Часть 1
29 сентября 2019 г., 21:40
По трели звонка Кагами сразу определил, что пришёл Куроко. Только он звонил именно так — один раз, чуть нажимая на кнопку звонка, будто только на это у него и хватало сил. Но пока Тайга шёл открывать, к нему закрались подозрения — трель длилась чуть дольше, чем обычно. А это означало, что что-то произошло.
— Кагами-кун, у нас проблема.
Вот так без лишних предисловий, увиливаний и подготовительных танцев Куроко вывалил на Кагами новость, едва тот открыл дверь своей квартиры. Лицо призрачного игрока осталось таким же бесстрастным, как и всегда, хоть от Тайги не ускользнула непривычная тень озабоченности.
— Куроко? Что…
Договорить Кагами не успел, так как его взгляд привлекло нечто рядом с его товарищем. Едва достающий до подмышки Тецуи мальчик, подозрительно похожий на одну знакомую задницу.
— Не знал, что у Аомине есть брат, — произнёс Кагами, облокачиваясь о косяк и складывая руки на груди.
Мальчуган хмуро уставился снизу вверх на Тайгу. Из его рта торчала палочка от леденца.
— Кагами-кун, это и есть Аомине-кун.
Тайга перевёл взгляд на своего товарища по команде и скептически приподнял бровь. Он, конечно, и сам знает, что его интеллектуальные способности отнюдь не самые выдающиеся, но чтобы до такой степени.
— Что ты мелешь, Куроко? Этот пацан всего лишь похож на него.
С этими словами он протянул руку и потрепал короткие синие пряди ребёнка.
— Убрал клешню, пока я её не вырвал!
До боли знакомый низкий бас разом подействовал на Кагами, мигом убравшего руку от не по-детски серьёзного лица мальчика.
— Это точно Аомине, — констатировал он со вздохом.
— Ебать, Кагами, ты тупой.
Дайки решительно направился мимо Кагами, заходя в его квартиру.
— Эй, Аомине, я не приглашал тебя, — запоздало крикнул Тайга маленькой спине.
— Кагами-кун.
Тайга подпрыгнул на месте, на мгновения позабыв о Куроко.
— Я понимаю, что это несколько неожиданно, но ты единственный, кто может присмотреть за Аомине-куном пока…
Тут со стороны кухни раздался грохот и отборный мат.
— … пока Аомине-кун в таком состоянии.
— Но почему я?
— Он предупредил родителей, что переночует у друга, но у меня самого семья дома. Они знают Аомине-куна в лицо, а я, честно говоря, пока ещё не в том состоянии, чтобы объяснять им то, чего сам не понимаю. Остаёшься только ты.
Кагами запустил руку в волосы и вздохнул. Пожалуй, и в этот раз Куроко оказался прав.
Когда он проводил друга и вернулся в квартиру, то застал на своей кухне полный бардак: холодильник был выпотрошен, банки, стоявшие на верхних полках, разбиты, а их содержимое рассыпалось по полу, смешиваясь из того, что уже натекло из холодильника.
— Твою мать! Аомине, что ты тут устроил? — воскликнул Кагами, осматривая место побоища.
Вышеназванная причина погрома невозмутимо сидела на высоком барном стуле и грызла леденец.
— Я не виноват, что всё стоит слишком высоко.
Маленький сученыш болтал торчащими из-под светлых шорт загорелыми ножками, и невозмутимо смотрел на Тайгу. Да, этот взгляд Кагами знал слишком хорошо.
Парень вздохнул и принялся молча убирать кухню.
— Может тебе молока налить, или что там дети пьют? — поинтересовался он, елозя тряпкой по разноцветному полу.
— Какое молоко, идиот. Я пиво искал! Ты что, выдул всё сам?
— Ты и сам же его выпил два дня назад, — резко ответил Тайга, сверля снизу смуглую наглую рожу. — И вообще, ты маленький для пива.
Губы Аомине-младшего скривились в презрительной ухмылке.
— Маленький? Мы трахаемся с тобой, чёрт знает сколько уже.
Ни слова, ни голос никак не вязались в голове Кагами с маленьким хорошеньким мальчиком. Казалось, в его невинное юное тельце вселился дух Аомине Дайки и отказывался экзарцироваться самостоятельно.
