Кулон

***

      Глава Ким был на своей производственной фабрике и увлекшись изучением отчетов, совсем забыл о таком понятии, как время. Листая страницу за страницей и видя кругленькие цифры от продаж, он довольно кивал самому себе. — Директор Ким, всё в порядке? — Хан ТэДжу, назначенный директор и доверенный человек Джина, сидел в напряжении. — Расслабься, — мужчина на секунду поднял взор и вновь вернул его на бумаги. — Все лучше, чем я ожидал. В этот месяц продажа шин поднялась на десять процентов.       Хан ТэДжу спокойно сглотнул после этих слов. Джин никогда не был груб и никогда не пытался внушить страх, но мужчина всегда нервничал в присутствии главы клана. — Спасибо тебе, — Ким подписал месячный отчёт и встал. — Хорошая работа. — Спасибо, директор Ким, — мужчина следом поднялся на ноги и поклонился.       В отличие от главы Чон, семья Ким фигурировала своё внимание на легальном бизнесе. Цифры говорили сами за себя. Да и горькое, полное болью прошлое сказывалось на двух братьях. Отец умер в перестрелке, из-за помощи мексиканским наркобаронам ввозить товар в Корею. Именно по этой причине, СокДжин не особо вникал в прибыльный, но в то же время грязный бизнес.       Ким вышел из здания и направился к своему автомобилю. Ноги в последнее время так и несли его домой. Сев в иномарку, он приказал Хосоку ехать в особняк. Брюнет не понимал почему перед глазами постоянно стоял образ его незванной гостьи. Её робкие взгляды, дрожащие руки, тихий голос-всё вызывало в нём некое неизведанное доселе волнение. Эти чувства усилились после того, как девушка рассказала ему о своём нелегком прошлом. Джису просто рыдала, рассказывая ему о брате, который после нескольких месяцев комы покинул её навсегда. Каким же уродом был Чон Чонгук, используя этот тяжелый период в жизни девушки. Он привязал её к себе, манипулируя своей ей помощью. Руки сжимались в кулаки, а в горле больно душил ком, стоило Джину подумать о том, что она носила под сердцем ребенка Чона. Глава Ким чувствовал вину из-за того, что утаил от Джису этот факт. Но стоило ли ей знать об этом?       Погрузившись в свои мысли, мужчина не сразу понял, что автомобиль уже заехал в ворота особняка. Он будто отошёл от транса и посмотрел на Чон Хосока. — Ты можешь ехать сегодня, — тихо произнёс глава Ким и вышел из машины.       В таком же раздумии мужчина направился в дом. Пройдя в прихожую, он уловил приятный запах, доносящийся со стороны кухни. Пару раз глубоко вдохнув, хозяин дома уверенно решил, что пахнет его любимым супом из водорослей. На лице даже нарисовалась улыбка. Ким чуть ускорил шаг и уже через минуту стоял на пороге кухни. Улыбка вмиг сползла, уступая место изумлению, когда Джин увидел у плиты свою гостью. С довольной миной на лице, Джису посолила суп и прикрыла кастрюлю крышкой. — Для этого есть прислуга, Джису, — спокойно произнес мужчина и прошёл в кухню.       Девушка резко обернулась на голос и вмиг покрылась красной краской смущения, застав за спиной хозяина дома. — Мне не сложно, господин Ким. — Как ты узнала, что это мой любимый суп? — Джин остановился слишком близко. — Я… — Ты спросила экономку? — Ким улыбнулся. — Да… — выдохнула Джису.       Она действительно интересовалась вкусами главы клана Ким, параллельно злясь на себя за это. Ей хотелось угодить ему, но в этом не было смысла. По крайней мере, так она считала. — Ты меня балуешь, Джису. — Вы хорошо ко мне относитесь, господин Ким. Я возвращаю вам лишь малость того, что вы для меня сделали. — Совсем недавно я был груб с тобой. Неужели, ты так быстро забыла это? — Я сама виновата. Во всех своих бедах виновата одна я… — к глазам предательски подступили слезы.       Рука его потянулась к её лицу, нежно погладив тыльной стороной. — Ты боишься меня? — пальцы скользнули к подбородку, подняв её голову. — Мне, — девушка сглотнула. — Мне стыдно перед вами. — За что? — шепотом. — За то, кем я являюсь…       Джин понимал, что это чувство никченности внушил ей Чон Чонгук. Её мнимый спаситель и палач в одном лице. — Я ошибался в тебе, Джису.       Ей хотелось громко зарыдать после этих его слов. Ведь, всё это время в ушах звучало «шлюха», каковой именовал он в первый же день её появления в этом доме. — В тот вечер… Когда вы вошли в кабинет главы Чон, я подумала, что знаю вас всю жизнь. Вы совершенно отличались от Чон Чонгука.       Ким улыбнулся. Он прекрасно знал и видел её этот взгляд тогда. — Я рад, что ты считаешь меня лучше Чона, — подразнил он ее и отошел на шаг, дав наконец возможность спокойно вздохнуть.       Джису спрятала взор, испытав очередной поток смущения. — Я поднимусь, приму душ, а ты пока накрой на стол, хорошо? — Да, — кивнула девушка и прошла к холодильнику, доставая продукты.       Когда за спиной послышались удаляющиеся шаги брюнета, Джису уже более расслабленно выполнила просьбу хозяина дома. Странное чувство проносилось по телу, когда она думала о его резко изменившемся к себе отношении. Она понимала, что это временно, но всё равно было приятно это осознавать.       Налив суп в тарелки, девушка села за стол, в ожидании хозяина особняка. Ей предстояло впервые обедать вместе с ним и от этого дух захватывало. Находясь в напряжении, Джису не заметила, как пролетело время. Бросив невольно взгляд на настенные часы, она увидела, что прошло уже сорок минут с того момента, как Ким вышел. Немного помешкав, брюнетка решила подняться наверх. Учитывая ритм жизни главы клана, даже в доме ему могла грозить опасность. Наполненная чувством волнения, Джису поднялась вверх по лестнице и пройдя к двери комнаты Кима, еле слышно постучалась. — Господин Ким? С вами все в порядке?       Прошла минута, но ответа не последовало. Тишина уже тяжелым грузом давила на девушку. — Господин Ким? — ещё один короткий стук и брюнетка осторожно приоткрыла дверь.       Маленькими шажками она прошла внутрь и резко остановилась. Ким сидел на заправленной кровати, по пояс голый и с дразнящей ухмылкой смотрел на гостью, параллельно сушив волосы. — Я стучалась… Простите. — Прекрати просить постоянно прощение, — брюнет откинул полотенце в руках, встал и сильнее сцепив полотенце на бедрах, шагнул к девушке. — Мне это не нравится.       Совсем неожиданно он обхватил её за талию и притянул к себе. Джису еле успела ухватиться за его широкие плечи. — Ты ничего не сделала и ни перед кем не виновата, — хрипло произнес Ким. — Перестань так себя вести. — Господин Ким, я… — девушка попыталась выбраться из его объятий, но мужчина сильнее прижал её к себе. — Ты вызываешь во мне странные чувства, Джису, — правая рука потянулась к её хрупкой шее.       Осторожно, чтобы не спугнуть её, он наклонился и невесомо коснулся её нежной коже губ. — Нет… Прошу вас… — выдохнула девушка, напрягаясь. — Я напугал тебя? — Джин немного отстранился.       Джису растерянным взглядом забегала по пространству вокруг. Ей были безумно приятна ласка Кима, но что-то пугало и останавливало её. Каждое его касание оставляло на коже ожог. Сердце бешено стучало уже в ушах. — Я не хочу этого… — она понимала, что, если даже, глава Ким обратит на неё внимание, это будет лишь на время.       Спустя месяц, как он пообещал ей, он отпустит её. Поэтому она не станет временной игрушкой в руках очередного мужчины. Она не пойдет на поводу своих чувств и не опустится ещё ниже в своих собственных глазах. — Я не Чонгук, Джису. — Вы не он, господин Ким, и именно поэтому я вас не достойна, — девушка окончательно выбралась из объятий и повернулась к двери. — Спускайтесь. Суп остывает, — смахнув с щеки одинокую слезу, она вышла.

