Тихоня в чёрном бюстгальтере

Ещё никогда мысли настолько не заводили в тупик. То что пить Адриану было вредно это он и сам прекрасно знал. Он пьянел с одного бокала, а дальше никогда не было ни одного раза, чтобы он останавливался без чьей-либо помощи. Он сидел за партой. Была перемена, но урок был в другом классе, именно поэтому помещение пустовало, если не считать пары одноклассниц, которые молча читали, пользуясь тишиной кабинета. Агрест остался тоже ради тишины. С утра тот самый «шикарный секс» был для него поводом для галочки в жизни, но его мнение об этом резко переменилось, когда Хлоя заявила, что это была именно она. Не то чтобы он к ней плохо относился... О блондинке были разные слухи, и как дочь мэра она была спросом у парней. Нет, факт о её блудстве его не смущал. Как говорится, у каждого своя жизнь и каждый горазд делать что ему вздумается, но в основном, говорили о ней в Этом плане плохо. Поэтому Адриан не понимал, почему именно ему с ней было хорошо? Он помнил лишь ощущения, еле слабо черты тела, стоны, тембр которых не мог сравнить с голосом Буржуа, ведь плохо их запомнил. А ещё он помнил белье на ощупь. На бюстгальтере, скорее всего черном, ведь освещения не было, была брошь. Ромбообразная, с прикрепленным колечком, сквозь которое не пролез бы не один палец. Но ногтем блондин цеплял его точно. Ощущение запомнилось. Получалось, что единственной его зацепкой был бюстгальтер с брошью. Предположительно черный. Странная мысль, но раз Хлоя его шикарная ночная партнерша, то у неё должно быть это белье. Или, по крайней мере, она должна знать, что была в нем. Урок тянулся весьма медленно и скучно. Новость, что теперь Хлоя девушка Адриана разлетелась быстро, но, предсказуемо, долго не обсуждалась. О чувствах дочери мэра было известно давно, да и особо яркой парой они не были. Маринетт старалась игнорировать факт их пары. Впрочем, она как и раньше отводила взгляд, прятала его под челкой и краснела лишь от одного вида своего краша, но теперь с большей силой. — На ней был чёрный бюстгальтер... — донесся шепот Агреста до ушей Дюпен-Чен. Их парты стояли параллельно и она всегда почти четко слышала его разговоры с Ляйф. — Я думал, что ты не станешь это расследовать. Разве это не Хлоя? — Нино, как хороший друг, затеи парня никогда не отвергал. Напротив, какими бы странными они не были, он их поддерживал, даже предлагал варианты, иногда, даже сам участвовал. — Я не уверен. Агрест отчаянно вздохнул и скрестил руки на столе, положил на них подбородок. Смириться, что это Хлоя было не в его силах, да и он хотел быть точно уверенным. Простых слов недостаточно. С таким успехом любая могла подойти и сказать, что она та самая. Да хоть... Тихоня. Едва проскользнула эта мысль и парень перевел взгляд на Маринетт. Так было неловко застать эту переглядку. Та мгновенно отвернула голову, нервно сжала ручку и её щеки ярко вспыхнули. Пожалуй, она была единственная, чью реакцию он воспринимал как что-то милое. Смущалась Мари не только из-за его взгляда. На ней было то самое белье, которое не детально вспомнил Агрест и теперь она боялась, не понимая почему, но боялась, что её раскроют. Со звонком девушка отправилась в раздевалку. Она всегда старалась переодеваться последней, ведь обнажаться даже перед девочками стеснялась. Тихоня не хотела внимания. Жизнь серой мышки её устраивала. И вот она плавно скинула с себя рубашку. Опоздать на физ-ру было ей лишь в радость. Преподаватель ей мало нравился, так что прийти на минут пять-десять позже было для неё уже обыденным. Она была уже в нижнем, выворачивала спортивные штаны с изнанки, как вдруг дверь в раздевалку открылась. — З-занято! — вскрикнула Дюпен, прижимая наполовину вывернутые штаны к груди, но и без того выглядела она откровенно. — Это общая раздевалка, дура. — как оказалось, пришла Хлоя. Девушка была не в форме, но обычно и не носила её, ведь от физкультуры её освободили. — Купишь себе и тогда хоть на три замка закрывайся. Маринетт очень тихо извинилась и опустив голову стала ждать, когда девушка уйдёт. Она по-прежнему стеснялась, а Буржуа была ей не то что не приятна, даже противна. Но никогда ей в лицо она ей этого не говорила. Язык у брюнетки не был подвешен, поэтому она даже не ругалась. Хлоя ходила возле полок, ища свою спортивную сумку. Та лежала здесь на всякий, видимо этот, случай. Блондинка наконец захотела заняться физ-рой вместе с Агрестом. Сегодня парные занятия. — Где же эта чертова сумка!? — уже топча от злости пол, вопила Буржуа, затем взглянула на Маринетт. Та была по прежнему голой. Вернее, полу-голой. За это время Дюпен успела натянуть штаны и теперь аккуратно пыталась надеть футболку. Бюстгальтер промелькнул взору Хлои как что-то значимое. Он был красивый и девушка, в виду своей натуры, даже похвалила за вкус, на что Мари лишь смущенно поблагодарила. Наверное, за любое внимание к её персоне её щеки алеют, выдавая, насколько редко ей делают комплименты. Маринетт, как ни странно, пришла не последней. Хлоя так и осталась искать спортивку, в то время как брюнетка уже зашла в зал и тут же получила замечание за опоздание. — Только тебя ждём, Дюпен-Чен! Становись в пару с Агрестом! — физрук кричал громко, держа в руках свисток, который вечно либо отправлялся к губам, давая командный свист, либо перебирал его грубыми от возраста и частых игр в баскетбол или волейбол пальцами. — Но ведь... Её слова прервал свист свистка и девушка мигом побежала в строй. Адриан действительно стоял один. На парных занятиях он всегда был с какой-то девочкой, но сегодня её не было, поэтому опоздавшая Хлоя упустила шанс. Теперь, рядом с блондином, жутко краснея от подобной возможности, стояла Дюпен-Чен, которая даже немного улыбалась. — Итак, жим лежа! — вновь звук свистка и все устроились на матах.