Северное Сияние

      Утром следующего дня я перебудил в доме всех. Отца заставил лезть на чердак и искать Папины вещи для беременных. Мои штаны уже с трудом на меня налазили, да и пальто уже в натяжку. Пока Отец поднимал в доме пыль, Папа помогал мне сделать красивую прическу. Он так любил заплетать мне косички, что узнав о моем походе в больницу с Рамси, тут же вызвался меня принарядить. Уж кто-кто, а родители больше меня самого хотели, чтоб у меня появился альфа. Папа был уже немолодой, но руки у него золотые. Он собрал мои волосы в косички, заколол их невидимками и закрепил лаком. Не говоря уже о том, что с самого утра мы с ним сидели в масках на лице перед телевизором, мазались кремами и прикладывали к глазам огурцы, которые периодически воровали Отец с Таем. Когда старший альфа нашел Папины вещи, он одел меня в тёмные джинсы с широкой резинкой на животе, красную клетчатую рубашку, которую слегка затянул тонким кожаным ремешком под грудью, и своё пальто молочного цвета. В целом было очень даже ничего. Я даже понимаю Отца. Мой Папа такой красивый омега, с изысканным вкусом, что не влюбиться в него невозможно. Интересно, а я мог бы стать таким же?       Я собрал в сумку необходимые для больницы вещи и попросил Тая отвезти меня. Он в нашей семье единственный имеет страсть к машинам. Все остальные предпочитают такси. Дорога была недолгой и нескучной. Сегодня мне могут сказать пол моего малыша поэтому я до безумия счастлив.       Уже подъезжая к больнице, Тайлер вытащил меня из моих мыслей. — Смотри, пришел уже. Ждет тебя. Еще и с цветами. — Я нормально выгляжу? — Издеваешься? Ты тот ещё красавчик. Так что давай, лети к нему на крыльях любви. — Ой, всё.       Я вышел из машины, одной рукой неся сумку, а второй держась за живот. Рамси подошел ко мне и протянул небольшой букет белых роз. Я взял цветы, а тот в свою очередь забрал мою сумку. — Привет. — Привет. Спасибо, очень красивые цветы. — Я рад, что тебе нравится. Как вы себя чувствуете? — Все хорошо. Ты как? Сразу после смены пришёл? — Нет, я работаю ночь через ночь, если это не экстренный вызов. — Понятно. Пойдем?       Рам кивнул, подал мне руку и повел в центр. Моя запись уже подошла, так что врач вызвал меня на прием почти сразу после того, как мы сдали верхнюю одежду. Рамси пришёл в брюках и рубашке, что делало его вид немного торжественным. Мне это показалось очень милым. В кабинет я вошёл один, где врач быстро выписал мне направление на узи и сказал прийти сразу после него с результатами. Мы пошли в нужный кабинет. Оставить Рама отсиживаться под дверьми было очень странным, поэтому он вошёл со мной. Я разделся по пояс, лег на кушетку и врач начал процедуру. Рамси сидел рядом и смотрел на экран. Когда мне дали послушать сердцебиение малыша он даже губы поджал и расплылся в улыбке. — О поле ребенка я ничего конкретного пока сказать не могу, он почти полностью отвернулся. — Ну, а примерно? — Предположительно омега.       Я обрадовался, Рамси положил свою руку на мою, и улыбка расцвела на его губах. — Омега это же хорошо. Будет таким же прекрасным как ты. — Ага.       Врач закончил, записал результаты и разрешил мне одеться. Я попросил Рама достать из сумки полотенце, чтоб вытереть с живота гель, он достал его и нежно обтёр меня. Это было так мило, что у меня аж сердце сжалось. Убрав полотенце, он бережно накинул на меня рубашку. Остальное я сделал сам. Мы забрали результаты, меня обрадовали тем, что с ребёнком все прекрасно. Затем я снова один зашёл к своему ведущему врачу. Он проконсультировал меня, осмотрел и выписал направления на анализы. Рамси покорно ждал меня в коридоре с сумкой и цветами. Когда я вышел, мы направились к стойке регистрации, чтоб я записался на анализы. Медбрат любезно записывал меня на нужные дни и время. Альфа стоял рядом и улыбался. — Мистер Флойтон! Это же вы!       К Раму подошел один из докторов в белом халате. Он без остановки говорил, не давая альфе и слова вставить. — Как вы поживаете? Как ваш супруг? У нас появился новый иностранный специалист, вы можете попробовать снова пройти лечение. Доктор с хорошими показателями, я могу вас к нему записать, так скажем по знакомству. Записываю?       