— Что вытаращился? — привёл Кагами в чувство голос Аомине. — Ты пятно пропустил.
Благо то, что первоначально казалось вселенским бардаком и грозилось занять Тайгу на ближайшие несколько часов, оказалось не так страшно. Справился он менее чем за час: собрал осколки, вытер пол, успел спасти большинство продуктов.
Кагами устало протёр краем чистой футболки лоб, осматривая результат своих трудов — будто ничего не произошло.
— Пока ты тут раком стоял, — раздался голос откуда-то сзади, — я вспомнил как наяривал тебя на той неделе.
Красный как рак Кагами резко развернулся, сталкиваясь с дьяволом во плоти. Маленькие смуглые пальчики крутили в руках палочку от леденца. Весь вид Дайки кричал о его невинности: светлые шортики, крошечные чёрные кроссовочки, жёлтая безрукавка с капюшоном и каким-то медведем на груди. Это чудо хотелось стиснуть в объятиях от умиления, если бы не слишком знакомый прищур синих глаз, и, совершенно не свойственный детям, оскал.
Кагами гневно выпалил:
— С ума сошёл? Тебе даже десяти нет!
От такого парня как Кагами едва ли можно чего-то добиться. Аомине разочарованно вздохнул.
— Ладно, видимо секс мне в ближайшее время не светит.
— Идиот! — Тайга залился краской пуще прежнего.
Аомине вдруг окинул его внимательным взглядом, а затем удивлённо оттянул резинку шорт заглядывая туда.
— Оу, а ты знаешь, он ведь работает.
— Хватит!
Кагами начало казаться, что он сходит с ума. Мало того, что Аомине стал, видимо, крестом до конца его жизни, так теперь ещё Бог, Будда, Вселенная, Один, Перун или хрен знает кто ещё, решил его добить, облачив самого несносного и хамоватого мудака в невинного ребёнка!
— Мать твою, как мне теперь передёргивать?!
— Прекрати говорить такие слова этим ртом, Аомине!
Дайки хитро усмехнулся, глядя на полыхающими праведным гневом глаза своего парня.
— Хочешь, чтобы этот рот занялся чем-то другим?
Кагами может и не отличался ни умом ни сообразительностью, но за то время, что он знал Аомине, у него выработалось стойкое и совершенно ясное понимание всех кривляний и подтекстов любимой задницы. Потому что шутки Аомине чаще всего были повязаны именно на сексе.
— Закройся! — рявкнул красный то ли от гнева, то ли от смущения Тайга и уселся на соседний с Дайки стул. — Давай рассказывай, что произошло. С какого ты вдруг превратился в гнома?
Дайки закатил глаза и подпёр голову рукой.
— Зачем ещё?
— Чтобы помочь стать тебе снова взрослым, — процедил сквозь зубы Кагами, не понимая, что этот мелкий ушлёпок упирается. Разве ему нравится оставаться в теле ребёнка?
— А если мне и так нравится? — Дайки словно ответил на не озвученный вопрос, смешно надув губы. — Зачем снова становиться двухметровым накаченным парнем, если тёлки, завидев меня, визжат и прижимают к своим сиськам.
Настала очередь Кагами закатывать глаза. Ну конечно, женские груди. Это же Аомине.
— Четвёрки и пятёрки попадаются не так часто как, скажем, тройки, но это того стоит.
На этот мечтательный голос оставалось только отчаянно прикрыть лицо руками.
— Аомине, — прервал Тайга Дайки, который начал перечислять места, где он успел заметить больше всего представительниц с самыми зачётными буферами. — Ты понимаешь, чего лишишься, если всё останется как есть?
Дайки невинно похлопал глазами и задумался.
— Я буду жить с тобой. Ты будешь меня, как и всегда, обслуживать (на этом слове глаз Тайги дёрнулся), никакой школы мне не светит. Буду целыми днями спать, жрать и играть. По-моему мы закончили.
С этими словами Дайки попытался спрыгнуть со стула, но Кагами его удержал.
— Ты тупой, ахо! Тебя будут искать родители, друзья!
— Пф, скажешь им, что не видел меня. Тут всё равно лучше, чем дома.
— Ты не окончишь школу и не поступишь в колледж!
— Больно надо, — равнодушно зевнул малец.
— А как же баскет?
— Хочешь проверить? Пошли, я тебя натяну даже в этом теле!
