Нас больше чем один. Знакомство

Бета в запое, её функцию выполнил ворлд ПБ: Тут потопталась бета. Тсунаёши, зевая, спускался вниз на кухню, откуда слышались не особо громкие голоса. «Не дом, а проходной двор…» — недовольно пробубнил Демон, у которого было на редкость отвратительное настроение. Остановившись в проёме, Савада, потягиваясь, произнёс: — Всем доброго утра. — И только после этого пробежался глазами по тем, кто там находился. Нана, выключающий плиту, и уже начавшие есть Реборн с Бьянки. Савада, приподняв бровь, бросил недоумевающий взгляд сначала на завтрак, а потом на Саваду-старшего. — Мам, подойди. Взяв подошедшего родителя за руку, Тсуна молча повёл его наверх. Реборн заинтересованно проводил их глазами. Кивнув Бьянки, он тихо последовал за ними. Оба Савады скрылись в комнате младшего, мужчина, с предвкушением облизнув губы, привалился плечом к стене и принялся подслушивать. Через несколько шорохов послышался слегка печальный и взволнованный голос Наны: — Тсу, я не могу… это родители должны содержать детей, а не наоборот. — Ага, — ядовито ответил ему Тсунаёши, — вот только если ты достаёшь соумэн*, то это уже бедственное положение для бюджета. (* — тонкая пшеничная лапша.) — Но отец… — Отец не отвечает уже пару недель. Деньги заканчиваются, всё-таки орава у нас не маленькая, да и периодический ремонт тоже недешёвое дело, особенно после «игр» Реборна и Ламбо. Я, если честно, после этого не знаю точно, кому восемь, а кому за тридцать. Подслушивающий альфа вскинул брови, почувствовав мимолётный укол совести, но отметил он это только на периферии, продолжая слушать разговор. Скрип кровати. — Я боюсь за него… Кровать снова скрипнула. — Не стоит. Он не из слабых альф, сам же знаешь. В Семье других не держат, особенно столь долго. Зрачок чёрных глаз увеличился, символизируя сильное удивление — больше ничего не могло сказать в облике Реборна об этом. Оказывается, не всё так просто, как показалось альфе, когда он только взялся за это задание. Девятый действительно сделал ему большой подарок. Скука улетучилась моментально, стоило только киллеру пересечь порог дома Савад. — Я знаю, — несколько жалобно произнёс Нана. — Кто бы сомневался… — Тсуна! — Это для тебя он идеален, мам. — Кровать снова скрипнула, Тсунаёши, скорее всего, поднялся на ноги. — Для меня он никогда не будет опорой. Я не могу на него положиться также безоговорочно, как и ты. — Тебя всё ещё грызёт?.. — Это никогда не закончится… Пока я помню, я не смогу ему это простить. Даже если виноват не он. Но я его не ненавижу, так что… можешь быть спокойным, — неуверенным голосом закончил он. Только следующие слова Тсунаёши заставили Реборна удивиться ещё больше, хотя он думал, что больше уже невозможно: — Мы это пережили, движемся дальше. Да, зависимы, но при этом действительно живы. Не столь сами слова зацепили киллера, сколь тон, с которым произнёс их Савада-младший. Хриплый, глубокий. Послышался тихий печальный вздох. — Я никогда не смогу привыкнуть к тому… что тогда услышал. Это страшно… — Но тем не менее это наша жизнь. Поэтому бери карточку, у меня накоплений достаточно, чтобы потянуть нас месяца три, если Реборн с Ламбо продолжат бомбить нас и соседей. Правда, я до сих пор удивлён, что они смогли сломать чугунную изгородь Савамуры… и даже восхищён. Послышался смех и Реборн интуитивно понял, что больше подслушивать нет смысла. Зайдя на кухню, он отрицательно помотал головой на вопросительный взгляд Бьянки и поднёс кружку кофе к губам. — Я Ламбо, я Ламбо! — весело напевал ребёнок, выходя из комнаты на завтрак. Совесть Реборна, что только вздумала пробудиться, на этом месте махнула рукой. Киллер точно не для неё.

