Лёд не бывает гладким

      После окончания тренировки Этери не покинула льда, и как бы ни было для всех странным, попросила остаться Алину. Конечно она часто делала подобные заявления, тренировалась с воспитанниками уже после окончания тренировок, но слишком долгое затишье с её стороны и резкая смена настроения всё же вызывали вопросы.       Алина понимала, что боится. Несмотря на всю уверенность в тренере, она не знала чего ожидать от женщины сейчас. Да, Этери не раз просила остаться Алину наедине с ней, но ранее это происходило уже за считанные дни до соревнований, когда невыполнение тех или иных элементов номера, падения ставили на кон возможность их победы. Тогда Этери просила остаться не только её, и на льду часто появлялись все ученики, оставались до поздней ночи, но были удовлетворены результатом.       Сейчас всё было иначе. Сезон только начинался и для подготовки номера оставалось много времени, поэтому Алина не видела необходимости в том, чтобы оставаться на льду сейчас. У Алины были иные планы, но спорить с тренером она не хотела, поэтому просто продолжила тренировку, изредка бросая взгляд на Этери, которая раз за разом возвращалась к телефону.       Алину сжигала ярость. Тренер даже не пыталась смотреть на неё, сделать заинтересованный вид или дать ей хотя бы несколько комментариев. Этери Георгиевна продолжала читать что-то в телефоне, и казалось, новость эта настолько поглотила внимание женщины, что покинь Алина сейчас лёд, Этери и не вспомнила бы о ней позже. Алина не могла уйти. Это было неправильно.       Алина пыталась вспомнить всё, что говорил ей Даниил. Она как можно четче выполняла ранее разученные элементы, пыталась добавить больше артистизма в номер и создать настоящую историю на льду. Девушка время от времени отвлекалась и наблюдала за тем, как лезвие конька рассекает лёд, а при резких движениях можно заметить, как кристаллы льда разлетаются в разные стороны, словно фейерверк в небе. Её фантазия была способна нарисовать всё что угодно на льду, и вскоре, вместо монотонной репетиции Алина предпочла простое катание. Она выполняла лёгкие незамысловатые элементы и искренне улыбалась.       Этери в этот момент оторвала взгляд от экрана смартфона и посмотрела на Алину. Для неё была неожиданна подобная вольность от застенчивой девушки, которая никогда не шла против тренера и оставалась серьезной в плане тренировок. Тем не менее у женщины не возникло желания что-либо сказать фигуристке или попросить её прекратить это. Этери нравилось то, что Алина становится собой, не боится осуждения и получает удовольствие. Ей нравилось видеть её живой, как некогда Женю. Этери невольно вспомнила, как когда-то они с Евгенией весело катались, играли в догонялки пока никого не было, а после смеясь уходили со льда счастливыми.        Отогнать подобные воспоминания женщина смогла лишь тогда, когда Алина сама оказалась рядом с ней, задавая какой-то вопрос. Тренер его не услышала, но вполне могла понять его, ведь единственное чего хотелось Алине — оставить лёд и провести остаток дня с друзьями или семьёй, отдохнуть от тренировки и просто насладиться свободным временем, но у Этери были иные планы.       Женщина нехотя отложила телефон, показывая, что тренировка ещё не окончена, и причин для её окончания всё ещё нет. Она оказалась на льду прежде, чем Алина смогла что-либо сказать и ей просто пришлось смириться с действиями тренера. — Мы не задержимся надолго, — Этери произнесла эти слова с улыбкой, которые несколько успокоили Алину, — ты ведь не сильно устала? — Немного, но ещё держусь.       