ИНОГДА ПЛОХАЯ ПАМЯТЬ К СЧАСТЬЮ...

Белоснежка весь путь до дворца, после разговора с Тёмным, промолчала. Она о чём то напряжённо думала и Дэвид ни о чём не спрашивал супругу, но, когда они оказались в своих покоях, спросил: — Что мы будем делать? Белоснежка нахмурилась и положила руку на живот — Эмме передалось беспокойство матери, малышка начала сильно толкаться: — Тёмный, как всегда темнит. Что это значит — «вы должны беречь младенца» и «когда она вас найдёт»? Одно я знаю наверняка — я не расстанусь с Эммой. Ребёнка заберут только из моих мёртвых рук. … — А если ребёнок родится раньше? — глаза Принцессы начинают нехорошо блестеть. Голубая Фея чувствует, что только то, что Белоснежка выросла во дворце и её воспитывали, как принцессу и будущую Королеву, помогает бывшей лесной разбойнице, держать себя в руках. — Я не расстанусь с дочерью! И это последнее Волшебное Дерево в нашем Королевстве! Голубая почтительно склоняет голову. Белоснежка раздувает в ярости ноздри, но постепенно остывает и рука мужа на плече этому немного способствует: — За сохранность дерева отвечаешь головой. Любой кто посмеет тронуть последнее Волшебное Дерево её, то бишь головы, лишится. Лично сниму с плеч. Но нам необходимо надёжное укрытие от солдат и Злой Королевы. Она не должна узнать где мы и добраться до Эммы. — Я позабочусь об этом, Ваше Величество. С вашего позволения, — Голубая Фея покидает Зал Совета. Джеппетто бледен, мнёт шапку в руках, но не решается возразить. … Злая Королева распахнула объятия навстречу магическому вихрю, который поглощает эту реальность, чтобы дать проявиться новой. …Мисс Регина Миллс открывает глаза, блаженно улыбается и вздыхает — новый день и новые заботы. Маленький город, но у мэра хлопот полон рот. Регина смотрит на часы — как бы то ни было пора вставать, ничего не поделаешь. Но в самом начале, перед тем, как окунуться в суету очередного рабочего дня мэра Сторибрука — кофе. … Звякает колокольчик над дверью. Невысокая элегантная женщина в деловом костюме входит в кафе. Маленький шрамик над верхней губой, полные алые губы растягиваются в искренней улыбке: — Привет, Руби. Бабуля. Я могу получить свою порцию кофе? А то мне уже пора бежать — бумаги, будь они неладны… Бабуля как-то странно смотрит на мэра: — Здравствуйте, мисс Миллс. Конечно, Ваше… мэр. Сию минуту. Регина неторопливо пьёт свой кофе сидя за угловым столиком, когда в кафе входит новый посетитель. — Мистер Лерой, — теперь голос мэра звучит немного суховато, официально. — Я рада вас видеть в, скажем так, вменяемом состоянии. Трезвым, я хочу сказать. Вы уже устранили поломку? Лерой тоже, как-то озадаченно таращится на мэра: — Да, Ва… мэр. Уже устранил. Были небольшие проблемы с проводкой. Это был не самый желанный гость. Мистер Голд. Мэр тоже не слишком любезна с ним, на лице ни тени улыбки: — Здравствуйте, мистер Голд. Мистер Голд озадаченно хмурится и провожает мэра удивлёнными глазами. Из кафе Регина выходит в полной тишине под перестук собственных каблучков. Сквозь витрину видно, как Регина склоняется над коляской — Мэри Маргарет Бланшар, учительница и директор местной школы тоже решила заглянуть в кафе выпить кофе перед началом хлопотного дня. Регина делает крохе Эмме, козу, смеётся и через несколько минут Мэри Маргарет появляется в кафе собственной персоной. — Это не Злая Королева, — объявляет Белоснежка. В почти полной тишине зала её голос звучит особенно пронзительно громко. — Вы всё помните?! — Голд заметно ошарашен. — Да, — отвечает Руби. — Мы все помним кем были и кем стали. А что не должны были? Голд задумчиво качает головой: — Подозреваю, что единственный человек в городе, который ни черта не помнит — это Регина Миллс. Наш мэр и бывшая Злая Королева. — Это твоё Проклятие! — Ворчун