Тайга мог бы ещё долго перечислять преимущества возраста Аомине, но скорее всего, это будет бесполезно. Оставался только один лишь аргумент, что мог пробить упрямца.
— Аомине, — вкрадчиво начал парень, — можешь забыть о сексе.
С минуту Аомине тупо смотрел на Кагами, а затем неуверенно сказал:
— Ты бы видел, как на меня смотрят тёлки.
Глаз Кагами задёргался снова.
— Как ты не поймёшь, кретин, ни одна здравомыслящая девушка не даст тебе, пока ты выглядишь как сопливый ребёнок!
— Но…
— И я тоже. Максимум, на что ты можешь рассчитывать, это на болезненное принятие сзади.
Перспектива из вселенского ебаря превратиться в мечту педофила, Дайки совершенно не прельстила. Он тут же закрыл рот и задумался. На его лице Кагами читал такие интеллектуальные мучения, что он не видел даже, когда они вместе делали домашку по математике.
— Ладно, — неохотно согласился Дайки. — Наверное ты прав. Нужно с этим что-то делать.
Тайга серьёзно кивнул, мысленно радуясь, что они пришли к единому знаменателю.
В итоге Аомине начал рассказывать, с чего всё началось.
— С утра Сацуки поволокла меня с Тецу в торговый центр за очередными тряпками. Разумеется, она лишь прикрылась этим, чтобы вытащить его на свидание, а меня на свет божий, как она выразилась. Пока мы шатались по бутикам, ты мне позвонил, мы потрепались, и тут я, опа, превратился в это. Конец.
Дайки сложил ручки на груди, демонстрируя тем самым, что истории и в самом деле пришёл её логический конец.
Тайга недоумённо приподнял бровь.
— И всё?
— И всё.
В содержательном рассказе Аомине совершенно отсутствовали детали.
— Давай подробнее, что там было между нашим разговором и твоим «опа» превращением.
Дайки закатил глаза.
— Мы говорили по телефону. Ты очередной раз вывел меня из себя своей тупостью. Я шёл-шёл, а потом возле меня забегали люди, принялись шуметь. Прибежала Сацуки. Она всё кричала, «Дай-чан!» и крутила головой туда-сюда. А я ей, «Эй, мать, посмотри этажом ниже». Она глянула и как завизжит! Ха-ха! Они потом с Тецу накупили мне этих шмоток, и все нас принимали за семью! Просто пиздец…
Кагами задумался. Кажется, они нащупали какие-то ниточки, ведущие к причине мистических метаморфоз Дайки. Если это всё случилось именно в торговом центре, следовало сначала отправиться именно туда.
Большим минусом его задумки оказалось то, что торговый центр, в котором и произошло Преображение Господне, находился достаточно далеко. А вот плюсом прогулки стал льготный билет в метро. Тайга с прискорбием пришлось признать, что это был единственный плюс.
Люди умилялись, наблюдая, как высокий парень ведёт за ручку симпатичного смуглого малыша. Никого не смущало одинаково недовольное выражение на лицах обоих.
— Какой милый карапуз, — ущипнула какая-то женщина Дайки за щёку, пока они ехали в метро.
— Убрала руки, — шикнул Дайки и скорчил такую злую рожу, что женщина тут же опешила.
— Простите его. В садике сломали его поделку, вот он и дуется, — поспешил на помощь Кагами, закрывая рот Аомине рукой, пока из него не вырвалось нечто похлеще.
Так как дело шло уже к вечеру, и они грозились поцеловать закрытые двери торгового центра, идти пришлось достаточно быстро. Разумеется, Аомине никак не мог поспеть за и так широким шагом высокого Тайги. Он постоянно отставал и при этом матюкался, вызывая у прохожих странное умиление. Идти на руки к Кагами он категорически отказывался.
— Охуеешь, бакагами! Чтобы ты тащил меня на себе как какого-то ребёнка!
Но ты и есть ребёнок, хотел ответить Тайга.
— Мы опоздаем, если ты и дальше будешь идти ногу за ногу.
— А чего ты ожидал? Сам же видишь, что эти ноги короткие, — прошипел Дайки, подбежав к ожидающему его парню.
На город опустились первые сумерки.
