Дипломат

Пока глава ордена Цзинь сладко почивал, его сын метался по комнате, убеждая себя, что не происходит ничего страшного. Ему всего лишь всеми правдами и неправдами надо понравиться еще более вспыльчивому, чем Не Мин Цзюе, и угрюмому молодому главе ордена Цзян. Как?! Что он любит? Яо не знал о нем совершенно ничего. Так, видел мельком, как тот прожигает взглядом Вей У Сяня и все. Яо даже близко не представлял, что ему делать. «Так, вряд ли это будет страшнее, чем Вэнь Жо Хань, я что-нибудь придумаю…» — пытался он успокоить сам себя. По дороге в Безночный город он меньше волновался. Яо так и не смог уснуть, проворочавшись в постели до самого рассвета. Утро было хлопотным. Он тщательно привел себя в порядок, слегка подвел глаза и попытался принять самый вежливый и почтительный вид. Хоть с главой Цзян они и были почти ровесниками, но тот принял свой пост в очень юном возрасте да еще и при трагических обстоятельствах. Наверняка он оценит уважение к своей персоне и своему статусу. Одежды Яо выбирать не пришлось: вполне сойдут и вчерашние с вышитым на груди белым пионом. Официально и красиво. Вышел он загодя, чтоб как положено ждать гостя в беседке, где должно было состояться чаепитие. Отец назначил местом этой встречи одно из красивейших мест сада. Присланный слуга по дороге рассказал, что стол накрыт лишь для двоих. От этого стало еще неуютнее. Яо всю дорогу через силу пытался улыбнуться. Он должен приветствовать главу Цзян вежливо, будто рад их знакомству и ни о чем не подозревает. Только никак не получалось. Из груди упорно рвались вздохи. В беседке Яо уже ждал хмурый, как всегда, глава Цзян, затянутый в свои клановые одежды и с мечом. Свой меч Яо брать не стал. Зачем вообще меч на чаепитии? Да и пришел глава Цзян гораздо раньше назначенного времени. Ему было столь любопытно, что из себя представляет Цзинь Гуань Яо или он лишь стремился побыстрее покончить с этой встречей? — Доброго утра, глава Цзян! — едва подойдя низко поклонился Яо, - Рад вас видеть этим прекрасным утром. Позвольте предложить вам лучший во всем Лань Лине чай… Вань Инь наградил его в ответ таким взглядом, что Яо захотелось развернуться и уйти как можно быстрее. Наверное, когда Яо в лицо говорили о том, что он сын шлюхи, в этом было меньше презрения. — Здравствуй… — после небольшой паузы таки ответил Цзян Чен, смерив его от макушки до пяток взглядом. Яо все же смог сохранить лицо: опыт шпионажа оказался как нельзя кстати. Он с мягкой улыбкой склонился над чайными принадлежностями. — Попробуйте чай. В такое утро… — договорить Вань Инь ему не дал, снова бросив недовольный взгляд. Однако чашку чуть ли не выхватил из рук. Яо по инерции продолжил улыбаться, но уже как-то растерянно. — Может, мне стоит развлечь вас беседой или стихами? Цзян Чен одарил его недовольным, раздраженным взглядом. — Не стоит! Они молча продолжили пить чай. Яо внутри паниковал, не зная, что ему делать. Иногда он бросал взгляды на Цзян Чена. С этим человеком он должен будет прожить бок о бок несколько лет?! Нет, пожалуй насчет Вень Жо Ханя он был не прав: покойный глава Вень был и то более вежлив и добр в их первую встречу. Цзинь Гуань Шань наблюдал за происходящим в беседке с мостика над ручьем чуть поодаль. Его отпрыск и глава Цзян сидели друг напротив друга. Гуань Яо склонил голову, будто был чем-то смущен. Интересно, о чем они говорят? Яо, если его правильно мотивировать, мог творить чудеса и уболтать кого угодно. Грех не воспользоваться его талантами. Сейчас Яо манерами и жестами удивительно напоминал Мэн Ши. Он вообще весьма сильно внешне смахивал на мать, а сейчас это сходство было особенно заметно. Гуань Шань отлично помнил Мэн Ши. Она была достаточно известной куртизанкой и одной из красивейших женщин, с которыми он проводил время. Красивее была лишь одна юная девушка из деревни Мо. Мэн Ши, впрочем, тоже была особой весьма запоминающейся. Гуань Шань не забыл ее, как большинство своих любовниц, по сей день. «Пусть он очарует всем, что почерпнул у матери, этого сопляка Цзян. Как сразу меньше станет головной боли!» Цзинь Гуань Яо и Цзян Вань Инь молча просидели добрых две палочки благовоний, пока не выпили весь чай. Яо следил, чтоб чашка его гостя не остывала. Он пытался быть изящным и вежливым. Он разливал чай и предлагал попробовать и иные угощения. Но в ответ получал лишь сказанные сквозь зубы отказы и недовольные взгляды исподлобья. Наконец, допив весь чай, Вань Инь поднялся, слегка поклонился и спешно ушел. Цзян Чену было интересно, до какой степени Цзинь Гуань Шань готов дойти в этом фарсе. Нет, ну серьезно, какой брак может быть между мужчинами? Это противоречит всем законам здравого смысла. Кто вот, например, из них будет исполнять домашние женские обязанности, надлежащие супруге? Внутри Цзян Чена засело любопытство: насколько хватит терпения у того же Гуань Яо? Хотя, положа руку на сердце, лучше уж увезти в Пристань Лотоса этого самого Гуань Яо, чем какую-нибудь