Алина на скорую руку поправила причёску и с полной готовностью слушать тренера, посмотрела ей в глаза. Этери медлила. Женщина неотрывно смотрела на свою воспитанницу, но сказать что-либо не решалась. Алина снова почувствовала некую злость, но не к тренеру, а к себе, ведь выполняй она программу правильно, ей не пришлось бы находиться здесь с задумчивой Этери Георгиевной, которая явно не была готова работать на полную силу. — Тебе нравится твоя программа? — Спросила Этери, когда наконец смогла перевести взгляд с рук Алины и посмотреть в её карие глаза. Алина не ответила, только кивнула. — Неужели нет чего-то, что тебя не устраивает? Все элементы те и музыка тоже? Так нельзя, у тебя должно быть твоё мнение. — Оно у меня есть и мне всё нравится. — Чуть слышно ответила Алина и Этери была готова отпустить её, довольствуясь простым ответом, но что-то заставило её продолжить. — Давай посмотрим твою программу ещё раз, а позже решим, что в ней можно изменить. Мне важно видеть, как ты живешь на льду, боюсь одной сложностью программы этого не добиться.       Алина не стала спорить. Ей хотелось домой, но ещё больше она хотела сейчас доказать Этери, что всё отлично и поводов для изменения программы нет. Алина катала сосредоточенно, то и дело бросая взгляд на взмах собственных рук, скольжения конька, рассчитывая скорость для прыжка. Казалось, она выполняет свою программу чисто и совсем скоро Этери объявит ей, что абсолютно довольна прокатом.       Тренер лишь вздохнула, замечая, сколь много она пропустила в собственной печали и грусти. Алина была технична, но на технике всё заканчивалось. Девушка забыла, что эмоции на льду не менее важны для победы, для зрителей. Алина слишком волновалась, чтобы не упасть, но совсем не думала о том, что помимо этого волнения зрителям должно передаваться нечто более важное — настроение номера.       Когда Алина оказалась рядом с тренером, Этери сразу же объяснила девушке её ошибки, а после сообщила об окончании тренировки, отпуская её насладиться отдыхом. Сама же Этери собиралась более медленно, ведь знала, что вечер придется коротать в одиночестве.

***

      Этери медленно ехала по улицам Москвы. В машине тихо играло радио, но женщина, казалось, даже не слышала музыки, погруженная в свои мысли. Дождь стучал по крыше автомобиля, но даже это не волновало женщину, которая проезжала дом Жени, и понимала, что сегодня она не спустится к ней и они не поедут кататься по ночному городу. Женщина чувствовала себя разбитой. В квартире её более никто не ждал, а сама она не хотела возвращаться это место.       Этери остановила машину в малознакомом районе и вновь взяла в руки телефон. Среди интервью фигуристов, информации о прокатах и прочих мелочах она всегда могла найти Евгению и узнать о её успехах, но сейчас цель тренера была совсем иной. Она хотела выпить бокал или два в одном из баров с наиболее хорошей репутаций, но среди тех, где она не будет замечена.       Женщина не хотела, чтобы уже утром все возможные источники распространяли информацию о том, что она принимает излишнее количество алкоголя и посещает подобные места регулярно. Конечно это было бы неправдой, но прессе только дай повод для сплетен, а возвратить репутацию будет гораздо сложнее.       Этери просматривала огромное количество баров с разными отзывами и местоположением, но все они либо были слишком популярны, либо находились далеко от дома. Тогда она вспомнила один небольшой бар с ужасной музыкой, но с хорошим алкоголем, рядом находился дешёвый отель, в котором она могла бы остановиться, а наутро женщина без проблем доберется к месту работы. Она продумала всё до мелочей, но будучи человеком предусмотрительным, первым делом она отправилась в отель, где сняла недорогой номер с большой кроватью и сразу же оплатила завтрак. Этери осознавала, что искать утром кафе или ресторан будет не лучшей идеей.       Добраться к бару было не слишком трудно, ведь он находился недалеко, но оставив машину около отеля, женщина изрядно промокла под проливным дождём. Ей было плевать на этот факт, а желание выпить оказалось слишком сильным.       Бар находился в подвальном помещении. Старая деревянная табличка, на которой краской было написано название бара, просто лежало около двери и о оживлённости этого места говорила лишь гирлянда вокруг надписи "Открыто". Этери вошла не без опаски. Она прекрасно знала, сколько неадекватных, и уже давно пьяных людей находится в подобных заведениях. Она не сомневалась, что в этом месте могут торговать наркотиками, ведь чаще всего именно так подымают прибыль подобные заведения.       