Тайга посмотрел в ясные, как штормовое море, глаза Аомине и у него всё сжалось внутри. Если они не успеют, Аомине останется таким до скончания времён. Тайга отказывался думать о том, во что превратится его квартира и психическое состояние, если этот ушлёпок будет у него жить на постоянной основе!
Кагами неосознанно вздрогнул.
— Если будешь так плестись, то мне придется надеть поводок и тащить тебя по тротуару.
Упрямство Дайки бесило Тайгу, но, разумеется, он не собирался прибегать к таким жестоким методам. Пока.
Скрипя зубами, Аомине пришлось уступить Тайге. Он это сделал руководствуясь здравым смыслом, а не физическим превосходством Кагами. Конечно же нет!
— Только попробуй дёргать за волосы — выкину в ближайшую мусорку, — предупредил Кагами, водружая уменьшенную копию своего бойфренда себе на плечи.
Тот тут же вцепился маленькими пальчиками в карминовые локоны и забил ножками по груди Тайги.
— Расскажешь кому-нибудь об этом, я тебя убью!
Хорошо, что в этот момент Тайга не мог видеть покрытого красными пятнами лица мальчика. Такого унижения, Аомине Дайки, пожалуй, никогда не испытывал.
***
Когда они оказались в нескольких метрах от нужного им торгового центра, Аомине потребовал немедленно спустить его вниз. Только бы никто из знакомых им не подвернулся. На счастье, у них еще оставалось время до закрытия и они поспешили внутрь. Точнее сказать, поспешил Тайга, пока Аомине лениво перебирал ногами. — Итак. Давай рассказывай, где вы были. Невозможно было обежать все магазины в трехэтажном торговом центре за то время, что у них осталось. Кагами уставился вниз на скучающего Аомине. Тот засунул руки в маленькие кармашки шортиков и лениво осматривался. — Аомине, — не выдержал Тайга, — куда вы ходили? — Да не ори ты так, — скривился Дайки, — по-моему это было на…. Его синие глаза медленно осматривали вывески, когда вдруг в них вспыхнул интерес. — Второй. Второй этаж! — Дайки подёргал Кагами за подол футболки и потащил к эскалатору. «Ну наконец-то, — чуть успокоился Тайга, позволяя себя вести, — скоро мы узнаем в чем дело». Несмотря на время, людей в центре оказалось достаточно много и Кагами с трудом удавалось лавировать среди них, в отличие от маленького Дайки, который умудрялся прошмыгивать даже между ног посетителей. Оказавшись перед магазином, куда секунду назад забежал Дайки, воодушевление Тайги испарилось, превратившись в раздражение. Он не последовал за мальчиком, справедливо решив, что его и самого оттуда быстро выведут. Так и оказалось. Двери с яркой надписью 18+ разъехались в стороны явив молодую особу, тащившую за собой упирающегося Аомине. Тот даже умудрился схватить по пути пару журналов со стойки. — Ваш сын? — равнодушно спросила девушка, подталкивая мальчугана к Тайге. — Ты с ума сошла, женщина. Какой из этого идиота отец. Чтобы предотвратить ненужные вопросы со стороны девушки, Кагами схватил Дайки подмышку и быстро отошёл подальше. — Спятил? Хочешь, чтобы у меня были неприятности? Дайки обиженно надул губки. Тайга вздохнул. Его бесило, что он не мог даже нормально разозлиться на Дайки. Как можно, если он такой, чёрт возьми, милый! Взяв мальчика за руку, Кагами потянул его за собой осматривать все ближайшее магазины. Он даже сам не знал, что именно искал, просто надеялся, что провидение или что-нибудь ещё даст ему ключ или хотя бы намек на то, как расколдовать Дайки. Он ведь просто не мог сам по себе превратиться в ребенка?! По громкой связи женский голос сообщил, что до закрытия торгового центра осталось всего лишь полчаса. Кагами ругнулся и растерянно осмотрелся. Вокруг магазины с женским бельем, спортивными товарами и обувью. Ничего, что могло бы хоть немного прояснить их ситуацию. Дайки уже далеко не отходил. Едва ли не облизывая ближайшую витрину, он смотрел на спортивную обувь. Кагами охватило отчаянье. Его взгляд вдруг упал на мусорное ведро, под