Жизнь сестры вампиров

-Рад, что ты пришла… -Я никогда не пропускала наши встречи. Соблазнительной походкой она подошла к парню и медленно провела рукой по его бинтам на руке. Она так и не запомнила имена который дал он своим шрамам, но точно знала что шрамы на спине и торсе он называл её именем. И это всё что ей нужно было знать. -Раздевайся. Не просьба, приказ, как всегда. И он послушно снимает рубашку. Ей нравилась его покорность, это возбуждало. Пару тёмных царапин под рёбрами, напомнили ей прошлую встречу. -Жаль, что всё зажило так быстро. -…но это даёт тебе повод освежить их… Девушка усмехается и быстрым движением руки с клинком оставляет широкий порез на его плече. Этого мало. Почувствовав запах крови, глаза вампирши превращаются в алый и жажда чешет горло. Кисть крепче охватывает холодную сталь и грациозно проводит дугу под пупком. В тихой кладовке прозвучал первый стон. Ника поднимает глаза, надеясь увидеть наслаждение партнёра, но увидев зажмуренные очи, резко отталкивает тело перед собой. Чистокровные вампиры сильнее грязнокровок, поэтому Азуса был значительно слабее девушки и это давало ей ощутить всю власть над парнем. Когда он врезался в стену и сполз на пол, послышался холодный голос юной Сакамаки. -Не смей закрывать глаза. Смотри только на меня. Я хочу видеть боль, смешанную с удовольствием в твоих глазах. Ты всё понял? -…да… -Прекрасно. Оказавшись перед парнем на коленях, её клинок разрезал белоснежную кожу в разных местах то медленно давая вплоть насладиться звуком рвущейся кожи, то быстро будто боясь не успеть доделать кровавую картину. Наконец, кисть стала уставать и девушка остановилась, осматривая свою работу. Лицо Азусы выражало крайнюю степень удовольствия. Его щёки пылали, губы были искусаны, а по подбородку капала слюна. Но что больше ей нравилось так это глаза. Они были мутными, с расширенным зрачком, как под действием наркотика. А тело было полностью в крови с множеством глубоких царапин. Кровь дурманила голову обоим. И не сдержавшись, Ника приблизилась к груди парня и слизнула пару капель алой жидкости. Громкий стон парня заставил девушку продолжить, постепенно спускаясь ниже, стараясь не упускать струящуюся кровь. Когда Муками не мог больше терпеть он положил руку на голову Юной Сакамаки и надавил ниже. Ника знала чего он желает, бугорок на чёрных брюках, не скрывал желания хозяина. Но она лишь оттолкнула его руку и резанула остриём кинжала по ней. -Повернись. Азуса застонал, смотря в глаза девушке. Он знал, что это значит. И не хотел, чтоб всё так быстро кончалось, но выбора у него не было. Как только он повернулся, Ника нашла свою подпись на боку парня. Красивые инициалы, которые девушка ставит каждый раз, почти зажили, поэтому девушка вновь аккуратно выводит две буквы. Облизав кровь на кинжале, юная Сакамаки расстегивает свою рубашку, снимает бант и нежно улыбается парню, призывая приступать. -Ника… Вот и всё. Она даст ему выпить свою кровь как плату и они вновь расстанутся. Муками не хотел этого, каждый раз пытаясь растянуть этот момент. Но всегда сдавался перед её манящей шеей и упругой грудью скрывающуюся в кружевном белом лифчике. Ника ненавидела белый цвет и никогда не носила белый вещи в повседневной жизни. Азуса же любил как на белой ткани появляются алые пятна, полностью окрашивая её в другой цвет. И только ради него она покупает новые комплекты белого белья и одевала на тайные встречи. И это заводило его ещё больше. Мгновение и крепкие руки сжимают тонкую женскую талию прижимая к себе плотнее. Сейчас он мог подарить ей такую же боль, такое же наслаждение и это будоражило кровь обоим вампирам. Его клыки проходят по белоснежной кожи ключиц, поднимаясь выше, он находит пульсирующую жилку и резко вонзает клыки. Слышится тихий вскрик и стон боли, но его это лишь возбуждает сильнее. Белый лифчик становится красным, а укусов всё больше. Скоро она остановит его, но а пока он может наслаждаться её телом чтоб залечить свои раны и утолить голод.