***

Прикусив сильно щёку и клацая с силой по клавишам, Савада уже часа два в напряжении пытался остановить кибер-атаку на основной сервер Вонголы. Если не удастся за этот час, Тсунаёши придётся срочно срываться в Италию к главному компьютеру, доступ к которому есть только у него. Смахнув пот со лба и не глядя выпив из кружки воды, парень продолжил печатать код за кодом, стараясь свести весь вред от вируса к минимуму. Телефон под рукой снова завибрировал. — Есть прогресс? — сходу спросил он, следя внимательно за загрузкой. Это был последний шанс. — Да. Благодаря Вам удалось переправить его на обманку. Мы справились, Россо*! Справились! (* — красный (rosso ит.)) — Святая дева Мария… — выдохнул Тсунаёши и с усталостью откинулся на спинку кресла. — Меня ближайший год больше не трогать. Желательно вообще никогда. — Так точно, Россо. Как в следующий раз будут трудности, я Вам сообщу. Отчёт начальству будет составлен и доставлен мной, можете отдыхать. Или подыхать, что Вам несколько ближе, Россо. Как только голос на другом конце весело пропел последнюю фразу — тут же послышались гудки. Савада с хныканьем положил телефон на стол и прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Этот день казался слишком долгим. Выдохнув, Тсуна посмотрел на часы — усталость навалилась ещё больше, было только время обеда. Сначала утренний разговор, потом отчитывание Реборна — он Ламбо куда-то потерял — и вот этот вирус… выходной, один единственный за это долгое время, начавшийся без тренировок от садиста-репетитора, накрылся медным тазом. Кряхтя, Тсунаёши встал со стула и нетвёрдой походкой направился к кровати, и как только он на неё повалился, прогремел взрыв во дворе и послышались крики нашедшегося, скорее всего, Ламбо. Веко Савады дёрнулось.

***

— Реборн! — рычаще выкрикнул Савада, открывая дверь. — Я ни в чём не виноват, — тут же спокойно произнёс мужчина, стоило его взгляду упасть на разозлённого омегу. Вот только дым за его спиной портил данное высказывание. — Ламбо первый начал, — дополнил репетитор, ощущая холодок по спине. «Кажется, я всё же дошёл до точки кипения…» — пронеслась мысль в мгновение ока у киллера в голове. Бьянки сидящий за столиком, поджав губы, внимательно следил за каждым движением медленно начавшего закрывать дверь парня. Чувство опасности встало в стойку и предупреждало скорпиона, что можно попасть под горячую руку. Взгляд Савады упал на медноволосого невысокого парня с зелёными глазами, что испуганно таращился на него. Дёрнув щекой, Тсунаёши тут же принял добродушный вид и подошёл к этому худому пареню, по дороге принюхиваясь, — однозначно бета. — Здравствуйте, — мило улыбнулся Тсунаёши. — Вы по ошибке попали в наш дурдом? — Он обвёл рукой пространство за собой. Парень неуверенно отвёл руку с телефоном от уха и, сглотнув, кивнул. — Ирие Шоичи. Я-я ребёнка привёл. — Оу, — Тсунаёши краем глаза заметил переставшего плакать Бовино, но интуиция намекнула, что коровка сейчас что-нибудь устроит — уж слишком недобро он посмотрел на Реборна, что изображал стенку. — Тогда пойдём, я тебя чаем или кофе угощу. Всё-таки ты так помог! Потянув за руку слегка замявшегося Шоичи, Савада быстро потянул его в дом. Как только он закрыл дверь, послышался не слишком громкий взрыв и злобное «Ромео!». Ирие, посмотрев в лицо нового знакомого, сглотнул: уж больно пакостная улыбка расплылась на лице Тсунаёши. «Ничего, потом у нас они будут весь сад за собственный счёт восстанавливать», — захихикал Ангел. «И дом вылизывать языками», — в тон ему продолжил Демон. «Это еще, не считая слабительного, что я собираюсь на ужин подлить.» — Мама, я в… — и, покачав головой, парень скинул вызов в телефоне.