которым лежало что-то цветное. Он не знал, почему эта бумажка привлекла его внимание, но был готов поспорить, что секунду назад её так мне было. Бумажкой оказался небольшой квадратный листок, на удивление, совершенно не мятый и чистый. На аляповатом цветастом проспекте был изображён неизменный атрибут любой уважающей себя гадалки, а именно, хрустальный шар. — Госпожа удача, — прочёл Кагами подпись. Его слова привлекли внимание Дайки. Тот вдруг вырвал буклет из рук Тайги. — Точно! Я видел её! Шастала тут какая-то баба в цветном платке. Я ещё столкнулся с ней, она рассыпала свои бумажки и даже не извинилась передо мной! Типичный Аомине. Кагами присел перед возмущенным Дайки. — Помнишь, она сказала тебе что-нибудь? Я не знаю, руками помахала над головой, потанцевала с бубном? Отточенным годами движением Аомине поковырял мизинцем у себя в ухе, демонстрируя то ли скуку, то ли раздражение. — Говорю же, что не знаю. Я был слишком занят вычленением здравого смысла из твоего бреда, который ты вываливал на меня по телефону. Призвав на помощь своему терпению всех святых, Кагами кивнул на проспект в руках Дайки. — Есть там что-нибудь? Телефон? Адрес? Оказалось, что кроме рекламы той самой госпожи удачи, никакой информации, касательно, где, собственно, искать ту самую госпожу или как с ней связаться, больше не было. Обратный путь до дома Кагами прошёл в полной тишине. Даже Аомине непривычно притих, не раздражая Кагами своим неуместным для ребёнка лексиконом. Оказавшись, мягко говоря, в нестандартной ситуации, Тайга откровенно не знал, что с этим можно поделать. Вести Аомине к врачу? К педиатру или психиатру, который после всего пережитого, скорее всего, понадобится обоим. Кагами бросил взгляд на мальчика. Короткие ножки не доставали до пола вагона в метро и Дайки ритмично барабанил ступнями по сиденью, нисколько не заботясь о причиняемом беспокойстве окружающим его пассажирам. Что он скажет его родителям? Репортёрам, которые наверняка разнюхают о таком феномене. Учёным? Директору цирка уродцев? Пока Тайга ковырялся ключами в замочной скважине входной двери, Аомине вытащил из кармана смятый проспект и ещё раз осмотрел его. — Эй, Кагами, готов поспорить этого здесь не было. Кагами глянул на бумажку. Его брови сами собой поползли вверх. Аомине прав, на когда-то чистой обратной стороне проспекта отчетливо проявились какие-то иероглифы. В тусклом освещении лестничной площадки разобрать надпись было сложно. — Невзгоды сразу одолеешь, когда оценишь, что имеешь, — прочёл Аомине, когда они разместились на светлой кухне Кагами. — Что это за бредятина? Он раздражено швырнул бумагу на середину стола и сложил руки на груди, будто составитель этого текста сидел прямо перед ним. — Не знаю, но звучит оно как решение нашей проблемы. — Серьёзно? Кагами осмотрел ровные иероглифы. Что это могло значить? То, что надпись, несомненно, проявилась позже, точно что-то да означало, только вот, что именно. К сожалению, мизерного количества их мозговых клеток на двоих не хватит для решения подобного ребуса. Тут нужен Куроко. — Не знаю, — признался Кагами, откидываясь на стуле. — Сегодня был длинный день. Давай уже на этом закончим. Я постелю тебе. Он успел сделать несколько шагов по направлении к спальне, когда чуть поёрзав, Аомине спрыгнул со стула и направился к коридору. — Ты куда? — Домой, — сообщил ему Аомине-младший. Кагами изумленно уставился на маленькую спинку сгорбившегося Дайки, который надевал обувь. — Ты с ума сошел? Что ты скажешь своим родителям? Аомине на удивление сохранял довольно-таки спокойное, едва ли не умиротворенное выражение лица. Тайге даже казалось, что он сам переживает за синеволосого ублюдка больше его самого. — Чтобы встречали своего внука. Если бы не сложившаяся ситуация, Кагами даже бы рассмеялся. — Ты время видел на улице? Детям нельзя так поздно гулять. На милом детском