Мне говорили, язык мой мне враг на века, Что, как только открою, кусаю по локоть руки. Но я улыбалась, признательно щурясь слегка, Сохраняя характер и верность собачьей суки. Мне говорят, что я злее самой судьбы, Что слова мои острые, словно кинжалы. Но кому-то сладок вкус той беды, От которой другие бежали. Меня убеждали, что я холоднее пурги, Та, что сердце в оковы и в вечное черное пламя. Но я скалюсь любя, не думая о других. Для кого-то я яд, для кого-то великое знамя.
Часть 1
27 сентября 2019 г., 09:28