Ядовитая лягушка на каменном троне

      Стоило выбраться из большого и безопасного лагеря лауханов, ступить в темноту пещер и земляных коридоров, как Шиу моментально ощутила напряжение. Она с трудом представляла, с кем еще придется столкнуться, а потому боялась. После всего, что ей довелось увидеть и услышать, она в полной мере осознавала, насколько опасно это место. Даже тот факт, что теперь рядом два лаухана ничуть не успокаивал. Они и сами могли сегодня оказаться принесенными в жертву, лишиться всей крови и жизни. Одна мысль об этом ввергала в бездну отчаяния. До недавнего времени Шиу даже не задумывалась о том, что происходит, когда лаухан погибает, а вот теперь эти мысли преследовали ее. Девушка медленно, с величайшей осторожностью следовала за Теотом. Сердце гулко билось в груди, в животе все стянуло в тугой узел, а мир перед глазами слегка покачивался. Она все еще ощущала слабость и в любой момент могла потерять сознание. Но почему? Казалось, будто кто-то или что-то высасывало из нее жизненную энергию. Пока об этом лучше молчать, ведь у ее спутников и без того полно забот. Нужно продержаться еще совсем немного! Сегодня… Сегодня они выберутся из Дома чудовищ и найдут помощь. Они двигались медленно, практически крались, замирая и вздрагивая при каждом шорохе и странном звуке. Картина вокруг не менялась, отчего начинало казаться, что они остаются на месте, а Дом чудовищ не желал отпускать их. Шиу с трудом сдерживалась, снова и снова мысленно убеждая себя, что должна доверять своему лаухану. Нельзя давать волю таящемуся внутри нее свету, как бы сильно он не требовал этого. Он привлечет к ним внимание, что будет смерти подобно.       Очередная остановка. Сколько их уже было? Если так продолжится, она скорее состарится, чем они достигнут красных врат. К страху добавилось раздражение. Но в тот миг, когда девушка уже готова была зашипеть от злости, Теот коснулся ее плеча. Это оказалось настолько неожиданно, настолько успокаивающе, что девушка моментально расслабилась. А в следующий миг и сама смогла услышать тихие шаркающие шаги, невнятное бормотание, пробирающее до костей. Звуки становились все ближе, отчетливей, и спустя пару мучительно долгих мгновений, появились они. Сиатео! Ужасающие, все сморщенные и ссохшиеся, слово древние мумии, белые, как мел сущности шествовали в темноте. На них не было одежды, ее заменяли татуировки, струящиеся по всему телу, стекающие алыми сверкающими ручьями. Сердце трусливо остановилось, а дыхание застряло в груди. Сиатео не трогают женщин, но что, если однажды ее постигнет их участь? Шиу скосила взгляд на Теота и его отца. Лауханы стояли так, будто пытались слиться с каменными стенами. Краска на их телах превосходно справлялась со своей ролью, делая мужчин незаметными, избавляя от запаха. Девушка не могла оторвать взгляда от опасных сущностей, жадно рассматривала, стараясь ничего не упустить. Что-то все больше привлекало ее в этих сморщенных телах, резкой походке и шепоте, проникающем глубоко в сознание. Даже страх не мог пересилить ее странного интереса. А ведь жрецы всегда говорили, что на подобные вещи нельзя смотреть. Ноздри щекотал солоноватый запах крови и тлена и это на удивление, казалось приятным. Вот бы все бросить, последовать за сиатео в темноту, узнать их секреты, увидеть того, кому они приносят столько кровавых жертв. Шиу сама не заметила, как поддалась неслышимому зову, сделала маленький шаг навстречу кровопийцам. Теот до боли сжал ее плечо, возвращая в реальность. Он не мог пошевелиться или произнести хоть слово, любая ошибка с его стороны будет стоить им всем жизней. И все же, лаухан делал все, чтобы удержать подопечную от опрометчивого шага. Ему казалось, что именно Шиу ведет себя беспечно, совершенно позабыв о том, что и сам изменился. Узор на теле лаухана проявлялся все отчетливей, проступая через краску. Так было всегда, когда волнение за подопечную зашкаливало, ведь Теот не боялся ничего так сильно, как потерять своего первого человека, не справится со своим долгом.       