Вернусь с рассветом

Челюсти двух друзей-соперников знакомились с полом. Глаза старались выскочить из орбит, а мозг отказывался переваривать подобного рода информацию. Но как ни крути им пришлось поверить. -Так это ты из-за неё отказывался рассказывать нам о семье?- Первой очнулась, конечно же, Алая. Девушка спокойно выслушала весь рассказ и даже бровью не пошевельнула. М-да уж, настолько сурова Титания. Именно из-за такой реакции трое парней косо на неё взглянули. -Почти. Я обещал Люси, не рассказывать о ней. Она просила. Шутила, что многие подумают, что она восстала из мёртвых. – Грустно ответил на вопрос Люс, слегка поднимаясь и заглядывая в палату. Там одиноко лежала его копия. Если бы не трубки и датчики, то можно было бы умиляться от её спокойного лица. Наверно, каждый, когда спит, показывает частичку своей детской души. И кажется именно из-за неё многие и понимают цену спящего человечка. -Сломаться только из-за лишения возможности самостоятельно передвигаться и голоса… В это не трудно поверить. Любой бы уже, наверное, покончил с жизнью. Но она держится ведь ещё? – Изучая плавные линии лица блондинки, пробормотал Фуллбастер. -Вообще-то попытки были. Но чтобы настолько, это впервой. -Видимо что-то повлияло на неё… - Предположила Эльза. -Эээ… А вы о чём? – Нависшее напряжение разрушилось громким крахом. Этот вопрос мог задать только один человек, находящийся среди них. Локки недоумевающее посмотрел на Драгнила старшего, а после перевёл взгляд на старого знакомого. Люс же махнул рукой. Мол, этот псих не лечится. Алая же хлопнули себя ладонью по лбу. -Головёшка, неужели ты НАСТОЛЬКО туп? -Чё вякнул? Давно по харе перемороженной не получал? -Нацу, Грей пе-перестаньте! – Попыталась успокоить «друзей» запаниковавшая Нацуми -Разве вы не друзья? – Прозвучали слегка грозные нотки старосты. И две тёмные ауры прожигали уже трясущиеся спины драчунов. Два запуганных взгляда синхронно оглянулись и громко сглотнули ком паники, застрявший в горле. Ведь не всегда можно увидеть Эльзы с взглядом: «Я что-то не поняла», и такого же мрачного Ключника, блеск в глазах который говорил: «Кости пересчитаю». Парни снова сглотнули и приготовились принять наказание с двух сторон. Однако их жизни спас мобильник. Интересно как долго они будут благословлять того, кто придумал эти маленькие и полезные штучки. Да какая разница, главное, что они живые и целёхонькие. Спасителем Айсберга и Драгонслеера стал ни кто иной, как Грешник, приславший смс Эльзе. Девушка же увидев имя приславшего сразу залилась легким румянцем и дрожащими пальцами открыла сообщение. Но ознакомившись с содержанием позволила всей своей суровости вернуться на законное место. «Вы до сих пор там? Что так долго? Тут все уже изволновались в незнании!>.> Да и это, Техник и Предатель кое-что нашли по Ключнику. Парня спасть надо, срочно!» Слегка ошалев от такого текста, сливовые глаза несколько раз перебегали от сообщения к блондину и обратно. После хлопнув крышкой телефона, девушка, что-то пробормотав и прося прощения, покинула компанию, оставив друзей в лёгком недоумении. И предоставляя возможность свободно изучать копию Люса. Ровное дыхание оставляет свой след на пластиковом куполе, прикрывающий весь нос и рот вместе с ним. Такое же спокойное биение сердца показывает пикающий датчик. Наверное, он взбесил бы каждого, кто бы долго находился рядом с ним, но не сейчас. Обладатель этого сердечка, чей ритм был известен тем, кто находился вне комнаты. Из-за небрежного обращения светлые волосы беспорядочно покрывали подушку и плечи, а чёлка стремилась закрыть один глаз от окружающего мира. Из-за этих тоненьких раздражителей опущенные веки вздрагивали и приводили густые ресницы в незамысловатый танец. Этот вид был снаружи, а внутри творилась совершенно другая картина… -Сестрёнка, ты уверена, что нам не влетит? – Из-за небольшого люка, выводящего на крышу огромного и величественного особняка, вылезла маленькая головка, короткие светлые волосы были собраны на закрылке в колючий хвостик, а наивные карие глаза с неуверенностью оглядывали крышу в поиске кого-нибудь постороннего. Никого так и не обнаружим, мальчишка вылез полностью. Ночная пижама и тапочки говорили, что