Поездка, перевернувшая жизнь

— Ты хочешь меня, Рэйчел? Настала тишина. Будто весь мир остановился, ожидая ответа девушки. Было так тихо, что слышно стук сердец пары. В голове Гарднер крутились разные мысли, хоть и не трезвые. Если она откажется, то все остановиться. Но Рэйчел не хочет, чтоб все прекратилось. Она желает продолжение. Но ей страшно. Ей страшно ступать на порог чего-то нового и неизведанного для золотоволосой. Получить Гарднер наслаждение, про которые пишут на порно-сайтах, или боль, которую невозможно будет держать в себе и взорвешься, от перенасыщения от неë. Она посмотрела в глаза Фостера. В нëм она видела защитника, любимого и смысл жизни. Вместе, они многое прошли. Они одни вышли из того здания живыми, что сейчас, это лишь маленькая крупица, того что пара пережила. — Зак, — тихо позвала парня золотоволосая. — я х.хочу тебя, но — Рэй поджала губы, будто сознавалась в каком-то грехе. Фостер тоже немного напрягся. — мне страшно. — Вух, — Зак тяжело вздохнул. — я уже боялся представить, что ты мне скажешь. Почему тебе страшно? — Айзек заглядывал в глаза девушки. В них горел огонек жизни. И с каждой минуты, он разгорался все больше и больше. — Я н.никогда себ.бя, так не чувствовала, — девушка немного заикалась, так как золотоволосая немного волновалась, она боялась ляпнуть лишнего, хотя парень не сильно обращал на это внимание. — будто хорошо и… — Зак не дал договорить золотоволосой, поцеловал еë по-француски. Фостер взял еë лицо одной рукой, углубляя поцелуй, а другой залез под толстовку, проведя шершавой ладонью по плоскому животу. Немного, Айзек приподнял тело Гарднер, разрывая поцелуй, и снял с неë серую кофту и бросил в неизвестном направлении. Фостер открылся вид на багровый засос, находясь на ключице, и на нежно-персековый бюстгальтер, который подчеркивал еë маленькую грудь. Айзек хищно улыбнулся и поднял глаза на Рэйчел. Девушка держала ладонь возле покрасневшего лица, Гарднер покусывала губы до металлического привкуса. Золотоволосая хотела хоть как-то скрыть свой стыд и краску на лица. Вожатый приблизился к лицу девушки и накрыл еë губы, почувствовал вкус крови девушки. Зак надавил на плечи Гарднер, та выгнулась и парень снял бретельки и кинул еще одну деталь одежды в сторону кофты. Фостер отстранился от манящих губ, опустился ниже к шее. Он оставлял пару засосов, будто на белом мраморе лежали багровые бутоны. Айзек окинул свою работу оценивающим взглядом, и явно был доволен. Он опустился ниже, к животу. Фостер провел влажную дорожку по нем, у Гарднер вызвал табун мурашек. Зак оставляет засосы на еë бледной коже. С губ Рэй сорвался тихий стон. Парень улыбнулся. Быстрым движением, вожатый стянул с золотоволосой джинсы и бросил на пол. В ту сторону полетело белье. Фостер вел в Гарднер один палец. Рэйчел была как в тумане наслаждений. Вроде, как и хорошо, но хотеться трезво оценивать ситуацию. С седьмого неба, на Землю опустила резкая боль в промежности. Гарднер широко раскрыла глаза и в этот момент, она поняла что на глазах просто стояли слезы от счастья. Был дискомфорт, от которого хотеться убежать, но с другой стороны утонуть в этом болезненном море. Что с ней такое, мазохизм? — Я подожду, когда ты привыкнешь. Парню тяжело сдерживаться. Она узкая, но и это срывает крышу у Фостера. Зак хочет поехать вместе с крышей и выебать еë, но из-за того что это Рэйчел, он не может. Айзек не сможет смотреть ей в глаза. Не сможет. Ради неë решил уйти с кривой дорожки и начать жить нормально, хотя часто срывался и убивал всех без разбора. Ради неë, научился читать и писать, что помогло ему устроиться, хоть на какую-то работу. Но вожатый не может сломать сейчас все, что построил месте с ней. Не может. Рэйчел слегка кивнула, что можно двигаться. Зак сделал первый медленный толчок и следил за реакцией девушки. Глаза Гарднер блестели от слез, она не отводила взгляд от Айзека. Она чувствовала больше боли, чем наслаждения. Парень сделал еще один толчок, он дался легче. Потом еще и еще. С каждым толчком, боль уходила на второй план, а наслаждение заполняло все девичье тело все больше и больше. Они оба на пике. Парень целует Рэй в губы и кончает ей на живот. Тело Фостера падает рядом с золотоволосой. Гарднер падает в спасительную темноту, на последок Рэйчел услышала слова Зака. — Теперь ты моя. И принадлежишь только мне.