***

      День подходил к логическому концу, но Пак так и не мог найти в себе сил зайти в палату к Соми. Она начала бы задавать вопросы, ответы на которые он дать не мог. Обманывать он не хотел, но с другой стороны мог потерять навсегда, сказав правду. Чонгук не отвечал на его звонки, взвалив всю ответсвенность за случившееся на друга. Он был прав, но Чимин был в замешательстве. У них с Соми мог родиться ребёнок, он не имел права лишать её этого счастья. А, если вдруг…       Мужчина тяжело вздохнул и сел на скамью. А ведь только вчера он готов был уйти из жизни следом за любимой. Вмиг всё изменилось, путая его мысли. Прошёл очередной час в раздумиях. Наконец, Пак поднялся на ноги и направился в кабинет врача. Мужчина его охотно принял у себя и внимательно выслушал все интересующие его вопросы. — Вероятность 50/50. Опухоль во время беременности-это не фатально. В нашей практике много положительных исходов. — Если она узнает, об аборте и речи быть не может, понимаете? — Пак сглотнул. — Я полагаюсь на вас. Сделайте всё возможное, прошу вас. Я в долгу не останусь. — Я буду рядом с вами в течении всего срока, — мужчина поклонился.       Возможно, он никогда не простит себя за это, но он не нашел в себе сил лишить Соми этого счастья. Одна только мысль о ребенке подарит ей надежду и, может быть, подарит ещё немного времени…       Пак вышел из кабинета и направился к ней. Толкнув дверь палаты, мужчина зашёл в душное помещение. Он нашел взором девушку, которая лежала на больничной койке, прикрыв веки. Медленным шагом Пак подошёл к ней и взял осторожно за руку. — Чим? — подняла веки девушка. — Тебя так долго не было… Что-то случилось? Где Чонгук? — Малыш, мне нужно кое-что тебе сказать.

