Ядовитая лягушка на каменном троне

      Шиу лежала на теплом каменном полу, ощущая, как сотни песчинок болезненно впивались в ее кожу через тонкую ткань платья. Ее голова покоилась на чьих-то жёстких коленях, вокруг нее клубился священный дым, призванный успокаивать и дарить умиротворение. Девушка глубоко вдыхала приятные ароматы трав, в которых отчетливо чувствовались железистые нотки крови, слышала невнятное бормотание. Она точно больше не в Сером лесу. Тогда, где? Был лишь один способ выяснить это, но открыть глаза оказалось непосильной задачей для Шиу задачей. Ничего не хотелось. Мыслей в голове почти не осталось, а на душе воцарились лёгкость и уверенность. Шиу твердо знала, что она в безопасности, ведь ей удалось обрести внутреннюю гармонию и целостность, она будто нашла то, что давно потеряла.       — Я знал, что ты справишься, — горячие ладони вождя легли на хрупкие плечи Шиу, чуть сжимая их. Голос мужчины звучал проникновенно, низко, а от его легкой хрипотцы бросало в дрожь. Скванту чувствовал, как его слова действовали на девушку. Не только чувствовал, но и видел. — Боги вновь благосклонны к нам, и знак лаухана на твоём запястье тому доказательство.       — Все получилось?       Зачем она спрашивает? Ответ очевиден! Или нет? Шиу не помнила, как вернулась в свой мир. Ее воспоминания оборвались в тот самый момент, когда они мчались к красным вратам. Да и в тот момент она мало что могла видеть, ведь болталась на чужом плече вниз головой. Так удалось ли им спастись на самом деле? Ей так и не удалось получить бесценные знания, понять, как все устроено. Обстоятельства сложились таким образом, что все пошло не так, как должно. Вот только распространяться об этом не стоило, особенно перед вождем и жрецами. Шиу отчаянно хотелось вновь увидеть Теота, поговорить с ним, ощутить не только спокойствие, но и надежность. Прикосновения вождя не дарили тех же ощущений, что присутствие лаухана.       — Да. Ты обрела защитника, который будет незримо следовать за тобой, — подтвердил вождь, продолжая нежно удерживать девушку. Пока ей рано вставать, ведь ее путешествие было тяжелым, как и для каждого вступающего во взрослую жизнь.       — И что теперь? — девушка приоткрыла глаза. Хорошо, что в храме царил полумрак, так намного проще. Усталость ощущалась во всем теле настолько остро, что пошевелиться было почти невозможно. Так должно быть? Она себе все не так представляла. Совсем не так!       — Теперь, ты взрослая женщина, — мягко произнес Скванту, помогая Шиу приподняться. Теперь, к этой девушке можно относиться иначе, так, как того заслуживает ее красота. — Тебе многое дозволено, но вместе тем появились и обязанности, новые возможности. Но сегодня можно об этом не думать. Мы вместе спустимся по ступеням храма вниз, и начнется праздник.       — У меня столько вопросов, — при помощи вождя, девушке удалось подняться на нетвердые ноги. А вот унять дрожь никак не получалось. Похоже, спуститься по ступеням пирамиды с грацией и величием, как она планировала, не получится.       — Разве ты не получила на них ответы?       — Этого недостаточно, — тут же нашлась девушка. А ведь она уже поняла, что нужно держать язык за зубами. И все же не сдержалась. Нужно быть осторожней.       — Оставь знания жрецам, — снисходительно ответил Скванту. Он всегда видел в Шиу живую искру любопытства и пытливого ума, но во взрослой жизни все это не пригодится. Каждый должен исполнять свою роль, следуя предназначению и великому замыслу. — Идём, не стоит заставлять твоих родителей и остальных ждать.       Покорно кивнув, Шиу шла рядом вождём. Она видела другие инициации, когда была ребенком, а потому знала, что мужчина демонстрировал к ней особое отношение, проявлял заботу. Именно этого она и хотела, ведь простой охотник или землепашец ей не чета. Но порадоваться в полной мере не получалось. Что-то пошло не так. Словно вторя ее мыслям, на плече недовольно заквакала ядовитая лягушка. Жаль, что она больше не способна ее понять. Шаг за шагом, чувствуя, как к ней возвращаются силы, девушка спускалась вниз. Лучи заходящего солнца резво играли тенями, на стенах и гранях пирамиды, и казалось, что сам пернатый змей, изображённый на них, оживал. А может, так и было? Приятно думать, что могущественный бог снизошёл до поздравления простой смертной. Шиу горделиво расправила плечи — никто