личике промелькнул оскал. — Сколько, бля, раз говорить, что я не ребенок! — Да, да, я помню, — быстро согласился Кагами. — Что ты так рвёшься? Оставайся у меня. Завтра придет Куроко и мы вместе ещё раз подумаем, как помочь тебе. — Прекрати вести себя как моя мать или нянька! Мне не два года, Кагами! Я сам могу о себе позаботиться! В этот раз не выдержали и нервы Тайги. — Я переживаю за такую задницу, как ты. Чтобы с тобой ничего… — Блядь, вот поэтому мы постоянно срёмся. Хватит нести всякую хуйню. Я справлюсь со всем сам, понял?! В этот момент Кагами уже не видел маленького беспомощного мальчика, нуждающегося в защите. Перед ним снова был тяжелый форвард Тоуо. Вечный соперник, лучший друг и любовник по совместительству. С ним спорить, как всегда, бесполезно. Тайга упрямо сжал губы, смеряя Дайки недовольным взглядом. Перебесится и успокоится. — Делай, что хочешь — наконец-то сказал он и оставил Дайки в коридоре. Спустя несколько секунд в ванне раздался шум воды. Тайга был уверен, что у Дайки хватит ума остаться у него. Он не слышал, как открылась и тут же закрылась входная дверь.***
Вылетев на улицу, Дайки спешно пошёл в сторону дома. И что, если квартира Кагами находилась на другом конце города, а на поезд его одного точно не пустят. Дело было в уязвленном самолюбии Аомине, которое с каждой минутой проведенной в обществе Кагами-наседки, уязвлялось в геометрической прогрессии. Пережитого унижения за один день ему хватило на всю оставшуюся жизнь и больше он такого не хотел, большое спасибо! Как потом, когда (если) Аомине вернётся в своё нормальное тело, он будет взаимодействовать со своим парнем? Роль альфа-самца находилась под угрозой с того момента, как Тецу привёл его к двери этого оболтуса. Хорошо, что он не оказался в возрасте, когда Кагами пришлось бы вытирать ему зад после туалета. Размышляя о вселенской несправедливости, Аомине безотчетно сократил себе путь, свернув с главной улицы. Дайки узнавал места, но ему стало неуютно, и он ускорил шаг. Вокруг были только привычные ночные звуки стрекота цикад, отдаленный лай собак. Вдруг где-то в стороне послышались шаги. Дайки перешёл почти на бег. Прямо перед ним из темноты выросли две большие фигуры. Мальчик резко остановился, будто налетев на невидимую стену. — Эй, малыш, а где твоя мама? По голосу одного из них Дайки понял, что перед ним, скорее всего, уже взрослые, не совсем трезвые мужчины. Может роста им и не хватало, но в нынешнем состоянии Дайки ему и этого было много. Дайки начал молча обходить незваных встречных, стараясь как можно быстрей оказаться подальше от них. — Эй, парень. Куда ты? — усмехнулся второй голос. Не успел Дайки пикнуть, как сильная рука клешнёй сомкнулась на его предплечье. — А ну отпусти! — Аомине со всей силы наступил маленькой кроссовкой на ногу схватившего его мужчины. От неожиданности тот ослабил хватку и Дайки вывернулся. — Ах ты, сученыш. Дайки сделал два шага, когда вырез безрукавки впился ему в горло, заставляя резко остановиться. Его легко, как тряпичную куклу, потянули за капюшон назад и Дайки вскрикнул от бессильной ярости — у него не хватало сил сопротивляться. — Смотри какой живчик, а? — в возвышающимся над ним голосе Дайки уловил издевку. — Будет весело с ним. Второй голос противно захихикал. — А он ещё и симпатичный. Дикий кот. Как следует развлечёмся. Аомине замер. Он понял, кто эти люди, и что они собираются с ним делать. Маленькое тело задеревенело, а в голове остался лишь один туман. Он совершенно беспомощен. Раскладка силы не в его пользу. Пока один мужик держал его за капюшон, второй присел прямо перед Аомине и подёргал его за резинку шорт. От него несло кислым алкоголем. — Будешь хорошим мальчиком, а малыш? Тогда и сам получишь удовольствие. Мозолистая рука коснулась щеки Дайки, и его едва не стошнило от омерзения. — Пошел нахер, — выплюнул мальчик и двинул ступнёй