Врач остановился всего на секунду, но и этого хватило, чтобы Рам успел ответить. — Я развелся три года назад. — Ох, как неловко, простите... — Я не планирую больше пробовать лечиться. — Вы не один? — доктор взглянул на меня, выглядывающего из-за широкой спины Рамси. — Да, я составил компанию близкому человеку.       Я тихо поздоровался с врачом. Рам явно чувствовал себя некомфортно, а в его голосе проскакивали ноты грусти. Думаю, пора заканчивать этот разговор. — Мне душно стало, голова кружится. Пойдем домой? — Да-да, конечно, пойдем. До свидания, доктор.       Рам взял меня под руку и тихо повёл за вещами. Пока я сидел на лавочке у выхода, он забрал наши вещи и одевшись сам, одел меня и повлёк на улицу. — Прости, что так вышло. Не надо было наверное звать тебя с собой... — Всё хорошо, Лэй, правда. Это ты прости. — Ты расскажешь или больная тема?       Мы шли по улице вдоль маленьких чайных, кондитерских и цветочных. Было прохладно, но не ветренно. Я взял его за руку и шёл почти вплотную. — Если хочешь, расскажу. — Расскажи. — Ну. Я был в браке около двух лет. С моей истинной парой. Все было хорошо, за исключением одного. Я ещё лет в 19 узнал, что не могу иметь детей. Когда мы начали вместе жить, я сразу признался. Сначала он отнесся нормально. Мы пытались вылечить меня, врачи говорили, что если постараться, то это возможно. Почти два года я лечился, мы пытались забеременеть, ничего не выходило. Яну это надоело, он решил развестись. Я понимаю его. Какому омеге не хочется иметь семью, детей. Я этого дать не смог. Знаешь, больше всего я мечтал стать отцом.       Рассказ был очень грустным. Какой же я был дурак, когда говорил, что никому не нужен омега с ребенком. Может именно ему, такому доброму, светлому и любящему человеку сейчас необходима семья? Я взял его за руку покрепче и остановился посреди дороги. Он остановился со мной и вопросительно взглянул в мои уже почти мокрые глаза. — Хочешь побыть отцом хотя-бы недолго? — А... Можно? — Хочешь сходить со мной за детскими вещами? — Ты правда разрешишь? — его удивленный вид был таким милым. Синие глаза вопросительно смотрели на меня, щеки порозовели, а губы изогнулись в улыбке.       Я кивнул, а он кинулся ко мне с объятиями. Так тепло... — Спасибо Лэй. Большое спасибо. — Да не за что, вакансия, как видишь открыта.       Мы снова сплели наши пальцы между собой и продолжили путь. Дойдя до кофейни мы взяли два стакана горячего чая с собой и пошли в магазин детских товаров. Допив и выбросив стаканы на входе, Рам взял большую тележку и покатил её за мной по магазину. Энтузиазм его шёл через край, а мне уже не было так стыдно выбирать товары. Я уже не выглядел одиноким Папочкой.       Тут мы столкнулись с проблемами. Пока выбирали пеленки, распашонки и вещи, переругались из-за цветов, фасонов, ткани и всего, чего вообще возможно. По итогу в тележку скинули всё, из чего выбирали. Сошлись во мнении мы только выбирая конверт на выписку. Белый с кружевами и шелковой лентой. Затем набрали баночек, бутылочек, детские тарелочки, ложки, соски. Затем игрушки, погремушки. Тележка уже была полной до краев. Говорил мне Папа покупать все постепенно, а не одним заходом. Рам настоял на том, что необходимо купить сумку переноску. Он выбирал по цвету, по форме, по удобству ручки, по возможному весу. — Дотошный какой... — Эй, я выбираю самое хорошее. — Скоро ты? Я вообще то беременный. — Я вижу. Мы поэтому тут. — Я хочу кушать и в туалет! Ещё у меня уже ноги отекли так много ходить. Пойдем уже на кассу... — Всё, всё, идем.       Рамси взял сумку и покатил тележку на кассу. Вещей было очень много, пакеты были полные, ценник так вообще адом показался. Неужели дети такое дорогое удовольствие? Я вытащил из кошелька карту и протянул её кассиру, но Рамси сделал тоже самое. Удивлению не было предела. —Что? Нет! Я сам в состоянии за всё заплатить. Берите мою.       Я тянул карту молодому бете, но Рам цокнул и выхватил ее из моей руки. — Что ты мне говорил? Я Отец. Значит я плачу. Отказ не принимается, это мой подарок.       