девицу. У него было как минимум два достоинства: Гуань Яо можно было заткнуть одним взглядом и после он молчал еще довольно продолжительное время. Это хотя бы удобно. Гуань Яо вернулся в свои покои совершенно разбитым. Это был провал. Провал, который несказанно расстраивал и радовал Яо одновременно. Он не смог очаровать этого угрюмого молодого мужчину, хоть и пытался. Отец будет, конечно же, крайне недоволен. Но сам Яо хотя бы избежит этого навязываемого странного брака со столь неприятным человеком. Цзян Вань Инь вообще производил довольно странное впечатление. Волосы, собранные в тугой пучок, слишком плотно сидящие одежды, пояс, затянутый так, что едва можно было сесть, принесенный с собой на чаепитие меч. Будто всей своей одеждой он подчеркивал свою взрослость, строгость, значимость… или пытался ею же сдержать себя. Яо пару раз за время их сидения в беседке видел, как по легендарному Цзы Дяню начинали слегка сверкать молнии, когда Вань Инь особенно раздражался. Он не понравился Вань Иню. Совершенно. Эта мысль почему-то успокоила. Сон, так упорно не желавший приходить ночью вдруг накатил волной. Яо прямо в одежде лег на кровать и немедленно уснул, довольный этим выводом. Гуань Шань ждал ответа главы Цзян, как самых лучших новостей. Он видел, как из беседки удалился с прямой спиной, полный достоинства и гордости Цзян Вань Инь, а после оттуда со склоненной головой вышел Гуань Яо и медленно побрел в сторону своих покоев. Что бы могло привести вечно улыбающегося парня в такое уныние? Разве что явный интерес со стороны Цзян Чена. Кто знает,что они там делали в этой беседке, пока их не видел зоркий глаз главы Цзинь. Мэн Яо был отчаянным юношей, способным на очень многое. Кто знает, что он мог бы такое сделать, чтоб понравиться этому строптивцу из Юн Мэна? Кажется, все шло довольно неплохо. За обедом место Яо пустовало. Он сказался больным и остался в своих покоях. Слуга, посланный за ним сказал, что молодой господин Цзинь изволит почивать. Цзинь Гуань Шань слегка улыбнулся, но будить Яо не велел: «Пусть отдохнет». У Гуань Шаня были свои соображения, что же так могло утомить его сына за утро. Зато Вань Инь пришел побеседовать после обеда. В его глазах было какое-то предвкушение. — Ладно, глава Цзинь, я согласен на вашего сына. Совсем уж болваном он не выглядит, — пожалуй, из уст Цзян Вань Иня это звучало практически комплиментом. — Знал, знал, что Гуань Яо придется вам по вкусу… — глава Цзинь готов был от радости обнять этого мальчишку Цзян. — Но моим главным условием будет то, что А-Лин будет расти у меня. Гуань Яо может остаться здесь, если вам угодно. Я буду его навещать. — В таком случае я настаиваю на том, чтоб Гуань Яо отбыл с вами в Пристань Лотоса, нельзя же разлучать супругов. Так мне будет спокойнее, что А-Лин будет знать и о другой части своей семьи. — Ладно… — процедил Вань Инь. — Я уже попросил астрологов рассчитать дату для церемонии. Они говорят, что самый благоприятный день — послезавтра. А следующий будет очень не скоро. Учитывая, что вы еще полны решимости иметь повод не вершить кровную месть, то лучше не откладывать, — Гуань Шань определенно нервничал. — И вы успеете все подготовить? — Вань Инь надеялся, что нет, — Все эти письма, подарки? — К чему все эти формальности? Я знал вашего отца, вас с раннего детства, ваша сестра была замужем за моим старшим сыном. Я уверен в вас, как ни в ком другом. Яо, думаю, тоже будет рад этому известию. — И вы спустите мне с рук такое неуважение к вашему роду и к вашему сыну? — Какое же неуважение? Уверен, Яо и сам будет настаивать, чтоб свадьба состоялась поскорее. Он пылает к вам настоящей страстью. — Гуань Шань самозабвенно врал. — А траур? — Конечно-конечно, не стоит о нем забывать. Церемония будет крайне скромной. По всем правилам наших кланов мы эту свадьбу отпразднуем позже, уже в Юн Мэне. Вань Инь слегка поклонился и вышел. Гуань Яо проснулся под вечер спокойным и умиротворенным. Максимум, что его ждет — это выволочка от отца. Даже если его выгонят из башни Кои — он переживет. В любом случае скандал куда лучше того, что вчера предлагал ему отец. Яо передернуло от мысли, что ему могла бы предстоять первая брачная ночь с мужчиной. Вот этого он точно не хотел. Отец сам пришел в его покои, едва стоило Яо послать слугу за чаем. Он был морально готов к скандалу, упрекам, разочарованию от отца, но Гуань Шань довольно улыбался. — Ты молодец, сынок, — лицо Яо вытянулось в недоумении, — Я знал, что ты можешь поладить с кем угодно, но сегодня ты превзошел сам себя. Я так рад за тебя. — Что?.. — Церемония будет послезавтра. Затем ты с А-Лином отправишься в Пристань Лотоса. — При чем здесь А-Лин? — Ты будешь приглядывать за ним. Я хочу точно знать, что у моего внука все в порядке. А сейчас поужинай и хорошенько отдохни. Завтра будет долгий день. Надо еще разобраться с твоими обязанностями здесь… Когда Гуань Шань вышел, Яо хотелось упасть на колени и закричать: «За что?!..»