ощетинился и сверлит Голда злыми глазами. — Ты его дал Злой Королеве! Зачем? — Это Проклятие не моё, но я знал о нём. Оно много древней меня, — вздыхает Голд. Он несколько минут молчит, но, наконец, решается — терять ему в сущности, нечего. — Я хочу найти своего сына. Бейла. Бейлфайра, который где-то в этом мире. Это так непривычно звучит, совершенно незнакомые интонации, так не похоже на Тёмного, что даже Ворчун немного остывает: — Ладно… И надолго мы здесь застряли? — На двадцать восемь лет. — На целых двадцать восемь лет?! — Руби возмущена, но на лице Голда появляется ехидная улыбка: — Время в городе остановилось, девочка. Для вас все эти годы будут, как одна минута. Целых двадцать восемь лет без огров, химер и прочих чудовищ, лесных разбойников, нормальная медицина, горячая вода из крана… И ни одного нового седого волоса, морщинки! Знаешь какие деньги люди платят, чтобы сохранить видимость молодости, свежесть кожи? А вам такая радость и даром! Но Эмма, дочь Белоснежки не должна ничего узнать до того дня, когда ей исполнится двадцать восемь. И если наш мэр тоже ничего не помнит ни стоит ей рассказывать — не поверит. Голд получает у Бабули арендную плату, свой заказ и уходит, а Ворчун выглядит совершенно не согласно своему имени — он просто сияет: — Двадцать восемь лет спокойной жизни! Ни войны, ни взбесившихся монархов, ни злобных колдунов и лесных разбойников! Почти тридцать лет! Какое это Проклятие?! Это настоящее Благословение! … Голд спокойно жевал свои блинчики, когда за его спиной раздался хорошо знакомый голос, который он не думал когда-либо услышать вновь: — Румпель? Голд оборачивается так стремительно, что чуть не опрокидывает стол и едва не роняет на пол стул: — Белль?! Белль! Моя Белль! У Ворчуна глаза сейчас лопнут — увидеть Тёмного мага плачущим… Что-то в лесу большое умрёт, а так как огров в этом мире нет, никто не знает, что именно и Ворчун понимает, что его мир никогда не станет прежним, когда Голд на радостях ставит всем выпивку за свой счёт, а потом снимает у Бабули в гостинице номер. И платит за него. Лавка Голда стоит закрытой два дня. Белль стала директором городской библиотеки и пока на неё, на Белль Френч, заходили посмотреть, как на редкую диковину — «Влюбиться в такого, как Тёмный! Это же надо!», записала в библиотеку почти весь город. Мо был не очень доволен, что дочь связалась с таким, как Румпель, но ничего не мог с этим поделать и Белль поселилась у Голда. На правах будущей супруги. … — Мистер Пейдж, с вами говорит Марк Митчелл и я хотел бы побеседовать с вами о вашей дочери. Про девочку, которую вы не так давно удочерили. И о её биологической матери. — Вы собираетесь предъявить какие-то права на девочку? — сердито и сухо осведомляется Майкл. — Об этом вам стоит поговорить с моими адвокатами. До свидания. Майкл Пейдж положил трубку на рычажки, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. — Нет, я хотел бы поговорить с вами лично, с глазу на глаз и кое-что объяснить. Тот же самый голос, что и в телефонной трубке. Солидный бородач в довольно поношенном и недорогом костюме сидит в кресле у стола для совещаний. Майкл припоминает где он мог видеть этого человека — глава преуспевающего издательства. — Я… — Майкл, хотел было вскочить, вызвать охрану, но не может пошевелить и пальцем. Бородатый издатель взмахивает рукой и посреди кабинета из ниоткуда возникает дверь. Открывается совершенно бесшумно, а не как в дурацких ужастиках — без пронзительного скрипа от которого зубы ноют. В приоткрытую дверь видна тёмная глубина пещеры. На стенах чадят, шипят и плюются смолой факелы. — Прошу, — делает приглашающий жест Марк. — Я хочу вас познакомить с матерью Лилит. Майкл, как заворожённый идёт за бородачом, переступает порог и, когда оказывается