Жизнь сестры вампиров

Его улыбка идола одурманивала многих смертных девушек, но мало кто из них мог бы подумать что скрывается за ней. Настоящий капризный ребёнок, который привык получать много внимания. Ника так же отзеркалила его улыбку, она была уверена, что в детстве он сам был игрушкой для взрослых. Это и повлияло на его характер. Грациозной походки, немного виляя бедрами, словно дикая пантера приближалась к очередной добычи. -На такой аромат сложно не придти. Вижу, вы веселитесь, как жаль, что мне придётся забрать малышку Юи… -Ха, с чего это вдруг? Тебе никогда не бывает жаль, когда ты крадёшь нашу еду. За пару секунд Ника преодолела расстояние между ними, и буквально схватив блондина за горло, прижала к сетке. Разозлить её было чревато неприятностями, но пока её глаза оставались серыми, Коу мог играть с ней сколько душе угодно. -Не зазнавайся. Она наша еда, всегда ею была и всегда будет. То что мы закрываем глаза на ваши укусы, не значит что наше терпение бесконечно. Знай своё место, щенок! Её глаза резко по алели и выпустив клыки юная вампирша проколола ими фарфоровую кожу идола. Мужские руки вцепились в её плечи, пытаясь оттолкнуть, но всё было бесполезно. Чистокровные намного сильнее обращённых. Сколько бы он не сопротивлялся Ника могла легко удерживать его своим весом. Сделав последние глотки, она просто отступила на пару шагов, любуясь как парень постепенно съезжает вниз. -Чёртова… -Тебе действительно идёт этот болезненный румянец. Думаю, сейчас ты выглядишь даже лучше чем на сцене. Стоит позвать твоих фанаток, чтоб они увидели каким беспомощным ты можешь быть. Блондину ничего не оставалось кроме сжимать рукой рану и шипеть проклятие в сторону Сакамаки. Юи осторожно потянула за рукав девушку, привлекая к себе внимание. -Скоро…начнётся урок. Пойдём. -Конечно, малышка. Развернувшись, Ника бросила последний взгляд на вампира и ушла. Да по сравнению с её братьями эти Муками просто слабаки забывшие своё место. Но именно их пребывание сделало жизнь Сакамаки более насыщенной. Последние уроки прошли довольно быстро. Когда они все вернулись домой, Ника переодевшись в более удобную одежду, пошла искать брата. Она точно знала тихое место, где он может спать. Но почти у двери путь ей перегородил Конато. -От тебя несёт Муками…это отвратительно, ведь так Тедди? -Я позже приму ванну. Поэтому будь добр, отойти, я хочу прогуляться. Ника ожидала что вампир снова закатит истерику, и была готова слинять через окно второго этажа. Поэтому внезапно расплывшиеся бледны губы паренька в улыбке, насторожили девушку. Если её младший брат не сердится значит уже задумал что-то, скорее всего намного хуже, чем просто истерика. -Мы с Тедди как раз хотели предложить тебе сходить на могилу матери. -Зачем? Канато ты же прекрасно знаешь, как я отношусь к этой женщине. -Знаю, но разве ты не хочешь составить мне компанию? В последнее время ты совсем не уделяешь нам с Тедди внимание! Как бы она не хотела воскликнуть «Неправда!», но ведь это не успокоит обиженного ребёнка. Тяжело вздохнув, она устало кивнула, соглашаясь пойти на кладбище с ним. Улыбнувшись ещё шире, его холодная рука потянула подальше от дома. Интересно удаться ей, сегодня увидеть Шу или ещё кто-нибудь потребует её внимания. Ночь была достаточно темна, чтоб увидеть прекрасные звёзды. Пока, Канато злясь на мать избивал её надгробье букетом цветов, девушка просто села на дальнее надгробье и смотрела в небо. По тёмному небосводу пролетела яркая точка. На падающую звезду смертные всегда загадывают желание. Ироничная усмешка появилась на женских губах. Ведь ей было нечего желать. По крайне мере кроме смерти. Которую ей никто не осмелится подарить. Канато уже давно прекратил свою истерику и теперь просто смотрел на сестру. Она для него была настолько же красива как луна в ночном небе. Сейчас с её усмешками, играми, она становилась больше похожа на Корделию. Это одновременно и злило, и завораживало. Как будто заколдованный он поставил руки по бокам от её бёдер и потянулся к столь желанной шеи. -Сестрёнка… Её глаза блеснули красным и вновь остались серыми. Она и без слов знала, что её брат желает крови. Если юная Сакамаки откажется, то он просто возьмёт это силой. Наклонив голову, Ника хмурится, чувствуя боль от проколотой кожи. Столь жадные глотки парня причиняют ещё большую боль в области шеи. У неё нет права отказаться, нельзя отталкивать, просто невозможно сопротивляться. Хриплый смех вырвался из её горла. «Как же это иронично!» - подумала она. Только недавно она так же впивалась в шею Коула, не давая выбраться, и сейчас сама оказалась на его месте. Ведь братья намного сильнее сестры, и пользуясь этой силой, они всегда могут взять то чего желают. -Канато, хватит… -Хорошо, я остановлюсь, если ты поцелуешь меня, сестра. Его губы до сих пор были в её крови. Он желал поделиться вкусом, с его любимой сестрёнкой. Ведь она никогда не откажет ему, своему дорогому брату. Подавшись вперёд, нежно целуя губы, женский язычок проходится по каплям крови, заставшим на его лице. И от этого глаза Канато мутнеют, он углубляет поцелуй, желая полностью поглотить свою сестру. Чтоб она стала его вся, без остатка.