Внезапно сиатео застыли на месте, словно почуяв что-то. Сморщенные лица резко повернулись в одну сторону, уставились прямиком на Теота. Бледные потрескавшиеся губы растянулись в зловещих усмешках, демонстрирующих острые клыки, способные прокусить что угодно. Они видели то, что до этого момента было скрыто от их взглядов, чувствовали несравненный аромат крови. Такой опьяняющий. Такой сладкий. Кровь это пища богов, которую дозволено вкушать несчастным душам. Сиатео, сорвавшись с мест, устремились к лаухану.       — Теот!!! — Шиу с криком отлетела в сторону. Ее отбросили с такой легкостью, словно она ничего не весила.       — Отец, уведи ее! Быстро!       Лаухан яростно отбивался от десятка сиатео, в мгновение ока окруживших его, впившихся клыками в его тело. Кровавый рисунок на теле, тот самый, что уже столько раз спасал, придавая сил, на этот раз стал причиной нападения. Сиатео почувствовали кровь мужчины и теперь их жажду не остановить. Они не остановятся, пока не выпьют все, до последней капли.       — Теот!       Шиу, не на секунды не задумываясь, бросилась к лаухану, но ее перехватил Ягрис. Просто схватил и потащил совершено в другую сторону.       — Мы не может его оставить!!!       — Погибнет либо он один, либо мы все. Смерть неизбежна, — слова давались с трудом, ведь Ягрис любил сына. Но в их положении хоть кто-то должен вести себя здраво. Для лаухана первостепенна не собственная жизнь, не близкие и родные, а люди, которых они призваны защищать.       — Нет!!! — девушка истерично вырывалась. — Пусти! — непостижимым образом Шиу ощущала боль по всему телу, словно это ее кусали, словно ее кровь вытягивали по капле. Их связь слишком сильна! — Теот!!!       Яркий иссушающий свет обрел свободу, в одно мгновение он пробирался в самые темные и потаенные уголки пещер, заставляя чудовищ, привыкших к темноте, заверещать от боли и ярости. Коснулся он и кровожадных тварей, вцепившихся в лаухана. Все пространство вокруг тут же заполнилось визигами и криками, грохотом осыпающихся камней и земли! Свет губителе для сиатео, именно поэтому они являются лишь в ночи и исчезают с первыми лучами солнца. Они горели заживо, умирая, на этот раз навсегда. Их бог не получит жертвенную кровь, не дождется своих покорных рабов! Шиу уже не отдавала себе отчета в том, что делает, не осознавала себя, будто что-то иное вытеснило ее душу и разум и это что-то жаждало чужой боли. С невероятной легкостью девушка высвободилась из хватки Ягрис и бросилась в бой. Так уже с ней бывало, когда ее пытались обмануть и убить. И снова она упивалась тем, как могла причинять боль, рвать на части плоть и кости. Этот восторг ни с чем не перепутать! Этой силой хотелось обладать бесконечно. Это похоже не дикий танец, в котором каждое движение полно одновременно и напряжения, и свободы.       Все мертвы! Они больше не потревожат! Дрожащая Шиу стояла среди трупов, обезумившим взглядом ища того, в чью глотку сможет впиться клыками, чьи кости переломает. Никого! Как жаль… Ей этого мало! Взгляд замер на лаухане, и в это миг показалось, что она увидела свое отражение. Сердце сжалось от ужаса и отвращения. Теот был похож на жуткого монстра, только что растерзавшего свою жертву. Так и было, ведь он неистово дрался вместе с ней. Они были будто единое целое! Вот только сейчас в глазах лаухана она видела лишь непроглядную бездну и себя саму. Медленно они приходили в себя, осознавая, что произошло, а ведь казалось, что возврат уже невозможен.       — Ты говорил, что это место из любого сделает чудовище, — тихо пробормотала Шиу. — Но это не так. Оно лишь вытащит то, что скрыто в глубине, то, что ты не мог и не хотел замечать.       — Наверное… — Теот осознавал всю серьезность их положения, но в то же время всей душой хотел вновь ощутить себя сильнее всех остальных. Попробовав раз уже невозможно отказаться от этого. Ему мало.       — Нужно уходить, — подал голос ошеломленный Ягрис. В отличие от сына и его подопечной он все уже понял, но оказался не готов произнести вслух. Его знания могли стать приговором этим двоим детям, а молчание погубить весь мир. И вроде бы решение очевидно, но воин колебался. — Следуйте за мной, и постарайтесь больше не устраивать ничего подобного!