по согнутому колену мужика. Щёку опалила жгучая боль. Голова Дайки дёрнулась в сторону. — Засранец, не хочешь по-хорошему, — воскликнул ударивший его мужик, вскакивая на ноги, — будет по-плохому. С округленным от ужаса глазами Дайки смотрел на разъяренное лицо мужчины, понимая, что он ничего не сможет сделать. Фигуру перед ним резко развернуло назад. Раздался глухой громкий стук и мужик упал прямо под ноги Дайки. Аомине не верил своим глазам. Перед ним мелькнули до боли знакомые карминовые волосы. Пока державший Дайки мужик охуевал от быстро сменяющихся событий, Кагами дёрнул руку Дайки, толкая его за свою спину. — Сейчас это у вас будет по-плохому, — зарычал Кагами. Он за шкирку поднял с земли стонущего мужика и легко швырнул его прямо в руки его же дружка. Оба упали. Подойдя к ворочавшему клубку, он двинул ногой под рёбра одному из них и тяжело опустил ногу на живот другому. Дайки тихо наблюдал за Кагами. Он никогда не видел своего парня в таком состоянии. Его карминовые глаза даже, казалось, светились от злости. В этот момент Тайга как никогда был похож на дикого тигра, защищающего свое потомство. Ему не хватало только пары ушек и хвоста. В другой бы ситуации Аомине бы обязательно это прокомментировал, но сейчас он еще находился в ступоре. Он до сих пор не мог поверить в то, что с ним происходило. Это повлияло на него даже больше, чем факт превращения в ребёнка. Двое мужиков, получив ещё пару ударов, отползли в сторону и, неуклюже поднявшись, понеслись подальше от сумасшедшего парня. Кагами тяжело дышал, глядя им вслед. Его кулаки сжимались и разжимались, а плечи были напряжены. Он подошел к вросшему в землю Аомине и присел. — Эй, — на лице Кагами снова было привычное для Аомине выражение обеспокоенности, — Дайки, ты в порядке? Эти ублюдки тебя обидели? Он мягко коснулся места удара на лице Аомине и на его лице промелькнула злость. — Я вызову полицию, — произнес он доставая мобильный телефон. От набора цифр его отвлек тихий всхлип. — Дайки? — поднял он глаза на лицо ребёнка. Пережитый ужас, собственная беспомощность и облегчение нашли выход в слезах Аомине. Обхватив Тайгу руками, он уткнулся тому в шею, размазывая сопли по загорелой коже. — Прости-и меня, Тайга, — загнусавил Дайки, глотая слезы. — Я вёл себя как муда-ак. От ощущения тёплой руки Кагами на его спине сделалось только хуже. Он даже не мог представить себе, что бы произошло, не последуй Тайга за ним. — Эм, Аомине… — робко позвал Тайга, но Дайки не дал ему продолжить. — Да, да, я знаю, что бываю просто невыносимым, прости меня! — Аомине… — Я не заслуживаю такого парня как ты, Таа-айга! — Аомине. — Если ты решишь меня бросить, я пойму тебя. — Аомине, мать твою! Дайки наконец-то заткнулся и посмотрел на Кагами. — Я не злюсь, — сказал тот, мягко улыбаясь. Почему-то только сейчас Аомине почувствовал, что на улице как-то очень холодно. Везде. Дайки перевёл взгляд на свое тело. Из его рта вырвался вскрик то ли радости, то ли удивления. Его безрукавка, которая буквально несколько минут назад ещё была как раз впору, теперь не прикрывала даже груди. Рукава впивались в подмышки. А шорты… лучше бы он вообще этого не видел. Когда-то доходящие до коленок светлые шорты теперь были похожи на трещащие по швам хипсы. — Здорово, правда? — обрадовался Кагами, встряхивая уже взрослое тело Аомине — Ты снова вернулся в нормальное состояние! Аомине пробурчал что-то неразборчивое и Кагами вопросительно приподнял бровь. — Что ты сказал? — Одежду, Кагами, я говорю, давай сюда свою одежду. — Э-э? Аомине резко поднялся на ноги и сложил руки на груди, грозно возвышаясь перед Кагами практически нагишом. — Гони шмотки, бака, я не пойду по улице в таком виде. Кагами усмехнулся и прикрыл лицо рукой. Быстро же Аомине пришёл в себя. Кажется, он даже будет скучать по маленькому милому Дайки. Да, кое-что в этом мире никогда не меняется.