Бета взял карту Рамси и оплатил ею покупки. Альфа отдал мне мою и разложив все по пакетам, а их было 4 штуки, взял всё и повёл меня на выход. — Спасибо, я даже не знаю как тебя благодарить, но все равно, хочу вернуть деньги. Всё это очень дорого, я не могу позволить тебе так тратиться. — Лэй, я был очень рад сделать тебе подарок. Мне это было не сложно. Я хорошо зарабатываю, у меня все в порядке в финансовом плане. Позволь побыть твоей парой ещё хотя бы полчаса. — Поможешь мне отвезти всё домой? — Конечно. Вызови такси и поедем.       Я вызвал такси, оплатил его своей картой, на что Рамси снова цыкнул и закатил глаза. Дождавшись машину, мы запихнули всё в багажник и сели. Ехали мы долго. В туалет хотелось жутко. Уже вечерело, а я даже не обедал. Пока мы ехали, я чуть не уснул у альфы на плече, но тот бережно коснулся своими пальцами моего лица и улыбнувшись, разбудил. Мы вышли из такси и пошли к моему дому. Машина Тая стояла у ворот, а из окна гостиной выглянул Папа. Когда мы вошли, с порога нас встретили абсолютно все. Тай поприветствовал Рамси и взяв все пакеты поднял их в мою спальню. Мы быстро разулись, сняли верхнюю одежду, и я начал представлять свою семью. — Тайлера ты уже знаешь. Это мой Отец, Джон. — Очень приятно, — Рамси пожал альфе руку и улыбнулся. — А это Папа Феликс. — Приятно познакомиться, — он взял омегу за руку и поцеловал Папе тыльную сторону ладони.       Омега расцвёл в улыбке и повёл нас на кухню. В духовке доходил шоколадный кекс, а на столе стояла целая стеклянная форма с лазаньей. Спустился Тай, альфы решили не мешать нам и пошли общаться в гостинную, пока мы с Папой накрывали на стол. — Дорогой, он такой чудесный альфа! Приятной внешности, воспитанный, а главное смотрит на тебя влюбленными глазами. Присмотрись к нему, такие мужчины на дороге не валяются. — Да, Пап, он и правда такой, как ты говоришь. — А пахнет от него как! Мандарины, имбирь, корица, ель. Так и веет семейным Рождеством. — Пап, ну хватит... Отец услышит - ревновать будет. — Ну, а что? Будь я моложе, и не встреть твоего Отца, я бы с таким как твой альфа закрутил роман. — Прекрати, мне стыдно.       Папа расставил все столовые приборы и тяжело выдохнул. — Чего стыдно то?! Спать по малолетке тебе не стыдно было?! А тут мужчина хороший сам тебе внимание уделяет, ни в чем не отказывает, возится с тобой, стыдно ему!       Я поперхнулся воздухом от высказанного Папой. Вот значит какого мнения он на самом деле обо мне и моей беременности. Я с самого начала верил, что родители не злятся на меня, но видимо ошибся. Как оказалось, мой ребёнок никому кроме меня и не нужен вовсе. Я взялся рукой за живот и вытирал рукавом рубашки выступившие слезы. На Папин крик в кухню вошли все остальные. Рамси подошел ко мне, поднял мою голову за подбородок и обнял. — Не плачь, что случилось? Вы поругались? — Что произошло? Почему наш сын стоит тут и рыдает? — Я не хотел... Прости, Лэй, я не знал что говорю, вырвалось. Я так не думаю, сынок, прости, пожалуйста.       Рам вытер мои слёзы своим рукавом, и я сквозь сбитое дыхание заговорил. — Не надо уж. Я сам знаю. Думаешь я такой глупый? Да, я шлюха, залетевшая по малолетке! Жалеешь, что не отправил меня на аборт? Думаешь мне легко? Я думал что нужен с ребёнком хотя бы своим родителям, но видимо заблуждался...       Папа тоже расплакался и подошел ко мне. — Прости, пожалуйста, прости. Я правда люблю тебя, люблю малыша, Отец тоже тебя любит, все тебя любят. Я бы никогда не позволил тебе пойти на аборт, прости, Лэй. Я сам не знал что говорю. Мне тоже очень не легко, Лэй.       Отец обнял Папу, я прижался к Рамси. Тот гладил мою спину и волосы. В его объятиях было спокойно. Я успокаивался и понемногу отходил от слов сказанных Папой. — Я тоже очень хочу ещё ребёнка, снова испытать это счастье, но уже старый и врачи запретили мне родить ещё раз. Как я могу не любить тебя и твоего малыша?       Тут я не выдержал. Папа так много держал в себе. Я даже представить не могу, каково это, не иметь возможности родить... — Пааап... Прости...       Мы кинулись друг другу в объятия и рыдали ещё минут десять, пока нас не разняли. Мне снова стало стыдно перед Рамом, за то, что он застал семейную драму, но тот успокоил меня, сказав, что все в порядке. Он даже рассказал моему Папе о своей проблеме, и они нашли общий язык.       Тай и Отец оказались самыми голодными, по этому пока мы пускали сопли, а Рамси их вытирал, те двое разложили всем по тарелкам лазанью и позвали ужинать.