с Марком в пещере, оборачивается — никакой двери уже нет, а перед собой Майкл видит… — Это дракон? — Майкл говорит с трудом — в горле словно что-то большое и вязкое застряло, сипит. — Точнее дракониха, — поясняет мистер Митчелл. Он то совершенно спокоен. — А если быть совершенно точным — ведьма, которая застряла в этом облике на несколько десятилетий. Дракониха очень аккуратно, самым кончиком когтя, покачивает коляску — это совершенно точно коляска Лилит. Майкл сам выбирал по каталогу и покупал её в одном из самых дорогих, с надёжной репутацией, детских магазинов. Лилит лежит в коляске — Майкл может слышать её голосок. Малышка не напугана — она даже довольна, заразительно смеётся. Дракониха ласково урчит, как гигантская кошка. Бородач сама почтительность: — Это мистер Майкл Пейдж. Он удочерил твою девочку, Малефисент, будет приглядывать за ней, воспитывать до того, как падёт Проклятие и я прослежу, чтобы он и Лилит навещали тебя по крайней мере раз в месяц. А после падения Проклятия, я надеюсь, вы сможете спокойно поговорить. Как взрослые люди. Большие, зелёные, с пульсирующими щелями зрачков, глаза внимательно рассматривают Майкла. Тот робко поднимает руку: — Привет… … — Малефисент?! — Многие истории одного мира становятся в другом сказками и легендами. Путешествующие между мирами рассказывают истории о своём мире и потом уже другие пересказывают их. Некоторые истории искажаются, изменяются при этом до полной неузнаваемости, а какие-то истории близки представителям разных миров — бедняки во всех мирах мечтают о богатстве, что свалится внезапно само собой на голову — без всяких усилий с их стороны, все бедные девушки мечтают о принце… — И что всё это значит? — Майкл одним широким жестом обводит рукой вокруг себя. Они сейчас находятся в трактире со странным названием — «Обжора Бунба». Городок похож на старинный европейский город — немецкий или французский, но местные жители одеты абсолютно не по европейски, незнакомые запахи, а вот этот солидный господин прикурил только что от собственного пальца и пошёл себе дальше выпуская из своей трубки клубы ароматного дыма, попутно раскланиваясь со знакомыми, а на то, что он проделал только что, никто из прохожих не обратил никакого внимания. Как и на подносы с едой, что вылетели из окна трактира, видимо прямо с кухни, и отправились к ленивым едокам на дом. — Магия, — бородач явно был тут не в первый раз и церемонно раскланялся с пожилым господином и его спутником. Майкла представили. Пожилого господина с ледяным взглядом убийцы (Майклу ещё не приходилось видеть человека с такими светлыми глазами), звали сэр Джуффин, а его спутника — лет сорока, с не запоминающимся, словно стёртым лицом — сэр Макс. Джуффин и Макс уселись у самой стойки поближе к окну. Джуффин раскланялся с хозяйкой заведения, что стало совершенно ясно - он тут завсегдатай, постоянный клиент. Как и сэр Макс. — Мы… — Майкл нервно сглотнул, прочистил горло, — В ином мире? — Миров много, — Митчелл сделал большой глоток из кружки, а Майкл только после третьего стакана «Осского Аша» решил, что всё суета и томление духа, а покупая для матери Лилит каждый месяц по коровьей туше, не разорится. Ещё долго мэр Сторибрука, Регина Миллс не могла понять почему очень многие смотрят на неё иной раз то ли с сочувствием, то ли, как на городскую сумасшедшую, а потом плюнула на всё — город требовал внимания и заботы, Эмма требовала внимания — мэр и Мэри Маргарет подружились и Регина часто нянчилась с девочкой, помогала мисс Бланшар с Эммой, которая, увидев Миллс, сразу начинала улыбаться и пускать пузыри. Дэвид Нолан развёлся с Кэтрин и стал помощником шерифа, а мисс Бланшар обещала подруге, что Регина будет посаженной матерью на её, Мэри Маргарет, свадьбе с Дэвидом Ноланом.