В любом случае у женщины была только одна цель: утолить грусть с помощью алкоголя и немного расслабиться. Оказавшись внутри, Этери поняла, что расслабиться среди жуткой вони неизвестного происхождения будет трудно, но искать другое место она была не намерена. Людей было не слишком много, больше всего подростков, которые хотели выпить незаконно. В иных обстоятельствах женщина уже давно вызвала бы полицию, дабы разобраться с заведением, но сейчас ей хотелось только пить.       Этери заказала бокал вина, не решаясь попробовать что-нибудь покрепче в малоизвестных ей местах. Пока девушка делала небольшие глотки вина, она могла рассмотреть мрачное помещение со странными картинками на стенах. Они походили на брызги краски или нечто подобное, но почему-то ей показалось, что они до невозможного хорошо вписываются в это место. Этери переводила взгляд на подростков выпивающих дешёвое пиво, наверное единственное, на что у них хватило карманных денег. Женщине стало противно от того, что эти подростки скорее всего забросят школу и в жизни, кроме алкоголя ничего не увидят, но это были не её проблемы.       Этери заказала ещё один бокал вина, попутно решив, что этого ей будет достаточно. Её мысли вернулись к Жене. Женщина уже не помнила дней, когда не думала бы о Медведевой. Постоянно в ту или иную минуту Этери возвращалась к ней, и хотя сейчас мыслей стало на порядок меньше, всё же временами они заставляли её забывать обо всём на свете.       Алкоголь начинал действовать и вместо напряженных мыслей, Этери начали посещать более простые и спокойные размышления о действиях Жени. В какой-то момент, она даже ощутила себя виноватой в сложившейся ситуации, но уже через несколько минут отбросила все попытки продолжить развитие этой темы. Она должна была расслабиться, но внезапно для себя она поняла, что не может. Ей не о чем думать кроме тренировок, прыжков и Жени. Вся её жизнь это лёд. Свою семью она видит только во время редких праздников, а друзьями являются её коллеги. У неё нет ни любви, ни какого-то интересного занятия, кроме фигурного катания. Ей не было жаль. Этери считала, что проживает достойную жизнь, воспитывает лучших фигуристов и делает то, что должна. Ей было несколько обидно, потому что, давая шанс другим, она часто забирает его у себя.       В баре Этери больше не пила. Она рассматривала людей, которые не ограничивали себя в выпивке, наблюдала за сменой настроения подростков. Почему-то именно они привлекли её внимание. В любом случае, сейчас её привлекли не они сами, а ситуация, которая набирала обороты. Парни о чем-то спорили, девушки в притворном ужасе, поддерживали их. Этери не могла разобрать о чём они говорят, но ясно понимала, что в состоянии алкогольного опьянения, ждать ничего хорошего от них не приходится. Женщина потянулась за телефоном, чтобы сообщить полиции о происходящем, но вовремя остановилась. Никому не будет лучше, если начнутся разборки, в полиции её заставят дать показания, а пресса слишком быстро узнает что произошло. И снова заголовки. Этери не хотела проходить через это.       Заметив, что парни всё же решают начать драку, Этери попросту ушла, освобождая себя от ответственности, за подростков, которые могли навредить её репутации. Всю ночь она спала неспокойно, хотя и была уверена в том, что поступила правильно, но всё же совесть брала верх над рассудком.       Утром за завтраком, Этери успела прочесть лишь одну новость в сети: ребята из этого бара оказались в участке, в последствии драки. Она усмехнулась, понимая, что они сами виноваты в сложившейся ситуации. Их синяки скоро сойдут, а родители вероятно усилят контроль над ними. Эта мысль не покидала её до тех пор, пока Даниил не написал ей вкратце всё то же, что Этери успела прочесть в новостях. Кроме одного: "Алина была с ними".