***

      Теплые струи воды стекали по смуглой коже блондина. Тело постепенно расслаблялось. Именно в эти секунды ему удавалось позволять мучащим мыслям завладеть разумом. Столько боли внутри. Самая сильная из них была и оставалась-его происхождение. Он был сыном любовницы. Этот факт медленно убивал его. Но кто женщина, родившая его? Где она сейчас? Жива ли она? Почему отец лишил её ребенка? Как много вопросов.       Закрыв кран, Тэхён вышел из ванной и прошел в комнату. Он неспешно оделся и спустился к себе в кабинет. Время на часах показывало одиннадцать тридцать вечера, но несмотря на поздний час, НамДжун был ещё в доме. Тэхён набрал его и позвал к себе. — Проходи, садись, — пригласил блондин охранника за свой рабочий стол.       Ким НамДжун был удивлен такому жесту хозяина. Разговор, наверняка, предстоял серьезный. — Что-то случилось? — спросил он сев. — Джун, ты знаешь, что я доверяю тебе с закрытыми глазами. Мне нравится, что ты без единого вопроса выполняешь всё, что я говорю. — Вы относитесь ко мне соответственно, господин Ким. — У меня есть одна просьба к тебе. Знаю, что это всё дело давности и потребуется много усилий, но попытайся выяснить об одной женщине.       Ким НамДжун не дрогнул ни единым мускулом, но в глазах пронеслось удивление. Тэхён уловил это и немного погодя, продолжил. — Отец встречался с ней, ещё до моего рождения. Короче говоря, она… Эта женщина была любовницей отца, — это слово больным спазмом ударило прямо в сердце.       Но как по-другому назвать женщину, которая спала с его женатым отцом? Как бы больно ни было, Ким не мог отрицать этой ужасной правды. — Выясни мне всё про неё. — Я вас понял. — Знаю, что понадобиться много времени, но постарайся не тянуть, — Ким откинулся на стуле. — Хорошо.       Ким НамДжун откланялся и вышел из кабинета, оставив Тэхёна с пожирающими его мыслями наедине. Ему было сложно прийти к этому решению. Его терзали сомнения, но желание узнать правду было сильнее.       Ким встал из-за стола и шагнул к окну. Во дворе горел свет. НамДжун сел в автомобиль и покинул пределы особняка. Ким тяжело вздохнул и посмотрел на свои ручные часы. Ровно полночь. Он вспомнил о девушке, которую хотел проучить за слишком длинный язык. Блондин решил, что одна ночь в сыром подвале была достаточным для нее наказанием.       Медленным шагом Ким вышел из кабинета и спустился в подвал особняка. Он прошел к железной двери и потянул её на себя. Та неприятным скрежетом распахнулась, пропуская его внутрь. В помещении пахло сыростью. Ким включил свет и оглянулся. Он нашёл взглядом Айрин, лежащую на матрасе. — Айрин? — тихо позвал мужчина.       Она лежала свернувшись калачиком и не торопилась отвечать. — Встань. Идём в дом.       Наконец, она задвигалась, и Ким спокойно вздохнул. На секунду ему показалось, что девушка могла совершить глупость и покончить с собой. — Ты думаешь, что в твоем доме мне лучше? — брюнетка присела. — Я так понимаю, ты так ничего не прояснила для себя? — Ким Тэхён, я перестану тебе перечить, — голос её дрожал от холода. — Перестану общаться со всеми знакомыми; с работы буду возвращаться прямо в твой дом… Но скажи, сколько это всё будет продолжаться? По-твоему, я должна привязать свою жизнь к твоей? — Ты уже привязана ко мне, ДжуХён.       По лицу её скользнули слёзы. — Почему тебе просто не убить меня?       Ким сглотнул и сжал руки в кулаки. Он сам себе не мог ответить на этот вопрос и злился из-за этого, словно мальчишка. — Я не могу доверять тебе, когда ты встречаешься с моим врагом по углам. — Это была случайная встреча. Почему ты мне не веришь? — Слова лишь воздух, Айрин. Мне нужны действия, пойми. Вставай, — он подошёл к ней и протянул руку, чтобы помочь встать.       Брюнетка не приняла его помощи и попыталась встать сама, но вновь рухнула на матрас из-за слабости во всем теле. — Черт… — выругался Ким под носом и потянулся к ней уже двумя руками.       Он поднял её на руки одним легким движением. Девушка еле успела ухватиться за его шею, чтобы не упасть. — Что ты делаешь? — удивленно спросила она. — ДжуХён, — тихо начал Ким. — Просто слушайся меня и тогда, моя милость к тебе будет безгранична.