Нас больше чем один. Знакомство

Тёплое солнышко припекало, отчего спать хотелось ещё больше. Шатен на чистой силе воли сидел за партой, а не лежал, подперев голову рукой. Глаза уже были прикрыты, но краем уха парень следил за обстановкой в классе. — Сарада*?! — зычно спросил учитель, делая перекличку класса и одновременно раздавая всем результаты недавнего теста. (* - это фамилия другого ученика, просто похожая на фамилию гг. Хватит, пожалуйста, её отмечать.) — Здесь… — потонул очередной голос в тумане приближающейся дрёмы. Реборн, зараза такая, дав ученику несколько дней на адаптацию, стал будить каждый день в четыре утра и устраивать «разминку», как тот мягко выразился. Для Тсуны это был кошмар, особенно если бы его уровень был действительно там, каким он его изображает. Как-то показывать свои истинные силы желание у Савады всё больше пропадало. «Тсуночка, не спи… — жалобно произнёс Ангел. — Реборн как сокол следит за нами в оба глазика. И если заметит такой произвол, то увеличит размер Ада.» «Его сейчас хоть пушка поднимет? — произнёс Демон со скучающей ноткой. — Походу придётся перехватывать контроль… кто будет?» «Я пас. — отмахнулся Ан. — Дерзай, а я иллюзию на глаза наложу.» Савада как-то слегка заторможенно повёл шеей, разминая её. И в этот самый момент раздалась фамилия шатена. — Савада?! — слегка скривившись, спросил мужчина, посмотрев в сторону повернувшего к нему голову парня. — Здесь… — слегка хрипло произнёс тот. Демон знал, как сильно их «любит» Дохачиро Незу. Тот уже раз третий пытался уговорить директора исключить их, но всё что-то ему мешало, то упадёт невзначай на лестнице, а то и вообще заблудится в корпусе и, не понимая почему, не может найти кабинет директора в школе, в которой работает уже не один год. Другой бы уже забросил гиблое дело, но этот обладал воистину ослиным упрямством. Учитель с неприкрытым отвращением на лице подошёл к парте, за которой сидел Савада. — Образно говоря… — с насмешкой заговорил он, Тсуна же пытался смотреть на деревянную поверхность. В отличии от спящей сейчас личности, ни Ан, ни тем более Демон не могли «врать глазами». — …Представим, что есть один-единственный ученик, оценки которого не превышают тридцати баллов, что значительно снижает средний показатель класса. Савада слегка механически изобразил, что ему неуютно сидеть за партой, слегка поёрзав на стуле. — Эм?.. — попытался пикнуть он, но получилось больше раздражительно, чем испуганно или непонимающе. Губы Незу сложились в победную усмешку, тот не заметил ничего, в отличии сидящего на одной из веток дерева за окном. Как-то странно сейчас ведёт себя его ученик, что весьма будоражит. — По моему мнению, как человека прошедшего элитные курсы, такой ученик представляет из себя, — он поправил очки, глаза преподавателя горели превосходством, — ничто иное, как ненужный багаж и только мешает сознательной общественности. «Дем, ты хоть подними голову и изобрази круглые испуганные глаза от того, к чему это пижон клонит, — недовольно пробурчал Ангел. — Ну, или закричи хоть на худой конец, а то ни рыба, ни мясо прямо.» «Может тогда сам?! — рыкнул Демон, заводясь. — Я не вы! Могу только башку открутить, но не строить из себя мальчика-одуванчика!» «Тише, истеричка… — вздохнул Ан, — меняемся…» «Ещё и выкобеливался…» — недовольно буркнул Дем, передавая контроль. Савада, глубоко вздохнув и выдохнув, поднял на преподавателя удивлённо расширившиеся глаза которых внезапно повлажнели. На это Дохачиро только ещё больше оскалился, его забавляла такая реакция ученика. — Разве есть достойная причина подобному ничтожеству существовать? — проговорил он и потряс тестом с двадцатью шестью баллами напротив лица шатена и положил его на парту. Уйдя обратно к учительскому столу, Незу продолжил называть имена. Тсунаёши же, печально шмыгнув носом, скомкал тест в своих ручках и сжался, сидя на стуле. Почему-то в этот момент в душе сидящего незаметно на дереве