесло окончательно, заорал, кончая, руку назад закинул, его за шею к себе крепко прижимаю… Суперрр… - С приездом, Валюш, – сквозь туман донесся шепот Федечки. Хороший мой, любимый, все сделаю, только до кроватки отнеси… Мне здесь все больше нравится… *Ну, чумадан, погоди! :) Ну вы поняли, да? Лето, мать его… Нас несет в стороны! P.S. Для всех, трепетно ожидающих Подарок и проч.: они будут закончены, обещаю :-)) Я на полпути ничего не бросаю!!!