не увидит ее смятения. Пусть смотрят и завидуют, пусть знают, что детство осталось далеко позади. Взгляд девушки, будто ненароком, скользнул по гордому профилю вождя, крепко сжимающему ее маленькую ладошку. Да. Она больше не ребенок…       Их встречали с восторгом и ликование, как воинов, вернувшихся их похода с добычей и жертвами для богов. Шиу на физическом уровне ощущала эмоции жителей города, видела их чуть иначе, чем обычно. Вот только при всем желании она не смогла бы сказать, в чем же разница. Наверное, сказывалось напряжение и усталость. Подобные мысли утешали девушку, помогали держать лицо перед другими. Она со всем разберется потом, когда отдохнет и придет в себя.       — Шиу! — измотанная страхами Ратиа протянула к дочери дрожащие руки. Она ждала этого дня, она его боялась, ведь именно сегодня могла раскрыться их страшная тайна. Этого не произошло, а мир все ещё не сгинул в нескончаемых криках и мучениях. Все обошлось. А ведь не было и дня, чтобы женщина не размышляла о своем поступке и сыне, которого уже не увидит.       — Все хорошо, — девушка обняла мать, но сделала это несколько отстраненно, давая понять, что теперь все изменится. Даже немного грустно.       — Я вижу, — Ратиа устало улыбнулась. Сегодня на ее лице прибавилось морщин, а среди волос появилась проседь. — Вот только даже став взрослой, ты останешься моим ребенком. И что бы ни случилось в твоей жизни, я всегда приму и поддержу тебя. Ты всем можешь со мной поделиться, рассказать обо всем.       От этих слов на душе Шиу стало спокойней. У каждого человека есть свой лауналь и лаухан, но ведь они не единственные защитники. Есть иная опора в жизни, но понимаешь это не сразу.       — Прекрати, — Кадачи мягко отстранил жену. — Сейчас время поздравлений и радости, а не напутствий, — взгляд охотника, устремлённый на дочь, был полон тепла. — Я горжусь тобой, девочка.       В этот самый миг мужчина заметил на шее девушки коготь грозового ягуара. Этого украшения не было, когда девушка отправлялась в храм, его не могло быть у нее, ведь шестнадцать лет назад, он оставил этот амулет сыну. Все внутри похолодело, охотник не понимал, как подобное могло произойти, к чему ведет. Кадачи даже не слышал, что лепетала его девочка, как что-то говорил вождь. Весь мир сузился до одного единственного когтя, с которым было столько связано. Казалось, что на миг, все вернулось в прошлое, в тот самый день, когда он оставил ребенка у красных врат.       — Папа? — Шиу легонько коснулась плеча мужчины. — Все хорошо?       — Да, — охотник с трудом взял себя в руки. Он не имеет права ошибку, ведь если станет известно о том, что были рождены близнецы, они все отправятся на жертвенный камень. — Просто, я не думал, что ты так быстро вырастешь, — натянутая улыбка вернулась на лицо мужчины. — Идем. Пора домой, тебе стоит приготовиться к празднику. Как и всем нам…       Шиу бросила взгляд на вождя, но тот лишь кивнул, позволяя уйти, вот только при этом его взгляд горел, говорил о том, о чем мужчина умолчал. И снова волна дрожи пробежала по телу. Теперь она точно вспомнила. Это его прикосновения она ощущала, когда искала лаухана. Скванту все время был рядом, поддерживал, в те моменты, когда ее душа металась в сомнениях и страхах. Нет. Не совсем так. Ее тело было в его руках, в то время, как душа странствовала. Вряд ли так было со всеми.       Этот день принес много перемен, страхов и сомнений, открыл множество путей и привел мир в движение. Не только жители города наблюдали за Шиу, радуясь благим вестям, веря в лучшие перемены, но и лаухан, скрывающийся в тенях, незримый для окружающих. Воин понятия не имел, как быть дальше, ведь он слишком молод для того, чтобы исполнять свой долг. Но разве у него был выход? Лишь так он мог спастись сам и защитить девушку, оказавшуюся в мире Мальшочи. Что скажут на это другие? Теперь, когда у него есть Шиу, он не может просто так вернуться в мир стражей, убедиться в том, что его семья и друзья целы и невредимы, не попали под влияние жестокой и могущественной волшебницы. Душа Теота рвалась на части, но лаухан ни на миг не забывал о том, что долг для него важней собственных желаний.       — Я должен защищать ее. Отныне это мой путь… — голос Теота был полон сомнений и сожалений, словно он и не рад тому, что спасся из серого леса и жарких объятий прекрасной Мальшочи.