киллера что-то ёкнуло, но об этом он предпочёл не задумываться, а то мало ли что там в голову взбредёт? У него фантазия всегда была хорошей, иногда такое представлялось, что самому страшно становилось. В этот самый момент раздался скрип двери, и в класс зашёл Хаято. Между глаз залегла морщинка из-за отвращения ко всем окружающим, спина сутулая, руки в карманах. Парень явно сюда не очень хотел. — Хаяточка… — прошептал Тсунаёши, показав на мгновение лисью улыбку. — Эй, ты! — прокричал учитель нарушителю его превосходства, он уже придумывал, как за счёт этого ученика поднять его вновь. — О чём ты думал, заявляясь сюда так поздно?! — Что? — оскалились в его сторону, а во все стороны стал распространяться феромон, нёсший угрозу. Учеников пробил холодный пот. — Эм?! — не прошла эта участь и Незу, он инстинктивно прикрылся оставшимися листами тестов. По классу прокатился гомон шепотков о том, какой Гокудера жуткий и опасный парень. Парень стал идти между рядов и остановился возле сгорбившегося и слегка вздрагивающегося шатена. — С добрым утром, Десятый! Извини, что сегодня проспал! — прокричал он и склонился в уважительном поклоне, враждебной ауры и запаха, растекающегося по всему помещению как липкая патока не стало в мгновение, из-за чего все свободно начали дышать. Хаято не замечал, что его Пламя сильно увеличилось после того, как он устаканил Связь со своим Небом. — Э?! — вздрогнул один из одноклассников, что сидел недалеко от Савады. — Что происходит? Это стало триггером, и все замерзшие подростки начали шептаться с новой силой. — Когда они успели подружиться? — Не, погодите-ка… — заговорил самый умный в пол голоса, -…наш никчёмный небось лёг под него. — Это просто образно говоря, — взял себя в руки учитель, но только выделяемый им феромон не шёл ни в какое сравнение с пепельноволосым. Тот был более сильным альфой, но Незу, будто этого не замечая, продолжил говорить, веря в своё превосходство, ведь какой-то там ученик не сможет ему навредить! — Это ученик, который безнравственно опаздывает на урок… и, без сомнения, ошивается со всяким мусором, — тут он перестал сдерживать улыбку полного превосходства, — потому что сам от него недалеко ушёл. Гокудера мрачной тучей развернулся к нему. — Старик… — необычайно холодным тоном произнёс, что было вообще не свойственно пепельноволосому. Он медленным размеренным шагом направился в его сторону и остановился только когда подошёл в плотную. Парень резко схватил мужчину за грудки и, приподняв того, прорычал в лицо снизу вверх: — Я не прощу в адрес Десятого никаких оскорблений! — и тут вся жуткая аура схлынула на нет и класс вздохнул более спокойно. Хаято, сияя радостной улыбкой, развернулся в сторону Савады. — Я же говорил, что это только образно говоря, ой!.. Мне его отпустить, Десятый? В этот момент Тсунаёши поднял голову на Гокудеру, и тому предстал вид хрупкого и милого мальчика. На глазах блестят бисеринки слёз, что скатываются капельками по слегка покрасневшим щекам, а в радужке залегла глубокая печаль. В этот момент на дереве рядом с окном послышался еле слышный звук: кто-то, подавившись, закашлялся. «Ты решил проверить всех на прочность?» «А почему бы и нет?» Хаято, растерявшись на пару секунд, выпустил учителя из рук, из-за чего тот чуть не грохнулся на пол, но удержался, и помчался к парте своего босса. Встав на колено, пепельноволосый схватил шатена за руки и с преданностью уставился на своё печальное Небо. — Десятый… — прошептал тот не зная, что делать. — Какой ты у меня хороший! — пискнул Савада и резко схватил своего Хранителя за шею. — Только ты меня защищаешь! «Тсуна тебя за этот фортель убьёт…» — мрачно осведомил Ангела Демон. «Не-а!» — хихикнул тот и спрятал лицо в шею альфы, тот, слегка опешив, обнял в ответ и стал поглаживать того по спине, вспоминая, как в своё время его успокаивал мама. «Ладно, — покладисто согласился Дем. — Но тебе лекции всё равно не избежать.» «Млять!»