малыш совсем недавно покинул свою мягкую постельку. -Уверена. Родители и прислуга уже давно спит, а если ты будешь шуметь, то разбудишь весь дом. – Такие же нотки, как и у мальчика, но с оттенками девчачьей мечтательности, раздались совсем недалеко. Поднявшись на ножки, мальчик побежал к этому голосу. Длинная пижама развивалась под дуновением едва ощутимого ветерка. Такие же светлые волосы, заплетённые в две коротеньких косички, золотились под сиянием луны. Девочка, чуть выше мальчишки обернулась, что бы найти взглядом своего братика. Он уже стоял рядом и наблюдал за ней. Заметив, что она смотрит на него, блондин улыбнулся так широко, что улыбка занимала половину лица. Точно такая же улыбка заняла своё место и на девчачьем личике. Мальчишка подошел к своей копии, и теперь они синхронно подняли свои головки и сплели свои маленькие ручонки воедино… Наша любовь к звездам началась с маминых сказок. Она часто читала нам их и даже иногда сочиняла собственные. Мы были счастливы, когда сидели втроём у огромного камина и слушали мамины выдумки. Её бархатный голос всегда грел душу, заставляя её быть чище и светлей… Несмотря на свой возраст, мы были уже почти как взрослые. А именно, знали горечь утраты, самого дорого сокровища, что бывает у человека. Она покинула нас, но мы верили, что она стала частичкой этих прекрасных танцев сияния на ночном небосводе. Мы верили, что она по-прежнему наблюдает за нами и улыбается своей тёплой улыбкой, что всегда дарила всем окружающим. Но уже тогда я начинала ощущать себя пленённой птицей. Ведь отец всегда держал нас за марионеток, по-другому и быть не может. Возможно, братишка тоже понимал. Что значат эти сожалеющие взгляды прислуги и похотливые улыбочки этих грязных буржуев. Уже тогда, я понимала, что не имею собственной воли, хоть она и была. Но. Но она исчезла, оставшись запечатленной на моей детской картинке. Стоит ему потянуть за ниточки, и я буду послушной красивой куклой в его руках. Возможно, братишка тоже это начинал понимать. У нас остался только щит, чтобы защитить нас самих. Но он был настолько мал, что оружейник только злобно ухмылялся, смотря за нашими жалкими попытками избавиться от него. Меня уже тогда готовили, как наследницу знатного рода Хартфилиев. Что ж, я рада, что Люс родился вторым. Ему будет не так больно, ведь всех собак отец обычно спускает на меня. Он делает из меня свою драгоценную фигуру в его шахматной партии. И даже возможно на место Королевы, ведь прибыль от моего замужества он намеревается получить максимальную. Впрочем, мне как-то всё равно. Я ещё слишком мала тогда была, что бы осознавать, насколько коварен, бывает чёрный джокер, роль которого будет играть Судьба. Я помню, в ту ночь. Когда мы очередной раз смотрели на эти недоступные драгоценные камни и вспоминали сказки матери. Тогда, ты взял меня за руку и что-то шептал.… Но я, звезда, что сияет ярче в чужих руках. Звезда, что не может вернуться на ночной небосвод к своим сёстрам. Звезда, что тускнеет внутри и научившаяся носить маски. Я не помню, что ты мне тогда обещал… А так бы хотелось это вспомнить,…Что это были за слова, давшие мне новую надежду жить?» Кто может объяснить, ту связь, что соединяет близнецов? Кто сможет объяснить, их действия в ту ночь? Возможно это секрет, возможно, нечто сильнее обычного понимания. Но всё-таки, как ни крути, это случилось. Карие глаза, что некогда сияли как звёзды, медленно предстали перед этим миром в тёмной комнате, где противно пищал аппарат, и дыхание заполняло это оглушающую тишину. Не знаю, кому или чему повинуясь, изящная ладошка устремилась в сторону, где находилось окно. Стоя на крыше больницы и затягиваясь последний за этот день раз, ладонь молодого парня также потянулась к звёздам. Надеясь схватить хотя бы одну маленькую частичку. Знали ли они тогда, что одно воспоминание у них поделилось на двоих, возможно нет. Хотя… братские узы настолько крепки, что даже стальные цепи не в силах их разорвать, особенно, если они ещё укреплены одной звездой-хранителем, что благословила их рождение. Знали ли они, что их руки тянуться всё к одной звезде, той, что зажглась, когда самая яркая улыбка в их маленьком мирке ушла от них навсегда. Возможно да…