Амнезия на двоих

      Выйдя из комнаты, мы оказались в коридоре. Он был небольшим и вел в другую комнату. Анджела смело пошла вперёд. Я же шёл медленно и всё осматривал. Вокруг висели картины. На одной из них я увидел себя. На фотографии было четыре человека. На заднем плане стояла пожилая дама. Ее седые редкие волосы были собраны в аккуратный небольшой хвостик. Рядом стоял пожилой мужчина того же возраста. На переднем плане стоял я и незнакомая молодая девушка. Скорее всего это мои родители и сестра. Но я совсем их не помню.       Пройдя коридор, мы оказались в довольно просторной комнате. Тут был телевизор, диван, два кресла. Скорее всего это была гостинная комната. Анджела взяла некую фотографию и начала её разглядывать. Я осматривался. Ничего знакомого не заметил.       - Майк, тут есть ты. На обороте указана дата, - прервала тишину Анджела.       - Какая там дата? - спросил я, все ещё осматриваясь.       - Двадцатое июля. Может что-то вспоминаешь?       Вдруг что-то промелькнуло в моей голове. Праздник. Но все ещё чего-то не хватало.       - Я что-то вспоминаю, но все же чего-то не хватает, - ответил я.       Анджела поставила фото на место и решила пойти в другую комнату. Я пошел за ней. Вместе мы оказались на кухне. На столе стояла тарелка с макоронами и котлетой. У меня сразу заурчал живот.       - Тебе надо поесть, - посмеялась Анджела.       Она взяла тарелку и поставила в микроволновку на две минуты. Я покраснел и сел за стол.       - Ещё ничего не вспомнил? - спросила Анджела, смотря на тарелку.       - Нет, но в тот день явно был праздник, - ответил я, тоже смотря на тарелку.       - Тогда нужны ещё кусочки, - сказала Анджела и приставила руку к подбородку.       В комнате звучала лишь микроволновка. Я взял вилку в руку и стал ожидать еду.       Микроволновка пропищала. Анджела достала тарелку и поставила передо мной.       - Приятного аппетита, - мило сказала она и села напротив меня.       - А ты не голодна? - спросил я.       - Нет. Ешь.       Я начал смотреть на еду. На вид нормальная, но какая она на вкус? Я разрезал котлету на части, насадил одну из них и поднес ко рту. Она была горячая, я подул, чтобы кусочек остыл. Кусочек оказался в у меня на языке. Вкус был просто прекрасен. Я попробовал макароны. Они тоже оказались очень вкусные. Я начал со скоростью света есть всю еду на тарелке. Анджела просто смотрела и мило улыбалась. Через пару минут тарелка была уже пустой, а мой живот полным. Анджела взяла тарелку и могла её мыть. Вкус котлет показался мне до боли знакомым. Я что-то начал вспоминать. Это были мои любимые котлеты. Тут мой взгляд привлекла открытка. Она была присоединена магнитом к холодильнику. Взяв её в руки, я начал читать на обороте: "С днём рождения, любимый сыночек. Двадцатое июля две тысячи двадцать пятого года".       - День рождение... - прошептал я.       Если все сопоставить, то сын в этой семье один и это я. А значит это мой день рождение. Тут резко у меня заболела голова. Я схватился за неё и упал на пол. Анджела в ужасе подбежала ко мне:       - Марк?! Все хорошо?! Марк, ответь!       Я начал вспоминать. Я оказался на даче. Все было украшено лентами, шариками. На мне был праздничный колпак. Вокруг меня веселились люди. Скорее всего это были мои родственники. Ко мне подбежала девушка. Она была точь-в-точь как девушка с фото. Видимо это моя сестра.       - Братик, почему ты не веселишься? Все же это твой день рождения! - начала говорить девочка.       - Я не хочу. Я уже вырос с таких дней рождений. Мне уже семнадцать! - начал злиться я.       Я не мог что-то делать или говорить сам. Я мог лишь наблюдать и чувствовать.       - Да ладно тебе. День рождения только раз в году. Веселись! - продолжала стоять на своем девочка.       Тут к нам подошёл мужчина с фотографии. Скорее всего наш отец.       - Чего вы тут ссоритесь? - спросил он грозно.       - Братик не хочет веселиться! - начала ябедничать девочка.       - А тебе лишь бы наябедничать, - говорил я недовольным голосом.       - Вы, двое, успокойтесь. Ты, - мужчина показал на девочку, - иди к бабушке. А ты, - показал теперь он на меня, - иди веселиться!       Это звучало очень гроздно и строго. Девочка сразу куда-то убежала. Мужчина начал вести меня в толпу. Я понимал, что я ничего делать не могу. Мои чувства были различны: от горя до предательства со стороны родни. Меня заставляли танцевать и участвовать в разных бредовых конкурсах. Все вокруг веселились, кроме меня. Мне было очень больно внутри. Боль меня раскалывала изнутри. Я еле сдерживал слёзы. Мне казалось, что сейчас моё сердце разорвется от боли. В конце всего торжества была наша семейная фотография. Мне пришлось криво улыбнуться, чтобы не портить фотографию.       Я начал видеть перед собой лицо Анджелы. Оно было все в слезах. Увидев то, что я проснулся, Анджела заулыбалась и быстро вытерла слёзы.       - Боже, слава богу ты очнулся. Я уже думала, что ты никогда не проснешься, - говорила Анджела еле-еле.       - Все хорошо. Я просто вспомнил про тот праздник, - сказал я слабо улыбаясь.       Я все рассказал Анджеле. От рассказа она впала в ужас. Она поняла, в какой семье я жил. Семье, где у меня не было свободы.       Позже, после исследования мы нашли дневник моей сестры. Её звали Рэй. Там было написано, что мы с ней учимся в одной школе - в десятой. Это и был наш следующий пункт назначения.